А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Вот только они не сложены в стопку друг над другом, а образуют поверхность шариков, словно крохотные молекулярные футбольные мячи!
Я так увлёкся исследованием, что не заметил, как что-то изменилось. Зазвенела сталь. Где-то в крепости началась битва с врагом более материальным, чем безобидная углеродная пыль. Стоило обернуться.
Хм, происходило невероятное: стража, стоявшая на стенах, спустилась вниз и накинулась на своих сотоварищей! То тут, то там звенели клинки, и было ясно, что это не шутки и не тренировки: обезумевшие стражи всерьёз пытались убить недавних своих друзей.
Воины же внизу походили больше на персонажей старых фантастических фильмов: на лицах их красовались незнакомого фасона противогазы с патрубками, ведущими к массивным фильтрам, закреплённым за спиной. Ай да Ирлан! Быстро успел оснастить воинов защитой!
Плиты внизу окрасились кровью: стражи не ведали жалости, но и воины-защитники били наповал. Начав подозревать кое-что, о чём Ирлан благоразумно помалкивал, я прыгнул вниз и, перекатившись под чьим-то мечом, опустился возле только что убитого стражника. Поставив руку над его головой, я включил медицинский сканер.
Сознание вояки только ещё угасало, поэтому картинка получилась очень чёткой, и я невольно вздрогнул: его мысли не были мыслями человека! Он был в ярости, а главным, занимающим почти весь его мозг, была НЕНАВИСТЬ! Ненависть ко всему, что хоть чуть-чуть отличается от него самого. И – стремление уничтожить всё ненавистное, чтобы заполнить это пространство собой! И – готовность кинуться на всё, что хоть действием, хоть словом или взглядом попытается помешать ему в этих планах. «СМЕРТЬ ВСЕМУ, ЧТО НЕ-Я!» – орало угасающее сознание.
И было видно, что изменения эти в мозгу сделала та самая, безобидная на вид пыль из графитовых мячиков. А ещё – я понял, что изменения эти необратимы, а, стало быть, оставалось только одно: действительно уничтожать физически этих новоявленных Мрачников. И всё-таки я не схватился за меч, чтобы помогать воинам. Во-первых, я сам без противогаза, а то, что я не человек и в дыхании нуждаюсь только тогда, когда надо взять пробы воздуха – это большинству воинов не известно. Так что стоит мне вытащить клинок – и угадать, на кого нападут витязи с хоботами, не составит труда… А во-вторых, стоит ли мне вмешиваться в чужую войну? День, Ночь, Мрак… Да пускай они хоть перебесятся в войне между собой – мне-то какое дело?! Ой! Это Я сказал?! Что со мной?! Похоже, эта гадость и на меня…
– Эта гадость и на тебя окажет влияние, только медленнее. Прямо на процессор! – рявкнули над ухом, – Излучение свободно проникает внутрь!
Я обернулся. Морда-хобот, делающая всех рыцарей на одно лицо…
– У тебя один выход: чтоб не взбеситься – за мной! Немедленно!
И он замахал клинком, прокладывая дорогу внутрь замка, к низкой пристройке под башенкой. Вокруг звенела сталь, дважды я поскользнулся в крови и один раз чуть не наступил на упавшее мне прямо под ноги тело с рассечённым противогазом. Тело вцепилось в мою ногу и поволочилось следом, и тогда мой проводник просто отсёк взмахом меча кисти трупа, чтоб не мешало…
А затем он толкнул ногой дверь, вышибая её, и за ней я увидел длинный ход, ведущий куда-то в недра планеты.
– Туда! – он ткнул рукой вглубь.
Я шагнул, но в последний миг обернулся. Рыцарь снимал противогаз, и из-под кожано-каучуковой маски появилось молодое лицо Гуона де Бордо.
– Прощай, киборг! – сказал он, и тут что-то схватило и потянуло меня вглубь. Светлое пятно входа превратилось в крохотную звёздочку, а затем и совсем исчезло. Я падал? Я взлетал? Понятие верха и низа отсутствовали здесь, в этом странном тоннеле, да и сам тоннель казался просто иллюзией. А затем меня швырнуло прямо в кресло. В моё наблюдательное кресло перед пультами связи и голограммным проектором. Я был на своём наблюдательном пункте. У себя в Замке. В бывшем замке Лурвиллей. А надо мной склонилась Герда. Герда Лурвилль.
Пожалуй, стоит протестировать свои системы на предмет сбоя, проверить, не галлюцинация ли это от блуждающих токов где-то в оперативной памяти…
Глава 9
– Ингвальд Соронсон, признаёте ли Вы себя виновным в несанкционированном вылете с борта станции на планету, закрытую для посещения несовершеннолетних?
– Это ещё вопрос, кто ещё несовершеннолетний! – вспылил Джино, – У вас тут очень превратное мнение! А между прочим, мама у меня голландка, а в Голландии взрослыми правами обладают все жители, начиная с двенадцати лет!
– Это нам тоже известно, так же, как то, что Ваше двенадцатилетие Вы отметили только вчера, так что на момент побега вниз Вы не являлись совершеннолетним даже по самым демократическим из земных законов!
– Ну и что?! Зато теперь я совершеннолетний, и готов отвечать за всё содеянное исключительно по Вашим Взрослым Законам!
Адон Коэн невольно улыбнулся, глядя на взъерепенившегося Джино. Мальчишка старался казаться куда старше своих лет. Ещё бы: оруженосец Рыцаря, кумир всех малолеток Станции, даже на этот показательный суд притащившийся в своих доспехах и с луком за плечом. А, с другой стороны, этот мальчишка сделал за своё пребывание на Риадане больше открытий, чем все Наблюдатели, вместе взятые! Нет, конечно же, обнаруженный Восемнадцатым заброшенный город-завод, начинённый высокими технологиями (и, согласно суеверному шёпоту крестьян, являющийся бывшей твердыней гоблинов, пока их не изгнал Король), или содержимое Главного Колодца в Чёрной Цитадели далеко на заснеженном севере, найденное Сорок Четвёртым – это всё романтично, но вот так вот, про между прочим, доставить на борт Станции живого гоблина с парализатором неземного образца, кучу сведений по Рыцарям, а заодно – спровоцировать встречу киборга-Кевина с Мастером Ночи Ирланом – это вам не мезонатор в колодце обнаружить… Впрочем, мезонатор был земного образца, и спрятал его тут, скорее всего, один из пиратов или контрабандистов, которых много расплодилось по Вселенной в последнее время… А вот отнятый у гоблина парализатор… Впрочем, возможно, что парализатор был украден гоблинами у Ирлана или кого ещё из их представителей, стоит спросить об этом через Четырнадцатого, когда он очередной раз выйдет на связь…
– Совершеннолетний, говоришь… – улыбнулся Командор Коэн, и улыбка его не предвещала ничего хорошего. – Снять бы тебе твои лосины средневековые, совершеннолетний, да всыпать по первое число… Но, к сожалению, варварские методы Двадцатого Века у нас не в почёте.
– Второго Средневековья, Вы хотели сказать! – отпарировал мальчишка. – Так всыпьте, если Вам от этого спокойнее станет!
«Ага, всыпешь такому, – уныло подумал Командор Станции, – Защита врождённая – как дефлекторные щиты крейсера! И такое – у каждого…» – а вслух сказал:
– Ага, не болью, а унижением, так, что ли? Да нет, молодой человек, Вы перепутали малость, на роль Великого Инквизитора не гожусь я… Пока что я – Командор Станции, опекающий экипаж в полторы тысячи человек, из которых две сотни – несовершеннолетние лоботрясы в возрасте от одиннадцати до пятнадцати лет. И заодно мне стоит решать, как бы эти юные дарования не разнесли на запчасти станцию, а исследуемый нами Риадан не превратили бы в полигон для очередных Ролевых Игрищ!
– Хорошая мысль – на будущее, – тихо пробормотал под нос Ингвальд, но, к его счастью, никто этого не расслышал.
– Тогда уже и меня судите! – воскликнула вскочившая с кресла Герда. – В конце концов, это я рассказала Ингвальду про гоблинов с волколаками! Так что можете считать меня идейным вдохновителем его побега!
– А мы именно так и считаем, – равнодушно заметил Коэн. – Но Ваши поступки будут обсуждаться отдельно. Сейчас же мы решаем, как поступить с Джино… То есть с несовершеннолетним Ингвальдом Соронсоном, двенадцати земных лет, нарушителем восьми пунктов Устава Станции.
– Решайте что хотите, – вспылил Джино, – Я готов понести любое наказание, но скажу прямо: вы все тут только то и делали восемь лет, что исследовали мифы, присылаемые с поверхности Наблюдателями, да подшивали их в отчёты! Вы за восемь лет не поверили, что на планете есть разумная жизнь кроме людей! Вы слепо доверяли роботам, но не рискнули послать на поверхность ни единого живого человека! Струсили?
– Мальчишка!.. Ну ладно, откровенность за откровенность. Ты книгу Стругацких «Трудно быть богом» читал?
– Ну, читал, и что же?
– Отлично. И спросил я не зря. Не секрет, что наши методы исследований в чём-то схожи с описанными там. Вот только мы стараемся не допускать в своей работе ошибок, тщательно разработанных там. Вспомни: история всей планеты пошла насмарку, стоило лишь вмешаться, чтобы спасти одного-единственного провалившегося и разоблачённого прогрессора. Мы не можем себе позволить такую роскошь! И именно поэтому на Поверхность отправляются те, кого не надо спасать в случае провала: киборги! В случае угрозы разоблачения они просто самоликвидируются, не причиняя нам излишней головной боли. Да и «легенды» им проще готовить: просто придать внешность кого-либо из недавно почивших исторических деятелей Риадана. Присутствие же человека, живого человека на поверхности Риадана чревато нарушением хода истории всей планеты!
– Однако на деле произошло другое! И Ваша теория, Командор, не выдержала критики! В действительности только живой человек может сделать нетрадиционный, нелогический шаг, приводящий к чему-либо новому!
– Ага, например – к провалу…
– Пока что он доказал существование гоблинов. А возможно – и иной нечисти…
Гоблин медленно открыл глаза. Голова гудела, руки и голову словно сжимали стальные обручи. Что-то звенело над ухом. Попробовал пошевелиться, но тело не слушалось. Паралич, что ли?
Какой яркий свет! И голоса. Незнакомые, говорящие на каком-то чужом наречии. Голосов двое. Справа. Руки не слушаются. Может, хоть голова повернётся?
С рыком напряжения гоблин повернул голову. Вид белого потолка сменился стойкой с незнакомыми приборами, от которых тянулись к лежащему гоблину разноцветные провода и белые шланги.
– Реанимация, – подумалось ему.
Возле стойки стояли двое в белых халатах, и о чём-то оживлённо спорили. По виду – люди. Люди – за приборами?! Хм, это становилось забавно…
Стоило включить свои лингвистические способности и разложить незнакомый язык на основные структуры, распознать и систематизирова…
– Ничего не понимаю! Похоже, что у него вообще нет альфаритмов! – доктор был в растерянности. – Я перебрал все возможные комбинации, но…
– А ты сдвинь верхнюю шкалу на два деления вперёд, и всё считать сможешь, человек, – прозвучал с кресла немного хрипловатый голос. Говорил он с акцентом и немного не следил за порядком слов, но фраза была вполне удобоварима. Доктор обернулся. Говорил лежавший в кресле гоблин.
Ассистент, почему-то решивший, что фраза была произнесена доктором, передвинул верхнюю шкалу на два пункта. И на экране зазмеились узоры альфаритмов…
– Блин! – доктор казался ошарашенным. – Немедленно доложите Коэну! Это… Это же невозможно! Варвар, разбирающийся в электронике!
– Скорей, в медицине разбирающийся, – ответил гоблин, – Электроника ваша не есть новая, я и посовременней видал у нас.
– У вас? Где это?
– У нас в старой столице. Заброшенной ныне.
– А где Вы выучили наш язык?
– Здесь. Сейчас. Вы говорили – я запоминал. Разложил на структуры. И собрал из них свои фразы. Одно не удобно: малый запас словарный. Надеюсь пополнить. Говорите больше – помогает это мне… И развяжите мои запястья – вы не воины Короля, а поэтому драться с вами я всё равно не намерен!..
– А вдруг мы – военные фельдшеры твоего Короля?
– Ну, во-первых, не моего, а Короля Людей Западного Риадана. А во-вторых, вы не можете быть его фельдшерами, поскольку А – его вояки не говорили бы про «моего короля», а Бэ – эти варвары не смогли бы разобраться даже в моём фамильном парализаторе, не говоря уж о медицинских диагностах!
– За что же ты не любишь Короля Людей?
– Он уничтожил под ноль мой народ! Я был последним Правителем Гоблинов…
– Королём Гоблинов?!
– Правителем. Короли – это когда по наследству, или в процессе переворота. А меня избрал мой народ! Но, увы, я не смог его защитить, не оправдал возложенного доверия… У вас мозговой сканер есть? Снимающий образы прямо с сознания?
– Применять его неэтично, однако один экземпляр имеется, на случай бессознательного состояния пациента. Но применить его…
– Даже по ТРЕБОВАНИЮ пациента?! – насмешливо перебил врача гоблин. – Дайте мне его, я настрою на свои частоты: говорить трудно, проще показать… А вы запишете на плёнку.
– Мы записываем на диски.
– Некомпактно, но тоже сойдёт…
Картинка была устойчивой.
На экране был типичный земной городок конца двадцать третьего века. Снующая туда-сюда техника, параболические антенны, чаны с нанароботами-микросборщиками…
– Вот такими и были наши поселения до появления людей, – прокомментировал гоблин. – А затем настала беда. И при всей нашей сверхтехнологии мы проиграли обыкновенным варварам с дубинами и мечами!
Картинка сменилась.
От горизонта до горизонта растянулся обоз. Дети, старики, женщины. Рослые воины обеспечивали защиту с флангов. В общем, обычный обоз переселенцев, если не считать одного: все в нём – Орки, Гоблины…
Сумеречный край давит на нервы, вызывая уныние. Даже на картинке видно, какое холодное и сырое это серое небо, готовое в любой миг сорваться мелким колючим снежком… Но лица переселенцев спокойны. Они смотрят вдаль… Кто-то из едущих читает книгу, другие прислонили к глазам что-то типа очков видеоплеера, вон мать качает не желающего уснуть младенца…
Голос Правителя Гоблинов пояснил:
– Когда люди стали теснить нас со всех сторон – мы решили не сопротивляться, а напротив – покинуть обжитые места и переселиться на Крайний Север. Там, много севернее Чёрной Цитадели, мы думали основать среди вечных снегов и мерзлоты свой город, и поселиться там. Расчёт был прост: люди в таком холоде не выживут, мы же могли построить город-купол с центральным отоплением и ветровой энергостанцией… И люди не мешали бы нам, и мы не мозолили б им глаза… Но – нашим мечтам не суждено было сбыться.
На экране на горизонте возникла серая полоса. Она приближалась, пока не стало видно, что это – тысячи всадников, закованные в броню и вооружённые до зубов. Они серой лавиной катились на обоз, окружая его со всех сторон.
Гоблин тем временем продолжал:
– Люди Короля Людей окружили нас, и их посланник заявил, чтобы мы готовились к смерти. Причины для этого не изобретались: Королю было достаточно того, что мы – не люди!.. И тогда я решился на переговоры с их королём. Прорваться к нему было сложно, но всё же…
Лицо Короля в золочёном крылатом шлеме было надменно. Он скривил губы в презрительной усмешке:
– Чего тебе надобно, смерд!
– Не смерд, – голос Правителя Гоблинов был спокоен, – а Правитель моего народа. Я вижу твои устремления насквозь, Король, и готов сдаться тебе вместе со всеми взрослыми, и мы готовы позволить тебе убить всех нас, но прошу взамен: отпусти хотя бы детей наших: они-то в чём перед тобой провинились?!
– Вырастут – будут мстить! Меня это не радует! Поэтому вы умрёте все, единовременно: я не веду переговоров с исчадиями мрака! Пшёл вон, смерд!
– Мы хотели уйти в далёкие края Севера, чтобы не мешать вам, людям…
– Ага! И накопить там силы для новой войны!
– У Вас паранойя, Король…
– Быть может, смерд, но – не полоумие! Хороший гоблин – мёртвый гоблин! И это я знаю точно!..
– Видит Бог – мы не хотели кровопролития. Но если Ваше мнение непреклонно – мы будем защищаться! Мы дорого продадим свои жизни!
– Вы отдадите их совершенно бесплатно! Посмотри-ка туда! – и рука Короля ткнула на просёлок, по которому приближалась огромнейшая катапульта, влекомая двадцатью лошадьми. В огромной чаше взведённого рычага покоилось стальное яйцо.
– Вы создали её, чтоб извести нас, и спрятали в старой столице орков, – ехидно протянул Король, – Но мы нашли вашу Сферу Смерти, и теперь моя катапульта кинет эту смерть в вас, исчадия тьмы!
– Я не знаю, как они активировали её. Возможно, это был просто роковой случай, но…
Рычаг вздрогнул и рванулся вверх и вперёд, распрямляясь. Стальное яйцо взмыло высоко в небеса, выплюнуло какую-то струйку, раскрывшуюся парашютом, зависло на долгое мгновение… И затем огненное солнце расцвело под матерчатым куполом, а с земли навстречу ему ринулись потоки испарившихся тел, повозок, нехитрого скарба и пыльной земли, завиваясь в величественный гриб, прошитый изнутри устойчивым багровым сияньем…
– И тебе не прожить теперь долго, Король, – с лёгким злорадством, скрывающим невероятную душевную боль, прохрипел гоблин, – Ты отравлен невидимой злобой Оружия…
– Пришлось сказать ему так: слова «Радиация» эти варвары ещё не слыхали!..
– И как же Вы выжили? – удивился доктор.
– Противоядия. В Старой Столице их ещё много.
– Вы про Растёр-Гоув?
– Нет, я про нашу старую столицу. Там был завод по синтезу самых разнообразных веществ и соединений. В том числе – и антирадиационных препаратов.
– Но, чтоб добраться туда – надо было вырваться от Короля!
– А он сам отпустил меня, сказал: «Живи, посмотрю, как живётся Последнему Гоблину Риадана!»
– А Король – помер?
– Жив пока, скотина! Я же тем временем переселился поближе к старой Столице. Года три прожил в уединении, перебирая старые архивы. А затем выяснилось, что чуть южнее, ближе к Лаге, есть орочья ферма, чьи обитатели даже не слышали ни о нашем отходе на Север, ни о гибели нашего народа. Когда я рассказал им обо всём случившемся – они загорелись идеей мести, и мне стоило больших трудов убедить их, что не все люди плохи, и что в мести стоит ограничиться лишь людьми Короля. А затем всё было просто: мы принялись отлавливать вояк Короля, рубили их, шинковали и отправляли обратно Его Величеству в больших деревянных ящиках, с дарственной надписью. Но то ли посылки доходили, гм, несвежими, протухали, то ли качество шинковки не удовлетворяло: в мясе порой попадались доспехи, но Король свирепел всё больше и больше, сделать же ничего не мог! Мы же притормаживали вояк моим парализатором, а затем – приводили в требуемое состояние. Но не трогали простой народ, и поэтому Серебряные Рыцари нас тоже не трогали никогда… Нет, конечно же – бывало, что крали какую-нибудь коровёнку там или козу: жрать-то и мясного хочется! Но людей не трогали, мирных людей, в смысле… А затем Король пошёл на подлость: он переодел два своих отряда в уцелевшие после взрыва орочьи доспехи, снабдил их накладными ушами – и эти вот отряды вырезали под корень две деревни, позаботившись, впрочем, оставить в живых одного свидетеля, которому дали убежать и который потом под присягой подтвердил, что гоблины вырезали эти деревни… Вот тогда-то шеф Серебряных – Ирлан – и отправил своего рыцаря…
– Прошу простить, конечно, – осторожно начал врач, – Но, если верить нашим сведениям, то староста деревеньки сообщил Энглиону, что вожак был снабжён посохом-парализатором, и что именно с помощью него были остановлены крестьяне!
– Ах, оставьте! Я же говорил уже: мы мирных не трогали! ПРИНЦИПИАЛЬНО! Энглион же Ваш, по-видимому, говорил с переодетыми в деревенских людьми Короля… Маскарады ему не впервой…
– Интересно, что он скажет, если узнает правду…
– Энглион, в смысле? Лучше бы ему не знать этого, иначе, если поймёт, что его подставили и что он убил невиновных – то с его понятиями чести или с обрыва бросится, или своим же мечом себя и ухлопает!..
– Кстати, а почему это Вы своих орков на Энглиона направили?
– А что, на нём написано, что ли, что он Рыцарь Серебряный? Я-то подумал было, что это очередной наймит Короля по наши души явился…
– Души… – улыбнулся ассистент доктора, – До недавних пор люди считали, что души есть только у них…
– Они есть даже у оборотней! Вот только понять и постичь их… Вы слышали, что поют про себя сами оборотни? Могу процитировать немного напамять, Оу Кей?
И, зажмурив глаза от напряжения, он произнёс:
Мы не люди, мы не звери,
Мы почти большие птицы.
Вылетайте через двери
И оставьте вы молиться,
Не поможет, не согреет,
Не спасёт рука господня,
Посмотри, как гордо реют
В лунном свете оборотни.
Мы не помним, мы не знаем,
Как настал тот самый вечер,
Не сговариваясь, сами
Погасили божьи свечи,
Дым дурманящий развеял
Свежий от опушки ветер -
Тогда каждый вдруг зареял
В серебрящем лунном свете.
Берегитесь, опасайтесь,
Убирайтесь прочь с дороги,
Люди глупые, пугайтесь,
Чужаки и недотроги.
Ваши матери пугают
Нами всех детей в округе,
И уже младенцы знают:
Зло в зовущем лунном круге.
Мы не звери, мы не птицы,
Всё равно у нас есть души,
Но душа от вас хранится,
Вам её не обнаружить,
Ни разрушить невозможно,
Ни калечить-переделать.
Наши души тоже божьи,
Но их бог в других пределах.
Опасайтесь, берегитесь,
Оборотни на охоте,
Ваших душ немая сирость
Служит пищей для их плоти.
Наши тени серебристы,
Наши крылья, словно тени,
Наши души будут чистыми
От вашей скучной лени,
От вашей глупой лени,
От вашей серой лени…
Вот такие вот песенки… Так что души есть у всех, да только вы, люди, зачастую не даёте иным права проявлять свои души… Так-то вот…
Суд завершался. Приговор оглашал Командор Станции Йосл Коэн:
– И поэтому Ингвальда Соронсона двенадцати лет от роду мы единогласно приговариваем к ссылке с борта Станции как нарушителя спокойствия. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит.
– И куда же вы меня сошлёте? – грустно и как-то снисходительно улыбнулся Джино.
– В городок. В маленький городок далеко на Земле! В настолько маленький городок, чтобы это юное дарование не смогло бы поднять там волну! И пусть забавляет там рассказами о своих подвигах местных мальчишек!..
Глава 10
Где-то на свете есть маленький городок Инельгард. Возможно, вам он известен под другим именем или неизвестен вовсе; но кому есть дело до маленьких городков? Разве что писателям, обожающим убеждать нас, что именно в таких городках и происходят самые что ни на есть увлекательные события.
Впрочем, дело не в городке, и рассказ этот – не о нём. С трёх сторон окружён Инельгард лесом; с четвёртой стороны – на востоке – поле, а за полем, минутах в пятнадцати ходьбы, протекает река Инель.
Сказывают, что давным-давно в этих лесах вольные стрелки охотились на ланей и медведей, а в Инели топили витязей, ходивших на Инельгард в поисках ратной славы.
А сейчас и в лесах, и в поле, и за рекой играют дети. Взрослые не страдают излишним любопытством – пускай себе играют, где хотят, лишь бы возвращались к ужину; да и дети не всякого примут к себе в компанию. Так что немногие знают хоть что-то об этих играх…
Джино следил за дорогой уже шестую минуту. Со старого клёна на верхушке холма дорога просматривалась вся – от дальнего леса на востоке до переправы через Инель на западе, и дальше, до графского замка – центра нынешнего Инельгарда. Пока всё было тихо.
Джино прислонился спиной к стволу дерева и ещё раз проверил, не упустили ли они второпях что-нибудь. Получалось, что ничего.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов