А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Инквизитеры могут лишь догадаться, что мы — Чувствующие. А вот Меркуд нас нашёл. Похоже, на него все и завязано. Я голову даю на отсечение: именно он все подстроил — чтобы ты уехала из Пустошной Топи. Он догадывался, что я попытаюсь взять тебя с собой в Тал.
Тор сосредоточенно нахмурился, словно усилием воли пытался стянуть в одну точку все мысли, которые в течение всех этих лет бродили на границах его разума.
— Его не устраивает, что ты со мной. Он знает, что ты тоже Чувствующая, которую не могут уличить инквизиторы. Ты слишком ценна, чтобы не принимать тебя в расчёт. Может быть, ты не поверишь… но я уверен: это он сделал так, что мы не могли общаться мысленно! Постой… — его осенило. — Элисса… а почему ты уехала? Что заставило тебя уйти с женщиной, которую ты никогда раньше не видела?
Это был хороший вопрос.
— После Танца Цветов я надеялась, что ты… ну, ты сам знаешь…
Разумеется, он прекрасно знал, что она имеет в виду.
— Ты так меня напугал… — Элисса вздохнула. — Ты говорил так резко, так сердито… А Соррель была очень добра ко мне. Мне было одиноко, я не знала, что думать… Особенно в первый день. Но сейчас… наверно, мне надо было просто вырасти, чтобы это понять. Соррель нарочно подвела разговор к твоему отъезду. Да, теперь я знаю: она сказала, что ты уехал, а ты был ещё дома. Думаю, она хотела, чтобы я на тебя разозлилась. Не знаю… Зачем ей ещё было врать?
— Вот именно! Спорю на все золото Илдагарта: Меркуд плетёт какую-то хитрую паутину, а Соррель — его сообщница. Элисса, если наш Меркуд — это тот самый Меркуд, приёмный отец Орлака, то почему бы ей…
— Тор, пожалуйста… Она пять лет была моей защитницей. Она поддерживала меня, выхаживала, помогала мне.
— Конечно! А что ей ещё оставалось? Такова её задача. Я вполне допускаю, что она искренне полюбила тебя. Но за всем этим стоит Меркуд. Её муж. С чего я это взял? А я тебе скажу: она — приёмная мать Орлака. Они с самого начала были заодно. Они играли нами, как куклами, и сделали вес, чтобы мы не встретились.
Ещё одна догадка. Но в голосе Тора не было и намёка на радость. Элисса чувствовала себя опустошённой. Да, Соррель слишком легко вошла в её жизнь. Она появилась слишком вовремя — когда Элисса страдала, не в силах найти опору и цель в жизни. И сейчас ей было больно именно потому, что догадка Тора оказалась верной. Ещё один кусок картинки-загадки замер на весу… а потом встал па место. Она почти услышала щелчок.
Меркуд и Соррель — приёмные родители Орлака. Они — кукловоды, которые работают сообща, чтобы направить ход событий в нужное русло.
— Ты сам решил ехать на север, когда покинул Тал? — осторожно спросила Элисса. Морщинка озабоченности у неё на переносице так и не исчезла.
— Нет, это Меркуд предложил.
— Значит, теперь если следовать твоим рассуждениям… они задумали нас соединить. Они знали, что мы должны снова встретиться… Но зачем?
Возможно, Тор что-то ответил, однако Элисса уже не слышала. Все её внимание было приковано к окну, спиной к которому он сидел, почти загораживая его своими широкими плечами. Холод пробрал её до костей, хотя в кабачке было тепло. Там, за окном, мелькнула пурпурная лента. Последний раз она видела такую пять лет назад, в тот день, когда попала в Академию… а до этого — в Фрэгглшемском Доле, где у неё украли нечто немыслимо ценное. Если тебя ограбили, можно заставить вора вернуть похищенное — вопрос лишь в том, каких усилий это будет стоить. Но есть вещи, которые вернуть невозможно. Одну из таких вещей украл у неё человек, которого она ненавидела больше всего на свете. Теперь этот человек шёл по улице Илдагарта — по той самой улице, где находился их кабачок, и в то самое время, когда они с Тором сидели здесь, потягивали забуб и собирали головоломку…
Некоторое время Тор следил за тем, как недоумение на её лице сменяется ужасом, потом осторожно обернулся — и сразу понял все. Ярость вспыхнула и погасла: привычка быстро брать себя в руки появилась у него в ту ночь, когда он почувствовал, как угасает жизнь Клута. Именно тогда он впервые изгнал страх, а на смену страху пришла сила — его собственная сила, которая поднималась откуда-то изнутри. С тех пор Тор не раз прибегал к этой уловке. Сейчас спокойствие было необходимо: страх притягивал врага.
«Смотри на меня, Элисса».
Она с трудом отвела глаза от страшного пурпурного пятна за окном и доверчиво посмотрела ему в глаза.
«Накинь капюшон на голову, чтобы волос было не видно. И не смотри в его сторону. Ни в коем случае».
Затем Тор окликнул Клута. События приняли неожиданный оборот. Убедившись, что сокол кружит над городом, он снова обратился к Элиссе.
«Позови Саксена. Скажи, что возвращаешься. Пусть подготовит лошадей — так, чтобы можно было сразу сесть в повозку и гнать что есть духу к Академии».
Девушка повиновалась немедленно: её взгляд ненадолго затуманился и стал отстранённым.
«Хорошо. А теперь, любовь моя… прости, но я вынужден это сделать ради твоего спасения».
Тор сунул руку в карман и достал бледно-зелёный арха-литовый кружок. В это мгновение Клут, который кружил над домами, забеспокоился.
«Он примерно в сорока шагах от тебя, Тор. Болтает с каким-то лавочником. На тебя не смотрит».
Тор прижал архалит ко лбу Элиссы, и камень приклеился, словно ничего не происходило. Краски и звуки снова потускнели, она больше не слышала ни Саксена, ни Тора. Она была отрезана от всего мира. Паника накатила ледяной волной. Словно в тумане, Элисса почувствовала — или, скорее, осознала, — что Тор берет её под руку, помогая встать… Это прикосновение придало ей сил. Сильные, широкие ладони легли ей на плечи, заставляя повернуться в нужную сторону… и тут же соскользнули. Не стоило привлекать внимание.
— Иди быстро, но ни в коем случае не беги. Ты должна пройти мимо Гота… — юноша заметил, как её передёрнуло. — И возвращайся к телеге, Саксен ждёт. Это самый короткий путь. Гот тебя не заметит — я его отвлеку. Обещаю, с тобой всё будет хорошо.
Не верит. Это видно по глазам, в которых сейчас нет ничего, кроме ужаса. Но это сейчас. Она всегда была смелой и сделает все, как надо.
«Клут?»
«Гот занят — торгуется из-за какой-то безделушки. Сейчас или никогда, друзья мои».
— Я люблю тебя, Элисса, — нежно шепнул Тор, и тут же его голос изменился: — Уходи сейчас. Уходи немедленно.
То же самое он говорил в Мятном Доле. Только тогда был солнечный летний день, зелёный луг, а в повозку была запряжена Сударыня. Снова надо уходить. Позади остаётся тот, которого она любит, впереди ждёт тот, которого она ненавидит.
Тор притаился и стал наблюдать. Надо дождаться, пока Элисса пройдёт мимо Инквизитора — тогда можно считать, что ей ничто не угрожает. Теперь молодой лекарь хорошо видел Гота: тот действительно о чём-то спорил с владельцем лавки.
Это просто свинство! Что ещё можно сказать, когда клеймение срывается по одной единственной причине — из-за того, что рядом не оказалось никого из твоих помощников? Всё, что оставалось Готу — это дать выход злости в споре с неряхой-лавочником, который живёт тем, что вытягивает из людей честно заработанные деньги.
Краем глаза Инквизитор заметил, как в толпе мелькнуло одеяние послушницы Академии. Девушка быстро прошла мимо, однако глаз у Гота был наметай. Под этой мешковатой мантией скрывается прелестная фигурка… Лица он не разглядел: послушница смотрела в другую сторону. Вскоре она скрылась из виду, и Гот притворился, что слушает продолжение байки о восьми голодных ртах и старушке-матери.
Внезапно лавочник смолк и удивлённо уставился куда-то вверх. Гот проследил за его взглядом. Высоко в небе кружил сокол. Возле лавочки уже собралась толпа. Люди восхищённо следили за птицей: в этих местах соколов не видели уже много лет.
Готу хватило мгновения, чтобы свести всё воедино. Вот уже несколько недель он шёл по следу этого мальчишки-лекаря. В Сэддлуорте след оборвался. Инквизитор надеялся нагнать добычу на одном из перевалов в южных отрогах Роркъельских гор — — это была единственная дорога на северо-запад. Однако лекарь как будто растворился в воздухе. И вот сейчас… Да, это тот самый сокол, которого Гинт всё время таскает с собой. Никаких сомнений. А значит, мальчишка тоже здесь. Гот бросил на прилавок вещицу, из-за которой торговался, и огляделся.
Наблюдательность, которую Инквизитор оттачивал годами, снова сослужила ему услугу. И горожане, и приезжие смотрели на птицу — все, за исключением послушницы. Гот отмстил, что она не просто спешит — она изо всех сил старается не привлекать к себе внимания.
Пожалуй, стоило положиться на чутьё, которое никогда ещё не подводило. «Следуй за ней» — вот что оно подсказывало. Да, добыча рядом. Но не следует спускать глаз с этой хрупкой фигурки, закутанной в мантию. Единственная насельница Карембоша, которая постарается избежать с ним встречи — Элиссандра Квин. Одно маленькое «но», признался себе Гот, продираясь сквозь толпу людей, возбуждённо указывающих пальцами вверх. Элиссандра Квин не может быть послушницей. Уж он-то может отличить Чувствующую от обычной женщины. Возможно, она просто переоделась послушницей. Или это вообще не она. Но он всё равно последует за этой женщиной. Да, женщин Академии защищает королевский указ, но плевать он хотел на все указы. Если нужно, он придумает, как их обойти.
Она приведёт его к мальчишке. И когда он до него доберётся… то снова увидит, как дрожит от страха Элиссандра Квин.
Тор выбежал на улицу, и внутри у него всё перевернулось. Гот должен был заметить его… Но поздно. Инквизитор удалялся, преследуя Элиссу.
«Новизна — залог успеха, — сообщил Клут. — А таких, как я, здесь ещё не видели… Думаю, мне стоит последить за Элиссой. Надо убедиться, что она без помех добралась до окраины».
Тор быстро нагнал Инквизитора, но старался оставаться незамеченным, благо на улицах было людно. Он прятался за повозками, колоннами, забегал в лавочки… Как было бы здорово — обратиться к Элиссе мысленно, сказать, чтобы она успокоилась… Увы, это было невозможно. А Элисса даже не пыталась скрываться. Она бежала.
Все бы ничего, но на свою беду, Элисса обернулась. Непонятно, кого она ожидала увидеть, но Гот был уже в пятидесяти шагах от неё — достаточно близко, чтобы девушка увидела его отвратительное лицо. Он гонится за ней… Элисса сбросила плащ с капюшоном, который сковывал её движения, и бегом припустила по улице. Золотистые волосы рассыпались по плечам.
— О, так это ты, Элисса! — воскликнул Гот. — Скоро мы снова будем вместе!
И побежал следом.
Инквизитор был невысок ростом, но силы и выносливости ему было не занимать. Забыв об осторожности, Тор бросился было за ними, но скоро понял: ещё миг — и Гот догонит Элиссу. Надо было срочно что-то делать… Но что? Как и Элисса, Инквизитор защищён архалитом, так что нанести удар не удастся. Быстрее, быстрее…
Вот оно! Какой-то человек ведёт к конюшне двух лошадей… Когда Гот поравнялся с ним, Тор представил, что бьёт обеих длинным хлыстом. Как и следовало ожидать, лошади шарахнулись, храпя от боли, и с диким ржанием взвились на дыбы. Одна вырвала поводья из рук ошарашенного конюха, другая заплясала и начала лягаться.
Гот не успел увернуться. Копыто только задело его плечо, но этого оказалось достаточно. Инквизитор упал. Несколько человек тут же бросились к нему, чтобы помочь встать. Шипя от злости, он оттолкнул их. Лицо исказила гримаса — но не боли, а ярости: добыча уходила прямо из рук. Хрупкая фигурка исчезла за углом и больше не появлялась.
Элисса слышала, как ржут лошади, слышала крики, но больше не оборачивалась. Она просто бежала сломя голову, чтобы как можно скорее оказаться на окраине, где её ждал Саксен. Лишь на миг девушка взглянула наверх — и, вопреки ужасу, почувствовала радость: там, в небе над городом, кружил Клут. Она уже успела полюбить красавца сокола и даже осмелилась помахать ему рукой.
«С Элиссой всё будет в порядке, — зазвучал в голове у Тора голос Клута. — Тебе тоже стоит возвращаться в Академию. Гот знает, что ты здесь. Он меня видел».
«Думаю, он пойдёт в конюшни, чтобы взять лошадь. Ты уверен, что с Эдиссой ничего не случится?»
«Саксен только что подобрал её, и они во весь дух несутся домой. Отвлеки Гота ещё ненадолго».
Думать, думать, шептал себе Тор, направляясь обратно к конюшням.
«Вспомни заклинание Наведения облика, — подсказал сокол. — Меркуд говорил, что оно удавалось не всем Мастерам. Я знаю, ты никогда не пробовал, но сейчас как раз подходящий случай».
Воистину, это было озарение, луч света во тьме.
«Я люблю тебя, Клут».
«Что бы ты без меня делал?»
И птица оборвала нить связи. " Это было действительно сложное заклинание — такое же сложное, как и знаменитая Походка тени. Кое-кто подозревал, что создание двойника, который может самостоятельно двигаться, возможно, но не более того. Такое не удавалось даже великому Мастеру Джороми, с его могучим даром и богатыми знаниями.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов