фэнтези - это отражение глобализации по-британски, а научная фантастика - это отражение глбализации по-американски
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Об истинной высоте их можно
было только догадываться. Каждая колонна опиралась на стилобат
[поверхность фундамента здания, на которой покоится основание колонны],
сделанный в форме высокого двуручного кувшина. Меня поразило то
обстоятельство, что кувшины эти были прозрачны, а внутри их бегали
колдовские огоньки.
Пока я рассматривала это загадочное помещение, негромко заиграла
музыка и начали появляться гости. Некоторые из них были людьми, но людьми
не такими как мы, другие были ПОХОЖИ на людей, но сквозь их блеклые одежды
была ясно различима их нечеловеческая сущность. Третьи были мертвы; они
двигались подобно живым, но вместилище их душ было заполнено черной
холодной пустотой, а сердца бились столь медленно, что их стук распадался
на восемь отдельных звуков: всхлипывающих, давящихся, кашляющих. И глаза
их были пусты, пусты... Еще я видела множество существ, порожденных
нечеловеческой фантазией. Там были сгустки элементарной энергии и более
сложные энергетические образования, ужасные чудовища трехсаженного роста и
прекрасные девушки, за спиною которых росли невидимые крылья.
Гости ходили по зале, чинно раскланивались и переговаривались. Они
явно чего-то ждали, поглядывая в сторону огромного черного алтаря, из
которого вырывалось космическое - прозрачное с пепельными лепестками -
пламя. Они явно кого-то ждали. И раздался негромкий протяжный свист - тот,
кого ждали, явился. Я не успела его разглядеть, потому что в этот миг
видение стало расплываться и я вновь очутилась в густом тумане. Я бродила
в нем целую вечность, распахивая то одну, то другую дверь. Но все они вели
не в наш мир. За одной дверью светило фиолетовое солнце, землю в другом
мире покрывала стальная трава, в следующем предо мной предстал человек,
облаченный в блестящие одежды. У него не было носа, а изо рта торчали
клыки. За последней дверью я увидела свою мать. Она сидела понурив голову,
затем подняла ее и уставилась на меня. Я закричала от ужаса, так как
вместо зрачков были вставлены блестящие медные монетки. В тот же миг я
очнулась и почувствовала свое тело.
- Это крайне любопытно! - негромкий голос вывел пифию из оцепенения.
Аристоника стремительно повернула голову на звук. В дверях стоял высокий
человек. Темный длинный плащ скрывал очертания фигуры, но судя по
неимоверной ширине плеч человек был титанического сложения. Лицо его
скрывал покатый шлем, подобный тем, что носили гоплиты; только забрало у
этого шлема было сплошным, имея лишь две крохотные щелочки для глаз.
- Кто ты такой?! - гневно воскликнула Аристоника. - Как ты посмел
войти в покои пифии?
Но незнакомец проигнорировал эти возмущенные слова. Беззастенчиво
разглядывая полуобнаженную женщину, он повторил:
- Любопытно. - Голос был глух и отдавал надтреснутым металлом. - Так
вот почему сенсорные датчики время от времени просто зашкаливает, а я
никак не могу поймать нарушителя. Энергетическое поле меньшей мощности,
чем даже у световых оборотней. Любопытно. Сколько лет я занимаюсь этим, а
лишь сейчас докопался до истины. Придется усовершенствовать энергетическую
решетку.
Видя, что нахальный визитер не собирается покидать комнату,
Аристоника обратилась к жрецу:
- Криболай, выкини...
И в тот же миг осеклась, заметив, что глаза жреца наполнены ужасом.
Диким ужасом. Аристоника поняла, что Криболай не испытывает ни малейшего
желания ссориться с незнакомцем.
- Да кто ты такой есть в самом деле?! - возмутилась пифия. -
Немедленно убирайся вон.
Человек в шлеме шагнул вперед, высвобождая дверной проем, в котором
тотчас же показались несколько неясных силуэтов.
- Я полагал, жрец рассказал обо мне. Я пришел сюда с востока. У меня
много имен. Одни называют меня оборотнем, другие - мрачным гостем. Сам я
предпочитаю имя Янус... - Гость замолчал и пифия почувствовала как горячая
волна, вырвавшаяся сквозь узкие щели забрала, скользнула по ее лицу и
прокатилась по всему телу, нескромно заглянув в каждое потаенное, скрытое
складками одежды местечко.
- Наглец! Я прикажу слугам вышвырнуть тебя из храма!
Гость медленно, четко выговаривая звуки, рассмеялся.
- Боюсь, слуги тебе не помогут. Я уже позаботился о том, чтобы
окружающие не мешали нашей беседе. - Янус перевел взгляд на жреца, пифия с
облегчением почувствовала, что горячая волна оставила ее. - Криболай,
какой ответ ты приготовил коринфянам? Ведь ты уже записал его?
Старший жрец поспешно закивал головой.
- Прочти.
- Не смей! - заорала Аристоника. - Да что ж это такое! Я сейчас сама
вышвырну этого наглеца!
Спрыгнув с ложа, пифия подскочила к Мрачному гостю и вознамерилась
схватить его за локоть. В тот же миг она почувствовала, что поднимается в
воздух. При этом руки таинственного визитера оставались сложенными на
груди. Он поднимал женщину силою своего взгляда. Аристоника наконец
поняла, что имеет дело не с человеком или, в лучшем случае, не совсем с
человеком. Она испуганно закричала. Мрачному гостю не понравился поднятый
пифией шум и он отпустил ее. Аристоника шлепнулась на пол, больно ушибив
колено.
- Достаточно? - поинтересовался Янус, наблюдая за тем, как Аристоника
на четвереньках ползет к своему ложу. - Или хочешь познакомиться с моими
слугами?
Он щелкнул пальцами и в комнату вошли четверо. Их лица были цвета
подтаявшего снега, а глаза - полны черной пустоты. Аристоника воззрилась
на них и с ужасом в голосе прошептала:
- Но это же те самые мертвые люди из...
- Совершенно верно, - подтвердил Янус. - Это мои слуги. А зала, в
которую твоя, скажем так, душа проникла - часть моего дворца. Если не
хочешь испытать их ласковые объятья, заткнись и прислушайся к моим словам.
Аристоника быстро закивала головой, не отдавая себе отчета, что
неосознанно повторяет движения испуганного Криболая.
- Вот и хорошо, - подытожил гость. - А теперь я хочу услышать ответ,
который вы подготовили для коринфян.
Сглотнув слюну, жрец быстро пробормотал:
- Пергамент с готовым ответом лежит на моем столике.
- Так принеси его.
Криболай угодливо кивнул и бросился вон из опочивальни пифии. По пути
он ненароком коснулся одеяния одного из безмолвных слуг и едва удержался
от крика.
Пока жрец отсутствовал Янус внес кое-какие изменения в обстановку
комнаты. Посчитав, что стало слишком темно, он хлопнул в ладоши и под
потолком повисли несколько десятков огоньков, точно таких же, что были
заключены в стеклянных кувшинах, виденных Аристоникой в ее волшебном сне.
В комнате стало светло словно днем.
Затем гость сотворил для себя уютное кресло. Устроившись в нем, он
принялся рассматривать сжавшуюся в комочек Аристонику. Хотя лица его не
было видно, пифия могла поклясться, что на нем в этот миг похотливое
выражение. Ей хотелось спрятаться от этого давящего взгляда, но за ее
спиною была каменная стена, да и не было уверенности, что стена будет
помехой для всепроникающих глаз Мрачного гостя.
Ей показалось, что прошла целая вечность, прежде чем вернулся жрец.
- Читай, - велел Янус, не отводя глаз от обнаженных ног Аристоники.
Криболай удивился перемене, происшедшей с комнатой, но казалось, что
он чувствует себя более уверенно, чем прежде. Откашлявшись, он бодрым
голосом начал:
- Ответ Дельфийской пифии народу Коринфа:
В безумии вас обвиняю я, не слыша дыханья
Смрадного кузней, где пламя играет металлом
Из полосы вырывая серебристую грань острия.
Восстаньте ж вы, люди Коринфа, пусть ваши сердца
Напитает отвага и доблесть, а страх их покинет.
Ступайте из стен многобашенных в поле,
Где витязи крепкой рукою решают кровавую сечу,
И боги даруют вам милость и радость победы.
- Не Гомер, но вполне сносно, - заметил Мрачный гость, когда жрец
закончил чтение. Он протянул руку и взял пергаментный листок. - Занятно.
Произнеся в который раз это свое излюбленное словечко, он с треском
разорвал пергамент надвое. Затем эта операция повторилась еще несколько
раз, пока пророчество не превратилось в тлен. Покончив с этим, Янус
поманил жреца пальцем. Тот неохотно приблизился к его креслу.
- Стиль мне нравится, но содержание не устраивает. Две первые строчки
можно, пожалуй, оставить без изменения, а далее напишешь следующее. -
Мрачный гость на мгновение задумался. - Ну хотя бы вот так:
И скрипа кедровых досок, что тешут на верфях.
В изгнании жизнь вам закончить рок предвещает,
Либо друзьями владыки прослыть, который от солнца
Идет. Принять его с миром и наречь себя сыновьями...
- И далее в этом же роде. Все ясно?
Аристоника и Криболай молча переглянулись. Куда уж яснее!
- Но это против правил, - нерешительно протянула пифия. - Аполлон
ведь сказал совсем другое.
- Аполлон? - Мрачный гость усмехнулся. - Только не надо приписывать
этот бред, сочиненный вами, Аполлону. Этого олуха интересуют лишь стройные
ножки, да пакости, которые он время от времени преподносит Зевсу. А кроме
того, разве правила не есть воля, кем-то установленная? Почему бы эти
правила не устанавливать мне? Вы ответите коринфянам так, как хочу я, и в
будущем будете составлять похожие прорицания для всех государств Эллады.
Хотя все уже было ясно, Аристоника зачем-то спросила:
- Ты слуга мидийского царя?
- Не совсем. - Мрачный гость хмыкнул. - Скорее мидийский царь мой
слуга. А сейчас я отправляюсь на восток, но прежде, чем я покину этот
храм... - Янус не договорил и начал медленно расстегивать плащ.
Аристоника гордо вскинула голову.
- Ты забываешься! Я дева, посвященная богу!
- А я и есть бог. Жрец, помоги ей разоблачиться.
Криболай неохотно повиновался. Он подошел к пифии и ухватился за край
ее хитона. Аристоника начала отбиваться. Тогда Мрачный гость устремил на
нее свой обжигающий взгляд и златотканый покров, обвивавший тело пифии,
растворился в воздухе. Аристоника скорчилась, тщетно пытаясь прикрыть свою
наготу.
- Хорошая фигура, - заметил Мрачный гость и цинично добавил:
- Правда, немного перезрела. Но зато она недоступна мужчинам и уже
потому вызывает желание. Не так ли, жрец?
Не дожидаясь ответа, Янус начал неторопливо приближаться к
Аристонике. И в этот миг в комнату ворвался юноша с мечом в руке...
Вопреки велению Криболая Зерон не спешил драить пол в храме. Вместо
этого сразу после омовения он отправился бродить по склонам окрестных гор,
а затем долго любовался мраморными барельефами недавно воздвигнутой
сокровищницы мегарцев. В храм он вернулся, когда уже темнело.
Его внимание сразу привлекла гробовая тишина, столь непривычная для
этого времени. Не было видно суетящихся служек, беседка, в которой
собирались поболтать вечером жрецы, пустовала. Зерон недоумевающе пожал
плечами и отправился на кухню, вторая располагалась в небольшой пристройке
близ храма. Картина, представшая его взору, была презанятна. Прямо у
входа, тесно прижавшись друг к другу, лежали два поваренка. Жрец,
исполнявший обязанности главного повара, басовито храпел у очага. Зерон
нагнулся к нему и уловил запах вина. Сделав надлежащие выводы, он подвел
итог увиденному.
- Перепились! - произнес юноша вслух и с легкой ехидцей добавил:
- А здорово вам, ребята, влетит завтра от Криболая!
Хотя повара и были в стельку пьяны, но дело свое они знали крепко.
Правда, телячье рагу успело остыть, но Зерона это мало волновало.
Подивившись на то, что котлы почти не тронуты, юноша до отказа набил
живот, а затем, преисполнившись нахальства, выпил две чаши вина, вместо
одной, как было положено.
Сыто рыгая, он направился в комнату, где проживали младшие жрецы.
Более всего Зерона волновало как бы поудачнее проскочить мимо Криболая, но
вот этого-то ему как раз избежать не удалось. Он уже миновал погруженный в
полутьму коридор и был близок к заветной цели, как вдруг кто-то схватил
его за руку. Зерон поднял глаза и в груди его неприятно екнуло - перед ним
стоял старший жрец. Однако Криболай выглядел не слишком грозным, а
напротив - жалким и испуганным. Он увлек юношу за колонну и быстро
зашептал:
- Собери жрецов и стражу. Пифии угрожает опасность. Спешите на
выручку, иначе будет поздно!
С этими словами Криболай исчез, оставив юношу в замешательстве.
Старший жрец обладал скверным характером, но никто не замечал за ним
склонности к глупым шуткам. Поэтому Зерон не решился усомниться в словах
Криболая и бегом устремился в комнату, где проживали стражи, охранявшие
храмовую сокровищницу.
Стражей было шестеро и все шестеро крепко спали. Как ни толкал юноша
в их сытые бока и не кричал в заросшие диким волосом уши, ни один из
спящих даже не пошевелился. То же самое повторилось и в комнатах, где жили
жрецы и слуги. Всюду витал сон. Не легкий, с цветными сновидениями, что
навевает Морфей. Этот сон походил на тяжкое забытье. Грудь спящих бурно
вздымалась, а руки и ноги время от времени содрогались в конвульсиях,
словно людям снились кошмары.
Убедившись, что помощи ждать не от кого, Зерон решил действовать
самостоятельно. Средь валявшихся на полу стражницкой мечей он выбрал тот,
что показался самым острым, и направился к покоям пифии. Из-за приоткрытой
двери пробивался свет. Бесшумно ступая босыми ногами по прохладному
мрамору пола, Зерон подкрался к ней и заглянул внутрь комнаты. Вначале его
внимание было всецело поглощено яркими огоньками, во множестве висевшими
под потолком, затем он переключил его на людей, лишь двое из которых были
ему знакомы.
Прямо у двери, спиной к Зерону стояли четверо, похожие на застывшие в
оцепенении фигуры. Чуть дальше их трясся от страха бледный Криболай.
Совершенно обнаженная Аристоника скорчилась на ложе, а огромный,
закованный в черные доспехи воин, медленно подступал к ней. Зерон
догадался, что негодяй намеревается совершить насилие над пифией. Отбросив
всякое благоразумие, он ворвался в комнату и вонзил меч в одного из
стоявших к нему спиной мужчин. Лезвие вошло в тело мягко, словно в масло
и, повинуясь умелой руке, тут же выскочило назад, оставив в темной хламиде
врага, а значит и в его спине, здоровенную дыру. Зерон ожидал, что из раны
хлынет кровь, а человек захрипит и рухнет на пол, однако ничего подобного
не произошло. Юноша в замешательстве уставился на лезвие, покрытое
зеленоватым, похожим на плесень налетом и в этот миг тот, кого он счел
человеком, медленно повернул голову. Их взоры встретились. Нет, подобные
глаза не могли принадлежать человеку. Так же как не могли принадлежать
зверю, рыбе даже отвратительному пауку, обитающему в южных лесах. То были
глаза существа, явившегося из другого мира. Они были тусклы и безжизненны,
их переполняло беспредельное равнодушие. Рука существа медленно потянулась
к мечу Зерона. В этот миг юноша очнулся, освобождаясь из пут ужасных глаз.
Он отпрянул назад и бросился бежать. Краем уха он слышал приказание,
отданное воином в черных доспехах.
- Убить его!
От этих слов силы беглеца удвоились. Быстрее молнии слетев по
ступенькам храма, Зерон помчался вниз по дороге в долину, где находились
дома храмовых служек, воинов, постоялые дворы и лавки. Бежал он куда
быстрее, нежели утром. Было темно. Зерон несколько раз оступался и падал.
После одного из таких падений он лишился меча, в другом случае ободрал
руку и ушиб бедро. Теперь он бежал, прихрамывая, но ни разу не рискнул
остановиться.
Наконец он достиг ближайшего дома. Это был постоялый двор, на котором
останавливались спартиаты. Герусия повелела соорудить его подальше от
афинян, самосцев и прочих корыстолюбцев-эллинов, оберегая спартиатов от
развращающего влияния роскоши и денег.
Тяжело дыша, Зерон остановился у невысокой каменной ограды и
прислушался. Похоже, преследователи, если они вообще были, отстали. Юноша
перевел дух и сплюнул. Слюна была невыносимо горькой. По мере того как
утихал стук молоточков в висках, Зерон постепенно приходил в себя. Чутко
прислушиваясь - ни единого подозрительного шороха, лишь трещали ночные
цикады - он пытался осознать происходящее. Кто бы ни были те существа в
комнате пифии, ясно одно, что пришли они со злом, а значит храму и его
обитателям угрожает опасность. Необходимо было искать помощь. У кого? Да
хотя бы у тех же спартиатов. Морщась от боли в колене, Зерон преодолел
небольшую ограду и подошел к двери.
Он знал, что спартиаты не любят, когда барабанят в двери, поэтому
поначалу решил попробовать разбудить их криком. Он позвал раз, затем еще.
Никто не ответил. Тогда Зерон крепко хватил кулаком в дубовую дверь. Та
скрипнула и приотворилась. Нерешительно потоптавшись на месте, юноша
проскользнул в образовавшуюся щель.
И сразу попал в густую тьму. Если на улице блеклый лик Селены
позволял различить хоть что-то, то в доме невозможно было увидеть даже
собственной вытянутой вперед руки. Зерон ощупью двинулся вперед. Через
несколько шагов он наткнулся на поваленный стул. Затем его нога наступила
на мягкое. Вскрикнув, юноша отпрянул в сторону. Несколько мгновений он
стоял, переводя дух, затем медленно наклонился. Движения руки было
достаточно, чтобы убедиться в том, что он обнаружил труп человека. Мертвец
еще не успел остыть, а когда Зерон перевернул его на спину, выяснилось,
что он еще не успел до конца и умереть. "Труп" спал, вздрагивая от тяжких
снов и никакими силами оказалось невозможно разбудить его. Зерон понял,
что загадочная эпидемия сна докатилась и до этого места.
Сев на пол рядом со спящим спартиатом, Зерон задумался. Существовало
два варианта - бежать дальше в надежде все же найти помощь или отсидеться
в этом доме, где его наверняка не найдут. Зерон колебался, раздираемый
противоречивыми чувствами. Он понимал, что должен помочь пифии и Криболаю,
но в то же время не находил в себе сил отважиться на новую встречу с
обладателями безжизненных глаз. Постепенно он все же склонился к тому,
чтобы переждать здесь до утра. Когда рассветет, он придумает что делать.
Придумает...
Послышался негромкий шорох. Словно кто-то подошел к узкому, закрытому
ставнями окну. Юноша затаил дыхание. Показалось? Нет, звук повторился. На
этот раз Зерон отчетливо различил чьи-то размеренные шаги. Они обогнули
дом и замерли у входа. Тихо скрипнула дверь - Зерон мгновенно пожалел, что
не закрыл ее, - кто-то проник в дом.
Он сидел, не шевелясь и не дыша. В глубине души таилась надежда, что
преследователи не обнаружат его. Но вот шорох повторился еще. И еще - уже
ближе. Этот кто-то медленно подходил к Зерону. Нервы юноши не выдержали.
Забыв о больной ноге, он резко оттолкнулся от пола и кинулся в сторону
двери. Его бросок был стремителен и тот, кто вошел в дом, не успел вовремя
отреагировать. Зерон сшиб врага с ног и выскочил за дверь. Во дворе он
натолкнулся еще на одного преследователя. Тот попытался схватить Зерона,
но промахнулся. Оставив в его руке лоскут туники, юноша стремглав бросился
в темноту.
Он бежал, не разбирая дороги. Бежал очень долго. Бежал и кричал,
взывая о помощи, но темные лики строений отвечали равнодушным молчанием.
Уже начали исчезать звезды, прежде чем Зерон отважился остановиться.
Негромко шумела листва, где-то невдалеке журчал родник. В светлеющем
небе отчетливо вырисовывался причудливый контур скалы, формой своей
напоминавший воющего на луну волка. Зерон не видел подобной скалы прежде и
понял, что очутился далеко от храма. Все, что произошло этой ночью, вдруг
показалось ему кошмаром, случившимся не с ним, а с каким-то другим Зероном
и в необозримо далеком прошлом. Уже казалось нереальным, пригрезившимся -
и те ужасные глаза, бессмысленный взгляд которых поверг Зерона в
паническое бегство, и сумасшедший бег по окутанным тьмою горам, и
молчание, каким встречали его призывы о помощи спящие дома в долине.
Слишком умиротворяюще журчал родник, шумели уверенные в своей силе
дубы. Зерон сел на мягкую траву и забылся.
Он проснулся, когда уже вставало солнце. Проснулся и понял, что лучше
бы он продолжал спать. Вокруг него, отрезая пути к бегству, стояли
четверо. Несколько мгновений ужасные преследователи молча смотрели на
затаившего дыхание беглеца, затем один из них, хитон которого был разорван
на груди нашедшим здесь выход мечом Зерона, медленно потянулся к шее
юноши, ловя дикий страх человека в тенета своих безжизненных глаз...

- Им не найти его. Даже кошка, и та ничего не увидит в этой кромешной
тьме.
Бросая эти слова словно вызов, Аристоника старалась не смотреть в
сторону Мрачного гостя, сидевшего в кресле напротив ее ложа. Еще менее ей
хотелось видеть Криболая, который полулежал на полу возле двери и утирал
хлюпающий кровью нос краем замызганного хитона.
Жалкий вид Криболая объяснялся просто. Когда Янус заключил пифию в
объятья, жрец решил, что лучшего момента не представиться и напал на
гостя, за что тут же расплатился. Огромный кулак впечатал Криболая в
стену, раскрасив его мир в алые тона. Одного удара оказалось достаточно,
чтобы сломать нос, выбить передние зубы и украсить синими подтеками оба
глаза. Крепче не смогла бы приложить и лошадь.
Проделал все это Мрачный гость с завидным хладнокровием. Затем он
внезапно оставил Аристонику в покое и устроился в своем кресле. Устроился
основательно. Скучая, он начал разглагольствовать. Мало-помалу в разговор
втянулась и пифия.
- Темнота им не помеха.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов  Цитаты и афоризмы о фантастике