А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Из глубины коридора доносился лязг железа и рев огромной толпы:
– Серебрилл!.. Серебрилл похищен! Задержать… Не дать! Травить псауком!
Неожиданно над туловищем зверя взметнулся длинный тонкий хлыст с утолщением на конце. Это был хвост псаука. Ростик едва успел затормозить на скользких плитах. Шипастый шар ударил в пол. У самых его ног. Осколки камня брызнули во все стороны, по плитам протянулась глубокая борозда от хвоста.
– Ах, так! – заорал Ростик и, подняв меч, накинулся на врага. Хвост псаука снова взвился под потолок и обрушил оттуда свой страшный удар. Но на этот раз он встретил на пути сверкающее лезвие меча.
Ослепительная вспышка на мгновение раздвинула стены коридора, от хвоста посыпались искры, как от высоковольтного провода, его извивающийся обрубок с шаром на конце закрутился по полу, разбрызгивая во все стороны капли белой маслянистой жидкости. Ростик не медля ни секунды перескочил через шаг и оказался перед самыми лапами зверя.
Неожиданно псаук применил новый прием. Его вытянутое тело, словно стенобитный снаряд, рванулось вперед с неудержимой силой.
Ростик не смог отразить этого нападения, ему удалось лишь немного уклониться в сторону и избежать прямого удара. Массивная челюсть с торчащими во все стороны клыками вскользь задела его по плечу и отбросила к стене.
Больно ударившись спиной, Ростик чуть не выронил из рук меч, но в этот самый момент вдруг увидел прямо перед собой усеянный острыми шипами бок псаука. Однако шипы были только сверху, на толстом спинном панцире, а пониже, у самого пола, виднелось белесое и мягкое на вид брюхо. Огромный зверь не мог быстро повернуться в узком для него коридоре. Задними лапами он цеплялся за стены, чтобы отскочить назад, а затем снова атаковать Ростика.
Но Ростик не дал ему этого сделать. Улучив момент, он обеими руками вонзил меч глубоко в брюхо псаука. Тело чудовища вдруг осветилось изнутри тусклым зеленоватым светом, по нему пробежала судорожная волна. Зверь беспорядочно задергал ногами. Одна из этих суставчатых колонн резко распрямилась и впечатала в стену глубокий когтистый след возле самой головы Ростика. Он отскочил в сторону и приготовился к отражению новых ударов, но все уже было кончено. Псаук больше не шевелился. В коридоре наступила тишина, только в отдалении слышался топот улепетывающей толпы.
Ростик вдруг опомнился и безумным взглядом обвел сцену сражения.
– К-как же это? – растерянно пробормотал он, почувствовав противную слабость в коленях. Стена, о которую он опирался, стала заваливаться куда-то назад, и ему пришлось сесть на пол.
– Что с тобой?! – закричала Марина. Оцепенение ее разом прошло. Перескочив через вытянутые ноги чудовища, она бросилась на помощь Ростику.
– Что с тобой?! – повторяла она, склоняясь над ним и заглядывая ему в лицо. – Ты ранен?
– Не знаю… – проговорил Ростик. – Кажется, все в порядке…
Он оперся на меч и попытался подняться. Марина помогала ему.
– Ой! У тебя кровь на плече!
Ростик скосил глаза на разорванный рукав своей рубашки. Кожа на руке была рассечена, и из раны слабо сочилась кровь.
– Это еще… повезло, – сказал он и отвернулся, чувствуя, как в голове опять все поплыло. Откуда-то издалека послышался слабый крик:
– Вперед! Дружно – навались! Во славу его светлости! Хо-го!
– Хо-го-о! – взревел целый хор голосов.
– Бежим! – Ростик схватил Марину за руку.
– Куда? – спросила она, послушно следуя за ним. – Где мы вообще находимся?
– Откуда я знаю! Попробуем вернуться в зал и поискать выход из этого сумасшедшего дома. Крики позади стали слышнее.
– Что это за люди? – оглядываясь, бормотала Марина. – И что им от нас нужно?
– Ой, не спрашивай ты меня, пожалуйста! – взмолился Ростик. Ему было страшно даже подумать о том, что нужно этим людям.
Перед поворотом он неожиданно остановился. – Ты чего? – спросила Марина.
– Т-с-с! – Ростик опустился на четвереньки, осторожно выглянул из-за угла и сразу же снова Спрятался. Сейчас же целый рой стрел со свистом пронесся в воздухе и хлестко ударил в стену. Полетели мелкие крошки камня. Марина зажала себе рот ладонью, чтобы не закричать. По лицу ее текли слезы.
– Гады, – прошептал Ростик. – В живых людей…
Он вскочил и, крепко сжав руку Марины, потащил ее назад, мимо тела псаука в глубь коридора – навстречу приближающимся огням.
Им оставалось надеяться лишь на то, что коридор пересекается где-нибудь другим ходом. Иначе…
Сам не зная для чего, Ростик на бегу считал торчащие из стены факелы… десять, одиннадцать, двенадцать… Только не думать ни о чем другом, а то разревешься. Хорошо Марине, она девчонка… двадцать четыре, двадцать пять, двадцать шесть… Есть!!!
Черное прямоугольное отверстие зияло в стене. Боковой ход.
Повторив свой прием, вычитанный в каком-то детективном романе, Ростик заглянул за угол. Засады вроде бы не было. Они быстро нырнули в полумрак бокового хода и побежали вперед – подальше от опасного коридора.
Но что готовила им тьма впереди? Ни один из них не мог этого знать.
Путь освещало теперь лишь светящееся лезвие меча. Несколько минут Марина и Ростик бежали сломя голову. Им все казалось, что погоня преследует их по пятам.
Наконец Ростик замедлил бег и, вытирая пот со лба, с трудом пропыхтел:
– Все… не могу… больше! Давай отдохнем!..
Марина была не в силах вымолвить ни слова, она тяжело дышала и только слабо махала рукой, показывая куда-то вперед.
Ростик посмотрел повнимательней и увидел впереди на стене неяркий красноватый отсвет…
Коридор привел их в небольшой сводчатый зал, в котором горел один-единственный факел. Он освещал ряд низких полукруглых дверей, запертых на огромные висячие замки. По залу медленно прохаживался человек с алебардой на плече.
«Что же делать? Больше идти некуда, – думал Ростик. – Возвращаться назад тоже нельзя – с минуты на минуту может появиться вооруженная арбалетами погоня и, может быть, снова с псауком…
А этот стражник, кажется, один. Придется рискнуть, ничего другого не остается».
Оставив Марину в коридоре, Ростик вышел на свет и зашагал прямо к стражнику. Тот словно очнулся ото сна, вскинул голову, выпучил глаза, а потом вдруг одним прыжком отскочил к дальней стене и, загородившись алебардой, заорал:
– Не подходи! Не подходи, говорю! Хуже будет!
– Но почему? – спросил Ростик.
– Потому что отступать-то мне некуда, – пожаловался стражник. – Понимать же надо! Ой, погибаю! – завыл он. – Погибаю во славу его светлости, глыбу черную ему в глотку!
– Что? – удивился Ростик. – Что ему в глотку?
– Ой, нет! Это я пошутил! – еще больше испугался стражник. – То есть оговорился, то есть ничего я не говорил! Ни в чем я не виноват, за что же смерть-то принимаю, а?!
– Погодите реветь, я вам ничего плохого не сделаю, – попробовал успокоить его Ростик. Стражник сейчас же замолк.
– Правда? – произнес он, испытующе глядя на Ростика. – Честное слово?
– Честное слово.
– Вот за это спасибо, благородный молодой господин! А уж я вам отслужу, в долгу не останусь. Только вы это…
– Что?
– Тут у нас поверье такое есть… У кого в руках Серебрилл, у того честное слово – закон. Нет, это я не к тому, чтобы… А просто, вдруг вы не знаете…
– А где это – У вас? – спросил Ростик. – Где мы находимся?
– Находимся? Это, стало быть, докладываю… – стражник вытянулся, взял алебарду на караул и, уставив выпученные глаза в пространство, затараторил: – Пост номер пять, суточный, трехсменный! Под охраной и обороной состоят склады его светлости обмундирования и упряжи. Пароль – «Когтистый Вертихвост». Караульный Брус ответ закончил!
– Ну, понятно, склады, – сказал Ростик. – А где склады? В чем? Что это вообще за место? Что за его светлость? Здесь же музей был!
– Музей? – задумчиво произнес стражник. – Так вон вы откуда! И Серебрилл при вас… Выходит, новые времена наступают…
«Какие времена?» – хотел спросить Ростик, но в зал вдруг вбежала Марина и закричала:
– Они идут!
Из глубины коридора послышался нарастающий шум.
– Брус, – сказал Ростик. – Как отсюда выбраться? Или хоть спрятаться, а? Побыстрее только!..
Стражник поскреб затылок, глянул на Марину и, наконец, махнул рукой.
– Ладно! Вы меня с налету рубать не стали, и я вам за то помогу. Пошли!
Он снял с пояса связку ключей, отпер одну из дверей и с факелом в руке вошел в склад. Марина и Ростик последовали за ним.
Брус запер изнутри дверь на засов и повел их мимо длинных рядов сундуков и полок куда-то в глубь склада. Смешанный свет от факела и меча выхватывал из темноты туго набитые мешки, седла, бухты канатов, толстые пучки арбалетных стрел, аккуратно разложенные на полках. Откуда-то сбоку вдруг послышался кастрюльный звон. Марина и Ростик испуганно замерли.
– А, ерунда! – небрежно бросил Брус, не останавливаясь. – Это крысы.
– Крысы!!! – взвизгнула Марина.
Ростик вздохнул. Она еще способна пугаться крыс! Это после псаука-то!
Они отправились дальше. Скоро Брус свернул в узкий проход между стеллажами.
– Осторожно, – предупредил он, – не зацепитесь.
Кругом торчали рукояти мечей, копья, кинжалы, секиры и прочее железо.
– Вот это, я думаю, вашей милости подойдет! – Брус снял с крюка кожаную перевязь с ножнами и протянул Ростику. – Незачем каждому встречному-поперечному знать, что вы несете Серебрилл. В нашем городе вам придется опасаться шпионов Бескорыстного. В открытую-то они побоятся нападать, но могут заманить в ловушку, так что ножны вам пригодятся, да и таскать на перевязи легче!
– Какой же он Бескорыстный, если у него кругом шпионы? – спросила Марина, когда они отправились дальше.
– Это верно, ваша милость, кругом, – согласился Брус. – Не найдете такой дыры, где бы их не было. Но и то сказать, как еще узнаешь, верит народ, что ты Бескорыстный, или нет? А так посылаешь шпиона потолкаться на рынке, он тебе и докладывает: так точно, мол, все, как один, верят, весь народ только и мечтает положить жизнь во славу Бескорыстного Вождя…
– А если кто-нибудь не мечтает? – настаивала Марина.
– Ну, про этих Бескорыстному не докладывают, зачем такого человека огорчать? На то есть начальник Единодушного Одобрения.
– Какой начальник? – переспросил Ростик.
– Единодушного Одобрения. Когда-то все и правда были за Бескорыстного, и он даже слыл защитником слабых и угнетенных. У него тогда друзей было много, и они всю страну освободили от загорных борзаков, которые тут хозяйничали.
И Серебрилл – меч этот… Бескорыстный с ним не расставался. Бывало, как в битве или стычке какой – все равно, сверкнет только лезвие голубое, самосветное – – сейчас враги разбегаются. Потому что против Серебрилла воевать сумасшедший разве что станет, да псаук безмозглый.
Так, значит, всех и победили. Жизнь пошла – лучше некуда, мир, достаток. Грабители из-за гор и носа не высовывали. И так это славно лет пятнадцать пролетело – до сих пор люди вспоминают… Ну, друзья Бескорыстного, которые разъехались постепенно, а которые и померли, один он остался. Но не успокоился, все подвигов хотел, искал, кому бы помочь бескорыстно. И надумал, наконец, напасть на загорские земли.
Как сейчас помню: созвали нас в воскресенье на городскую площадь, и стал нам Бескорыстный расписывать, как тяжело жилось при борзаках и что, мол, перед потомками, первейший наш долг – вырвать с корнем эту заразу, уничтожить разбойничье логово у наших границ. Ну, мы молодые тогда были, зеленые совсем, вроде вас… Брус вдруг поперхнулся.
– То есть я не то… ваша милость. Я не вам… не вас.
Ростик отмахнулся:
– Дальше, дальше!
– Ну и вот… Я говорю… молодые были, юные, стало быть. Ну и кричим ему, Бескорыстному, веди, мол, мы им покажем!..
А старики-то молчат.
А Бескорыстный кричит:
– Что же вы? Смелее! Наша слава ждет нас там!
Выхватил он меч и показывает на горы. Тут все так и сели – лезвие-то не светится!
А Бескорыстного чуть и вовсе удар не хватил, побледнел он, безумными глазами поглядел на меч, потом на нас, но ничего не сказал – повернулся и ушел.
После уж нам разъяснили, что из-за большого числа добрых дел, которые совершил Бескорыстный, волшебная сила у меча кончилась. Да только проверить нельзя было, никто другой его в руках не держал…
С тех пор и пошло: доносы, шпионы – очень уж Бескорыстного заботит, как к нему народ теперь относится, зовут ли все еще Бескорыстным или выдумали новое прозвище. Набрал он себе помощников, а те и рады – законы издают, недовольных ловят. И сказано: к Бескорыстному относиться всем одинаково – с любовью и уважением, и что он ни скажет – сейчас всем выражать Единодушное Одобрение… Такая вот жизнь наша… Ну, пришли…
Они остановились перед низенькой дверцей с зарешеченным окошком, сквозь которое снаружи пробивался бледный свет. Брус отпер дверцу и по коридору вывел наконец Марину и Ростика на воздух – в тесный хозяйственный дворик позади замка Бескорыстного. Здесь они укрылись в тени раскидистого дерева и осмотрелись.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов