А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


– Я так считаю.
Я покачала головой:
– Никогда не слышала, чтобы хоть один аниматор мог это сделать.
– Но вы же не просто аниматор, Анита. Вы некромант.
– Я никогда не слышал о некроманте, который мог бы поднимать мертвых при свете дня, – сказал Жан-Клод.
Доминик изящно пожал плечами. Это мне напомнило Жан-Клода. Чтобы пожимать плечами грациозно, надо лет двести тренироваться.
– Насчет света дня не знаю, но некоторые вампиры могут ходить днем, если достаточно закрыты от света. Думаю, тот же принцип применим к некромантам.
– То есть вы считаете, что на открытом месте Анита не сможет поднять мертвеца днем? – спросила Кассандра.
Доминик снова пожал плечами и засмеялся.
– Моя ученая красавица, здесь вы меня поймали. Вполне Возможно, что Анита на это способна, но даже я никогда ни о чем таком не слышал.
Я затрясла головой.
– Послушайте, теоретической магией мы можем заняться потом. А сейчас – можете ли вы мне помочь придумать способ положить вампиров обратно, не испортив?
– Дайте определение, что значит “не испортив”, – сказал Доминик.
– Доминик, не надо острить, – сказал Жан-Клод. – Все мы отлично поняли, что она имеет в виду.
– Я хочу это услышать из ее уст.
Жан-Клод поглядел на меня и еле заметно пожал плечами.
– Когда наступит темнота, они должны подняться как вампиры. Я боюсь, что, если ошибусь, они останутся мертвыми навсегда.
– Вы меня удивили, Анита. Возможно, ваша репутация как бича местной популяции вампиров несколько преувеличенна.
Я уставилась на него, но не успела сказать ничего, что прозвучало бы хвастовством, как заговорил Жан-Клод:
– Я бы сказал, что ее сегодняшнее деяние – достаточное доказательство, насколько ее репутация заслуженна.
Доминик и вампир уставились друг на друга, и что-то пробежало между ними. Вызов, взаимопонимание – что-то.
– Она была бы потрясающим человеком-слугой, если бы нашелся вампир, способный ее укротить.
Жан-Клод в ответ рассмеялся, и смех наполнил зал эхом, скребущим по коже. Смех омыл мое тело, и на краткий миг я почувствовала какое-то касание глубоко внутри, где никаким рукам не место. В другом контексте Жан-Клод мог бы сделать это сексуальным, а сейчас это было просто неприятно.
– Никогда больше так не делай, – сказал Ричард. Он потер голые плечи, будто от холода или пытаясь стереть этот проникающий смех.
Джейсон подбежал к Жан-Клоду и потерся головой о его руку. Ему понравилось.
Доминик слегка поклонился.
– Мои извинения, Жан-Клод, ты очень ясно дал себя понять. Если бы ты захотел, то мог бы вызвать тот же эффект, что мой Мастер случайно вызвал у тебя в офисе.
– У меня в офисе, – поправила я.
Лично я не думала, что Жан-Клод может ранить просто голосом. Я бывала в ситуациях, когда он сделал бы это, если бы мог. Но совершенно не обязательно говорить об этом Доминику.
Доминик отвесил в мою сторону еще более низкий поклон.
– Конечно, у вас в офисе.
– Может, перестанем выпендриваться? – спросила я. – Можете вы нам помочь?
– Я более чем желаю попробовать это сделать.
Я пошла к нему, обходя обломки камней. Подойдя так близко, как только позволяла вежливость – или на дюйм-другой ближе, я сказала:
– Эти три вампира – не эксперимент. И у нас тут не лабораторная работа по метафизике магий. Вы предлагали учить меня некромантии, Доминик. Кажется, эта работа не для вас. Как вы можете меня учить, если я делаю такое, что вам не под силу? Разве что вы умеете поднимать вампиров из гробов?
Произнося эти слова, я глядела ему в глаза, сужающиеся от злости, глядела на его поджатые губы. У него оказалось именно такое самолюбие, как я рассчитывала, – он меня не разочаровал. Сейчас он попытается сделать для нас все, что сможет. На карту поставлена его гордость.
– Расскажите мне подробно, как именно вы вызывали силу, Анита, и я составлю заклинание, которое будет работать – если у вас хватит силы его заставить.
Я улыбнулась ему так, чтобы в покровительственности этой улыбки не осталось никаких сомнений.
– Все, что вы сумеете придумать, я сумею сделать.
Он тоже улыбнулся:
– Самоуверенность – не самая привлекательная черта женщины, Анита.
– Я ее считаю очень привлекательной, – возразил Жан-Клод, – если она оправданна. А вы разве не были бы столь же самоуверенны, подними вы трех вампиров с дневного отдыха?
Доминик улыбнулся еще шире:
– Да, был бы.
Правду сказать, я никакой самоуверенности не ощущала. Я боялась. Боялась, что угроблю Вилли и он никогда больше не встанет. И насчет Лив и Дамиана у меня тоже кошки на душе скребли. Дело не в том, нравятся они мне или нет: я не собиралась этого делать. Нельзя отбирать у кого-то жизненную силу случайно. Если я хоть вполовину так в себе уверена, как показала Доминику, почему мне так паршиво?
32
Мы с Домиником и Кассандрой составили заклинание. Та часть плана, которую придумала я, была очень проста. Я годами укладывала зомби в могилы и отлично умела это делать. И пока это получается, я буду считать это обычной работой: уложить мертвых на покой, ничего особенного. Сначала уложить зомби, а потом уже думать о вампирах.
Я попросила Кассандру принести из спальни мои ножи в ножнах. Если бы я действовала как фокус для других аниматоров, я бы не дала им всаживать в меня зубы, так почему же кровь должна появиться именно от клыков Жан-Клода? Вовсе она не должна, или я считала, что не должна. Доминик согласился со мной, хотя не был уверен на сто процентов. Итак, сначала зомби. Заодно это будет проверка. Если нож не сработает, тогда перейдем к клыкам, но за ту капельку нормальности, что мне осталась, я собиралась держаться.
Стивена я послала за миской, чтобы собирать кровь. Он вернулся с маленькой золотой чашей. Я подумала, нарочно ли он выбрал такую маленькую – чтобы я не пускала слишком много крови. Для вервольфа Стивен слишком не любил кровь. Чаша была начищена до блеска. Внутри были вмятинки от молотка чеканщика. Чеканное золото, и я с первого прикосновения поняла, что очень старое. И почему все думают, что для крови должно быть что-нибудь особенное? Вполне подошла бы пластиковая миска.
Мы стояли на усыпанном щебенкой полу, где ожидали зомби – такие терпеливые, какими бывают только мертвецы. У некоторых глаза были тусклыми, как у дохлой рыбы, у других остались только пустые черепа, но они следили за мной даже без глаз.
Я стояла лицом к ним с ножнами на левом запястье. Ричард стоял слева от меня, Жан-Клод – справа. Они не касались меня – я их попросила об этом.
Доминик выяснил у меня столько подробностей о первом триумвирате, что мне стало неловко. Он согласился со мной, что сила, вероятно, присутствовала бы и без того, чтобы мы елозили друг по другу. Уже одно это заработало ему в моих глазах много очков. В конце концов, наш план состоял в том, чтобы вызывать магию перед лицом всей стаи. А заниматься сексом на глазах такого количества посторонних мне не хотелось. Ладно, не совсем сексом, но достаточно близко к нему, чтобы я предпочла обойтись без зрителей.
Энтузиазм гас. Глядя на частично разложившихся зомби, трудно было поддерживать нужную бодрость.
– У меня обычно зомби держатся лучше, – сказала я.
– Если бы вы взяли столько силы у других некромантов, зомби были бы получше, – ответил Доминик.
– Может быть, дело в недостатке контроля, – предположил Жан-Клод.
Я повернулась к нему:
– Мне кажется, Доминик имеет в виду, что часть силы была взята от мертвеца.
– Вы действительно считаете, что я мертвец, ma petite?
Я кивнула, глядя ему в глаза.
– Вампиры, которых я подняла, – обыкновенные трупы. Кто бы вы ни были, это какой-то вид некромантии, а всякая некромантия начинается с мертвого тела.
Он наклонил голову набок:
– Я слышу ваши слова, ma petite, но мне кажется, что вы сами им не верите – не верите до конца.
Я покачала головой:
– Я уже сама не знаю, во что я верю.
– На самом деле, – сказал Доминик, – я не считаю, будто здесь важно, что Жан-Клод вампир. Куда важнее, что ни он, ни Ричард ничего не знают о том, как поднимать мертвых. Это чисто ваш талант. Я думаю, что вы могли бы научиться направлять эту силу и получать более совершенных зомби, но здесь Жан-Клод до некоторой степени прав. Сама необузданность, отсутствие контроля над силой несколько испортили этих зомби.
Что-то, наверное, выразилось на моем лице, потому что он тут же добавил:
– Вам приходилось делать сразу слишком многое, чтобы помнить все подробности. Я думаю, вы инстинктивно бросили зомби, поскольку здесь у вас была уверенность. Инстинкты у вас великолепные.
– Что ж, спасибо.
Он улыбнулся:
– Я знаю, время нас поджимает. Как можно заключить из присутствия Жан-Клода, не все вампиры спят до полной темноты. И я боюсь, что, если для одного из этих вампиров наступит час пробуждения, он – или она – погибнет. Я только попрошу Аниту сделать одну вещь, не имеющую отношения к ее проблемам, но абсолютно решающую мои.
– Какие именно? – спросила я.
– Сабин, – сказал Жан-Клод.
Доминик кивнул:
– Часы Сабина сочтены.
– Сабин – это тот вампир, что был в клубе? – спросила Кассандра.
– Ага, – ответила я. – Что вам нужно, Доминик? Говорите, только побыстрее, и я для вас в лепешку расшибусь.
Доминик улыбнулся:
– Спасибо, Анита. Постарайтесь сосредоточиться на одном из ваших зомби и приблизить его к совершенству.
Я нахмурилась, не понимая.
– Вылечите одного из ваших зомби, ma petitе.
– Мертвых лечить невозможно, – сказала я. – Но постараюсь придать ему больше жизнеподобия.
Доминик кивнул:
– Это будет нам очень полезно.
– Обычно я это делаю при первом наплыве силы. Я никогда не пыталась возиться с мертвыми, когда уже подниму их.
– Попытайтесь, пожалуйста, – попросил Доминик.
– Мы можем вызвать силу среди нас троих, а потом попытаться, – предложила я.
Доминик покачал головой:
– Я не знаю, что при этом произойдет с заклинанием. Боюсь, что это будет очень большой риск для ваших компаньонов.
Я посмотрела на него, не зная, что сказать.
– Вы готовы оставить Сабина гнить, только не подвергать риску наших друзей?
– Вы просили моей помощи, Анита. Мне кажется, что вы не из тех, кто часто обращается с такой просьбой. И было бы плохой платой за такую честь рисковать вашими друзьями ради моего. Если вы сможете вылечить вашего мертвеца “в холодном виде”, как есть, то хорошо. Если нет, мы продолжим спасение этих трех вампиров.
– Такие чувства делают вам честь, – сказал Жан-Клод.
– Бывают случаи, когда только честь и остается, – ответил Доминик
Вампир и человек, казалось, в этот миг до конца поняли друг друга. Какой-то пласт истории, если не один и тот же, то похожий, промелькнул между ними. А я здесь была ни при чем.
Я посмотрела на Ричарда, и мы с ним тоже поняли друг друга в совершенстве. Нам был ценен миг жизни, отпущенный смертным. Фатализм в голосе Доминика пугал. Сколько лет этому человеку? Обычно возраст вампира я могла определить, но со слугой-человеком это не выходило. Но я не спросила. В глазах Доминика ощущался такой груз годов, что спрашивать я не посмела.
Посмотрев на Жан-Клода, я задумалась: проявила ли бы я такие же достойные качества, или рискнула бы всем, чтобы его исцелить? Одно дело – видеть его мертвым, другое – гниющим, как Сабин... это во многих смыслах хуже смерти. Конечно, Сабин погибал. Как бы он ни был силен, а вечно держать себя он не сможет. Может быть, Доминик сможет зашить его в большой мешок, вроде тех перчаток, что у него на руках. Может быть, он будет жить, даже превратившись в сплошную жидкость. Очень отвратительная мысль.
Я уставилась на стоящих мертвецов, они на меня. Один зомби был почти нетронутым. Серая кожа обтягивала кости, похожая больше на глину, чем на плоть. Один синий глаз смотрел на меня. Второй расплылся, как смола. Похоже на то, что случилось с глазом у Сабина.
Рациональней прозвучало бы, если бы я сказала, что коснулась глаза и исцелила зомби. Или что подумала и вылепила плоть, как глину. Но это было не так. Я глядела на зомби и тронула в себе ту искру, которая позволяла мне поднимать мертвых. Какую-то часть своей сущности я направила наружу, раздувая, как огонек, и бросила ее туда, к зомби.
– Живи, живи! – шепнула я.
Я это не раз видела, и все равно оно не переставало меня удивлять. Кожа наполнилась, приподнялась, выгладилась. Постепенно приобрела телесный цвет. Сухие, как солома, волосы закудрявились, стали каштановыми и мягкими. Мертвый глаз, как воздушный шар, расширился и заполнил орбиту. На меня глядели два здоровых глаза. И даже потрепанная одежда восстановилась. Жилет с золотой цепочкой. Одежда уже сто лет как вышедшая из моды.
– Потрясающе! – сказал Доминик. – Переодеть его, и он сойдет за человека.
Я кивнула:
– Зомби у меня получаются великолепно, но это не поможет вашему Мастеру.
– Позовите одного вампира из зала гробов, – попросил Доминик.
– Зачем?
Доминик достал из ножен у себя на спине серебряный нож. Я и не знала, что у него есть оружие.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов