А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Свидетель, сидящий на
стуле, теперь тоже мог видеть экран детектора лжи.
Вошли Гус Бранхард и Джек. Гус осмотрелся и тихо выругался.
- Не удивительно, что они дали нам два часа отдыха. Хотел бы знать,
для чего все это, - затем улыбка промелькнула на его губах. - Посмотрите
на Кумбеса: ему это тоже не нравится.
К ним подошел представитель с планом зала заседаний.
- Мистер Бранхард и вы, мистер Хеллоуэй, садитесь сюда, за этот стол,
- он указал на стол, стоявший в стороне от других прямо напротив судей. -
А доктор Рейнсфорд и доктор Ван Рибик, пожалуйста, вот сюда.
Громкоговоритель над их головами издал два резких свистка и произнес:
- Внимание! Внимание! Судебное заседание начнется через пять минут.
Голова Бранхарда дернулась, и Джек проследил за его взглядом.
Человек, сделавший это объявление, был в форме старшины
Военно-космического флота.
- Что за черт? - спросил Бранхард. - Разве здесь трибунал
Военно-Космического флота?
- Я бы тоже хотел это знать, мистер Бранхард, - сказал представитель.
- Вы знаете, они заняли всю планету.
- Возможно, нам повезло, Гус. Я слышал, что если вы невиновны, дело
лучше разбирать в трибунале, а если виновны - в гражданском суде.
Он увидел Лесли Кумбеса и Леонарда Келлога, сидевших за таким же
столом на противоположной стороне. По-видимому, Кумбес уже знал, что
происходит. В расположении мест было что-то странное. На скамье свидетелей
сидели по порядку: Рут Ортерис, Герд ван Рибик, Эрнст Мейлин, Бен
Рейнсфорд и Юан Джименз. Гус посмотрел на балкон.
- Держу пари, все юристы планеты заметили это, - сказал он. - Охо-хо!
Джек, вы видите седую женщину в голубом платье? Это жена Главного Судьи. В
этом году она впервые появилась здесь.
- Внимание! Внимание! Встать! Идет Суд Чести!
Вероятно, старшине дали краткую инструкцию по фразеологии ведения
суда. Джек встал, держа Малыша на руках, пока входили трое судей и
занимали свои места. Как только они сели, Главный Судья быстро ударил
молотком.
- Чтобы предупредить внезапный поток возражений, я хочу сказать, что
все это переустройство лишь на время, и дальше вся процедура пойдет
обычным порядком. Сейчас мы не судим ни Джека Хеллоуэя, ни Леонарда
Келлога. Остаток сегодняшнего дня и, боюсь, еще несколько дней мы посвятим
определению уровня мышления Пушистиков Пушистых Хеллоуэя с Заратуштры.
Для этой цели мы временно отказались от традиционной процедуры
судебного разбирательства. Мы будем вызывать свидетелей. Как обычно, они
будут давать показания под детектором лжи. Мы будем вести общие споры, в
которых все сидящие за этими столами могут принять непосредственное
участие. Я и мои коллеги будем председательствовать. Так как мы не можем
выслушивать нескольких Спорщиков одновременно, тот, кто желает говорить,
должен подать знак. Я надеюсь, таким образом нам удастся провести
плодотворную дискуссию.
Вы все заметили присутствие офицеров с базы Военно-космического флота
Ксеркса. Я полагаю, все вы слышали, что командор Напьер установил контроль
над гражданским правлением. Капитан Грибьенфельд, соблаговолите встать,
чтобы все вас видели. Я даю ему право опрашивать свидетелей и, если он
найдет нужным, передавать это право своим офицерам. Мистер Кумбес и мистер
Бранхард тоже могут передавать это право.
Кумбес сразу же встал.
- Ваша честь, раз мы обсуждаем вопрос о разумности, то первым пунктом
должно быть принято приемлемое определение разумности. Я, со своей
стороны, хотел бы знать, какое определение используют наши противники,
обвиняющие Келлога и защищающие Хеллоуэя.
Значит, так. Они хотят, чтобы мы установили определение разума. Герд
ван Рибик был огорчен, Эрнст Мейлин усмехнулся. Тем не менее, Гус Бранхард
был доволен.
- Джек, они, как и мы, не приготовили никакого определения, -
прошептал он.
Капитан Грибьенфельд, уже успевший сесть, снова встал.
- Ваша честь, весь последний месяц на военной базе Ксеркса мы
работали над этой проблемой. Мы в определенной мере заинтересованы в
установлении классификации этой планеты и чувствуем, что этот спорный
вопрос о разуме возник, по всей вероятности, не в последний раз. Я
полагаю, ваша честь, что мы приблизились к решению этой проблемы и
выработали определение. Однако, прежде чем мы начнем обсуждать его, я бы
хотел продемонстрировать одну вещь, которая может помочь в понимании этой
сложной проблемы.
- Капитан Грибьенфельд уже обсуждал со мной этот вопрос и получил мое
одобрение, - сказал главный судья. - Пожалуйста, капитан.
Грибьенфельд кивнул и представитель начальника полиции приоткрыл
дверь. Вошли два солдата Космического флота. В руках они несли пакеты.
Один из них поднялся к суду, другой пошел перед столами, раздавая слуховые
аппараты с маленькими электрическими батарейками.
- Пожалуйста, наденьте аппарат и включите его, - говорил он. -
Спасибо.
Малыш дернул Джека. Джек надел аппарат и включил его. Немедленно до
его ушей донеслись тихие высокие звуки, которых он никогда прежде не
слышал. Малыш говорил:
- Хи-инта, са-ва-ака, игга са гинда?
- Черт побери, Гус, он говорит!
- Да, я слышу, но как же это получилось?
- Ультразвук... Боже мой, почему мы не подумали об этом раньше?
Он отключил аппарат. Малыш сказал:
- Уиик?
Он включил его снова. Малыш говорил:
- Какк-ина за заива.
- Нет, Малыш. Папочка Джек не понимает тебя. Но мы ужасно терпеливы и
выучим ваш язык.
- Папии-и Джек! - воскликнул Малыш. - Ма-алыш захинга; папи Джек за
заг га хи изза!
- Слышимое нами уиканье - это только нижняя полоса воспроизводимых
ими частот. Держу пари, мы тоже сможем воспроизводить звуки, которые они
не слышат.
- Конечно, ведь он произнес свое имя и ваше.
- Мистер Бранхард, мистер Хеллоуэй, - сказал судья Пэндервис, - может
быть, вы прекратите свое обсуждение и обратите на нас внимание? Все ли
получили слуховые аппараты и включили их? Прекрасно. Несите, капитан.
Получив знак, Энсин встал, вышел из зала и вернулся с группой
помощников, которые несли шестерых Пушистиков. Они посадили их на открытое
место между судом и столами и вернулись обратно. Пушистики сбились в кучу,
изумленно оглядываясь вокруг. И Джек изумленно и непонимающе смотрел на
них. Это были Маленький Пушистик, Мамочка Пушистик, Майк, Майзи, Ко-Ко и
Золушка. Малыш что-то выкрикнул и спрыгнул со стола. Мамочка вздрогнула,
повернулась и заключила его в объятия. Затем Пушистики увидели Джека и
шумно закричали:
- Па-пии Джек! Папии-и Джек!
Он почти бессознательно поднялся и вышел из-за стола. Следующее, что
он осознал, было то, что он сидит на полу, а от семейство обнимает его,
что-то радостно уикая. Он смутно слышал удар молотка и голос главного
судьи Пэндервиса:
- Суд прерывается на десять минут!
В это время к ним подошел Гус. Подобрав Пушистиков, они перенесли их
к своему столу.
При передвижении Пушистики запинались и пошатывались, и это на
мгновение напугало Джека, но затем он понял, что они не были ни больны, ни
напичканы наркотиками. Просто они долго находились в поле слабого
тяготения и еще не успели привыкнуть к своему нормальному весу. Теперь он
знал, почему нигде не было обнаружено их следов. Джек заметил, что у
каждого из них на плече висел маленький мешочек. Черт побери, почему он
сам не догадался сделать им что-нибудь подобное? Он показал на сумку
одного из Пушистиков и вопросительно посмотрел на него. Пушистики что-то
залопотали в ответ, начали открывать свои сумки и демонстрировать их
содержимое. Там были маленькие ножи, миниатюрные инструменты и кусочки
яркого цветного пластика, которые они где-то подобрали. Маленький Пушистик
показал крошечную трубку с чашечкой, вырезанной из твердого дерева, и
кисет с табаком, из которого он набил ее. Затем он вытащил маленькую
зажигалку.
- Ваша честь! - воскликнул Гус. - Я понимаю, что заседание прервано,
но, пожалуйста, посмотрите, что делает Маленький Пушистик!
Маленький Пушистик щелкнул зажигалкой и, подержав пламя у чашечки
трубки, выпустил клуб дыма.
Лесли Кумбес в другом конце зала сглотнул и закрыл глаза.
Через некоторое время судья Пэндервис стукнул молотком и объявил
продолжение заседания.
- Леди и джентльмены, вы все видели и слышали то, что
продемонстрировал капитан Грибьенфельд. Вы все слышали, что Пушистики
издают звуки, похожие на членораздельную речь. Вы все видели, что один из
Пушистиков курил трубку. Между прочим, так как курение в зале суда не
одобряется, на этом судебном заседании мы делаем исключение для Пушистика.
К остальным Пушистикам у меня просьба: пожалуйста, не чувствуйте себя
дискриминированными.
Кумбес вскочил со своего места и побежал вокруг стола, но затем
вспомнил, что по новым правилам это делать запрещается.
- Ваша честь, утром я категорически протестовал против того, чтобы
подобные термины использовались свидетелями. Сейчас я протестую против
использования подобных терминов судом. Я в самом деле слышал звуки,
издаваемые Пушистиками. Их можно ошибочно принять за слова, но я отрицаю,
что они являются речью. Что же касается трюка с зажигалкой, то ручаюсь,
что не более чем за три дня обучу этому любого земного примата или кхолпха
Фрейна.
Тотчас же встал Грибьенфельд.
- Ваша честь, за время, пока Пушистики находились на военной базе
Ксеркса, мы составили словарь примерно из сотни слов, значение которых мы
установили, и из великого множества других, значений которых мы пока не
знаем. Мы даже начали составлять грамматику языка Пушистиков. А что
касается трюка с зажигалкой, Маленький Пушистик - он у нас числится под
номером М-2 - выучился этому, наблюдая за нами. Мы не учили его курить
трубку, он умел это еще до того, как попал к нам.
Грибьенфельд еще говорил, когда с места поднялся Джек. Как только
капитан Военно-космического флота закончил, он сказал:
- Капитан Грибьенфельд, я хочу поблагодарить вас и ваших людей за
заботу, проявленную к Пушистикам. Я очень рад, что вы придумали, как можно
услышать то, что они творят. Благодарю вас за все, что вы сделали для них,
но почему вы не сообщили мне, что они живы и невредимы? Знаете, в
последний месяц я не находил себе места.
- Я знал это, мистер Хеллоуэй. Если это может вас как-то утешить, я
скажу, что мы очень жалели вас, но мы не могли рисковать и
компрометировать нашего тайного агента, обосновавшегося в Научном Центре
Компании. Это он контрабандой вывез Пушистиков после их побега, - Джек
взглянул на стол, стоявший на противоположной стороне зала. Келлог сидел,
закрыв лицо руками, и не замечал происходящего в зале. На хорошо
тренированном лице Лесли Кумбеса застыло выражение ужаса. - В то время как
вы, мистер Бранхард и начальник полиции Фрейн получили ордер и поехали за
Пушистиками, их уже забрали из Научною центра и погрузили на военное
судно, стартовавшее к Ксерксу. Мы ничего не могли сделать, не разоблачив
нашего агента. Это все, что я могу вам сказать.
- Хорошо, капитан Грибьенфельд, - сказал главный судья. - Я думаю, вы
ознакомите нас со свидетельскими показаниями об исследованиях, проведенных
вашими людьми на Ксерксе. Мы также хотим установить, откуда, когда и как
вы их взяли.
- Хорошо, ваша честь. Если вы назовете четвертое имя в списке,
который я вам дал, и позволите мне допросить этого человека, мы установим
это.
Главный судья взял бумагу.
- Лейтенант Рут Ортерис. Резерв Десять, - вызвал он.
Джек Хеллоуэй посмотрел на большой экран. Герд ван Рибик, пытавшийся
игнорировать существование женщины, сидевшей возле него, повернулся и
изумленно вытаращил глаза. Выражение ужаса на лице Лесли Кумбеса сменила
трупная бледность и неподвижность. Эрнст Мейлин дрожал от недоверия и
гнева. Возле него восхищенно скалился Бен Рейнсфорд. Как только Рут встала
перед судом, Пушистики устроили ей овацию: они помнили и любили ее. Гус
Бранхард стиснул руки и сказал:
- Ну, Джек, это уже слишком!
Лейтенант Рут Ортерис под неизменно голубым шаром рассказала о том,
как ее, офицера резерва Военного флота Федерации, отправили в разведку,
как она попала на Заратуштру и получила место в Компании.
- Как обычный высококвалифицированный доктор психологии, я работала в
Научном отделе под руководством доктора Мейлина. Кроме того, я выполняла
обязанности в школьном департаменте и в юношеском суде.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов