А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Это дало губернатору психологическую зацепку – может, она была не так уж и надежна, но, во всяком случае, это лучше, чем ничего.
– Если я правильно понимаю, вы намерены посадить Джастина под домашний арест? – спросил он. – Ведь, несомненно, нет никакой необходимости отправлять его за решетку.
Чандлер впился в него взглядом.
– Возможно, этого будет достаточно, чтобы удовлетворить требования Совета, – спокойно произнес он, – однако предположим, что кто-нибудь сочтет эту меру недостаточной, утверждая, что ваш брат представляет угрозу для общества, и его следует поместить в более надежное место.
– В ответ вы могли бы поинтересоваться у того болвана, куда, по его мнению, можно без опаски заточить Кобру, который вовсе не желает сидеть взаперти? – парировал Корвин. – Или же вы могли бы указать на тот очевидный факт, что Джастин ни для кого не представляет опасности, если только ему самому никто не угрожает. Или же, если этот человек – член Директората и имеет доступ к подобной информации, вы можете напомнить ему, что если Первый Говорящий ненароком узнает, что мы упрятали одного из Моро, то не исключено, что нам будет отказано в получении шаттла Трофтов для полета на Квазаму.
Чандлер чуть поднял брови.
– Вот уж ни за что бы не подумал, что вы такие друзья с Трофтатуги.
– Никакие мы не друзья, – покачал Головой Корвин, – однако, надеюсь, вы не забыли, что некто не названный вами находился на борту аэрокара, когда Первый Говорящий предположил, что участие какого-то Моро жизненно важно для успеха этой миссии. Напомните ему об этом, вы увидите, что ему тотчас расхочется и дальше требовать, чтобы моего брата посадили за решетку. Чандлер негромко фыркнул.
– Вполне вероятно, – сказал он и глубоко вздохнул. – Ну что ж, пусть это будет домашний арест, но мы по возможности не будем предавать его огласке, если только у нас пройдет этот номер.
– Благодарю вас, сэр, – Корвин умолк. – Не мог бы я попросить вас ещё об одном одолжении… Видите ли, сегодня мы празднуем окончание Академии моей племянницей. Не могли бы вы подождать с ордером на арест хотя бы до завтрашнего утра? Тем самым вы бы оказали нам неоценимую услугу.
– Я не думаю, чтобы в планы Джастина входило потихоньку удрать с планеты, – ответил Чандлер почти искренне. Он уже принял решение всячески ставить Приели палки в колеса по одному вопросу, и судя по всему, очередная просьба Корвина показалась ему не слишком затруднительной. – Домашний арест официально начинается завтра, в восемь часов утра. Как вы, надеюсь, понимаете, Приели посчитает, что вы обязаны в первую очередь ему. Независимо от того, каково ваше мнение по данному вопросу.
– Я уже и без того положил свою карьеру на алтарь судьбы Джин, лишь бы только она стала Коброй, – холодно заметил Корвин, – и если Приели считает, что способен выжать из меня все соки, то его постигнет горькое разочарование.
– Могу себе представить, – вздохнул Чандлер. – Хотя на вашем месте я не стал бы недооценивать то, с каким искусством он манипулирует общественным мнением. Тихо подать в отставку или уйти с позором – это, знаете ли, две разные вещи. Я полагаю, ему доставит огромное удовольствие, если вдруг подвернется возможность смешать имя Моро с грязью. Вот уж где он отведет душу.
Корвин почувствовал, как его нервы напряглись. Имя Моро. Оно стало неотъемлемой частью ранней истории Миров Кобры, превратившись в одно из немногих имен, которые на Авентине с малых лет было известно всем и каждому. Много лет назад защита доброго имени явилась одним из решающих факторов для его отца во время подавления восстания Шаллинора и его последующих усилий по формированию на Авентине новой политики. Это имя оставалось одним их немногих истинных ценностей, которые он, Корвин, намеревался передать своим племянницам, а будь у него собственные дети, то и им. Мысль о грязных лапах Приели заставила его содрогнуться…
– Пусть только попробует, он ещё о многом пожалеет, – тихо возразил он Чандлеру. – Можете, если хотите, назвать это угрозой или же констатацией факта. Однако сделайте так, чтобы он понял.
Чандлер кивнул.
– Я попытаюсь. Мне просто хотелось, чтобы вы поняли, с чем в данном случае имеем дело. Как бы там ни было… полагаю, что вам пора. Не стану вас задерживать. А вы, разумеется, поставите сегодня вечером брата в известность…
– Безусловно, – вздохнул Корвин. – спокойной ночи, сэр, и… огромное вам спасибо.
Генерал-губернатор одарил его мрачной улыбкой и исчез с экрана.
Еще несколько секунд Корвин сидел не шевелясь, тупо уставясь в погасший экран. Значит, Приели было мало просто поставить их семью в дурацкое положение. Нет, он возжелал настоящей крови. Что ж, если ему не терпится ввязаться в борьбу, разгневанно подумал Корвин, мы её гарантируем. К тому же Корвин занимался политикой куда дольше, нежели Приели. Так или иначе, он исхитрится и взвалит всю ответственность на подлого Отверга.
Так или иначе.
Корвин глубоко вздохнул, постарался отогнать навязчивую мысль и поднялся из-за стола. В конце концов, впереди его ждало семейное торжество, и ему по крайней мере стоит попытаться изобразить на лице радость. Пусть даже на самом деле на душе у него скребли кошки.

***
Красные отблески заката на небе быстро тускнели и гасли в ранних сумерках весеннего вечера в Капиталии. Джин остановила машину у тротуара и вышла. Несколько мгновений она просто стояла в сгущающихся сумерках, оглядывая дом и задаваясь вопросом, почему это место, где она родилась и выросла, теперь выглядит в её глазах совершенно иначе. Ведь не потому же, что её не было здесь четыре недели, – сколько раз она отлучалась из дома и на более длительное время. Нет, сам дом не изменился. Дом её детства… а вот сама она уже давно не ребенок. Она стала взрослой. Взрослой женщиной-Коброй.
Направляясь к дому, она почти машинально включила оптические усилители, и поэтому заметила в здании и окружающем его пространстве кое-что для себя новое. Инфракрасная настройка позволяла заметить небольшую утечку тепла в углу её спальни – неудивительно, что в этой комнате зимой всегда было холоднее, чем в остальном доме. Телескопическое увеличение показало, что теоретически неподвластная времени облицовка начала потихоньку растрескиваться возле сточных желобов. А телескопический обзор дупла в высоком дереве борлаш, что росло во дворе, обнаружил пару блестящих бусинок-глаз какого-то зверька. Воспоминания о давно ушедших днях, надежды на будущее – все это смешалось с реальностью настоящих мгновений. С реальностью, которая, несмотря на вое преграды, стала воплощением её самых честолюбивых устремлении. Она стала Коброй.
Позади Джин раздался негромкий звук затормозившего автомобиля, и она встрепенулась, оборачиваясь, в надежде увидеть дядю. Но это оказался Мандер Сан.
– Эй, привет, Джин! – позвал он её, высунув голову из окошка машины, – подожди минутку!
Джин сделала несколько шагов назад и перешла на другую сторону улицы, где затормозил Мандер.
– В чем дело? – спросила она, с опозданием заметив серьезное выражение его лица, – что-нибудь не так?
– Не знаю, – Мандер, казалось, сверлил её глазами. – Может, это всего лишь слухи… послушай, сегодня днем один приятель моего отца сказал мне… В общем, он занимается обработкой данных для Директората. Тебе известно, почему ты была допущена в Академию?
По очевидным причинам, то есть по официальным причинам – вертелся ответ на языке Джин, но она сдержалась.
– Мне известно только то, что мне было сказано. А что объяснили тебе?
– Что это была сделка при закрытых дверях, – сердито бросил Мандер, – твой дядя-губернатор увидел в этой миссии хороший шанс для себя. Если она окажется успешной, то он сохранит свой пост, а если нет… ему придется подать в отставку.
Джин почувствовала, что у неё пересохло во рту. Память о той ужасной ночи несколько недель назад снова промелькнула в её мозгу, ночи, когда её отец стрелял в Монса, ночи, когда она отправилась упрашивать дядю. Корвина, чтобы тот постарался – ну хоть как-нибудь – добиться для неё места в Академии.
– Нет, – прошептала она. – Нет, он ни за что бы не пошел на такое. Ведь политика – это смысл всей его жизни.
Сан беспомощно пожал плечами.
– Мне неизвестно, правда это или нет, Джин. Просто я подумал… ну, что, может быть, ты этого не знаешь. И что, может быть, мне следует поставить тебя в известность.
– Но почему? Чтобы я ещё больше разнервничалась перед нашей миссией? Мне и без того не по себе, – набросилась она на Мандера, и охватившее её до этого оцепенение неожиданно сменилось вспышкой гнева.
– Нет, – спокойно отозвался Сан. – Только потому, чтобы ты первой узнала это от друга. И еще, чтобы сказать тебе, что мы, остальная команда, будем стоять за тебя горой.
Джин от удивления раскрыла рот, и, так и не найдя нужных слов, закрыла его. Гнева её как не бывало.
– Для того, чтобы… что ты сказал? Сан посмотрел ей в глаза.
– Прежде чем ехать сюда, я переговорил с Рафом и Питером, – сказал он. – Мы все сошлись во мнении, что ты отличный товарищ и не заслуживаешь, чтобы на тебя ещё взваливали лишнюю обузу, – ответственность за чьи-то действия, – он негромко фыркнул, – а ещё мы согласились, что любой, кто затеет какое-то грязное дельце, вроде этого, против Губернатора Моро, просто гнусный негодяй и интриган. И что этот человек нарочно устроил так, чтобы до тебя дошел слушок как раз накануне отлета. И как я уже сказал… я подумал, будет лучше, если ты узнаешь обо всем этом от друзей.
Джин снова отвернулась, чтобы Сан не заметил, как ей на глаза навернулись слезы. Разумеется, все верно – если хорошенько подумать, то так оно и было, или что-то в этом роде. Ох, Дядя Корвин…
– Да-да, – сказала она. – Я… конечно. Спасибо тебе. Рука Мандера робко коснулась её ладони.
– Мы совершим свой подвиг, Джин, – сказал он. – Вся наша компания. Мы такое им покажем на Квазаме, что они ещё будут рады, если им не придется устраивать в нашу честь в столице парад, а заодно канонизировать губернатора Моро…
Джин смахнула с ресниц слезы и попыталась улыбнуться.
– Ты прав, – сказала она и подала Мандеру руку. – Они у нас ещё пожалеют, что затеяли возню против Моро.
– И ещё сильней пожалеют, если попытаются вовлечь в это грязное дело Сана, – добавил Мандер, и в голосе его прозвучала какая-то мрачная гордость. – Ну ладно, мне пора ехать, мои старики уже наверняка ждут меня. Надеюсь, с тобой все будет в порядке.
– Разумеется, – кивнула Джин, – Манди… ещё раз спасибо.
– Не за что, коллега.
Джин показалось, что он с явной неохотой выпустил её руку.
– Ладно. Послушай, главное – береги себя. Постарайся не вляпаться ни в какую историю. И через; неделю мы встретимся с тобой на летном поле.
– Угу. Пока.
– Пока. До скорого.
Джин постояла, пока его машина не повернула за угол и не скрылась из видя. Затем, глубоко вздохунув, расправила плечи и зашагала к дому. Не все нюансы этого скандала были до конца понятны ей, но вот один яснее ясного. Семья не собирается ставить её в известность о сделке дяди Корвина. В какой степени это их касается, она так никогда и не узнает. Джин ещё ни разу не приходилось играть на сцене, однако она выросла, имея двух старших сестер, и давно усвоила, как можно без зазрения совести врать, даже не покраснев при этом.
Более того, с невинной улыбкой. В конце концов, она собирается на семейное торжество, и ей обязательно надо выглядеть счастливой. Хотя на душе у неё скребли кошки.
ГЛАВА 9.
Новоиспеченным Кобрам до отлета предоставили неделю отдыха и полной свободы. Для Джин, по крайней мере, эта неделя пролетела как один день.
– … И что бы ты ни делала, хорошенько слушай Лейна, поняла? – наставлял её Джастин, когда они, рука об руку, шли по пандусу, ведущему к шлюзу «Южного Креста». – Я знаю, что как инструктор он просто заноза в заднице, однако ему цены нет как тактику и бесстрашному бойцу. Смотри ему в рот, и с тобой все будет в порядке.
– Да, папа, – кивнула Джин, – послушай, не надо попусту волноваться. Со мной все будет в порядке.
Джастин посмотрел в лицо дочери, и на какую-то долю секунды на него нахлынуло странное чувство, будто это уже случалось с ним.
– Квазама – не то место, где можно проявлять самоуверенность, Джин, – тихо сказал он, – на этой планете опасность подстерегает буквально повсюду, начиная с крисджо и остистых леопардов, кончая моджо и самими квазаманами. Все они опасны для нас и все они исполнены ненавистью. Особенно к тебе.
Джин легонько пожала отцовскую руку.
– Не волнуйся, пап. Будто я не знаю, на что иду.
– Представь себе, что нет. Такое никому не дано предугадать. Тебе придется – да ладно, оставим эту тему, – он глубоко вздохнул, борясь с искушением в очередной раз прочитать ей мораль. – Просто смотри, будь осторожна и возвращайся живой назад.
– Договорились?
– Дельный совет, – печально заметила Джин.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов