А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Доктор Вендель будет незаменимой при разработке новых, более совершенных кораблей, при обучении пилотов для них. Она, конечно, знает, что ей никогда более не будет разрешено участвовать в полетах через гиперпространство, потому что мы не можем позволить себе рисковать столь ценным для нас ученым. Следовательно, у нее может возникнуть соблазн не возвращаться сразу на Землю, а попытаться исследовать новые уголки Вселенной. Она может не устоять перед желанием увидеть новые звезды, проникнуть туда, где человек никогда еще не был. Но мы не должны подвергать ее большему риску, чем тот, который необходим для полета на Ротор, сбора информации и возвращения. Не можем мы и позволить себе попусту терять время. Вы поняли? – жестко закончил Коропатский.
Крайл проглотил обиду.
– Но у вас нет никаких серьезных оснований…
– У меня есть самые веские основания. Доктор Вендель – поселенец и всегда была здесь на особом положении. Я надеюсь, это вы понимаете. Итак, мы зависим от поселенца больше, чем от любого землянина. Нам пришлось тщательно изучить ее психологическое состояние. Мы это сделали – отчасти с ее ведома, отчасти не спрашивая ее согласия. Теперь мы совершенно уверены, что, если только ей представится такая возможность, доктор Вендель обязательно отправится полюбоваться Вселенной. Учтите, что связи с Землей у нее не будет. Мы не будем знать, где она, что делает. Мы даже не узнаем, жива она или нет.
– А почему все это вы рассказываете мне?
– Потому что, по нашим данным, вы обладаете большим влиянием на доктора Вендель. Если вы проявите характер, вы сможете управлять ею.
– Мне кажется, директор, вы переоцениваете мои возможности.
– Нет, не переоцениваю. Мы достаточно много времени уделили изучению и вашей личности. Нам точно известно, что наша уважаемая доктор Вендель очень привязана к вам, возможно, намного больше, чем вы думаете. Мы знаем также, что вы – преданный сын Земли. Вы могли бы остаться на Роторе со своей семьей, но вы предпочли вернуться на Землю, потеряв и жену, и дочь. Более того, вы поступили так, отлично зная, что мой предшественник, директор Танаяма, будет считать вас неудачником, не сумевшим выполнить задание и получить сведения о гиперсодействии, и, следовательно, ваша карьера будет под угрозой. Это меня устраивает, поскольку говорит о том, что я могу рассчитывать на вас как в отношении влияния на доктора Вендель, так и в смысле обеспечения скорейшего возвращения корабля на Землю, на этот раз – на этот раз – со всей необходимой информацией.
– Я постараюсь, директор, – сказал Крайл.
– Вы отвечаете недостаточно уверенно. Пожалуйста, поймите всю важность моей просьбы. Мы должны знать, что делают роториане, насколько они сильны и что представляет собой их планета. Как только мы получим такие сведения, мы сможем понять, что должны делать, насколько сильны должны быть сами и к какого рода жизни должны готовиться. Потому что, Фишер, нам нужна планета, и нужна сейчас. И у нас нет иного варианта, как взять планету роториан.
– Если у них есть планета – хрипло сказал Крайл.
– Лучше бы она была. От этого зависит спасение всего человечества, – заключил Коропатский.

Жизнь
Глава 59
Зивер Генарр медленно открыл глаза; яркий свет на мгновение ослепил его. Сначала он видел все как в тумане и не сразу понял, где же находится. Потом предметы стали приобретать более резкие очертания, и вскоре Генарр узнал главного нейрофизика станции Рэне д'Обиссон.
– Как Марлена? – еле слышно спросил Генарр.
– С ней, по-видимому, все в порядке. Сейчас меня гораздо больше беспокоит ваше состояние, – мрачно ответила д'Обиссон. Генарр почувствовал страшное облегчение, но постарался не выдать себя и невесело пошутил:
– Уж если здесь сама «королева чумы», должно быть, мои дела не так хороши, как мне казалось.
Д'Обиссон не проронила ни слова в ответ, и Генарр более серьезным тоном переспросил:
– Что со мной?
Казалось, д'Обиссон только сейчас обратила на него внимание. Высокая и угловатая, она наклонилась над Генарром, искоса посмотрела на него, и тонкие морщинки вокруг ее внимательных голубых глаз стали еще заметнее.
– Как вы себя чувствуете? – спросила она, не отвечая на его вопросы.
– Устал. Страшно устал. А в остальном, кажется, все в порядке? – Генарр немного повысил голос, как бы стараясь подчеркнуть, что он повторяет вопрос.
Д'Обиссон по-прежнему не ответила.
– Вы спали пять часов, – сказала она.
– И все же я чувствую усталость, – простонал Генарр. – Я был бы не против принять ванну. – Он попытался приподняться и сесть. По сигналу д'Обиссон к Генарру подбежал молодой человек и почтительно взял его под локти. Генарр с негодованием оттолкнул услужливые руки.
– Пожалуйста, позвольте вам помочь. Мы еще не закончили диагностирование, – сказала д'Обиссон.
Через десять минут Генарр вернулся и более спокойно спросил:
– Значит, пока нет диагноза. Вы сделали сканирование мозга?
– Конечно. Сразу же, как вас доставили к нам.
– И что же?
– Ничего особенного мы не обнаружили, но вы спали, – пожала плечами д'Обиссон. – Необходимо повторить сканирование в бодрствующем состоянии. Кроме того, вас нужно обследовать и другими методами.
– Зачем? Неужели сканирования недостаточно?
Д'Обиссон подняла светлые брови:
– А вы сами как думаете?
– Оставьте эти шутки. К чему вы клоните? Скажите прямо. Я не ребенок.
– Хорошо, – вздохнула д'Обиссон. – На сканограммах заболевших чумой мы отмечали интересные характерные особенности, но ни разу нам не предоставлялась возможность сравнить их со сканограммами тех же пациентов до заболевания, потому что никто из пострадавших ранее не подвергался обследованию на сканере. Больше того, с того времени, когда сканирование стало обязательным для каждого жителя станции, не зарегистрировано ни одного достоверного случая заболевания чумой. Вам это известно?
– Не старайтесь сбить меня с толку, – раздраженно сказал Генарр. – Конечно, я знаю все это. Или вы думаете, что я лишился памяти? Из ваших слов я могу сделать вывод – заметьте, я могу еще и делать выводы, – что, сравнив мою прежнюю сканограмму со сделанной сегодня, вы не нашли никаких существенных отличий. Это так?
– У вас нет явных отклонений от нормы, но некоторые детали можно интерпретировать как свидетельство субклинической ситуации.
– Даже если вы не нашли ничего?
– Мы можем не заметить небольшие изменения, особенно если не знаем, где их искать. Как бы то ни было, командор, вы потеряли сознание, а раньше за вами такого не замечалось.
– Тогда сделайте еще одно сканирование мозга, когда я уже не сплю. Если изменения настолько ничтожны, что вы опять не сможете уловить их, то я спокойно смогу жить дальше и с этими изменениями. Но что с Марленой? Вы уверены, что с ней ничего не произошло?
– Командор, я уже сказала, что с ней, по-видимому, все в порядке.
В отличие от вас в ее поведении не было никаких аномалий. Она не теряла сознание.
– И теперь она в безопасности на станции?
– Да. Это она привела вас на станцию. Она вела вас, пока вы не потеряли сознание. Вы не помните?
Генарр покраснел и пробормотал что-то невразумительное.
– Командор, не лучше ли будет, если вы сами расскажете все, что помните, – насмешливо сказала д'Обиссон. – Расскажите все, любая деталь может оказаться очень важной.
Генарр попытался вспомнить, и его неуверенность возросла. Ему казалось, что все происшедшее с ним и Марленой было очень давно, так давно, что все детали уже стерлись в памяти; так бывает, когда стараешься вспомнить сон.
– Марлена снимала защитный костюм, – начал Генарр и неуверенно продолжил:
– Я правильно говорю?
– Совершенно правильно. Она пришла без костюма. Потом посылали человека, чтобы забрать его.
– Да, конечно. Когда я понял, что она делает, я хотел было остановить ее. Я помню, доктор Инсигна что-то крикнула, и это меня насторожило. Марлена была сравнительно далеко от меня, у ручья. Я пытался крикнуть, но был настолько растерян, что в первые мгновения потерял дар речи. Я хотел… я хотел…
– Бежать к ней, – вставила д'Обиссон.
– Да, но… но…
– Но вы вдруг обнаружили, что не в состоянии сделать и шага. Вы были почти парализованы. Я правильно говорю?
– Да, – кивнул Генарр, – конечно. Я хотел бежать, но, знаете, как иногда бывает в кошмарном сне, когда за вами гонятся, вы хотите, но почему-то не можете убежать от преследователя?
– Да, такие кошмары могут присниться любому. Обычно это бывает, когда мы во сне ухитряемся руками или ногами запутаться в постельном белье.
– Вот и тогда все было как во сне. В конце концов голос ко мне вернулся, я что-то крикнул Марлене, но без защитного костюма она, конечно, не слышала меня.
– Чувствовали ли вы слабость?
– Пожалуй, нет. Скорее беспомощность и замешательство. Мне казалось, что бесполезно даже пытаться бежать. Потом Марлена увидела меня и сама помчалась ко мне. Должно быть, она каким-то образом поняла, что со мной что-то случилось.
– Она не испытывала никаких затруднений, бежала легко. Я правильно говорю?
– Вроде бы легко. Кажется, она без труда добежала до меня. Потом мы… Рэне, не буду сочинять, я не помню, что было потом.
– Потом вы вдвоем пришли на станцию, – спокойно закончила за него д'Обиссон. – Она поддерживала вас, помогала вам идти. На станции вы сразу потеряли сознание, ну а потом оказались здесь.
– И вы думаете, что я заразился чумой.
– Я думаю, что с вами произошло что-то нетривиальное, но в вашей сканограмме я не обнаружила никаких аномалий, и это мне совершенно непонятно. Вот так обстоят дела.
– Не могло ли это быть обычным нервным потрясением? Я увидел, что Марлена в опасности… Если она стала снимать защитный костюм, значит… – Генарр не решился закончить мысль.
– Значит, ее внезапно поразила чума? Вы это хотели сказать?
– Да, я подумал об этом.
– Но она чувствует себя великолепно. Вы не хотите еще отдохнуть?
– Нет, спасибо. Я уже совсем проснулся. Делайте поскорей вторую сканограмму, чтобы убедиться, что никаких изменений у меня нет. Я говорю так уверенно, потому что сейчас чувствую себя намного лучше, особенно после того, как исповедался перед вами. А потом, что бы вы ни говорили, я должен заняться делами.
– Командор, даже если результаты сканирования окажутся очень благоприятными, вы останетесь здесь еще по меньшей мере на сутки. Для обследования. Надеюсь, вам не надо объяснять необходимость этого.
Генарр притворно застонал:
– Вы не посмеете. Я не могу лежать без дела и смотреть в потолок целых двадцать четыре часа.
– Вам и не придется смотреть в потолок. Мы можем установить здесь видеостенд, чтобы вы смогли читать или смотреть головизнонную программу. Вам разрешается даже принять одного-двух посетителей.
– Надо полагать, посетители тоже будут изучать меня?
– Разумеется, позже мы можем расспросить и их. Но сначала мы еще раз установим сканер. – д'Обиссон повернулась, помедлила, снова обернулась к Генарру и с улыбкой сказала:
– Очень может быть, вы правы, командор. Ваши реакции кажутся мне вполне адекватными. Но ведь мы должны быть совершенно уверены в этом, не так ли? Генарр что-то проворчал в ответ, а когда д'Обиссон выходила, скорчил ей вслед рожу. Он решил, что это тоже вполне нормальная реакция.
Глава 60
Через какое-то время Генарр открыл глаза во второй раз и увидел, что на него скорбно смотрит Юджиния Инсигна.
– Юджиния! – удивленно воскликнул он и попытался приподняться в постели.
Она улыбнулась, но от этого ее взгляд не стал менее скорбным.
– Мне разрешили навестить тебя, Зивер. Мне сказали, что ты чувствуешь себя хорошо.
Генарр вздохнул с огромным облегчением. Он был уверен, что ничего страшного с ним не произошло, но одно дело – собственная уверенность, другое – услышать подтверждение со стороны. Немного бравируя, он сказал:
– Конечно, хорошо. Сканограмма во сне – без изменений, в бодрствующем состоянии тоже. Вообще никаких изменений. А что с Марленой?
– Ее сканограмма тоже в норме, – ответила Юджиния все с той же скорбью.
– Вот видишь, как и обещал, я стал «канарейкой» Марлены. Что бы это ни было, но оно подействовало на меня раньше, чем на Марлену, – сказал Генарр и сразу изменил тон; ситуация была не вполне подходящей для шуток. – Юджиния, я понимаю, что очень виноват перед тобой, и не прошу прощения. Сначала я упустил Марлену из виду, а потом меня буквально парализовал ужас. Я не смог сделать ничего, и это после моих заверений, что я буду внимательно следить за каждым ее шагом. Мне нет оправданий.
– Отнюдь, Зивер, – покачала головой Юджиния. – Мне не в чем тебя упрекнуть. Я очень рада, что Марлена помогла тебе дойти до станции.
– Не в чем упрекнуть? – Генарр был ошеломлен. Ему казалось очевидным, что во всем случившемся виноват только он.
– Совершенно не в чем. Дело не в том, что Марлена по глупости сняла костюм, а ты не смог помешать ей.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов