А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Пока.
Я смотрел ей вслед, и хвост ее волос заманчиво раскачивался.
ДЗИНЬ! Мисс Кин объявила по трансляции:
– Команда бета, команда бета! Перерыв. Возобновление работы в 10.30.
– Эй, друг! – окликнул я хулигана с покрасневшими глазами. – Тебя в какую команду сунули?
– Альфа.
– А меня в гамму. Это что, латинские буквы или названия атомов?
Он был слишком напуган, чтобы отвечать, и только еще усерднее заработал.
Передвигая тонны бобов, я приглядывался к входящим и выходящим. К общине примкнули еще уцелевшие. В основном их привели ребята, которые патрулировали местность на велосипедах. Одну пятнадцатилетнюю девушку принесли на руках – ее лицо было сплошным синяком с двумя вытаращенными глазами.
Потом в загородку вбежали еще два подростка. Один из них обгадился.
Им дали воды и обычные анкеты. Распорядительный комитет создавал империю.
ДЗИНЬ! “Команда гамма, перерыв. Команда гамма!”
По дороге в кантину я увидел мистера Гения Дел-Кофи в его кабинете. Он лежал в кресле, закинув ноги на стол. Болтались развязанные шнурки. Стопки книг, переносной компьютер. Девушка лет шестнадцати азиатского вида читала ему вслух из книги под названием “Психология сегодня”. Дверь была распахнута.
Он в основном витал в эмпиреях и хотел, чтобы все это видели.
Кантина была набита ребятишками, пьющими колу, но почти никто не говорил. Я поймал себя на том, что читаю расписание встреч по теннису и футболу. Между командами, участники которых сейчас мертвы либо сошли с ума.
ДЗИНЬ! “Ника Атена просят подойти к погрузочному входу”.
В сериале про госпиталь Меш веселье врачей прерывалось объявлением “Поступили раненые”. Ко мне поступили мешки с мукой.
Я появился, когда Дэйв Миддлтон организовывал ребят на складирование мешков с картошкой.
– Нет-нет, Катрина, не так. Ближе к дверям – им нужна хорошая вентиляция. Привет, Ник! Извини, что пришлось тебя вызвать, но надо быстро принять муку из грузовика. Сара, ты не могла бы записать…
Я еще не успел подойти к погрузчику, как какой-то пацан, взвизгнув тормозами горного велосипеда, влетел в дверь склада, тяжело дыша.
– Дэйв! Это мистер Креозот! Он вернулся!
Глава девятнадцатая

Это всегда должно так быть?
Имя “мистер Креозот” стерло жизнерадостную улыбку Дэйва начисто. Он хлопнул себя папкой по колену – но не выругался.
– Где?
– Возле опор моста через реку.
– Сколько?
– Девять. Они просто шатаются там вокруг. Дэйв повернулся ко мне:
– Понимаешь, одна и та же картина. Собираются в стаи, как птицы. Сначала появляется пара. Потом еще один. Еще трое. Через пару часов их там набирается сотня. И только когда набирается определенное число, вроде… вроде критической массы, они начинают двигаться.
Похоже, он повторял это сам для себя, так что я только кивнул.
– Делать то же, что в прошлый раз, Дэйв? – спросил мальчишка.
– Не будем спешить. Может, они рассеются. Мы не можем бежать всякий раз, как увидим мистера Креозота. Джон, давай обратно и присматривай за мостом. Докладывай каждые пятнадцать минут. Если начнут двигаться – доложи сразу. Ник… там есть тропинка к берегу реки. Мне надо, чтобы ты присмотрел за дальним берегом.
И Дэйв исчез подтолкнуть команду, которая тянула изгородь из колючей проволоки вокруг магазина. Мы строили крепость.
В данный момент положение не было опасным. Но мне стало не по себе. Когда мистер и миссис Креозот начинали двигаться, они двигались быстро. Я был бы спокойнее, если бы сунул Сару с сестрами в машину и был готов сорваться в любой момент.
Тем не менее я пошел по тропе к реке.
В этом месте Дон был широк и глубок. Вряд ли они его переплыли бы. Креозоты пройдут лишние полмили вниз к мосту и там перейдут.
И там они и были. На той стороне, выходя из города, двигалось сошедшее с ума население Донкастера.
Я поймал себя на том, что разглядываю каждое лицо. Я искал маму и папу.
Среди незнакомых я видел и тех, кого я знал. Мужик, который держал цветочный магазин в конце Лаун-авеню. Толстая дама, работавшая в кафе в центре города. Вышибала из “Трикси”. Я их узнавал, но жуткий обитатель их разума менял выражение лиц. Мышцы вокруг глаз натянулись, и они хмуро кривились, будто каждому из них досаждал камешек в ботинке.
Они шли мимо, не глядя в мою сторону. Прошел коп с наполовину сожженным лицом – но его это, кажется, не беспокоило. Он плыл в потоке людей, и у всех у них глаза неотрывно смотрели куда-то вперед.
Некоторые несли что-то на шестах. Я отвернулся.
По реке плыл мертвый мальчик, и ленты из его живота извивались в струях воды.
Я отвернулся от всей этой дряни и потер лицо.
Безумные люди из Донкастера теперь шли за нами. Колючая проволока Распорядительного комитета нас не спасет. Лунатики перетекут через нее, как вал наводнения.
– Мать вашу! Какого хрена вы не пойдете ко всем хренам и не оставите нас в покое!
Я стал орать и кидать камнями в этих психов раньше, чем понял, что делаю. Глупо и бессмысленно. Но что-то я должен был сделать. Я не мог просто смотреть на все это, пожимать плечами и говорить: “Ну и ну!”
Семейство Креозотов не обратило внимания, а шло себе дальше. Камни не долетали до них и шлепались с плеском в воду.
Через десять минут прилетел парень на велике, крутя педали так, будто сам Люцифер хочет отгрызть ему левое яйцо.
– Возвращайся! Мы уходим.
Ребекка с Дэйвом были хорошими организаторами. Через полчаса мы были готовы выехать.
Сара, держа за руки Энн и Вики, пошла за мной к “сегуну”.
– Так это и будет. Ник? Где-то осесть на пару дней, а потом эти твари заставят нас удирать?
Вдоль всей колонны грузовиков, автобусов и джипов рычали двигатели. Клубился голубой дым.
– Ник! – подбежал ко мне Дэйв с папкой. – Ты поедешь с Джо вон в том желтом микроавтобусе. Сара с сестрами в автобусе впереди.
– У меня есть эта машина. И с полным баком.
– Она слишком мала. Это напрасная трата ресурсов. Девочки, прыгайте из машины – и вон в тот автобус. Надо… Я взял Дэйва за руку – тонкую, как палочка.
– Дэйв, я еду в своей машине. Девушки едут со мной. Он собрался – нет, не спорить – урезонить меня, но времени не было. Креозоты кишели на пешеходном мосту, вываливаясь на наш берег.
– О’кей, о’кей… потом поговорим. Джо, на этот раз не отставай. Держись плотнее.
Он пошел к водителю микроавтобуса, а я сел в “сегун” и со стуком захлопнул дверь.
Сара посмотрела на меня:
– Он понял.
– Ага.
Колонна выехала из центра торговли как длинная неровная змея. Мы ехали медленно, бампер к бамперу. Из окон высовывались головы, высматривая беду.
А ее не надо было высматривать. Она сама скоро пришла.
Глава двадцатая

Они за нами гонятся
– Быстрее, Ник! Они за нами гонятся!
– Гони!
– Энн, они за нами не гонятся. Вики, успокойся и перестань так подпрыгивать!
– Они боятся. Ник, – сказала Сара. – Бояться нечего. Они отстали на милю. Мы от них уезжаем.
– А ты не можешь ехать быстрее?
Стиснув зубы, я стал объяснять:
– Вики, ты видишь этот ряд грузовиков и автобусов? Это колонна. Это значит, что мы можем ехать только со скоростью грузовика перед нами.
Плотная колонна – бампер к бамперу, как собаки, обнюхивающие друг друга сзади, тащилась на раздражающих пятнадцати милях в час. Приказ мисс Кин. Она не хочет, чтобы кто-то отстал. На такой скорости мы не оставим сзади и черепаху.
Нас было десять машин. У всех, кроме моей, были номера от 1 до 9. Номер 1 – это был ведущий автобус колонны. В нем пребывал Распорядительный комитет. У них не было времени оборудовать машины коротковолновой связью, а то бы нам треск динамиков давал директивы каждые 6,3 минуты.
Иногда колонна внезапно останавливалась. Дважды идущий перед нами грузовик влетал в шедший впереди лендровер. Чего же можно ожидать от подростков, прошедших несколько часов обучения?
Потом мы трогались, моторы перегазовывали, трещали коробки скоростей. Мы поехали обходным маршрутом, минуя центр города. Все дома были брошены, мы никого не видели.
– И что дальше? – спросил я Сару. – У них есть план?
– План такой, чтобы найти безопасное место и осесть там общиной. По опыту получается, что когда они найдут место на пару дней, появляются Креозота, и приходится снова удирать.
– Общиной? Они считают эту общину постоянной?
– Так думает Мартин.
– Мартин Дел-Кофи? Слава Богу, что Он нам его сохранил. Черт, что там опять стряслось?
– Это Дэйв! – завизжала Вики. – Он выскочил из автобуса! Убегает! За ним гонится мистер Креозот!
Сара села и посмотрела:
– Он не убегает. Он увидел мальчика на обочине и теперь его спасает.
– Там Креозоты по всему полю! – Энн показала рукой.
– Энн, это пугала… уф, мы снова поехали.
Определилась система. Мы ехали по малым дорогам, потом колонна вдруг останавливалась. Дэйв перебегал дорогу и возвращался, ведя еще детей. Однажды мы подобрали пятнадцатилетнего парня, который вез в магазинной тележке мертвого племянника. На следующей миле мы сняли со стены двух девушек, одна из них промокла от крови с головы до ног.
Один раз Дэйв вынес из брошенного дома полумертвую от голода пятилетнюю девочку.
Мои чувства метались от раздражения к восхищению. Дэйв Миддлтон был чистюлей, церковной крысой – та порода, которую я презирал. И у него хватало духу входить в дома, где можно было напороться на полную комнату психов. Не было сомнений, что он решил спасти всех, до кого дотянутся руки.
Мы ехали. Иногда останавливались, и в передний автобус залезал пацан, спасенный святым Дэйвом Донкастерским от верной смерти.
Пригороды кончились, и началась сельская местность.
Сара вытянула шею, рассматривая что-то в поле:
– Вот одно из посланий, про которые они говорили.
– Каких посланий?
– Тех, что выкладывали Креозоты. Зеленая поверхность поля была выложена сотнями бутылок. Сверху нам было видно, что они образуют крест.
Когда мы проезжали, бутылки сверкали на солнце, как гелиограф.
– А с кем они хотят связаться? – спросила Вики, глядя большими глазами из-под очков. – С нами?
– Сядь и не мешай вести машину.
– Это они не с нами хотят связаться, – сказала Энн. – Нас они хотят убить.
Вики сказала:
– Мне одна девочка говорила, что мы очень грешили и Бог покарал нас, лишив разума наших родителей. Теперь они посылают ему послания и просят положить конец миру.
Я хотел было сказать одно только слово – “фигня”, как заговорила Сара:
– Это просто слухи… глупые выдумки.
– Нет, это правда! Эта девочка сказала, что когда мистер Креозот говорит, это не его голос, а голос Бога.
Еще того пуще. Креозоты просто шатались между деревьями, бормоча, как спятившие павианы. И только.
Сара обдумывала более практические вопросы.
– По-настоящему меня беспокоит, что делать, если кто-то заболеет. У нас нет врачебных знаний. Теперь даже аппендицит окажется убийственным.
– Не волнуйся, – ответил я. – Великий мистер Дел-Кофи разрежет тебе живот со скальпелем в одной руке и с учебником в другой. И при этом складывая оду концу цивилизации.
– Мартин сейчас для нас очень ценен. Ник, и ты это не забывай. Вчера вечером он сказал, что учителя сейчас все равно что мертвы и мы должны учить друг друга, или человеческая раса вымрет.
– Вчера вечером? Ты и Дел-Кофи?
– Да, и Ребекка и Дэйв – мы обсуждали, что мы должны делать, чтобы учредить жизнеспособную общину.
– Любопытно.
Она срезала меня взглядом и стала смотреть вперед, рассеянно наматывая локоны на пальцы.
Я смотрел на хвостовые огни маячившего передо мной грузовика, пытаясь понять, что у нее на душе, и зная мучительную правду. Пусть цивилизация погибнет хоть завтра, ревность останется жить.
Мы ехали еще час, объезжая Донкастер по кругу. Все молчали. Еще пару раз колонна останавливалась. Но я не давал себе труда смотреть, кого Дэйв берет в автобус.
– Мы едем на ферму! – пронзительно завопила Вики мне в ухо. – Дэйв везет нас на ферму!
Колонна въехала во двор фермы. Перед амбаром стоял сгоревший трактор. Дэйв велел нам оставаться на местах, пока он осмотрит здание. Через пять минут он вышел и поднял большой палец.
Он вприпрыжку подбежал ко мне:
– Ник, мы по дороге нашли нескольких подростков постарше. Ты все знаешь о грузовиках, так не согласишься ли ты их малость поучить? Нам нужны еще машины и водители.
Мы шли к машине номер 1, и последняя партия вышла оттуда, мигая на солнце.
– Я тебя им представлю. Ник. Вот это…
Когда первый вышел из автобуса, я понял, что Бог есть.
И этот вездесущий Бог твердо решил покарать меня за все совершенные мною в жизни грехи.
– …Таг Слэттер.
– Привет, миленький! – прищурил свои татуировки Слэттер.
Глава двадцать первая

Они идут за мной
Проснувшись на заднем сиденье машины, я увидел под “дворником” записку. На внешней стороне сложенной вдвое бумажки было написано карандашом: Николасу Атену. Я ее прочел, и меня будто в спину лягнули…
Ник!
Возвращайся домой. Для тебя срочное известие.
Целуем. Мама и папа.
– Слэттер!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов