А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Нужно торопиться, начать расспрашивать немедленно, иначе те, кто знал их, могут уйти в другой мир, и тогда отвечать на вопросы Труф будет просто некому.
Она не даст этому случиться.
Труф грациозно поклонилась незнакомке в зеркале и сунула ноги в черные туфли. Несколько взмахов расческой, чуть-чуть косметики — и она вполне готова.
Нет, не совсем. Труф заметила, что платье выглядит чересчур строго, его нужно оживить украшениями, на у Труф их с собой не было. Честно говоря, она никогда и не покупала украшений, ни дорогих и солидных, ни дешевых и легковесных. Были у нее пара неплохих сережек и коротенькая золотая цепочка, этим ее набор драгоценностей и исчерпывался.
В лихорадочных поисках чего-нибудь стоящего она перевернула всю сумку. Оставался нетронутым только купальник и «Страдающая Венера». Не найдя ничего подходящего, Труф взялась за сумочку. В таких раньше дамы света перевозили свои самые ценные вещи, ныне же их используют для транспортировки небольших бьющихся предметов, необходимых женщинам в дороге.
Она открыла ее и посмотрела верхнее отделение. В ячейке, предназначенной для драгоценностей, лежало свернутое ожерелье Блэкберна и его перстень. А что, если?..
Труф поняла, что носить перстень сможет, только согнув палец. И то едва ли — он был таким тяжелым, что Труф, несколько раз подняв и опустив руку, почувствовала усталость. Нет, это для обеда не годится. Труф бросила перстень обратно в ячейку и взяла ожерелье. Оно было легким, как пушинка. Древние греки считали, что янтарь — это окостеневший блеск выпущенных Зевсом молний. Они называли этот материал «электрум», поскольку, как знала Труф, если его слегка потереть, он не только притягивает к себе мелкие булавки и куски бумаги, но даже светится в темноте таинственным, голубоватым огнем. Труф показалось, что бусинки уже светятся у нее на руке, что они вобрали в себя остатки солнечного света и теперь озаряют комнату неясным сиянием.
Она обвязала ожерельем волосы; тяжелый золотой медальон, ласково поглаживая ее тело, сполз на левую грудь, под самое сердце. Янтарные бусинки, бывшие когда-то кровью дерева, касаясь ткани ее платья, загорелись еще ярче. Сейчас Труф была похожа на готовую к битве воинственную жрицу.
«Не нужно», — любуясь собою в зеркале, пришла к заключению Труф. Как бы это ни было красиво, надевать ожерелье не стоило, могут сразу посыпаться вопросы. Она очень неохотно положила ожерелье рядом с перстнем и повязала шею длинным шелковым шарфом. Конечно, хуже, чем ожерелье, но тоже неплохо.
«Подозреваю, что они принимают меня за своего», — подумала Труф. Она посмотрела на часы. Было ровно семь, до обеда оставалось полчаса. Труф предполагала, что раньше одиннадцати он никак не кончится, и порадовалась за свою сообразительность: она попросила Айрин связаться с гостиницей и предупредить, что приедет поздно. Было бы очень неприятно явиться туда и обнаружить, что твоя кровать уже занята.
Впрочем, уехать можно и сейчас, кто мешает?
Она направилась к двери, но остановилась и отступила назад. Рано хвалить себя за благоразумие — содержимое сумки валялось на кровати, а вместе с ним и «Страдающая Венера». А вдруг кто-нибудь войдет?
Труф принялась засовывать в сумку вещи. А что, если кто-то, с менее утонченными манерами, чем у Джулиана, уже заходил и просмотрел ее багаж? Почему, собственно, такого не может быть? Она нахмурилась. Ни сумку, ни чемодан она никогда не запирала. У нее даже не было ключа, тем не менее следует быть готовой ко всему.
Труф взяла «Страдающую Венеру» и оглядела комнату. Она решила на всякий случай спрятать ее.
Но куда?
Подумав, Труф сунула книгу между матрасом и сеткой кровати, ближе к подушке, там всегда есть некоторый подъем и дополнительный предмет будет не так заметен. Она пригладила набивное хлопковое покрывало и, не складывая, побросала вещи в сумку.
Собираясь выходить и уже подойдя к двери, она обернулась и в последний раз оглядела комнату. Все выглядело нетронутым.
Какая невинность.
«Как говаривала тетушка Кэролайн? Действительно, так вполне можно назвать то, что выглядит слишком уж правдоподобным», — усмехнулась Труф, расправила плечи и, выйдя из комнаты, направилась вниз.
5. Истина среди теней

Чарующий луч света средь теней,
Дух, истину искавший, брел
По мрачной сцене в веренице дней
И, как тот проповедник, не нашел.
Перси Биш Шелли

Дойдя до середины лестницы, Труф увидела Джулиана. Он, видимо, ждал ее. Посмотрев на него, Труф поняла, что сделала совершенно правильно, подавив в себе смертоубийственное нежелание одеваться к обеду. Джулиан сменил простую одежду из твида на великолепный шелковый костюм, как подумала Труф, от Армани. Джулиан улыбнулся.
— Я уже собирался идти за вами, Труф. Мы собрались в гостиной выпить по бокалу шерри перед обедом. Не подумайте, что обеды у нас всегда проходят так официально, это все ради вас.
Он смотрел на Труф, и она чувствовала, что нравится ему. Щеки ее снова вспыхнули. Что же такого было в хозяине Врат Тени, что заставляло ее краснеть? Обычно Труф была более уверенна, холодна и сдержанна. Ей всегда были чужды эмоции. Женщина себе на уме, в своем поведении она руководствовалась только рассудком. Сейчас же она напоминала героиню готического романа. Какой стыд!
Джулиан подал ей руку. С большим усилием Труф сконцентрировала волю и разум на предстоящем обеде.
— С кем мне предстоит познакомиться сегодня, Джулиан? — спросила она и поморщилась, услышав, как дрожит ее голос. Однако она чувствовала, что бессильна помочь себе, встреча с незнакомыми людьми, тем более с поклонниками Торна Блэкберна, наполняла ее безотчетным страхом.
Она взяла предложенную Джулианом руку, в ноздри ей ударил пьянящий запах мужского одеколона, и Труф показалось, что, когда она положила ладонь на теплую, крепкую руку Джулиана, через нее прошел электрический разряд. Это ощущение длилось доли секунды, Труф охватило волнение, но вскоре она уже справилась с ним. Остаток лестницы они прошли вдвоем.
— Не волнуйтесь, одна в клетке со львами вы не окажетесь, — с легким упреком ответил Джулиан. — Сегодня вечером вам предстоит познакомиться с нашим кругом. Мне удалось собрать не всех. Как вы знаете, дело требует тринадцати человек, но можно добиться таких же результатов и с меньшим количеством.
«Ну и каких же результатов вам хотелось бы достичь?» — хотела спросить Труф, но в этот момент они вошли в гостиную.
Как и все викторианские особняки, Врата Тени был построен симметрично, включая комнаты. Гостиных на первом этаже тоже было две. В одной располагался музей Блэкберна, и Труф уже была там несколько часов назад, в другую они вошли с Джулианом.
Гостиная отличалась от остальных комнат кардинально. Если в других комнатах мебель осталась той же, старинной, хотя Джулиан не предполагал сделать из дома музей конца девятнадцатого века, то здесь царствовала современность. Стены гостиной были обтянуты зеленым французским шелком, что хорошо сочеталось с такого же цвета шторами. На полу лежали восточные ковры, длинный и мягкий как масло кожаный диван цвета устриц был современной работы, судя по дизайну, итальянской. От столов, сделанных из бронзы и стекла, также веяло современностью.
Труф не была сельской простушкой, жившей в глуши, занимаясь хозяйственными делами университета. Она лучше, чем кто-либо, понимала, на чем держится мир. Увидев комнату и мгновенно оценив приблизительную стоимость обстановки, она поняла, что имеет дело с очень богатым человеком, и это подействовало на нее как сигнальный флажок. Она целиком и полностью соглашалась со Скоттом Фицджеральдом, сказавшим однажды, что богатые люди отличаются от обычных граждан. Труф видела эту разницу по-своему, она считала богатых холодно-безразличными к остальным людям. Такое пренебрежение дает власть, покупаемая за деньги.
Она заметила в гостиной человек шесть. По их виду Труф поняла, что они ждут ее. Джулиан нежно обнял ее за талию и выдвинул вперед.
«Вот я и в пасти у льва», — мелькнуло в голове Труф.
— Дамы и господа, — произнес Джулиан. — Сегодня мне выпала честь представить вам дочь Торна Блэкберна, Труф Джордмэйн.
Труф непроизвольно вспыхнула.
«Ну зачем он?..»
— Аплодировать будем? — раздался нетвердый мужской голос, и вперед вышел его обладатель. Одет он был очень просто — темные брюки, твидовый пиджак и старый галстук с эмблемой какого-то учебного заведения. Труф сразу и бесповоротно отнесла его к категории профессоров, людей взбалмошных и немного чокнутых, — бледность его лица и глубоко запавшие глаза говорили, что он ночи напролет проводит в пыльных архивах за изучением древних, мало кому понятных манускриптов. — Не обижайтесь, милая дама. — Он комично поклонился, и Труф облегченно улыбнулась. Вся сцена вдруг удивительным образом напомнила ей начало нудной процедуры факультетского чая.
— Ради бога, Эллис, — прошептал Джулиан. — Труф, позволь представить тебе Эллиса Гарднера, хотя лично я предпочел бы, чтобы ты его увидела не сегодня.
— Дорогой иеродул, только шерри делает меня выносимым в обществе, — усмехаясь, проговорил Гарднер.
Он взял Труф за руку и отвел ее в сторону. Хотя от него сильно попахивало шерри и, по словам Джулиана, он частенько прикладывался к бутылке, речь Эллиса была вполне связной и вежливой. Он повел Труф по комнате.
— Позвольте мне представить вас веселой шайке искателей истины. Вы уже знаете основателя нашего круга. — Он церемонно поклонился в сторону Джулиана, с мрачным лицом терпеливо стоявшего рядом. — С нашей дорогой миссис Авалон, о которой можно сказать много теплых слов, вы тоже успели познакомиться.
Айрин блистала в ярком, расшитом золотом платье. На шее у нее было золотое колье, а на руках массивные золотые браслеты. Ее глаза были театрально подведены на египетский манер, волосы на висках завиты и свисали игривыми кудряшками, а веки выкрашены ярко-голубой краской. Лицо ее напоминало разукрашенную маску, из-под которой на Труф нежно, по-матерински глядели ласковые глаза женщины, с которой Труф познакомилась днем.
— Эллис, будь умницей, — предупредила она.
— А это Гарет Кроутер, — произнес Эллис безо всякого ударения. Юноша сменил свой потрепанный джинсовый костюм на такой же, только новый, с красивой рубашкой, сверкавшей жемчужными пуговицами. Ладони Гарета были неестественно чистыми.
— Рад, что вы остались, — сказал он.
Труф открыла рот, чтобы развеять его заблуждения и сказать, что ее визит временный и что она уезжает сегодня вечером, но тут снова заговорил Эллис. Он сделал рукой театральный жест и голосом автобусного кондуктора произнес:
— В этом храме мистер Кроутер предпочитает поклоняться издалека. Познакомьтесь, претендентка на роль иеролатора, наша несравненная Фиона, известная друзьям под именем мисс Кабот.
Труф посмотрела в ту сторону, куда показывал Эллис, и увидела полную девушку с гривой ярко-красных волос, водопадом струящихся по спине. Освещенная висящей над ней сильной галогеновой лампой, она стояла подбоченясь, как на сцене.
Одета она была в аляповатое, короткое и сильно облегающее бархатное платье с длинными рукавами. Оно обтягивало ее полное, с поражающими воображение формами тело очень плотно, совсем как балетное трико. По ее короткой шее проходила полоса наложенной косметики, прикрываемая широкой бархатной лентой. Она холодно улыбнулась Труф — так в театре приветствуют равных.
— Не советую подходить к ней слишком близко, да и на расстоянии она тоже опасна. Королевская кобра может плюнуть ядом с нескольких ярдов, — беззлобно продолжал Эллис.
Щеки Фионы дрогнули, она кинула на Эллиса испепеляющий взгляд и не глядя поставила бокал на первую попавшуюся поверхность. Быстрыми, злыми шажками Фиона подошла к Джулиану. В этот момент она показалась Труф злой, ощетинившейся кошкой с поднятым дыбом хвостом.
— Дорогой Джулиан, — сквозь зубы процедила Фиона, кокетливо оперевшись на его руку. — До каких пор нам придется терпеть все это? — В туфлях с длинными и тонкими, как лезвия кинжалов, каблуками, она была почти такого же роста, как и Джулиан.
Труф почувствовала, как на нее накатывает ревность. Она отвернулась и внезапно поймала взгляд Гарета, устремленный на Фиону. Собственная ревность померкла, в глазах юноши Труф увидела неприкрытую, явную страсть в ее высшем проявлении.
«Гарднер абсолютно прав, Гарет безумно влюблен в Фиону. И могу поклясться, что эта сука знает о его чувствах», — отметила про себя Труф. Ситуация, в которой она оказалась, начала ее сильно раздражать.
— Хватит, Эллис, — раздался резкий голос Джулиана.
Эллис вздрогнул. Было видно, что он хотел проигнорировать командирские нотки в голосе Джулиана, но в конце концов неохотно подчинился.
— Ну ладно, — произнес он. — Познакомимся с нашим зоопарком бегло, без комментариев.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов