А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

– Поговорим, Элмунд? – спросил как ни в чем не бывало.
– Кто вы? Что вам надо? – скрипя зубами от боли, выговорил староста.
– Думаю, ты уже догадался, кто мы. А вот насчет тебя у меня сомнения. Ты тайный жрец? Не похож на простого «возрожденца».
– Не трогайте сына, – прекратив попытки вытащить из ноги дрот, попросил Элмунд. – Он не имеет к этому отношения.
– Не имеет отношения к чему? – тут же ухватился за слово капитан. – Ну же, какой прок теперь скрытничать? Зачем ты все это затеял с храмом? Решил поддержать своих друзей в Гверистане? Отвечай! – Иринг нажал на сломанные пальцы Эриха, и тот заорал, выгибая спину.
– Отпустите его! – тоже сорвался на крик староста.
– Ну если ты просишь… Отпускаю тебя с любовью! – Кривое сарбаканское лезвие легко перерубило шейные позвонки, кровь плотной струей брызнула прямо в лицо замершего на земле отца. Ги-Деон брезгливо отпихнул обезглавленное тело. – Теперь скажешь? – без особой надежды поинтересовался он. Староста молчал, только губы тряслись. – Я так и думал. – Капитан занес меч. И в этот момент Элмунд заговорил.
– Вы поплатитесь! – потрясая в воздухе сжатой в кулак ладонью, провозгласил он. – День Нового Возрождения близок. Он придет раньше, чем вы способны представить, и вы поплатитесь за дела свои против слуг и имени Его! Цепь ваших перерождений прервется, и души канут в холодной Бездне. Я же восстану ещё до исхода этого дня, ибо уверовавший истинно достиг идеального воплощения и…
Закаленная сталь прервала пламенную проповедь.
– Что там у тебя? – вытерев клинок о рубаху убитого, повернулся Иринг к своему напарнику.
– Никого, – не выпуская дверь из прицела, доложил тот.
Трое рыбаков так и не выбрались из подожженного ангара – очевидно, угорели под лодками. Но Иринг на всякий случай обошел сарай со всех сторон, проверил, нет ли каких-нибудь проломов в стене или скрытых лазов. Но огонь за это время успел перекинуться на стены, да и дыма от горящих лодок было куда больше, чем при обычном пожаре, так что выжить внутри было попросту невозможно. Пока пламя не вырвалось наружу, Ги-Деон и его помощник перетащили к двери и забросили внутрь трупы.
– Если это было их идеальное воплощение, трудновато им будет возродиться в собственном теле, – мрачно пошутил гвардеец.
– Подопри чем-нибудь створки, – посоветовал ему командир. Солдат поискал вокруг, не нашел ничего подходящего, потом подобрал кусок топляка, сунул в петли вместо замка, оставшегося, вероятно, внутри.
Иринг отошел подальше от горящего ангара; хорошо, хоть в чаду горящей смолы и дерева паленой человечиной почти не пахло.
На вершине дюны появился запыхавшийся кузнец, дым издали привлек его внимание, так что остаток пути до берега он бежал. Увидев пылающий на месте лодочного сарая костер и идущего к нему навстречу капитана, он уже открыл было рот, собираясь позвать на помощь, но осекся. Взгляд замер на изогнутой сарбаканской сабле. Показалось, клинок по самую рукоять залит кровью, но – нет, это закатное солнце окрасило сталь в алый цвет. Ги-Деон с усмешкой загнал меч в ножны.
– Что-то ты рановато, – пожурил он кузнеца. – Впрочем, все к лучшему.
Стефан напрягся, когда капитан приблизился к нему вплотную. Но тот лишь дружески похлопал мастера по плечу.
– Видишь ли, мой друг, – повел рукой в сторону пожара, – ужасная беда приключилась с вашим старостой и еще десятком односельчан. Молния – не иначе кара разгневанных богов – ударила прямо в этот сарай. Несчастные сгорели все как один! – Иринг заглянул в лицо кузнеца.
– Молния? – недоверчиво переспросил тот. – Но я не слышал грома, да и туч на небе не заметно…
– Твое неверие оскорбительно, – заметил капитан, – я рассказываю тебе о божественном провидении, о чуде, а ты требуешь какого-то грома! Воля богов вершится без лишнего шума. Понятно? – проникновенно произнес он.
– Д-да.
– Когда здесь все прогорит, – удовлетворившись ответом, продолжил командир «Насаждающих», – организуешь похороны. А после, не затягивая, беритесь за восстановление храма. Поскольку Элмунд отошел за Край, придется тебе принять его обязанности. Не переживай, – остановил готового возразить кузнеца, – с минуты на минуту сюда явится маршал с подкреплением, они тебе помогут на случай беспорядков. Убедят несогласных и все такое…
– А как же судилище? – Стефан все не мог прийти в себя от увиденного и услышанного.
– Ну раз нет обвинителей, нет и суда. Кстати, держи. – Иринг кинул в руки ошарашенному кузнецу свиток. Мастер раскатал серый бумажный лист.
– Это жалоба?
– Нет, бумага для растопки. А вот это, – Ги-Деон достал из кармана нечто завернутое в белый, обшитый по краю кружевом платок, – и это, – снял с шеи золотой медальон с изображением лотоса, – отдашь Гнессе… Агнес. Скажешь, Прекраснейшая благодарна за подношения. И еще, думаю, девочка сумеет позаботиться о статуях в храме лучше почившего жреца.
– Он тоже? – охнул Стефан.
– Он особенно! – с нарочитой скорбью вздохнул капитан. – Ну кажется, все… Pax! – Гвардеец, упрятывавший арбалеты в мешок, мигом повернулся к начальнику. – Дождись маршала, устрой здесь все, а я – в столицу.
Но в столицу Иринг попал только спустя десять дней. В дороге ему встретилась эстафета с личным поручением для него от Его Светлости Ги-Васко. Герцог требовал, чтобы капитан ночной стражи немедленно прибыл в Ольсо.

* * *
– Что-то не так, Новис?
Третий за два дня визит богини встревожил бывшую жрицу.
– О нет, все даже лучше, чем я рассчитывала! Кто этот кузнец? Где ты нашла его?
– Он пришел с нами из Каннингарда. Я решила, что лучше вручить заказ постороннему. Мои амбициозные родственнички могут решить, что им выпал шанс возвыситься, и тогда сама Яйнири не знает, куда заведет их алчность!
– Ты сделала удачный выбор, – расцвела богиня довольной улыбкой. – Но не должна отпускать его.
– Я взяла с него клятву, – заметила Ильяланна. – Потом, много ли успеет разболтать смертник, даже если ре-шит нарушить слово, и кто ему поверит?
– Не в том дело. Он – тот, кто способен уравновесить Эррэ. Разве ты не заметила? Твой кузнец носит на плече печать тьмы, изготовленную светлым магом! Осталось лишь разбить ему сердце и лишить имени. Тогда его душа опустится на самое дно Бездны и, заняв место Темного Близнеца, навсегда останется в ней, отняв у Эррэ часть его силы.
– Это означает, что он никогда не сможет переродиться?
– Да.
– Души самых отъявленных злодеев, дожидающиеся нового рождения в Бездне, и те имеют надежду увидеть свет. Ты же предлагаешь мне обречь его на вечное пребывание во Мраке. Бедняга не заслужил такой участи, – хмуря белесые брови, возразила ведьма.
– Ставки слишком высоки. – Богиня перестала улыбаться. – Вспомни о том, что мир стоит на пороге хаоса. Да и о своих желаниях забывать не следует. Сделай так, чтобы парень добровольно отрекся от собственного имени (а в том, что тебе не составит труда разбить ему сердце, я не сомневаюсь), и я исполню то, о чем ты мечтаешь много лет.

* * *
Я ожидал, что поездка будет тайной, но кроме нас троих в Кирнею отправилось еще четверо эльфов. Конный эскорт рысил позади и впереди нас.
– Мне казалось, вы не горели желанием посвящать в свои дела родственников? – негромко спросил я фею, когда наши кони случайно оказались рядом. Жеребца, кстати, мне выдали отменного, редкой мышастой масти, с широкой грудью и длинными ногами. К тому же, в отличие от большинства своих собратьев, обычно устраивающих испытание новому седоку, этот не спешил проявлять норов.
Ильяланна только надменно дернула подбородком на мой вопрос. Ну и Бездна с ней, меня ее семейные дела не касаются. Приедем в город, найдем кузню, выполню работу – и домой. Наконец-то домой!
На второй день, едва впереди показались выглядывающие из-за стены шпили городских храмов, сопровождавшие нас эльфы развернули коней и, отвесив в седле поклон даме, поскакали в обратном направлении.
– Н-да, стоило трястись два дня в седле, чтобы повернуть назад в виду города!
– Зато они уверены, что знают, куда поехала глава их рода. Излишняя скрытность всегда подозрительна. – Ильяланна проводила отъезжающих взглядом.
– А так, бессмысленно помотавшись туда-сюда, они ничего не заподозрят?
– Нет. К тому же путешествовать с нашим грузом без охраны было бы крайне опрометчиво. Но в городе безопасно, и лишние сопровождающие не требуются.
Мне захотелось узнать, каким манером мы вызовем эскорт, когда поедем обратно, но Ильяланна, судя по ее интонации, уже начала раздражаться, так что я решил оставить расспросы на потом.
Я думал, в Кирнее мы договоримся с каким-нибудь кузнецом, чтобы разрешил за плату воспользоваться его горном и наковальней. Но Ильяланна подошла к делу с размахом. Мы не стали останавливаться в гостинице, а направили коней прямиком в ремесленные кварталы. Кузницы традиционно строят на окраине из опасности пожаров, и тут нам не пришлось отъезжать далеко от городских стен.
– Тебе выбирать, – бросила фея, когда мы выехали на дорогу, по обеим сторонам которой стояли приземистые каменные домики. Кузниц на ней было две, обе в самом конце улицы. Я выбрал сооружение с широкой кирпичной трубой, мехи здесь раскачивали не вручную, имелся колесный привод, который вращал ослик. – Сколько хочешь за свою кузню? – обратилась Ильяланна к вышедшему из ограды мужику в закопченном кожаном фартуке, ясно свидетельствовавшем о его профессии. Я чуть из седла не выпал. Да и у кузнеца вид был не менее огорошенный.
– Леди, эта кузница не продается!
Но он изменил решение, когда цена поднялась до тысячи лорров. Лошадей мы оставили во дворе. Дорожные сумки пока остались притороченными к седлам. Я отправился обживать кузню, а эльфы – расплачиваться с хозяевами и договариваться о сроках, когда те съедут из дома, который леди прикупила заодно с мастерской.
Бывший владелец знал толк в своем ремесле. Я одобрительно оглядел богатый набор пробойников, фигурных подкладок, клещей, гладилок и прочего инструмента, отложил в сторону то, что могло мне понадобиться. Потом скинул куртку, надел висевший здесь же на гвозде почти новый фартук и направился к горну. В горниле догорали остатки угля. Видимо, кузнец недавно закончил работу. Я принялся очищать фурму от золы. В это время в кузницу вошли Ильяланна и Ярвианн, последний выложил на стол для кузнечного инструмента обломки жезла.
Ярвианн оказался неплохим учеником, он очень старался и довольно быстро освоил плечевые удары молотом, однако за один день ни кузнецом, ни даже молотобойцем не станешь. Ильяланне, переводившей мои команды, приходилось неотлучно находиться неподалеку от наковальни. Платье ее вскоре покрылось черными крапинами от рассыпавшихся из-под молота искр, и вообще женщине опасно было вертеться в такой близости от раскаленного металла. Необходимость следить за тем, чтобы ненароком не задеть и не обжечь ее, поначалу раздражала до зубовного скрежета. Но вскоре работа захватила меня полностью. Ведь я ковал меч, предназначенный ниспровергать богов, – задача, достойная самого Даго! И поскольку оставить после себя наследника мне вряд ли уже удастся, может, хоть этот меч сохранит память о Раэне Ардесе в потомках.
Когда выкованная из хитроумно переплетенных прутьев железа и золота заготовка легла охлаждаться в чан с водой и я усталый, но довольный вышел из кузни подышать свежим воздухом, на дворе была ночь. Хотя чему удивляться? В город мы прибыли далеко за полдень, потом еще торговались с прежним хозяином кузни, готовили все для работы… Я запрокинул голову – в небе перемигивались редкие звезды. В горах, да и в Вилейке они казались куда ярче.
– Странно, что соседи еще не явились к нам с ухватами, звон молота о наковальню, должно быть, не давал заснуть всей округе, – поделился я своими мыслями с феей, вышедшей следом на улицу.
– Я поставила на воротах знак Листа, никто не посмеет нас тревожить, – пожала плечами та.
– Вижу, вы тут, в Кирнее, людей совсем ни во что не ставите. – Мое негодование было вялым.
– Каждая из рас заслуживает то, что имеет, и имеет то, чего заслуживает, – произнесла Ильяланна, также разглядывая звезды.
– Значит, эльфы заслужили свое изгнание в зарийские леса? – не удержался я от едкого замечания. На всякий случай даже приготовился если не к «вихрю боли», то, по крайней мере, к не менее колкой отповеди.
Но фея отреагировала спокойно:
– Пожалуй. Мы слишком часто сражались друг с другом за честь и слишком редко – за нашу землю. Неудивительно, что нас потеснили. Однажды Ярвианна нарекут Ги, и тогда он сумеет вернуть былое могущество.
– Ги? – Мне показалось, Ильяланна снова меняет тему разговора – Я думал… Так Ги – это имя или титул?
– Это и имя и титул. Вот уже две тысячи лет так именуются эльфийские короли. Уже потом люди присвоили и опошлили славное имя. – Лицо феи на мгновение исказила гримаса брезгливости. – И теперь любой ваш паршивый дворянишка может называть себя Ги и мнить царственной особой.
– И когда же ваш брат собирается стать королем? – В своей прошлой, благополучной жизни я мало что знал об эльфах (впрочем, как выяснилось, я вообще мало знал), но из тех обрывочных сведений, которыми располагал, у меня сложилось впечатление, что у вечно юных вроде как уже есть правитель. И если их законы наследования похожи на наши, замены ему в обозримом будущем не понадобится, ведь перворожденные бессмертны. Разве что Ярви собирается до срока отправить их нынешнего монарха за Край. Что ж, даже если так, я не испытывал жалости к его будущей жертве. Межэльфийские разборки меня не волновали.
– Когда наступит время, – уклончиво ответила фея. Я не стал переспрашивать, когда это случится. Собственно, какая мне разница?
– Завтра клинок будет готов, – сообщил я заказчице. – Может, будут какие-то особые пожелания насчет формы или размера?
– Меч должен быть по руке Ярвианну. И лезвие желательно сделать привычной ему формы, но если тебе удобнее ковать прямой клинок…
– Я предполагал, что меч будет эльфийского образца.
– Хорошо. Я отправляюсь спать. Ваша с Ярвианном комната первая справа от входа. Спокойной ночи.
– Мне еще надо отвязать и накормить беднягу ослика, – пробурчал я, недовольный перспективой совместной ночевки с Ильяланниным братцем. Почему-то казалось, что Ярви начнет кривиться да фыркать – мол, кровать недостаточно мягкая, простыни несвежие. Дом у кузнеца был зажиточный, но уж точно – не Дор Хейв. Нет, конечно, в горах эльф спал на таком же одеяле, что и я, но то в горах. Однако когда я отвел осла в специальный загончик и, ополоснувшись у колодца во дворе, явился в отведенную нам спальню, Ярви уже дрых на одной из кроватей, отвернувшись к стене. Я лег на вторую, забрался под одеяло, загасил принесенный с улицы фонарь. Несмотря на усталость, не спалось. Сверчок под полом выводил однообразную грустную песню. Как-то муторно было на душе, но я запретил себе разбираться в причинах – нетрудно догадаться, к чему приведет самокопание. Закрыл глаза, приказывая себе заснуть, но сон все не шел. Тогда стал глядеть в темный потолок…
– Бурый!
Я вскочил, чуть не снеся табурет, оказавшийся рядом с кроватью, – совсем про него забыл, чтоб ему! Под утро приснилось, что я ночую в горах, а где-то недалеко все еще рыщет хиллсдунское войско.
Ильяланна бросила мне на руки полотенце (должно быть, спешно съезжавшие хозяева оставили нам не только мебель), сама она была бодра и свежа.
– Не знала, что у ювелиров заведено спать до полудня, – недовольно заметила эльфийка. – Вставай, Ярви уже раздувает горн.
Меня как ветром сдуло, даже рубаху надевал на бегу. Горн – это вам не печка, в него нельзя напихать угля и дров как попало. Но эльф меня поразил. Вчера он первый и единственный раз видел, как я слоями укладывал в горнило уголь, и сегодня в точности повторил все мои действия. В дальнем углу ослик ждал сигнала, чтобы отправиться в привычный путь по кругу.
– У тебя есть несколько минут, чтобы позавтракать, – сказала фея, входя в кузницу. Я кинул еще один взгляд на готовый к работе горн и выскочил на улицу. Ледяная вода из колодца смыла остатки сонливости. Завтрак состоял из кувшина молока и еще теплых булок, наша леди явно договорилась с кем-то из соседок – печка на кухне была совершенно холодной. Наскоро запихал в рот еду. Последний кусок дожевал как раз на крыльце кузни.
– Приступим, – кивнул Ярвианну, набрасывая на шею фартук.
До обеда я успел отковать лезвие, вытянуть черенок и выстругать долы. Оставалось отполировать и вытравить рисунок (не зря же я столько мучился с плетением из железных полос и золотой проволоки). Но у прежнего хозяина закончилась кислота для травления, да и для отделки рукояти мне требовался кое-какой дополнительный инструмент. Так что пришлось вместе с Ильяланной отправиться в город.
Сначала я радовался тому, что не приходится блуждать по незнакомым кварталам в поисках нужной лавки. Фея прекрасно ориентировалась в Кирнее. Но очень быстро я стал тяготиться ее компанией. И дело даже не в самой эльфийке: на нас косились, нам уступали дорогу, иногда даже кланялись явно незнакомые люди. Может, кому-то это покажется приятным, но я предпочел бы, чтобы на меня вовсе не обращали внимания.
Когда все необходимое для моей работы было куплено, Ильяланна осведомилась, найду ли я дорогу до нашей кузницы. Она хотела отправиться по каким-то дамским лавкам. Я заверил, что не потеряюсь, после чего фея скрылась в одной из бесчисленных текстильных мастерских. Оставшись один, я вздохнул с облегчением. Огляделся, мысленно повторяя недавно пройденный путь. На глаза кстати попалась лавка готового платья. В Вилейке я поменял свой прожженный кафтан на куртку из домотканой шерсти, в которой и щеголял нынче, но на обратную дорогу не мешало бы запастись чем-то более практичным. Заметивший меня сквозь окно лавочник уже гостеприимно распахнул дверь. Я шагнул внутрь. Комната была небольшая, сплошь завешанная всевозможной одеждой.
– Мне бы куртку или кафтан из кожи, – обратился я к хозяину. – Можно и из тонкой овчины.
С помощью лавочника я довольно быстро подобрал себе теплый и прочный кафтан из шкур ягненка. Вспомнив о снежном завале, добавил к нему на всякий случай пару перчаток.
– Сами будете расплачиваться или дождетесь свою эльфийскую госпожу? – спросил торговец, когда я определился с выбором.
– Мою госпожу? – Я не сразу понял, о чем он говорит. Потом сообразил, что лавочник, вероятно, видел из своего окна, как я распрощался с Ильяланной. «Нет, они здесь, за хребтом, все какие-то ненормальные!»
– Я сам себе господин, и платить тоже буду сам!
– Простите, простите. – Хозяин испугался, что потеряет покупателя. – Я просто подумал…
– С чего это вообще у вас эльфы в таком почете, что им на улицах кланяются?
Торговец некоторое время пристально изучал меня, разглядывая лицо, потом костюм.
– Вы, господин, нездешний? – осторожно осведомился он.
– Из Каннингарда.
– А-а-а, тогда понятно. – Тон торговца изменился. – А попробуй им не поклонись! Вы, господин хороший, у себя в Каннингарде, поди, наших остроухих нечасто видите?
– Нечасто, – подтвердил я.
– А жили бы у нас, знали бы: стоит какому-нибудь перворожденному посчитать, что вы недостаточно быстро убрались с его дороги или посмотрели как-то не так, он тут же – ш-ш-ш-шик мечом, не задумываясь. Или того хуже… Например, дамочка, с которой вы заговорили, вполне способна навести порчу на половину города. Тут уж не захочешь, а поклонишься.
– Как же ваш князь такое позволяет?
– А что князь? Князю тоже жить хочется…
Откровения торговца оставили на душе неприятный осадок. Зато получше Вагиных намеков напомнили, с кем я имею дело.
До заката оставалось мало времени, но я решил не откладывать завершение работы на завтра. Чтобы сделать ножны и рукоять, помощник не требовался, так что Ярвианна звать не стал. К полуночи меч был готов. Нескромно хвалить собственную работу, но мастер Виллот мог бы мной гордиться. После травления на лезвии проявился замысловатый узор, напоминающий свитые в косу стебли растений, и очень уместно завершал рисунок полураскрывшийся бутон – головка рукояти. Я сделал пару взмахов – клинок был чуть тяжеловат, но хорошо уравновешен. Вложил меч в ножны из черного дерева. Металлический прибор тоже был выполнен в растительном стиле: устья – чашка цветка, обоймицы – стебель, обвившийся вокруг ножен.
За работой я не видел, как вернулась Ильяланна, но тут она и Ярви, как почувствовали, появились на пороге кузницы.
– Заказ готов. – Я со смешанным чувством протянул клинок Ильяланне. Но фея покачала головой:
– Ярвианн, это твой меч. Бери.
У Ярвианна разом загорелись глаза, он явно не был в курсе сестринских планов и теперь обрадовался, словно мальчишка новой игрушке. Мне тут же вспомнилось, как старая Сиза говаривала: «Вы, мужчины, – большие дети»; я тогда морщился, но в чем-то старушка была права. Эльф бережно принял оружие, плавным движением освободил из ножен. Огонь, догорающий в топке, побежал по золотым извивам на лезвии, зажегся звездой на конце острия.
– Ну что, испытаем? – Фея достала из рукава шелковый платочек, подбросила в воздух. Я вздрогнул: Ярвианн очень быстро трижды взмахнул мечом. Разрубленная на куски ткань опала к ногам. А потом он согнул клинок, проверяя сталь на прочность, и хотя я сам совсем недавно проделывал те же манипуляции, невольно задержал дыхание, пока лезвие не распрямилось с еле слышным, низким звоном.
– Отличный меч. Поздравляю, мастер.
Я слегка поклонился, принимая комплимент. Ярвианн что-то пропел сестре на своем языке и вышел из кузни.
– Теперь об оплате. Мы не условились заранее. Полагаю, тысяча лорров будет достойной наградой… – полувопросительно произнесла Ильяланна.
Я постарался скрыть изумление – работа оружейника-ювелира ценится недешево, и все же один клинок, даже королевской закалки, даже выкованный из Ключа Тьмы, стоит как минимум вполовину меньше того, что предлагала фея. Что ж, ей удалось польстить моему самолюбию.
– Благодарю, миледи. Пятисот будет достаточно.
Кажется, я тоже сумел удивить эльфийку.
– Договорились, – медленно выговорила она. – Где желаешь получить расчет, здесь или в Дор Хейве?
– Не вижу нужды тащить с собой из Кирнеи тяжелый кошелек, – пожал я плечами.
– Значит, в поместье. – Леди кивнула. – Выедем затемно.
– Ясно.
Я отправился к бочке с водой, чтобы залить огонь в горне. Не думаю, что в ближайшее время он кому-то понадобится. Потом принялся собирать инструменты. Фея не уходила.
– У меня к тебе еще одно деловое предложение, Бурый, – заметив мой вопросительный взгляд, сообщила она.
– Если это не место в караване, Идущем в Каннингард, то, боюсь, я отвечу отказом.
– Все же послушай. Ярвианну нужен надежный телохранитель. Ты мог бы стать одним из Эдор Элил.
– Вы ведь знаете, леди, у меня осталось не так много времени, я должен вернуться домой. Предложите вашу работу кому-нибудь другому.
– Я предлагаю не работу, я предлагаю тебе вступить в наш клан! – со значением произнесла Ильяланна.
У меня едва челюсть не отвалилась.
– Так что? – требовательно переспросила фея.
– Если вы еще не заметили, миледи, я не пылаю любовью к перворожденным, – не слишком вежливо ответил я.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов