А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Вам жалко вдову Домер, убившую в отчаянии собственных детей, а затем и себя? Вижу по вашим заплаканным лицам, что жалко. Ну и зря, – пожал плечами Уисс. – Эти двое жалости не заслуживают. Потому что они – грязь, навоз, ничто, как и все вы, собравшиеся сегодня в этом зале. Вы не стоите и наперстка крысиной мочи! – Уисс снова выдержал паузу. Толпа пялилась на него, разинув рты и явно не веря собственным ушам. Он дал им немножко потомиться, а затем продолжил: – Вот что скажут вам тираны. Кровососы, рабовладельцы, палачи, прислужники демонов – все они хотят, чтобы вы так думали. Им нужно, чтобы вы считали себя навозом. Вопрос только в том, удалось ли им одурачить вас. Согласны ли вы жрать их дерьмо за неимением лучшей пищи? Ну-ка, давайте посмотрим. Кто из вас считает себя грязью? Поднимите-ка руку, а мы поглядим. Нечего стесняться, ведь у грязи гордости нет. Давайте, поднимайте свои лапы.
Он подождал. Никто не пошевелился.
– Как, никто? Значит, вы не верите, что вы – навоз? По-моему, вам не нравится вкус дерьма, а? Кто бы мог подумать! – Уисс язвительно улыбнулся, и толпе показалось, что его улыбка полна неизъяснимого очарования. – Может, среди вас есть и такие безумцы, кто считает себя людьми? Неужто вам кажется, друзья мои, что вы не хуже прочих мужчин и женщин, а многих даже лучше? Если это так, то разве у вас нет права жить как подобает человеку? Пусть возразит мне тот, кто не согласен.
Все молчали.
– Всем ли понятно, что я имею в виду, когда говорю о вашем праве жить по-человечески? – вопросил Уисс. – Я имею в виду право на свободу, равенство и справедливость. Еще я имею в виду право работать на самих себя, строить достойные жилища для ваших семей, кормить, одевать и обеспечивать теплом своих домашних. И еще чтобы жадный ворон-мытарь не обирал вас по три раза в год до последней нитки. Хотя нет, не до последней. Вам нарочно оставляют самую малость, чтобы вы могли поддерживать свое жалкое существование. Наших господ не назовешь глупцами, которые режут дойную корову. Но ведь этого недостаточно. Человеку мало просто сводить концы с концами, страдая от нищеты и голода. Так могут жить лишь скоты, да еще помойные отбросы, которыми считают вас сеньоры. Мужчинам и женщинам таков житье не к лицу. Человеку нужна прочная крыша над головой, яркий огонь в очаге, теплая обувь зимой, молоко для детей, вино для взрослых, хлеб, суп, а иногда и мясо. Все это необходимо людям, и люди заслуживают такой жизни – во всяком случае, в мало-мальски справедливом обществе. Вы улыбаетесь, когда я говорю о «справедливом обществе»? Оно кажется вам воздушным замком? Нет, друзья мои, это не фантазии. Если у нас есть голова на плечах, если у нас есть мужество, если мы возьмемся за дело все вместе, такое общество у нас будет!
Толпа зачарованно слушала, как Уисс описывает светлое будущее. Картина и в самом деле получалась прекрасная: здоровые, сытые, красиво одетые и красиво живущие граждане, работающие бок о бок в полной гармонии. Привилегии будут упразднены, серфы освобождены, различия между сословиями уничтожены, все люди станут равными. Женщины обретут свободу и уважение. Дети – заботу и образование. Имущество и продукты труда будут справедливо распределяться между всеми членами общества. Когда материальное равенство станет реальностью, личная вражда и ненависть просто исчезнут, ибо им нечем будет питаться. Справедливость и довольство воцарятся в Вонаре, где нее люди станут братьями и будут жить в мире.
Уисс сам верил в то, что говорил, и его убежденность передавалась слушателям, жадно внимавшим каждому слову. Энтузиазм аудитории был неподдельным. Он увидел, как темная туча, сгустившаяся над головами, постепенно светлеет. Свинцовый оттенок сменился яркими, живыми красками, отражавшими чаяния и надежды собравшихся. Уисс тщательно пестовал эту перемену. Он хотел привести толпу в состояние возбуждения, чтобы кровь стремительно заструилась по жилам, а сердца лихорадочно заколотились. Отсюда был всего один шаг до возбуждения совсем иного рода.
Лица присутствующих ожили, глаза загорелись огнем, щеки порозовели. Толпа явно созрела, и Уисс переменил тон.
– Такова наша мечта, – заключил он так тихо, что люди в зале напрягли слух и тишина стала почти звенящей. – Вот какой мир мы хотим построить для нас и наших детей. Будьте уверены, мы своего добьемся. Но не подумайте, что это легкая задача. Нам предстоит немало потрудиться, друзья мои. Нас ждут тяжелые времена, потому что в Вонаре полно жирных, богатых, могущественных кровососов, этих вшей в человечьем обличье, демонов и их прислужников. Они ни перед чем не остановятся, лишь бы раздавить нас. Им нравится видеть, как мы ползаем в грязи у их ног. Они считают, что нам там самое место. Помните, они очень умны, они изобретут тысячу разных трюков, лишь бы не дать нам подняться. Хотите знать, что будет дальше? Вначале они сделают вид, что вовсе нас не замечают, лишь бы показать нам, как мало мы значим. Но вскоре они увидят, что поднялся ураган и дальше игнорировать его нельзя. Тогда они обрушат на нас потоки слов, постараются доказать, что жизнь такова, какой она должна быть: они – наверху, а мы – внизу. Они будут смеяться над нами, обзывать нас разными прозвищами, сбивать с толку своими коварными увещеваниями. Однако им предстоит убедиться, что мы поумнели и их речей больше не слушаем. Тогда они станут запугивать нас своей магией, и это вселит страх в души робких. Но, к счастью, среди нас много таких, кто смотрит на мир открытыми глазами. Мы видим, что подавляющее большинство Возвышенных не владеют никакими чарами. Если они у них вообще когда-нибудь были, то все давно выдохлись до такой степени, что нам нечего больше бояться. Им предстоит убедиться, что народ сказками не запугаешь.
Впервые с начала речи Уисс почувствовал, что его власть над толпой ослабевает. В облаке, парившем над головами, появились темные завихрения, толпа тревожно зашевелилась. Очевидно, страх перед чарами Возвышенных укоренился так глубоко, что одними словами прогнать его невозможно. Ошибкой было бы развивать сейчас эту тему. Поэтому Уисс моментально сориентировался, и аудитория опять попала под его власть.
– И тут начнется самое интересное. Игра пойдет всерьез. У них есть солдаты, гвардейцы, жандармы. Все вооружены до зубов, все обучены убивать. У них есть тюрьмы, кандалы, кнуты, топоры, веревки, виселицы. И будьте уверены – они ни перед чем не остановятся. Но не бойтесь этих демонов, умейте защитить свои права! Да, это будет стоить крови. Некоторые из вас погибнут, другие увидят смерть собственных детей. Демоны станут охотиться за нами, своими соотечественниками, как за дикими зверями.
Уисс решил подробнее развить эту тему. Он рассказал о жестокости Возвышенных, о карах, унижениях и казнях, которые те обрушивают на непокорных крестьян. Если бы он начал свою речь с этого, то слушателей охватил бы страх. Но сейчас они разгорячились, и страшные картины лишь подхлестнули их ярость. Облако закачалось, окрасилось в свирепо-багровый цвет. Уисс и сам не оставался бесстрастным. С одной стороны, его мозг сохранял полное хладнокровие и умело дирижировал настроениями толпы. С другой – он сполна переживал те же чувства, что и его слушатели: их реакция увеличивала его гнев, который, в свою очередь, подогревал толпу. Уисс все больше горячился, пульс его стал лихорадочным, сердце едва не выскакивало из груди. Бледное лицо полыхало румянцем, зеленые глаза, вылезая из орбит, горели огнем; ноздри раздувались, губы трепетали, по лицу пробегали судороги. Натренированный голос Уисса, вначале такой тихий и спокойный, звучал все громче и пронзительнее, обрушивая на толпу громовые раскаты.
Слушатели живо реагировали на страстные призывы. Они одобрительно кричали, многие повскакивали со скамеек и махали стиснутыми кулаками. Частицей разума Уисс в'Алёр устрашился той бури, которую подняли его слова, но это никак не отразилось на его речи: голос звучал все так же уверенно и призывно. Красноречие оратора всецело управляло толпой, свободно манипулировало ее настроениями посредством слов и жестов.
– Мы знаем, с кем нам придется иметь дело, – приступил он к заключительной части своей речи. – Нам хорошо знакомы гнусные, тошнотворные гадины, не дающие нам поднять головы. Они использовали нас, презирали нас, мочились на нас долгие годы. А почему бы и нет, если мы все это терпеливо сносили? Давайте смотреть правде в глаза – мы облегчили нашим врагам задачу. Но теперь все меняется. Кровососы, вши, мясники уже не могут управлять нами по-старому. Наконец-то у нас появилась сплоченность. Мы, народ, сообщество людей, становимся плечом к плечу, мы скажем этим розовохвостым напудренным паразитам, чтобы они засунули свою возвышенность, привилегии, надутость и чванство в собственные драгоценные задницы.
Толпа радостно заулюлюкала и засвистела.
– Мы больше не будем голодать ради того, чтобы они были сыты. Хватит, пришла пора расквитаться!
Бешеные овации.
– Мы отнимем у них все, что они украли, да еще возьмем и сверх того. Мы вернем себе свою гордость! – Для пущей выразительности Уисс взмахнул кулаком, одновременно ударив каблуком по гулким доскам трибуны.
Его слова встретили неистовую реакцию. Сотни Кулаков взметнулись в воздух, сотни каблуков обрушились на пол с грохотом пушечной канонады.
– Мы вернем себе самоуважение, достоинство, свободу, честь!
Каждое слово сопровождалось эффектным жестом и ударом ноги. Слушатели самозабвенно топали в такт. Старое складское здание дрожало, грохот ударов разносился по всему Восьмому округу.
Уисс вскинул руку, и рев стих.
– Мы возьмем назад все то добро, которое они накопили за долгие годы. Мы заберем у них деньги, землю, скот, красивые дома, кареты, шелковые наряды и сладкие кушанья. Все это принадлежит нам по праву. Мы заплатили за эту роскошь потом и кровью. Пришла пора получить по счету. Мы, народ, требуем удовлетворения. Наша честь требует свободы. Наш разум требует справедливости – награды для добродетельных, кары для тиранов. Наши страдания взывают о возмездии. Пришла пора возмездия!
– Возмездия! – свирепо прорычали сотни глоток. – Возмездия!
– Что вы говорите? – голос Уисса без труда перекрыл этот рев. – Я вас не слышу!
– Возмездия!
– Все равно не слышу!
– ВОЗМЕЗДИЯ! – Громовым раскатом грянул зал. Казалось, что рев толпы разнесет старые стены. Облако сделалось ярко-красным, воспаленным; начало переливаться сполохами огня. Уиссу даже почудилось, будто воздух раскалился и потрескивает от жара.
– А вот теперь я вас слышу! И хочу слышать вас все время! Я хочу, чтобы ваши голоса услышал весь Вонар! Чтобы их услышал весь мир! Возмездие!
Снова кулак взметнулся вверх, каблук ударил об пол. Тут же вверх взметнулись сотни Кулаков, загрохотали сотни каблуков. Поднялся неимоверный шум – вопли ярости, страсти; слепое возбуждение действовало заразительно. В этом реве даже голоса оратора уже не было слышно. Получив передышку, Уисс в некотором изумлении воззрился на своих вопящих сторонников. У него подступил ком к горлу, и в то же время он почувствовал растерянность. К собственному удивлению, ему удалось довести толпу до неистовства; теперь она последует за ним куда угодно, будет слушаться каждого приказа, с радостью убьет или умрет по одному его слову. Обезумевшие последователи жаждали действий, а сам Уисс хотел вкусить новой власти. Но время еще не пришло. Сторонников, пока слишком мало. Если выступить преждевременно, делу будет нанесен непоправимый урон. Однако трудно было совладать с собой – хотелось отдавать приказы, как можно скорее выпалить из только что отлитой пушки. Наверняка есть какое-нибудь дело, которое можно им поручить, чтобы проверить, насколько они ему преданы.
Мысли Уисса были прерваны грохотом мушкетного огня, раздавшимся в самом зале. Несколько испуганных криков, и стало тихо. Все присутствующие обернулись к выходу и увидели там полдюжины городских жандармов. Те стояли, наведя свои ружья на толпу. Последователи Уисса в'Алёра оцепенели, а сержант звонким голосом объявил:
– Горожане, немедленно расходитесь! – Жандарм взглянул на оратора. – Господин Уисс в'Алёр, не так ли? Вы арестованы по обвинению в подстрекательской деятельности против короля. Извольте следовать за нами.
Сержант и его люди зашагали по проходу, делившему зал на две части. Никто не попытался их остановить. Зрители словно оцепенели.
Уисс стоял неподвижно, глядя на жандармов. Краем глаза он взглянул на отца, бледного старика, исчерпавшего все свои силы. Рядом с Хорлом с ноги на ногу переминался Бирс, неуверенно сжимая и разжимая свои кулачищи. Оттуда тоже помощи ждать не приходилось. Оставалось надеяться лишь на самого себя. Вот и настал момент проверить свою власть. в'Алёр глубоко вздохнул и ответил сержанту звучным и сильным голосом:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов