А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Идя обратно к подножию стены, он все время оглядывался назад. Но стоило отойти на триста — четыреста шагов — и каменные “бриллианты” исчезли, слились с остальной массой камней, превратились опять во что-то похожее на развалины, и только, будто и не было их никогда…
Подойдя к стене, Второв измерил глазами расстояние до карниза и, выключив электромагниты, разбежался и прыгнул.
Опыт последних часов сказался: Второв рассчитал точно. Его ноги спустились на самый край карниза, и, ухватившись за веревку, он сильно наклонился вперед и мягко упал.
Очевидно, Коржевский, не выпускавший шпагата из рук, почувствовал рывок.
— Поднимать? — спросил он.
— Поднимайте, — ответил Второв.
Он не стал обвязываться… Сила руки была совершенно достаточна, чтобы не сорваться во время подъема. Через несколько минут он был уже рядом с товарищами.
— Поразительное, невероятное открытие! — сказал он.
— На корабль, — коротко распорядился Мельников.
Обратный путь занял всего один час. Они хорошо запомнили дорогу и уверенно перебирались со скалы на скалу. Топорков поставил перед микрофоном передатчика метроном, и его звук, становившийся все громче и отчетливее, указывал, что направление взято правильно.
На звездолете их с нетерпением ждали. Все работы были прекращены. Неожиданное и столь важное сообщение Второва взволновало ученых, и они не могли больше ни о чем думать.
Следы разумной деятельности, которые тщетно разыскивались на Луне и Марсе, найдены на крохотном астероиде. Было от чего прийти в нервное возбуждение!
Приближавшаяся ночь заставила задержаться на корабле. Решили идти к таинственной котловине через пять часов. Это время было использовано для отдыха. Экипаж давно не смыкал глаз, и утомление давало себя чувствовать. Выслушав подробный рассказ Второва, все разошлись по каютам.
Мельников взял на себя дежурство. К развалинам должен был идти Белопольский, а ему предстояло остаться на звездолете. Ни на минуту не оставлять корабль без командира — было законом в космических рейсах.
Через два часа Солнце скрылось за высокой скалой, и сразу наступила полная темнота. Арсена исчезла из глаз, и казалось, что звездолет снова летит в пространстве. Только отсутствие звезд внизу, под кораблем, доказывало, что он стоит на поверхности астероида.
Арсена представляла собой обломок очень неправильной формы. Продолжительность дня и ночи в разных ее местах была различна. Там, где опустился “СССР-КС3”, день продолжался шесть часов, а ночь только два. Астероид летел по орбите полюсом вперед, вращаясь, по выражению Пайчадзе, “лежа”. Когда он, огибая Солнце, окажется по другую от него сторону, место, где стоял сейчас звездолет, погрузится в долгую, непрерывную ночь. Но это могло случиться только через три месяца, а экспедиция не собиралась задерживаться на Арсене так долго.
Как только снова появилось Солнце, звездолет ожил. Восемь человек из его экипажа собирались идти под водительством Второва и Коржевского для осмотра найденных развалин. На звездолете, кроме Мельникова, оставались Топорков и занятые у двигателей Зайцев и Князев. Участники похода брали с собой длинные веревки, кирки, заступы, двойной запас кислорода, взрывные патроны и радиоаппаратуру для новой разведки недр.
После плотного завтрака экспедиция вышла из корабля и, преодолев первую пропасть, исчезла среди скал. Четверо оставшихся проводили товарищей взглядом и, пожелав им по радио счастливого пути, занялись своими делами. Мельников ушел на пульт, Топорков остался дежурить на радиостанции, а оба механика снова отправились на корму корабля продолжать работу, прерванную сообщением Второва.
СМЕРТЬ И ЖИЗНЬ
Около часу Мельников спокойно занимался записями в своем дневнике. После полета на Марс он сохранил привычку ежедневно заносить на его страницы свои мысли и наблюдения. За двенадцать суток полета, от Земли до Арсены, пришлось изменить этому правилу — не хватало времени. Теперь он решил наверстать упущенное, хотя чувствовал усталость и охотнее всего лег бы спать. Но он хорошо знал, что не заснет, пока товарищи не вернутся на корабль.
Дневник перенес его на Землю. Последние страницы были испещрены именем Ольги, и образ жены с мучительной ясностью возник перед ним. Еще долгие три месяца они не увидятся…
Усилием воли, подавив возникшее чувство тоски, Мельников принялся за описание своего похода по астероиду. Но едва он дошел до спуска Второва в круглую котловину, как звонок вызова прервал работу. Вызывал Топорков.
— Посмотрите, что творится снаружи, — сказал он.
Мельников поспешно повернулся к экрану.
Сначала он не заметил никаких перемен. Панорама Арсены была такой же, как всегда. Но потом он обратил внимание на странные огоньки, которые вспыхивали на площадках, где стоял звездолет, на утесах, на склонах гор, — всюду. Точно невидимые каменщики ударяли невидимыми молотками, высекая искры из каменных пород.
Секунду Мельников недоуменно смотрел на эту картину. В следующее мгновение его мозг пронзила жуткая догадка: “Метеориты!.. Арсена встретилась с метеоритным потоком!.. Товарищи на открытом месте, незащищенные… Успеют ли найти прикрытие?..”.
Совсем рядом с кораблем со страшной силой ударился о скалу крупный камень. Блеснуло яркое пламя. В ту же секунду Мельников ясно услышал, как о борт звездолета ударились еще два, один за другим.
Не теряя самообладания, он нажал кнопки и закрыл щитами все окна обсерватории. По контрольным приборам он видел, что ни одно из них еще не пострадало. Корпус корабля также остался цел.
Включив боковой экран, он соединил его с радиорубкой, чтобы узнать, нет ли известий от Белопольского.
Но Топоркова в рубке не было.
Открылась дверь, и на пороге появился инженер. При одном взгляде на его лицо, на котором застыла гримаса боли, Мельников понял, что произошла катастрофа. Сердце замерло.
— Кто? — едва смог он выговорить.
— Леонид Николаевич, — ответил Топорков, и его губы дрогнули. Мельников закрыл глаза рукой. Как живой встал перед ним погибший товарищ.
“Я лечу только потому, что предстоит посещение астероида”, — вспомнил он слова, как-то сказанные Орловым. Он говорил их со своей приятной улыбкой, словно освещавшей его красивое лицо, не подозревая, что говорит пророчески.
— А остальные?
— Успели укрыться в пещере. Леонид Николаевич погиб у самого входа: метеорит ударил прямо в лицо.
Какие тяжелые минуты пережили участники похода, на глазах которых погиб их спутник!..
“Прямо в лицо!” — подумал Мельников.
На мгновение он ясно увидел глаза Орлова — два чистейших аквамарина, вставленные в оправу длинных черных ресниц, и вздрогнул всем телом.
— Где Зайцев и Князев?
— Я сказал им, чтобы они не выходили наружу.
Мельников провел рукой по лбу.
— Было бы легче погибнуть самому, чем переживать это, — сказал он. — Идите на радиостанцию, Игорь Дмитриевич. Я сейчас приду. Этот “дождь” скоро кончится.
Топорков вышел.
В Солнечной системе бесчисленное множество метеоритных тел. Очень часто они летят густыми роями, так называемыми “потоками”. Наряду с кометами, метеориты “засоряют” межпланетное пространство. В полете, при огромной скорости, у звездолета мало шансов встретиться с ними. Иначе обстоит дело с астероидами. В сравнении с межпланетными кораблями их размеры чудовищно огромны. У них нет атмосферы, которая защищает большие планеты от небесной бомбардировки. Метеоритный поток, встретив на своем пути астероид, обрушивает на него каменный ливень, каждая “капля” которого имеет космическую скорость, во много раз большую, чем скорость пули или снаряда. Энергия стремительного полета при столкновении превращается в тепловую. Происходит взрыв. Поверхности малых планет покрыты мельчайшей пылью от разбившихся метеоритов. Никакой защитный костюм не спасет человека в безвоздушном пространстве, если подобный “разрывной снаряд” попадет в него. Это верная смерть.
Прямое попадание в такую маленькую цель, как человек, может произойти исключительно редко, но все же “метеоритная опасность” является одной из самых реальных для звездоплавателей. Звездолеты были достаточно надежно защищены от нее радиопрожекторами — сверхчувствительными локаторными установками, соединенными с автопилотами, но, как уже говорилось, в условиях стоянки на астероиде эти “глаза” корабля становились бесполезными. Дальность их действия достигала пяти тысяч километров, но даже это, казалось бы огромное, расстояние было ничтожно мало для метеорита, летящего с космической скоростью. Раньше чем экипаж звездолета сумел бы принять меры для защиты, замеченный метеорит уже прошел бы это расстояние. Исследователи космического пространства смело идут навстречу риску.
Все это хорошо знал Мельников, но боль утраты не становилась меньше от рассуждений. Ему было мучительно жаль Орлова. И кроме того, он понимал, какое потрясающее впечатление произведет на Земле известие о гибели одного из участников экспедиции. Скрыть трагический случай до возвращения звездолета было невозможно.
Метеоритный поток проходил через орбиту Арсены полтора часа. Потом он как-то сразу прекратился. За все это время только пять раз о корпус корабля ударились небольшие камни, не пробившие, однако, его оболочки.
Когда стало ясно, что Арсена разошлась в пространстве с метеоритами и опасность миновала, Мельников прошел в радиорубку.
Зайцев и Князев уже ждали его там. Глаза механика были заплаканы, и он всеми силами старался скрыть это. Самый молодой член экипажа, он стыдился слез.
— Андреев и Второв несут его сюда, — сообщил Топорков.
— А остальные?
— Пошли дальше…
Топорков сказал это тоном недоумения, но Мельников понял Белопольского. Скорбь по погибшему не должна мешать результатам всей экспедиции, звездолет не мог задержаться на Арсене, работа должна быть закончена, несмотря ни на что. Разве не точно так же поступил Константин Евгеньевич в страшные минуты отлета “СССР-КС2” с Марса?..
— Как они переносят тело через пропасти? — спросил Зайцев.
— Для Второва не составит труда перепрыгнуть вместе с ним.
— Неужели мы оставим его здесь? — прошептал Князев.
Мельников нахмурился и ничего не ответил. Эта мысль и ему приходила в голову. Другого выхода как будто не было.
Из громкоговорителя слышались редкие голоса. Чувствовалось, что в группе Белопольского люди обменивались только самыми необходимыми словами.
На экране был виден скалистый хребет по ту сторону пропасти. Мельников и его товарищи не спускали с него глаз. На нем должны были появиться двое живых членов экипажа, несущие третьего — мертвого.
Всего три часа тому назад они провожали Леонида Орлова, как всегда полного энергии, жизнерадостного, с серьезным взглядом красивых глаз на худощавом лице. Могли ли они думать, что через час этот полный сил человек превратится в труп… Может быть, никогда раньше они не сознавали так ясно грозной силы природы, в тайны которой хотели проникнуть.
— Вот они, — сказал Зайцев.
Две крохотные фигурки показались на гребне утеса. Можно было легко отличить высокую фигуру Второва от более низкого Андреева. Тело Орлова было на руках инженера. Он первый со своей ношей спрыгнул вниз. Андреев последовал за ним. В том же порядке они преодолели и пропасть.
Мельников, Зайцев и Князев пошли к выходной камере. Топорков остался, — он не имел права покинуть радиостанцию.
Через несколько минут они услышали, как закрылась наружная дверь и раздалось характерное шипение насоса, наполнявшего воздухом камеру. Вспыхнула зеленая лампочка, и внутренняя дверь открылась.
Стараясь не смотреть на обезображенное лицо Орлова, видное сквозь разбитое стекло шлема, Зайцев и Князев помогли пришедшим снять костюмы.
— Отнесем его в красный уголок, — предложил Мельников.
— Дверь уголка очень высоко, — сказал Андреев. — Будет трудно опустить его вниз.
— Тогда в обсерваторию.
Мельников вынул платок и закрыл им шлем Орлова. С убитого сняли наспинный ранец и кислородные баллоны. Потом, не снимая костюма, его отнесли в помещение обсерватории и положили на тот самый стол, за которым несколько часов тому назад сам Орлов собирался во время стоянки на Арсене привести в порядок собранные в пути материалы.
— Принесите знамя, — сказал Мельников. — Оно в каюте Белопольского.
Второв вышел и вскоре вернулся с алым полотнищем.
— Я встану первым в почетный караул, — объявил Мельников. — Смените меня через тридцать минут.
Товарищи поняли, что он хочет остаться один с погибшим, и вышли. Наступила третья ночь, затем Солнце взошло опять. Огромный корабль словно вымер. Люди сменяли друг друга в почетном карауле и расходились, не обмолвившись ни единым словом. На радиостанции редко-редко раздавались отрывистые фразы, доносившиеся сюда из круглой котловины.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов