А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Он был одет в жилет, который состоял в основном из карманов, держащихся вместе с помощью молний.
– Господин в беде!
– У нас нет господ, товарищ, – ответил Тимошевский, явно отнеся просителя в категорию несъедобных. – Истинно революционное учение гласит, что единый наш закон – рационализм и динамический оптимизм. Откуда ты, и где твой паспорт?
Кролики лицевыми мышцами не очень умеют управлять, но этот явно отразил на морде недоумение.
– Помощь нужна, – выдохнул он, потом замолчал, явно восстанавливая самообладание. – Мой господин попал в беду. Охотятся мимы! Они разделили нас в деревне, я убежал, но они, боюсь, идут сюда.
– Мимы? – Тимошевский задумался. – Не клоуны? – Металлическое щупальце с выступами ружейных дул выдвинулось из его спины, стало щупать воздух. – Цирк?
– Цирк смерти, – сказала Сестра Седьмая. – Представление Края, очень неудачное. Если идет сюда, помешает народному празднику вашей революции.
– Это как же? – Тимошевский пристально и подозрительно вгляделся в Сестру Седьмую.
– Слушай ее, Олег! – рявкнул Буря. – Она прилетела с Фестивалем, она знает, что происходит. – Он потер лоб, будто признать ее превосходство в знаниях было ему больно.
– А? – Колеса в черепе Тимошевского медленно повернулись: очевидно, избыток приспособлений занимал большую часть его внимания.
Сестра Седьмая топнула, и пол вздрогнул.
– Мимы скучны. Надо помочь кролику. Узнаешь новое; быть может, поставишь драму спасения?
– Как скажешь. – Буря повернулся к Олегу: – Послушай, ты отлично справляешься, держа все под контролем. Выбери шесть своих лучших – кому я говорю? – и разберитесь с этими мимами. Нам не надо, чтобы они все испортили, я видел их работу, и мне она не понравилась.
Стоящий за Олегом комиссар с унылым лицом протолкался вперед.
– А чего это нам тебя слушать, не понимаю, ты, космополит, свининой кормленый? – заговорил он с сильным акцентом. – Не твоя это революция, здесь сообщество советского союза независимого Плоцка, и реакционеры из центра нам тут не будут лапшу на уши вешать!
– Тихо, Бабар! – велел Олег. Щупальце, торчащее из спины, повернулось к восточному человеку, и кончик его тускло засветился красным. – Буря – правильный товарищ. Уж хотел бы он нас под центр загнать, он бы привел с собой войско?
– Он и привел, – заметила Сестра Седьмая, но революционеры не обратили внимания.
– Он пришел с охраной. Хватит споров, – отрезал Олег. – Настоящий революционер, он с этим кроликом правильно понял.
– Смотри, не ошибись, Тимошевский, – хмыкнул Бабар. – Дураков тут нет. И провала не потерпим.
* * *
Зауэр бросился из кают-компании на пост безопасности, как только пришел в сознание, жутко ругаясь, моргая от дикой боли в голове после хлороформа и отдирая корки застывшей пены от помятого измазанного кителя. Вахтенный старшина тут же вытянулся в струнку, отдавая рапорт, Зауэр его прервал.
– Общая тревога. Глобальный поиск этой шпионки ООН и инженера с верфи – немедленно, повсюду. Все записи наблюдения за шпионкой за последний час немедленно мне на пульт, как только начнется розыск. Сразу после этого – полный список всего личного состава, сейчас свободного от вахты.
Зауэр сердито бросился в кресло. Пробежал пальцами по бритой голове и уставился на экран у себя на столе, потом хлопнул по кнопке переговорника.
– Дайте вахтенного оперативного офицера! – И, обернувшись назад, крикнул: – Старшина, я что сказал? И немедленно! Берите всех, кто будет вам нужен.
– Так точно, господин лейтенант! Разрешите спросить, чего следует ждать?
– Дипломатиха с Земли – диверсантка. Мы ее прижучили, но она сбежала, прихватив с собой инженера. Чем, быть может, оказала нам услугу, если не считать, что они, во-первых, на свободе, а во-вторых, вооружены и находятся на корабле. Так что, ребята, вы ловите психованных иностранных террористов с запрещенным инопланетным оружием. Ясно?
– Так точно! – На лице космонавта читался интерес. – Ясно, господин лейтенант!
Рабочая станция дзынькнула, Зауэр повернулся к ней. На него вопросительно смотрел каперанг Мирский.
– А я думал, вы очень заняты присмотром за сопляком из ведомства Куратора, – заметил он.
– Господин капитан первого ранга! – Зауэр выпрямился в кресле, будто аршин проглотил. – Разрешите доложить о проблеме?
– Валяйте.
– Нарушение режима безопасности. – У Зауэра на лбу пот выступил. – Подозревая двойную игру со стороны дипломатического представителя Земли, я организовал операцию по дезинформации, чтобы убедить ее, будто мы вскрыли ее игру. К несчастью, убедить ее удалось слишком хорошо: она сбежала из-под стражи вместе с этим механиком с верфей, и сейчас их местонахождение на корабле не установлено. Я начал повальный обыск корабля, но в свете того факта, что у нас на борту вооруженный противник, я бы рекомендовал полную герметизацию и объявление тревоги.
Капитан и глазом не моргнул.
– Делайте. – Он отвернулся на несколько секунд от камеры. – Боевая рубка изолирована.
За звукоизолирующей дверью поста безопасности взвыла сирена.
– Доложите обстановку.
Зауэр огляделся. Стоящий у двери матрос кивнул.
– Докладываю, господин лейтенант: пост безопасности изолирован.
– Мы заперты, господин капитан, – доложил Зауэр. – Инцидент произошел всего около трех минут тому назад. – Он посмотрел в сторону. – Старшина, нашли записи?
– Отматываю, господин лейтенант. Ага, нашел внешние… Черт побери! Виноват, господин лейтенант, но двенадцать минут назад камеры наблюдения на Зеленой палубе, у входа – это где ее каюта, – были отключены. Внутренний сигнал отключения по главному каналу, подписанный… гм… вашим личным кодом, господин лейтенант.
– Ого! – хмыкнул Зауэр. – Местонахождение свободных от вахт проследили?
– Так точно. Никто за последний час не был там, где ему не положено. Это, конечно, ничего не значит: если кого поймают без таблички, отделается максимум парой дней на губе.
– Это точно. Теперь соберите группу, чтобы проверили тот коридор!
Зауэр забыл про ждущего на проводе капитана, пока Мирский не покашлял, напомнив о себе.
– Я так понял, что какое-то время вам ничего не грозит.
– Так точно, господин капитан! – У лейтенанта покраснели уши. – Кто-то отключил датчики в коридоре возле каюты инспектора, воспользовавшись моим паролем безопасности. Господин капитан, она действительно нас обошла.
– И что вы будете делать по этому поводу? – Мирский приподнял бровь. – Давайте, предлагайте решение.
– Я… – Зауэр запнулся, – господин капитан, я обнаружил диверсантов. Разрешите осуществить захват?
Мирский невесело усмехнулся.
– Осуществляйте. Возьмите их живыми. Хочу задать им пару вопросов.
Впервые Зауэр увидел капитана сердитым, и у него кровь застыла в жилах.
– Обязательно живыми. Без случайностей. Да, Зауэр, и еще одно. Слышите меня?
– Так точно, господин капитан!
– Когда это кончится, чтобы у меня на столе был рапорт, описывающий весь инцидент. Ко вчерашнему утру.
– Есть!
Капитан резко оборвал связь, и Зауэр встал.
– Слышали? Старшина, я беру пейджер. И оружие. – Он подошел к запечатанному шкафчику и прижал к нему палец. Шкаф со щелчком открылся, и Зауэр начал доставать оттуда снаряжение. – Вы останетесь здесь. Слушайте на девятнадцатом канале. Я пойду к той каюте. Присматривайте за моим кодом. Если увидите его там, где меня нет, сообщите немедленно. – Он натянул облегченный шлем, потом взял тазер, подержал его у виска, пока два компьютера устанавливали связь, потом поднял глаза, проверяя слежение за целью. – Все ясно?
– Так точно! Известить мне штабных офицеров на Зеленой палубе?
– Разумеется. – Зауэр наставил оружие на дверь. – Открывай.
– Есть!
Со щелчком вышла засовы, и матрос с той стороны двери чуть не уронил поднос с кофе, увидев лейтенанта.
– Максим, бросай поднос и держи вот это! – Зауэр протянул ему оружие, и удивленный рассыльный растерянно его принял. – Держись девятнадцатого канала. Сам молчи, отвечай только, если тебя вызовут. А теперь за мной.
И он побежал вперед. Створки герметичных дверей расходились перед ним, как половинки ножниц, и смыкались за его спиной, превращая ночь в череду туннелей, освещенных прыгающим красным светом.
* * *
Первое, что она осознала – болит голова. Второе…
Она лежала в амортизирующей койке. Руки и ноги замерзли.
– Рашель!
Она попыталась ответить, что уже в сознании, но не услышала, что получилось. Открыть глаза удалось лишь невероятным усилием воли.
– Время. Сколько? Давно…
– Минуту назад, – ответил Мартин. – Что тут было?
Он лежал на соседней койке. Капсула была невероятно тесной, как бывало на рассвете космической эры. Люк над головой был откинут, открывая вид на дверь каюты изнутри.
– Люк, закрыть . Я же говорила, что у меня есть спасательная шлюпка?
– Ну, я думал, ты в переносном смысле. – В тусклом освещении видны были расширенные зрачки Мартина. А над ним начала затягиваться крыша капсулы. – Что происходит?
– Мы находимся на… – Она остановилась ради судорожного вдоха, – …черт возьми, на водно-солевой ракете. Атомной. Чемодан набит… ураном. И бором. Материальчик, который нужен в аварийной ситуации, которого на месте не найдешь. Мой маленький страховой полис.
– Но нельзя же пробивать себе путь наружу из обитаемого корабля! – возмутился Мартин.
– Посмотришь сам. – Она отлепила губы от зубов. – Запечатывает… переборки. Вокруг нас – герметичный кокон. Вопрос только…
– Автопилот готов , – объявила шлюпка.
Ряд навигационных огней зажегся на консоли.
– …в том, будут ли они в нас стрелять при старте.
– Погоди, дай я спрошу прямо. Мы менее чем в дне пути от Рохарда, так ведь? У этой штуки хватит пороху нас туда доставить? И ты собираешься пробить дыру в стене и вытащить нас наружу, а они нас просто так отпустят?
– Типа того что, – сказала она, закрыв глаза и рассматривая красивые синие картинки на собственной сетчатке. – Около десяти тысяч секунд ускоренного полета до приземления. Мы сейчас в сорока тысячах секунд от перигея. Так что будем дрейфовать, как кусок дерьма, понятно? Прикинемся пустым топливным баком. Если они засветят радар, то выдадут себя, если будут стрелять, станут видимыми. Так что, да, они нас отпустят, решив, что подберут потом, сделав свое дело. Если мы попытаемся добраться туда первыми, они будут стрелять…
– Ты ставишь на то, что Фестиваль их прикончит.
– Ага.
– Готов запустить топливный насос , – заявил автопилот. У него был голос вздорного старика.
– Мой первый муж, – сказала Рашель. – Всегда ворчал.
– А я думал, это был твой домашний хорек. – Мартин разбирался в спасательной паутинке. – На этом корыте гравитация есть?
– Шлюпка – не прогулочная яхта.
Что-то ударило, заколотило в наружную дверь.
– О, черт!
– Запуск через сорок две секунды, – сказала Рашель.
– Будем надеяться, это время у нас есть. – Мартин нагнулся и стал привязывать ее к койке. – Сколько эта штука «же» тянет?
Она засмеялась и тут же закашлялась.
– Сколько мы выдержим. Атомная ракета.
– Атомная? – Он вытаращил в ужасе глаза. – Но мы же будем живой мишенью! Если они…
– Заткнись и не мешай работать.
Она закрыла глаза, занявшись последними приготовлениями.
Слово «крадучись» было сутью всего дела. Атомная ракета была действительно живой мишенью для корабля вроде «Полководца». У нее был двигатель примерно часа на четыре, в течение которых она могла уходить от погони, если некомпенсированное ускорение не размажет пассажиров по стенкам и если линкор не включит полную боевую тягу и не настигнет ее. Когда топливо выгорало, ракета отдавалась на милость баллистики. Хуже того, пока не удастся уйти хотя бы на десять тысяч километров от корабля, ракета будет в пределах досягаемости третичного лазера: достаточно, чтобы корабль просто навел на шлюпку свою лидарную сетку – и пассажиры спекутся, как яйца в микроволновке.
Но есть разница между может и будет , и Рашель надеялась, что в эту щель сумеет проскочить ее шлюпка. Активизировать двигатель большого корабля – это создать маяк, который заметит любой миноносец противника в радиусе половины световой минуты. Включить большой лазерный сенсор или лазерное орудие – как зажечь большой неоновый сигнал: «КОРАБЛЬ ВТОРЖЕНИЯ – ИДИ МЕНЯ УБИВАТЬ».
Если каперанг Мирский не захочет навлекать на себя гнев адмирала, демонстрируя себя перед всем Фестивалем, он не станет так яростно гоняться за Рашелью. Только если она включит собственный двигатель или сигнал бедствия, руки у него будут развязаны – потому что она и без того выдаст его позицию.
Тем не менее прежде всего нужно выбраться из корабля. Несомненно, команда захвата через минуту будет уже у двери каюты с ружьями и резаками в руках. Ослабленные переборки между выросшей спасательной шлюпкой и внешним корпусом – это все хорошо, но как добиться чистого отделения, не вызвав тревоги?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов