А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Колл, ударившийся о дерево, лежал в дюжине шагов, Моргана не было видно. Пар медленно отступил, пытаясь что-нибудь придумать. Для магии времени не оставалось. Он сделал еще шаг и уперся спиной в ствол дерева.
И тут появился Морган. Он выскочил из темноты, крича: «Ли! Ли!» — и налетел на порождение Тьмы. Его лицо и одежду заливала кровь, в глазах пылала ярость. Меч Ли, описав дугу, опустился на монстра, и произошло чудо: меч вспыхнул ослепительным огнем и вошел в грудь чудовища, как в масло.
Пар вздрогнул и поднял руку, прикрывая глаза. Нет, вдруг дошло до него, это не просто огонь, это магия!
Чудовище в недоумении завыло: оно не могло поверить в происходящее. Магическая сила меча Ли рассекла его плоть, как бритва — тонкую ткань. Чудовище задрожало и стало как бы проседать внутрь себя. Пар быстро упал на землю и откатился в сторону. Он увидел, как порождение Тьмы из последних сил рванулось вперед, потом вспыхнуло так же ярко, как поразившее его оружие, и превратилось в пепел.
Меч Ли мгновенно погас. В воздухе повисла тишина. Посреди поляны плавало облако дыма, испуская сильный едкий запах. В луже что-то булькнуло в последний раз и стихло.
Морган встал на одно колено перед мечом, лежащим на холмике пепла. Он дрожал всем телом.
— Черт возьми! — шептал он изумленно. — Я ведь чувствовал его силу… Но никогда не думал, что такое возможно…
Пар подошел к нему и присел рядом, он посмотрел на Моргана и увидел, что его лицо залито кровью и все в ссадинах. Он обнял горца.
— Морган, в нем еще жива магия! — сказал Пар. — И она жила все эти годы.
Морган вопросительно посмотрел на него.
— Ты разве не понял? Магия спала в нем со времен Алланона! В ней просто не было нужды! И потребовалась другая магия, чтобы заставить ее пробудиться! Такая, как у этого существа! Вот почему никто ничего не замечал, пока меч не коснулся…
Он не договорил. Колл, споткнувшись, повалился на них и сполз на землю.
— Кажется, у меня сломана рука, — пробормотал он.
Перелома не оказалось, но ушибы были основательные. Пар перебинтовал ему руку и решил подвесить ее дня на два на перевязь.
— Старик предупреждал, что на нас будут охотиться, — напомнил друзьям Пар.
— Уж не знаю, охотилась ли эта тварь на нас, или мы оказались настолько невезучими, что напоролись на нее сами, — проворчал Колл. — Но я очень не хотел бы снова встретиться с чем-нибудь вроде нее!
— Однако, если это случится… — тихо начал Морган и задумался на мгновение, — если это случится, мы будем знать, что делать. — И он погладил свой клинок нежно, словно лицо женщины.
Пар навсегда запомнил, что он почувствовал в это мгновение. Память об этом оказалась сильнее воспоминаний об их схватке с порождением Тьмы — кратких мгновений, вырванных из обычной жизни. Чувство, которое он испытал, было ревностью. Раньше Пар считал себя единственным, кто обладает настоящей магией. Теперь стало очевидным, что ею владеет и Морган Ли. Конечно, у Пара осталась магия песни желаний, но она меркла в сравнении с могуществом меча Моргана.
Меч уничтожил порождение Тьмы, в то время как видения Пара лишь раздражали чудовище. Он задумался, есть ли от его магии хоть какая-то реальная польза.
ГЛАВА 7
Они продолжали свой путь к Кальхавену и готовы были идти без остановки день и ночь, только бы не задерживаться в этих лесах. Они вернулись на главную тропу, бежавшую вдоль Серебряной реки и сворачивавшую на восток. Пока они, падая и спотыкаясь, с трудом продвигались вперед, каждый думал о своем. Мысли Пара блуждали, словно стадо овец по пастбищу, и внезапно он поймал себя на том, что вспоминает старые легенды.
Он припомнил, что в историях о мече Ли говорилось: сила его, если так можно выразиться, обоюдоостра. Меч обрел магическую силу по воле Алланона во времена Брин Омсворд, когда эта девушка из Дола отправилась на восток со своим спутником Роном Ли, предком Моргана. Друид Алланон погрузил лезвие меча в волшебные воды Хейдисхорна и этим навсегда изменил его свойства. Меч стал не просто оружием, он стал талисманом, способным выстоять против Мордов. Но его магия уподобилась всем прочим магиям старого мира: она несла в себе одновременно и благословение, и проклятие. Сила этого меча заставляла владельца постоянно прибегать к его помощи и делала хозяина все более и более зависимым от него. Брин Омсворд поняла эту опасность, но Рон Ли не обращал внимания на ее предупреждения. Что происходило с мечом потом — неизвестно, говорили только, что больше он не требовался, а значит, и не использовался. До этой ночи. И похоже, сейчас пришла очередь Пара предупредить Моргана об опасности.
Но как это сделать? Морган был его лучшим другом, а ожившая магия меча только что спасла им жизнь! И как в таком случае он может сказать Моргану, чтобы тот больше не пользовался мечом? Это выглядело бы просто как зависть. Кроме того, если они опять столкнутся с порождениями Тьмы, магия меча будет им жизненно необходима. А для такого предположения имелись самые веские основания. И Пар решил пока молчать.
Ночью они разговаривали о порождениях Тьмы. У них не осталось ни малейших сомнений в их существовании. Даже Колл не раздумывал, как назвать чудовище, напавшее на них. Но порождения Тьмы остались для них загадкой. Друзья не знали, откуда и зачем они появляются. Не знали даже, что представляют собой эти твари. Они не имели представления об источнике их силы, хотя понимали, что сила эта должна питаться какой-то извращенной формой магии. И если порождения Тьмы действительно охотятся за ними, то неизвестно, как им в таком случае поступать. Но теперь друзья знали: старик, предупреждавший их об опасности, говорил правду.
Уже на рассвете, усталые и полусонные, путники оказались у Кальхавена. Небо затянули тучи, задевавшие макушки деревьев, что придавало городу гномов мрачноватый вид. Сквозь редкие деревья можно было рассмотреть дома с дымящимися трубами, сараи и маленькие огороженные дворики со скотиной на привязи. В крохотных огородиках овощи боролись с сорняками за место под солнцем. Не оставалось ни клочка свободной земли. Дома, сараи, домашний скот, сады и лес — все, казалось, громоздится одно на другом. И всюду чувствовались запустение и упадок: краска на домах облезла, камни и штукатурка растрескались, изгороди повалились, животные бродили неухоженные, сорняки в огородах так перемешались с овощами, что невозможно было отличить одно от другого.
Женщины, главным образом старухи, видневшиеся через открытые двери и окна, занимались стиркой, копошились на кухнях, у всех был одинаково неопрятный вид. Во дворах, переулках и на улице играли дети, оборванные и дикие, как горные бараны.
Морган переглянулся с Паром и Коллом и сказал:
— Я забыл, что Кальхавен знаком вам только по легендам. Сейчас он совсем другой. Вы, конечно, устали, но, раз уж оказались здесь, вам нужно все это увидеть. Кальхавен считался самым красивым поселением Восточной Земли, душой и сердцем дворфов, — тихо бормотал Морган. Он не глядел на своих спутников. — Кальхавен был раем, оазисом, пристанищем для добрых душой, памятником, который воздвигли гордость и упорный труд. — Он опустил голову. — И вот что мы видим сейчас.
К ним подбежали малыши и принялись попрошайничать. Морган ласково потрепал одного из них по голове и пошел дальше.
Друзья свернули в переулок, вышли к реке, загаженной мусором и сточными водами. По берегам бродили дети, лениво разглядывая проплывающие мимо отбросы. Они перешли по мостику на другой берег. В воздухе висел запах гнили.
— А где же мужчины? — спросил Пар. Морган огляделся:
— Самые удачливые мертвы, остальные в шахтах и трудовых лагерях. Вот почему все выглядит таким заброшенным. Здесь не осталось ни одного мужчины, только старики, дети да несколько женщин. — Он остановился. — Все как нужно Федерации. Пойдемте туда.
Они зашагали по узкой дорожке, ведущей к нескольким строениям, выглядевшим гораздо приличнее. Дома были свежевыкрашены, камни, видно, регулярно скребли, садики и газоны содержались в порядке. Во дворах и в домах тоже работали женщины, преимущественно молодые, они занимались той же работой, что и те, которых друзья видели раньше, но результаты отличались, как день от ночи. Все здесь было ухоженным и чистым.
Морган повел их в маленький парк, предусмотрительно шагая в тени пихт.
— Видите это? — показал он на красивые коттеджи. Пар и Колл кивнули. — Здесь живут солдаты и чиновники Федерации. Они заставляют прислуживать им самых молодых и сильных женщин. Большинство женщин вынуждено и жить с ними. — Он многозначительно посмотрел на братьев.
Они вышли из парка и, спустившись по склону холма, оказались в городском центре. Жилые дома сменились лавками и конторами, прохожих стало заметно больше. Дворфы здесь занимались торговлей, но их тоже было мало, и все они выглядели стариками. На улицах друзья заметили много торговцев из других Земель. Всюду ходили патрули солдат Федерации.
Морган увлек братьев в проулок, чтобы их не заметили.
— Вот, посмотрите. Это скупка серебра. Его добывают дворфы на рудниках, их держат под землей — вы знаете, что это такое, — потом вынуждают сдавать весь добытый ими металл по ценам, устанавливаемым Федерацией. А большую часть вырученных денег у них отбирают в виде различных налогов. Все животные тоже принадлежат Федерации — их дают якобы в аренду. Дворфов строго ограничивают во всем. Вот там, внизу, — рынок. Фрукты и овощи выращивают и продают дворфы, а прибыль от продажи отбирается. Вот как теперь тут все обстоит. Вот что значит на деле «защита Федерации» для этого народа.
Пройдя улицу до конца, они остановились поодаль от зевак, столпившихся вокруг помоста, где стояли молодые дворфы в цепях — мужчины и женщины. Их выставили на продажу. Путники задержались там на мгновение, Морган пояснил:
— Власти продают лишних, тех, которые не нужны им самим.
Он увел братьев из торгового района на склон холма, возвышающегося над городом. Склон выглядел совершенно безжизненным. Когда-то на нем были террасы, и остатки опор торчали из земли, как могильные камни.
— Знаете, что это такое? — тихо спросил Морган.
Они отрицательно покачали головами.
— Это все, что осталось от Луговых садов. Эту историю вы должны знать. Гномы разбили сады на особой земле, которую привозили из долины, на земле черной, как уголь. Здесь росли все существующие на земле цветы. Мой отец говорил, что сады — самое прекрасное, что он видел в жизни. Он был здесь однажды, еще мальчиком. — Морган помолчал некоторое время, пока они рассматривали руины, потом продолжил: — Когда город пал, федераты сожгли сады.
Когда они уходили со склона, направляясь теперь в сторону окраины, Пар спросил:
— Откуда ты все это знаешь, Морган? От отца?
— Нет, — ответил Морган. — Мой отец не бывал здесь больше. Я думаю, он просто не хочет видеть, во что все превратилось. Он предпочитает вспоминать, каким это было. Нет, у меня есть друзья, они рассказывают мне, на что сейчас похожа жизнь дворфов. Так жить я бы не смог, что бы со мной ни делали. Я никогда не говорил вам об этом. Да и сам лишь недавно начал обо всем задумываться.
Они шли по улице, такой же ухабистой и грязной, как и прочие. Потом свернули на дорожку и направились к большому строению из дерева и камня, — похоже, оно было когда-то постоялым двором. Трехэтажное здание опоясывала крытая галерея, где стояли кресла-качалки и висели гамаки. На чисто выметенном дворе играли дети.
— Школа? — подумал Пар вслух.
Морган поправил его:
— Приют.
Он провел их мимо детей на галерею, и за углом в нише стены они увидели дверь. Он постучал в дверь и подождал. Когда дверь приоткрылась, он сказал:
— Не могли бы вы подать бедному путнику немного еды?
— Морган! — Дверь широко распахнулась. В проеме стояла пожилая женщина-дворф с добродушным круглым лицом. — Морган Ли, какой приятный сюрприз! Как дела, малыш?
— Я, как всегда, радость и гордость моего отца, — ответил, посмеиваясь, Морган. — Мы можем войти?
— Конечно. Неужели тебе нужно об этом спрашивать?
Женщина отступила в сторону, пропустив всех троих, и обняла Моргана, улыбнувшись Пару и Коллу. Те вежливо поклонились в ответ.
— Вы, конечно, хотите поесть, правда?
— Мы бы с радостью отдали жизни за такую возможность, — провозгласил Морган. — Бабушка Элиза, это мои друзья, Пар и Колл Омсворды из Тенистого Дола. Они временно… бездомные, — закончил он.
— Как и все мы, — отпарировала она, протянув свою натруженную руку Пару и Коллу. Она внимательно осмотрела всех троих. — Морган, вы что, сражались с дикими зверями?
— Боюсь, намного хуже. Дорога на Кальхавен уже не та, что прежде.
— Да и сам Кальхавен тоже. Садись, сынок, и твои друзья пусть садятся. Сейчас я принесу булочек и фруктов.
Посреди комнаты — вероятно, она служила столовой — стояло несколько длинных столов со скамьями, друзья сели за один из них.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов