А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


– Почему ты решил, будто мы убийцы?
– Наверное, из-за ваших длинных плащей и их цвета. Двое из тех, кого я встретил, были в серых плащах, один в черном. Как и у вас, их лица были закрыты капюшонами, поэтому я не мог разглядеть.
Баглос уловил связь:
– Великая Вазрина, зиды! Это ловушка. Мы должны убираться отсюда! – Он уже рвался к двери библиотеки, таща за собой Д'Нателя, словно овчарка, спасающая от стаи волков хозяйское добро.
– О чем он говорит? – спросил озадаченный Тенни.
– Нет времени на объяснения. Мы должны уходить, и тебе следует пойти с нами.
– Я не могу бросить его так. Я должен сообщить кому-нибудь… В университет, друзьям…
Я схватила его за руку и потащила к двери.
– Умоляю, Тенни. Ты не должен быть здесь, если убийцы вернутся. Ты ничем не можешь помочь Ферранту.
Мой друг неохотно позволил увести себя из комнаты. Д'Натель внимательно прислушивался, стоя у входной двери, потом махнул нам, чтобы мы не приближались. Его жест означал: за домом наблюдают. Наши лошади непрерывно ржали. Баглос заговорил, Д'Натель быстро ответил ему жестами, и дульсе объявил, что принц сходит за лошадьми и уведет их за дом. Остальные встретят его… где?
– Тенни, кузница все так же примыкает к конюшне? – спросила я. Он ответил утвердительно. – Баглос, скажи Д'Нателю, что конюшня сразу за каретным сараем слева. Мы встретим его там. И скажи, что сегодня он может драться.
Баглос перевел, и Д'Натель кивнул. Он поднял руки, чтобы надеть капюшон, и первый раз за последние десять Дней улыбнулся, его удивительные глаза засветились.
В этот короткий миг мои страхи улеглись, переживания были забыты. Затем он исчез в глубине дома.
Мы хорошо видели двор в окно. Д'Натель медленно вышел из-за дома. Он казался человеком небольшого роста, сильно горбящимся и слегка прихрамывающим. Он отвязал коней и повел за угол, словно собираясь разместить их на ночь в конюшне. Никакой спешки. Никакого волнения. Он сливался с пейзажем так же естественно, как булыжники двора или опавшие листья, сметенные в кучи по углам. На нем было сложно задержать взгляд – он тут же соскальзывал на другие предметы.
– Кто он? – прошептал Тенни. – Можно подумать…
Мне показалось, что я уловила движение в кустах за двором, но чем напряженнее я вглядывалась, тем меньше могла что-либо разглядеть и наконец заставила себя отвернуться.
– Я расскажу тебе, когда мы окажемся в безопасном месте. Теперь нам пора.
Тенни набросил плащ и повел нас по темному тихому коридору, через пустую кухню, в огород. Мы прокрались по мокрому саду, держась в тени высокой стены, и скользнули в железные ворота, ведущие во двор конюшни. Тенни осторожно приоткрыл деревянную дверь конюшни, и мы заглянули в щель. Из дальнего конца двора к нам ковылял человек, ведущий наших лошадей. Тенни шепнул, чтобы мы его подождали во дворе, и исчез в соседнем помещении. Я уже начала думать, что все эти сложные маневры ни к чему, но тут позади Д'Нателя из дождевой завесы вышел кто-то в сером плаще.
– Эй! Ты, с лошадьми! Кто ты такой? Все слуги сегодня отпущены.
Д'Натель не остановился, но и не зашагал быстрее. Все во мне кричало о необходимости бежать из конюшен и мчаться прочь. Но принц был слишком далеко.
– Эй, ты! Подойди сюда! – Голос был холоден, словно ледяные челюсти, вгрызающиеся в сердце.
Д'Натель остановился и развернулся так неспешно, словно у него в запасе было все время мира. Он махнул человеку в капюшоне и продолжил свой путь, медленно припадая на одну ногу. Когда принц был уже в двадцати шагах от конюшни, человек в сером плаще побежал. Мне не нужно было другого знака. Я хлопнула Баглоса по плечу, и мы вылетели из конюшни. Д'Натель подхватил меня на бегу и закинул в седло, потом проделал то же самое с дульсе. Человек в сером плаще напал на принца раньше, чем тот успел сесть верхом сам, но Д'Натель вскинул руку и отбросил его назад. Человек откатился. Еще двое в кожаных куртках и со свирепыми лицами бежали к нам со стороны дома, выхватив мечи. Д'Натель обнажил меч и тут же пронзил одного из нападающих. Второго он подбросил вверх таким мощным ударом, что челюсть врага затрещала, словно сухое дерево. Еще двое выскочили из кустов.
Когда Д'Натель вскочил на своего жеребца, Тенни выскочил из конюшни верхом на изящной кобыле, крича:
– Сюда!
Мы помчались по дороге мимо каретного сарая, через мокрый сад.
Не меньше трех всадников бросились в погоню. За спиной чудился жуткий шепот: «Лучше остановись… погоня обречена… тебе не уйти…» Тенни застонал и натянул поводья, Баглос тоже начал тормозить, но Д'Натель заревел и принялся нахлестывать наших коней, и мы промчались через задние ворота Вердильона. Миновав парк, Тенни съехал с дороги под деревья, и наши преследователи и ужасный шепот исчезли быстрее, чем мы могли даже надеяться. Мы мчались вперед в пелене Дождя, не смея остановиться, едва разбирая дорогу в вечернем свете. Дождь хлестал в лицо, пропитывал одежду.
Наконец Тенни остановился. Мы были в густом лесу. Он помог мне спуститься с чалого и распахнул дверь приземистой хижины, сложенной из плохо пригнанных бревен.
– Думаю, мы оторвались, – произнес он, подталкивая меня к двери. – Никто не знает этого места.
Баглос привязал лошадей. Пока мы с Тенни вносили внутрь сумки, дульсе с принцем расседлали животных и обтерли их одеялом, которое Тенни использовал вместо седла. Вскоре Баглос присоединился к нам в хижине.
Мы с дульсе, дрожа, раскатывали одеяла и другие немногие сухие вещи, которые можно было дать Тенни. Быстро заглянув внутрь, Д'Натель остался стоять в дверях, вглядываясь в дождь. Одной рукой он сдирал с гниющего бревенчатого сруба полоски древесины. Когда Баглос протянул ему серебряную флягу, которую он постоянно носил в кожаном мешке за плечами, принц отодвинул руку дульсе и направился через мокрую поляну к низкой кирпичной стене – остаткам заброшенной печи для обжига угля. Он уселся на кирпичи, обхватил руками колени и положил на них голову, подставив спину и затылок потокам дождя.
Я же с благодарностью приняла угощение Баглоса. Крепкое сладкое вино согрело меня.
Томительное молчание нарушил Тенни.
– Не мог бы кто-нибудь объяснить мне, что происходит?
– Могу попытаться, – отозвалась я. – И если ты не захочешь… участвовать в этом… я не стану тебя винить.
– Я только что оставил моего друга и покровителя плавающим в луже собственной крови, меня гнали через лес люди, заставившие меня поверить, что во мне живет кто-то еще. В довершение ко всему появилась женщина, которую я считал мертвой целых десять лет, и она появилась в обществе двух крайне необычных иностранцев. Похоже, я уже участвую в этом.
– Те, кто убил Ферранта, называются зидами, – начала я, пытаясь завернуть ноги в тощее отсыревшее одеяло. – Они, как и двое моих спутников, пришли… из другого места. Не могу сказать точно, откуда именно. Наверное, ты кое-что понял, глядя на Д'Нателя, того, кто предпочел дождь нашей компании. Похоже, я снова связалась с магией.
– Я так и знал…
Я рассказала ему, как ко мне попал Д'Натель и почему я решила, что это произошло не случайно.
– …хотя все последние десять лет я была убеждена, что мертва, точно так же как и все вы, меня избрали, призвали, заставили нянчиться с немым, полубезумным принцем, который с трудом помнит собственное имя. Второй, добрейший Баглос, утверждает, что его назначили Проводником Д'Нателя, но он понятия не имеет, куда должен его вести, не может сказать мне, где их дом, и вообще не будет знать ничего, пока ему не скажет господин. Д'Натель каким-то образом должен вспомнить, каким именно образом ему надлежит спасать мир.
– Это же нелепо.
– Совершенно верно. Признаю, никаких нервов не хватает, чтобы выслушивать этих двоих и находить хоть какие-то логические связи.
Даже озадаченное лицо Тенни не могло заставить меня высказать вслух невероятную догадку, зародившуюся в моем мозгу несколько дней назад. Откуда явились Д'Натель и Баглос? Из земли, названной Гондеей, которой не было ни на одной карте в обширной коллекции моего отца, девять десятых ее народа погибло в идущей тысячу лет войне. Из Авонара, который не был Авонаром Кейрона, из древнего города магов. Они прошли по зачарованному мосту, соединяющему Гондею с землей, где магия под запретом, землей, куда отправились в изгнание люди из Авонара Д'Нателя. Мы, жители Четырех королевств, в самом деле были так сосредоточены на самих себе, что едва замечали огромный мир, раскинувшийся за пределами наших границ. Но как могут существовать подобные места – такие, чтобы никто о них не знал? Заклятия, магия… другое место…
Тенни сделал долгий глоток из фляги с вином.
– Кто эти зиды? И как Феррант оказался на их пути?
– Из того, что я поняла, зиды – древние враги народа Д'Нателя… народа Кейрона. А Феррант… – Я снова задумалась над загадкой, отвлекаясь от своих невероятных идей. – Баглос утверждает, что он не в силах рассказать больше, чем уже рассказал, что только Д'Натель может объяснить, для чего они здесь. Еще он говорит, что состояние Д'Нателя, его неспособность говорить, потеря памяти – абсолютно новое для него. И я решила, что единственный способ узнать, что скрыто в памяти принца, – найти того, кто сумеет это прочесть так, как делал Кейрон.
– Но Феррант не был магом.
– Это мог сделать другой дж'эттаннин.
Тенни уставился на меня так, словно я у него на глазах лишилась рассудка.
– Они все погибли, Сейри.
– Все ли? Когда Кейрон впервые уезжал в университет, его отец сказал, что с любой бедой он может идти к Ферранту. Феррант единственный человек за пределами их поселения, которому можно полностью доверять, потому что он поклялся страшной клятвой никогда никому не рассказывать ни об одном дж'эттаннине. Ни за что. В ту последнюю осень перед арестом Кейрон подумывал, не сможет ли профессор сказать правду ему, ведь тот очень серьезно относится к клятве, он мог бы отказаться рассказывать о дж'эттаннах даже дж'эттаннину. Но у него не было возможности даже попытаться.
Глаза Тенни расширились от нахлынувших чувств, и, когда я замолкла, он начал, волнуясь:
– Список тех, кто ушел…
– Что?
– Не могу поверить. Ты права. Кейрон был прав. Теперь это очевидно. – Глаза блестели за стеклами очков. – У Ферранта был список всех студентов, которых он когда-либо учил. Сотни имен. Под каждым именем был список пройденных предметов, названия написанных статей, темы исследований и тому подобное. Он вечно просил меня найти, кто работал над битвой на Мысе или писал на тему хоннекского вторжения. Однажды, просматривая листы, я наткнулся на три списка, где встречалось имя Кейрона. Два были типичными, один из студенческих времен, когда Кейрон впервые приехал в Юриван, второй из времен его археологических исследований, когда с ним познакомился Мартин. Но в третьем не было ничего, кроме какой-то пометки у имени. В том списке было еще несколько имен, некоторые с той же пометкой. Я расспросил Ферранта об этих записях, он сказал лишь, что это список тех, кто ушел. Глупец, я так ничего и не понял. Ставлю лягушку против слона, там были дж'эттанне. Вот тебе и ответ.
– Но мы не можем рисковать, возвращаясь туда. – Разочарование было огромно. Быть так близко…
Тенни взял меня за подбородок своими костлявыми пальцами.
– Неужели ты все-все забыла? Хоть я и не обладаю интеллектом Кейрона, мудростью Мартина, чутьем Юлии, у меня тоже имеется один талант. Проклятые глаза видят не так хорошо, как прежде, но голова, которой они принадлежат, все та же.
– Твоя память!
– Четыре имени: Лазари, Бруно, Келли и Селина.
– А был хотя бы намек, где можно найти этих людей?
– Не в том списке. Бруно и Селина мне никогда больше не попадались. Но до последнего времени некто по имени Лазари часто писал из Калламата. А Келли… – Казалось, он сейчас лопнет от волнения. – Да, рядом с университетом, но не знаю, где именно, есть лавка, торгующая травами. Раз в год Феррант получал небольшую коробочку с редкими травами, их отправляли в Вердильон для лечения подагры своего старого повара. Тот говорил, что таких трав нигде не достать, а у этой Келли, кажется, талант находить что угодно.
– Она здесь, в Юриване! – Я вскочила на ноги, не в силах сдерживать волнение, хотя рассудок твердил мне, что мы не сможем отправиться туда прямо теперь. Даже если бы лавку можно было легко найти, если женщина еще там, мы не могли покинуть наше убежище. Близилась ночь. Зиды начнут поиск. Даже Д'Нателю пришлось войти в дом, он уселся в углу и принялся протирать кинжал и меч полой мокрой рубахи. – Интересно, в этом домишке когда-нибудь жили люди, любившие друг друга так, что это поможет сдержать зидов? – спросила я.
– Не знаю обо всех, кто тут жил, – ответил Тенни. – Но однажды здесь останавливалась семья. Кейрон лечил их от чумы. В это окошко за ним подглядывал Мартин.
– В это? – Я широко распахнула ставни и облокотилась на мокрый подоконник грубо вырубленного окна.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов