А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Грянувшись о землю, лодка разлетелась вдребезги. Меня таки оторвало от каната и хорошенько протащило боком по траве и кочкам. Взмахнув напоследок краями, как крыльями, шелковый полог накрыл сверху останки корзины с вывалившимися из нее мешками и ящиками. Я не видел, как приземлились эльфы, но, когда выбрался из-под золотой «накидки», Ильяланна и ее брат уже были на ногах. Пострадал лишь кремово-молочный костюм Ярвианна: земля, по которой ему довелось проехаться, оставила на замше широкие грязно-зеленые полосы.
– Бежим! – крикнула фея, и я, хоть и оглушенный падением, сделал пару шагов в сторону от опавшего «Цветка», но потом приостановился.
– Нужно забрать припасы, деньги.
Таскать при себе кучу золотых, может быть, и разумно с точки зрения сохранности, но не слишком удобно. Поэтому мои сбережения, как и деньги эльфов, лежали в специальном сундучке, прикрученном ко дну лодки.
– Плевать на золото! Скоро здесь будут хиллсдунские твари. Бежим!
Напоминание о гномах прибавило мне скорости. Мы побежали по холмистой равнине на восток, если судить по светящему в спину закатному солнцу. Я плохо представлял, на чьи земли мы сверзились, поэтому не знал, как скоро удастся встретить селение и насколько дружелюбны к пришельцам окажутся жители. Сочная трава под ногами прямо-таки просилась под косу, неужели же в этих благостных местах нет ни одной деревеньки? В унисон моим мыслям за очередным холмом мы наткнулись на мирно пасущийся табун в дюжину лошадей.
Эльфийка немедленно остановилась. Встал, сделав несколько шагов, и ее брат, потом и я нагнал моих легконогих спутников.
– Надеюсь, ты умеешь ездить без седла, – бросила мне фея и уверенно направилась в сторону лошадей. – Айе, айе… – негромко позвала она и пару раз причмокнула губами. Две лошади подняли голову от земли. Сначала настороженно прядая ушами, потом все смелее направились к нашей леди, подошли, доверчиво ткнулись мордами в плечо Ильяланне. Она поочередно погладила обеих по длинной лошадиной переносице.
– Ярви.
Понятливый братец подошел, одним плавным движением взлетел на спину первой кобыле. Та фыркнула, шарахнулась было в сторону, но тут же успокоилась, вернулась обратно. Ярвианн поощрительно похлопал ее по шее. Вторая так и осталась рядом с феей – колдовство, да и только!
– Теперь ты, – позвала меня Ильяланна.
Я нерешительно приблизился.
– Не уверен, что у меня получится так же лихо, – заметил, кивая на эльфа. – Потом, это же воровство!
Лошади явно не были дикими, у некоторых я даже заметил на крупе следы от упряжи.
– Однако же тебя не мучила совесть, когда ты собирался сбежать из моего каравана, оставив меня без носильщика и задатка, – напомнила фея.
У меня нашлось бы, что возразить, но место для пререканий было не самое подходящее.
– Садись на лошадь, – поторопила фея. – Или, если хочешь, оставайся. Мы уезжаем.
Решившись, я вскочил на спину второму коню. Он несколько раз переступил с ноги на ногу, но, как и лошадь Ярвианна, даже не попытался сбросить меня на землю.
– Держи, – фея размотала длинный парчовый пояс, повязанный поверх платья на бедрах, обмотала вокруг конской шеи, бросила концы мне, – так будет проще.
Сама она устроилась за спиной брата, и их кобыла немедленно зарысила все в том же восточном направлении Я сдавил бока своему коняге, посылая его следом.
Лошадь эльфов, хотя и несла двух седоков, порядком обогнала меня. Прежде мне не приходилось ездить без седла, и я осторожничал. Ильяланна то и дело оглядывалась, но настороженный взгляд искал вовсе не меня, ведьма все еще опасалась погони. Но вокруг было тихо. И вот, когда я уже решил, что хиллсдунские преследователи, если они были, отстали, поросший льнянкой и аистником холм слева от нас вдруг раскололся. Я успел заметить гладкий срез чернозема толщиной дюйма в три, покрывавший металлическую крышку, потом створки откинулись, сминая траву, и вверх, словно побег волшебного дерева, стал расти отливающий медью ствол.
– Катапульта! – крикнула фея.
Но я уже и сам сообразил. Позабыв об осторожности, принялся колотить пятками своего коня, досадуя, что не додумался по дороге обзавестись каким-нибудь прутом или веткой. Лошадь нехотя перешла в галоп. Паровая катапульта между тем полностью поднялась над холмом. Дурное любопытство заставило меня несколько раз оглянуться, так что я видел, как прочная деревянная площадка утвердилась на вершине и колесный механизм привел цилиндрический ствол в горизонтальное положение. Хищное жерло уставилось прямо нам в спины. Блеснули начищенной сталью штифты парных цилиндров, расположенных по обеим сторонам от ствола.
Я со всей силы всадил каблуки в бока лошади, чтобы еще прибавила ходу. В это время сзади раздалось резкое шипение, а затем и залп. Приглушенное «х-хабах!» придало резвости моему скакуну лучше всяких понуканий. Он сорвался в карьер, так что пришлось вцепиться в лошадиную гриву. Но я и не думал осаживать животное. Далеко впереди чугунное ядро вонзилось в землю, вырвав целый пласт дерна. Паровая пушка была слишком мощным оружием, к тому же не приспособленным для стрельбы по столь мелким и вертким мишеням, как скачущие всадники. Но обольщаться не стоило. Новый залп – и я щекой ощутил движение воздуха: ядро пролетело совсем близко, подгорные мастера и здесь демонстрировали завидное искусство. На этот раз земляной фонтан взметнулся гораздо ближе. Удаляясь от катапульты, мы, сами того не желая, облегчали задачу хиллсдунским канонирам. Еще один глухой хлопок, конь резко вильнул влево, я едва удержался на его спине. Ярвианн впереди меня умело направлял кобылу из стороны на сторону, уводя с траектории выстрела.
– Быстрее! – Порыв ветра донес до меня крик обернувшейся на мгновение Ильяланны. Я бы с удовольствием последовал ее совету, но. моя лошадь не слишком прислушивалась к командам седока, лишенного шпор и поводьев. Оставалось надеяться на ее животное чутье.
Следующее ядро едва не снесло мне голову. Случайно вышло, что я в тот момент отклонился, и оно прошло, что называется, «между ушами» у коня. С опозданием нырнув вниз и прячась за лошадиной шеей, я снова чудом избежал гибели, теперь под копытами. Спас Ильяланнин пояс, за который я продолжал цепляться. Пару минут я болтался на боку у скакуна, судорожно вцепившись одной рукой в гриву, другой в повязанную на конской шее ткань. Потом кое-как выровнялся. Как раз вовремя, чтобы заметить земляной «цветок», взметнувшийся буквально в ярде от нас. Уже миновав вырытую ядром неглубокую ямку с опадающими вокруг комьями земли, сообразил, что мы, кажется, вырвались из зоны обстрела. Еще несколько минут скачки, и я увидел, как эльфы осаживают свою кобылу. Я по мере сил последовал их примеру. Животные перешли на размеренную рысь, и появилась возможность переброситься парой слов с феей.
– Вы больше не опасаетесь погони? – спросил я, тревожно косясь через плечо.
– Нет.
Ярвианн перевел свою лошадь на шаг, давая возможность восстановить силы.
– Вы знаете, где мы?
– Да.
Но никаких подробностей я от феи не услышал.
В темноте мы добрались до какого-то городка. Старый наполовину деревянный тын, окружавший его, даже в темноте выглядел покосившимся и ненадежным. В нескольких полетах стрелы от запертых на ночь ворот мы нашли уж вовсе разъехавшийся участок и без особого труда перебрались за городскую стену. Лошадей Ильяланна еще раньше отпустила, нашептав напоследок каждой заклинание на ухо.
– Можешь успокоить свою совесть, – с насмешкой бросила мне, – теперь они вернутся к хозяину.
Городишко оказался Арангемом – родиной легендарных ткачей и знаменитых тканей.
– Если их парча стоит так дорого, с какого… с какой стати они живут в таких трущобах? – пробираясь по ночным улицам и то и дело вляпываясь сапогом в нечистоты, проворчал я. Мы давно выбрались с окраин к центру, и дома по сторонам от разбитой мостовой стояли явно не бедные, но фонарей в округе не было. А уж более запущенной и грязной дороги я даже во время блужданий по Лоскутному кварталу не видел!
Наконец мы нашли то, что искали – «приличный» трактир. Хозяин этого клоповника, бросив взгляд на нашу разодетую в парчу леди, заломил умопомрачительную цену. Я-то вообще рассчитывал на ночлег где-нибудь в сарае или на конюшне, ведь все мои денежки достались метким хиллсдунам! Так что до поры помалкивал. Но когда жадный засранец назвал сумму, не выдержал:
– Вы, случайно, не императорские покои сдаете? – поинтересовался едко.
– Помолчи, Бурый, – оборвала меня фея. – Возьмите, почтеннейший. – Она безжалостно выдрала из ткани золотую пряжку, поддерживающую высокий ворот платья. – Мне нужны две комнаты до завтрашнего полудня.
И только я открыл рот, чтобы завести разговор о местечке в конюшне, снова перебила: «Идем!»
Комната в итоге оказалась не так и плоха, во всяком случае, простыни были хоть и застиранные, но свежие. К тому же на этот раз спальня досталась мне одному. Ярвианн отправился ночевать в комнату к сестре.
Остаток ночи прошел в боях с насекомыми. (Про клопов я помянул не для красного словца!) Утром я встал с постели, почесывая недавние укусы. Умылся водой из приготовленного кувшина. Следовало определиться с дальнейшими планами.
У меня снова не было с собой ни ахеля. Зато имелся приличный меч и некоторый опыт наемного охранника. Я слышал про какие-то беспорядки в Арангеме, но полагал, что это не мешает обозам с парчой все так же отправляться в Эрихею и соседние земли. Так что, если немного повезет, сумею подрядиться в охрану к какому-нибудь купцу. А нет – значит, придется продать меч и затянуть пояс. Но, как бы там ни было, я собирался уже сегодня продолжить путь в Каннингард.
Незадолго до полудня я стукнул в дверь соседней комнаты, где остановились эльфы. Никто не ответил. Тронул створку – она открылась со скрипом, спальня была пуста. В столовом зале, куда я спустился, давешний трактирщик полировал тряпкой медную пивную кружку.
– Почтеннейший, вы не видели моих спутников-эльфов? – спросил я.
– Съехали, – коротко бросил хозяин.
«Съехали…» Я ненадолго задумался. Что ж, леди Ильяланна исполнила свое обещание, она переправила меня через хребет, как добираться дальше – мои проблемы. Ну а что «Цветок» разбился и деньги пропали – так тут ничьей вины (кроме хиллсдунской) нет. Я совсем собрался выйти на улицу.
– Леди велела вам дождаться ее здесь, – снова проронил хозяин. Я поднял на него глаза, но он больше ничего не добавил. Вздохнув, я сел за стол недалеко от стойки. В животе урчало от голода, но я жестом отослал остановившуюся рядом со столиком служанку. На еде пока тоже следовало экономить.
Ильяланна явилась через час. Я как раз размышлял на тему, сколько времени мне стоит дожидаться неизвестно чего. Села напротив, сложив перед собой руки.
– Ну, Бурый, ты не передумал? Поедешь в Эрихею?
– Да, – кивнул я.
– Что ж, тогда держи свои восемьсот лорров. – Тяжелый кошелек лег на столешницу. Я с опаской покосился на неопрятного трактирщика, продолжавшего неспешно натирать посуду за стойкой. – Можешь не опасаться хозяина, в этой гостинице полно клопов в матрасах, зато здесь не грабят проезжающих – («Это как посмотреть», – припомнил я вчерашнюю торговлю за комнаты.)
– Откуда вы их взяли? – изумился я.
– Не переживай, – усмехнулась леди, – я никого не зарезала за эти золотые. Эдор Элил охотно ссужают деньгами в любом королевстве. Это тебе каждый банкир скажет. Да, еще тебе понадобится это. – Рядом с кошельком лег еще один кожаный мешочек, фея подтолкнула тот и другой в мою сторону. – Пыльца майлинеру и еще кое-что, разводится до густоты тофры. Обезболивающего напитка хватит не меньше чем на год.
Я с удивлением посмотрел на тщательно зашитую кожаную подушечку с пыльцой, потом на хозяйку зелья. По правде сказать, не ждал, что после моего отказа эльфийка одарит меня волшебным настоем, даже как-то растерялся.
– Спасибо…
– Легкой дороги. – Фея встала и направилась к выходу, на пороге задержалась. – Мой тебе совет, возьми лошадей в этом же трактире. Не сори деньгами и не гони день и ночь, а то вместо Каннинга окажешься в придорожной канаве.
На этот раз я даже поблагодарить не успел, Ильяланна скрылась за дверью. Хотел догнать, но передумал. Наши дороги разошлись. Меня ждали дом и родители, эльфов – их запутанные дела. Не мешкая более, я окликнул хозяина заведения и тут же купил у него двух лучших лошадей из имевшихся на конюшне.

* * *
Возвращение домой вышло тягостным. Конечно же я был счастлив снова увидеть отца и мать. А уж они как обрадовались, встретив меня живым и здоровым! Но когда высохли слезы радости и кончились объятия, пришла пора объяснить, что же заставило меня вот так, без предупреждения, исчезнуть из города. Я старался лгать как можно меньше: признался, что спьяну завербовался в караван, идущий в Гномьи Горы. Сложнее было выдумать причину, побудившую меня напиться до такого состояния, чтобы поддаться на уговоры «черного» вербовщика. Отводя от стыда глаза, рассказал, что запил от расстройства по поводу экзамена. Говорил и сам себе был противен – только тупая, эгоистичная скотина способна из-за подобной чепухи доставить столько горя родителям (а они ведь меня уже похоронили!). Но поведать им сейчас о печати было бы еще более жестоко. Хорошо еще, что Хильды в городе не оказалось – отправилась вместе с отцом по каким-то делам в Ольсо. Врать и притворяться при ней было бы уж вовсе невыносимо.
– Ничего, сынок, главное, ты вернулся. Теперь заживем!
Задавив ком в горле, я заставил себя улыбнуться отцу:
– Да, заживем…
Итак, я вернулся. Мать и отец на радостях не склонны были попрекать меня неразумными поступками. Даже мой переход через горы стал восприниматься с неким оттенком героизма. О недавнем трауре никто вспоминать не хотел. Правда, Михал, бывший подмастерье моего отца, держался со мной так, словно я его чем-то обидел. В другое время я непременно вызвал бы его на откровенный разговор, чтобы устранить все недоразумения. Но в нынешних обстоятельствах делать этого не стал: к чему обременять людей привязанностью к себе? Да и, по чести сказать, мне самому с каждым днем становилось все труднее поддерживать прежние дружеские связи. Проклятая эльфийская ведьма оказалась права: среди живых с печатью смерти я чувствовал себя чужаком, хотя еще и не умер.
Неделю спустя после моего счастливого «воскрешения» отец заговорил о новой лавке-мастерской. Подозреваю, он желал поскорее остепенить сынка, пока тот снова что-нибудь не вычудил. Еще день-другой, и всплывут старые планы женитьбы. Я заставил себя выкинуть из головы мысли о скорой кончине – ведь я обещал себе прожить оставшееся мне время так, словно впереди вечность и погрузился в хлопоты по оборудованию лавки в Старом городе.
На следующий же день мы вдвоем отправились на Дворцовую улицу, чтобы еще раз досконально обследовать свое домовладение и поговорить с жильцами о переезде. Однако дело, начатое без души, сразу не заладилось. Арендовавший отель господин Ги-Равсон, едва отец завел речь о необходимости съехать, поднял крик. Голос у него был высокий, визгливый. В гневе этот худощавый дворянин воинственно притопывал длинными тонкими ногами и непрестанно теребил перевязь с мечом. Выглядело это довольно комично, но мне было отнюдь не весело. Пусть Ги-Равсон был типом склочным и малоприятным, к тому же задолжал арендную плату за полгода, в чем-то я мог его понять: необходимость срочно освободить дом кого угодно поставила бы в сложное положение.
Выслушав эмоциональную тираду арендатора, отец сам перешел в наступление: напомнил Ги-Равсону о долгах и еще о каких-то грешках, связанных с азартными играми. Я между тем опять поймал себя на мысли, что отель мне теперь не очень-то и нужен. Отец не сможет работать на две мастерские, а я… Может быть, воспользоваться нынешней сценой как предлогом и потянуть время, хотя бы месяца два-три? Большего, наверное, и не потребуется.
В самый разгар «торговли», когда Тео Ардес и арендатор-дворянин спорили о размере компенсации (к ювелир явно побеждал, медленно, но неуклонно снижая ее размер), я, извинившись, отозвал отца в сторонку и тихонько изложил свою новую точку зрения.
– Мы могли бы предоставить ему небольшую отсрочку. Большому семейству не так-то просто будет подыскать подходящее жилье в разгар лета.
Отец, выслушав мой шепот, лишь возмущенно задвигал бровями. Ги-Равсон же каким-то образом уловил, о чем идет речь, и принялся развивать наступление на новом фронте. Теперь он стенал о плачевном положении своей семьи, в особенности бедного «новорожденного малютки» – своего младшего сына, родившегося, впрочем, два года назад. Мэтр Ардес стоял на своем, то есть на немедленном освобождении здания. Но хитрый дворянин, решив, что нашел слабину, апеллировал теперь в основном ко мне. Когда слушать бесконечный торг стало невыносимо, я, досадуя на себя одновременно за то, что не сумел своевременно придумать подходящий предлог и отказаться от всей затеи, а потом так некстати поддался упадническим настроениям, резко оборвал спор.
– Даю вам сто лорров отступных и два дня сроку, – отчеканил я в лицо Ги-Равсону. – Соглашайтесь или не получите ничего. Через три дня сюда явятся рабочие и примутся за перестройку.
Дворянин захлопнул рот на середине фразы, сглотнул, набрал в грудь воздуха – я уж думал, для новой истеричной тирады – и неожиданно спокойно и по-деловому ответил:
– Сто лорров и отказ от требования задолженности.
– Хорошо. – Я не собирался возобновлять препирательства из-за лишнего десятка золотых. Предусмотренный договором срок аренды еще не истек, и Ги-Равсон мог бы еще долго портить нам кровь.
– Где и когда вы передадите деньги?
– Здесь, послезавтра вечером, если к тому времени отель будет пуст.
– В таком случае, господа, прошу вас откланяться. У меня много дел.
Ги-Равсон небрежно кивнул нам и заспешил куда-то в глубь своего, а точнее, нашего дома. Явившийся на смену ему слуга с явным намеком распахнул дверь. Мы с отцом вышли на улицу, уселись в коляску, на которой прибыли в Благородный квартал.
– Что это на тебя нашло, Раэн? – с укором повернулся ко мне отец, когда возок немного отъехал от здания, предназначавшегося под новую оружейную лавку. – Этот высокородный сморчок только что содрал с нас сто лорров за нашу же собственность, да еще и выставил на улицу из нашего дома. Вот уж, верно, он потешается! С чего вдруг такая щедрость?
– Потерял в горах хватку. – Я мог лишь виновато улыбнуться и пожать плечами. Мэтр Ардес еще раз внимательно вгляделся в мое лицо, потом по-отечески хлопнул по спине:
– А, ладно, пусть радуется! В конце концов, ты привез с собой достаточно золотых, чтобы позволить себе быть расточительным.
Упоминание о плате, полученной за меч и работу носильщика, заставило меня окончательно скиснуть, напомнив еще кое о чем. Денег я действительно привез предостаточно, чтобы самому, без заемных средств открыть лавку-мастерскую. Так что брать в долг у Бруста надобности больше не было. Но избежать встречи с банкиром, а главное, с его дочерью я все равно не мог. Простая вежливость требовала нанести Брустам визит после их возвращения в город. Вот уже не одну и не две ночи я подолгу не мог заснуть, ломая голову над тем, что скажу Хильде, а также – когда открою правду родителям. Бессонница снова стала моей постоянной гостьей. Изгнать ее не могло даже ведьмино зелье, избавлявшее меня от физической боли.
– О чем задумался? – прервал отец мои невеселые размышления.
– Думаю, какой товар в первую очередь найдет спрос в Старом городе, – соврал я.
– Тут и думать нечего. Откуешь с десяток «королевских» клинков. Сделаешь им прибор подороже да позамысловатее. Можешь рассчитывать на меня, отделку для двух-трех мечей я обеспечу. Потом найдем тебе толкового подмастерья…
– Так, так… – согласно кивал я в такт отцовским словам, изо всех сил стараясь проявлять интерес к делу, которое в глубине души считал бесполезным.
Ее голос я услышал, когда поднимался из подвала нашего дома, где было устроено хранилище для драгоценных камней и золотых слитков.
Замер на лестнице, потом побежал, перескакивая через три ступеньки, но у самой двери в ювелирную лавку снова остановился. Створка была прикрыта неплотно, и я мог разобрать каждое слово.
– Я ищу мастера, изготовившего этот клинок.
– Простите, миледи, но это не наша работа.
– Здесь написано: Ардес.
Я тихонько приоткрыл дверь до половины так, что увидел отца, державшего в руках извлеченный из ножен меч. Приблизив лезвие едва не к самому носу, он уставился на золотую гравировку над перекрестьем рукояти. Когда-то я мечтал, что буду иметь особое клеймо, что-то вроде стрелы в круге знаменитого «Красного лучника», которое станут узнавать далеко за пределами Эрихеи. Но, скорее всего, перекованный Ключ Тьмы был единственным моим шансом увековечить свое имя, так что я решил не мудрить и вывел на лезвии полную фамилию.
– Сожалею, миледи, но…
– Желаю вечной жизни, миледи! – Я шагнул в комнату. Дыхание отчего-то перехватило.
– Рада встрече, господин Ардес. – Конечно же леди Ильяланна не удостоила меня поклоном, но мне показалось, что взгляд ее чуть-чуть потеплел. Стоявший позади сестры Ярвианн сдержанно кивнул.
– Раэн, – отец не мог оправиться от удивления, – ты знаешь эту госпожу? – Мастер Тео Ардес испытывал острую неприязнь к эльфам, о причинах которой я как-то не удосужился спросить. Роль радушного хозяина лавки явно давалась ему нелегко. Именно по этой причине я в свое время счел за благо умолчать, кто был хозяином того каравана, с которым я пересек Ласковый хребет.
– Да, отец. – Я не отрываясь смотрел на эльфийку. – Вам снова понадобился кузнец, миледи?
– Нет, мне нужен телохранитель.
– У нас не… – начал мастер Ардес.
– Я согласен.
Не знаю, как так вышло, я вовсе не собирался этого говорить. Лишь подумал. Но уже не в первый раз в присутствии эльфийской ведьмы я начинал произносить мысли вслух!
– Мы остановились в «Златошвейке». До встречи, мастер. – Ильяланна забрала у отца меч и, передав его Ярвианну, вышла из лавки. Эльф снова кивнул – на этот раз прощаясь – и последовал за ней.
– Что это значит?! – гневно потребовал объяснений мастер Ардес.
– Прости, отец, я не хотел причинять тебе боль. Ни тебе, ни маме. Но мне нужно идти.
– Куда? – Гнев пропал из голоса старого мастера, осталась одна тревога.
– В «Златошвейку», ты ведь слышал. А потом, куда укажет эта леди.
– Но ты же не собираешься всерьез наниматься к ней телохранителем?! Раэн, очнись, у тебя есть другие дела, в конце концов, у тебя есть передо мной обязательства!
– Прости, отец, – повторил я, – но так будет лучше. Потом ты поймешь…
– Нечего тут понимать! – снова вспылил он. – Раэн… – (Я обнадеживающе сжал ему руку и выскочил из лавки.) – Раэн, остановись! Вернись немедленно!
Но я не остановился.
«Златошвейка» была единственной гостиницей в Благородном квартале. Те, кто останавливается в Старом городе, обычно могли себе позволить откупить под временное жилье целый особняк. Но для тех, кто прибыл на пару дней или по иной причине не желал ввязываться в хлопоты с арендой, существовала эта гостиница, хотя цены в ней были крутые.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов