А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 



Странно: его саквояж после всех приключений не пропал; он лежал на
берегу, расстегнутый, похожий, с точки зрения Гарднера, на огромную
уродливую пасть, собирающуюся кусаться. Гард подобрал саквояж и заглянул в
него. Все исчезло. Он прощупал дно. Двадцать долларов, спрятанные под
подкладкой, тоже исчезли. Обретя надежду, он тут же ее теряет.
Гарднер поддел саквояж ногой. Его записные книжки, все три, валялись
поодаль. Одна из них раскрылась на странице с телефонными номерами, и
ветер шелестел страницами.
Мальчик с сетями приближался к нему... но он был еще далеко.
Осторожничает, на случай если я заподозрю его в воровстве, - подумал
Гард. - Мерзкий мальчишка.
- Это ваши вещи? - спросил мальчик. На его футболке была полустертая
надпись "ЖЕРТВА ШКОЛЬНЫХ ЗАВТРАКОВ".
- Да, - ответил Гарднер. Он нагнулся и поднял одну из записных
книжек, подумал немного и положил ее там, где она перед этим лежала.
Мальчик подал ему две других. Что ему сказать? Не беспокойся, парень?
Плохие стихи, парень?
- Спасибо, - вместо этого сказал он.
- Не за что. - Мальчик держал саквояж таким образом, чтобы Гарду было
удобнее сложить в него записные книжки. - Странно, что вообще хоть что-то
осталось. В этих местах полно мелких воришек. Особенно летом. Я думаю, все
дело в парке.
Мальчик повел рукой, и Гарднер увидел очертания парка на фоне неба.
- Где я? - спросил он, и на мгновение ему показалось, что мальчик
сейчас ответит: "А где вы думаете, вы находитесь?"
- В Аркадия-Бич. - Мальчик смотрел на него полуизумленно,
полуиспуганно. - Вы, наверное, вчера здорово поддали, мистер.
- Вчера, сегодня и всегда, и там они, и тут, - продекламировал
Гарднер, с удивлением прислушиваясь к звукам собственного голоса, - лишь
ты заснешь, как со двора в дом призраки придут.
Мальчик удивленно взглянул на Гарда... и вдруг прочитал куплет,
который Гарду еще не доводилось слышать:
Я лучше не дождусь утра, по лестнице спущусь,
как и другая детвора, я призраков боюсь.
Гарднер улыбнулся... но улыбка сменилась вдруг гримасой боли:
- Откуда ты знаешь эту считалочку, парень?
- От мамы. Она рассказывала ее, когда я был совсем маленьким.
- Мне тоже рассказывала о призраках мама, - сказал Гарднер, - но я
никогда не слышал этой части.
Мальчик пожал плечами, как будто утратив всякий интерес к разговору.
- Мама знала много всяких стишков.
Он отряхнул Гарднера сзади:
- Как вы себя чувствуете?
- Парень, - с чувством заявил Гарднер, пользуясь словами Эда Вандерса
и Тули Капферберга, я чувствую себя, как игрушка-самоделка.
- Вы выглядите так, будто пьете без перерыва уже давно.
- Да? И откуда же тебе это известно?
- От мамы. Она после пьянки всегда выглядела так, будто призраки
долго мяли и трепали ее.
- Она пила?
- Да. Погибла в автомобильной катастрофе.
Мальчик всем своим видом показывал, что больше не настроен говорить
об этом: он смотрел в небо, как бы разыскивая там что-то. Гарднер тоже
поднял глаза. В небе кружила чайка. Он переводил взгляд с чайки на
мальчика, испытывая при этом странное чувство. Все происходящее было как
бы пророчеством. Мальчик знал считалочку про вымышленных призраков.
Сколько детей в мире знают ее? И кто, как этот мальчик, сочетает в себе
два момента:
а) знает считалочку и б) потерял мать из-за пьянства?
Порывшись в кармане, мальчик достал старый рыболовный крючок.
Счастливы молодые, - подумал Гард и улыбнулся.
- Вы, наверное, праздновали Четвертое?
- Праздновал... что?
- Четвертое июля, конечно!
Двадцать шестое июня было... он попытался произвести обратный отсчет
дням. Боже правый! Восемь дней выпали из жизни! Что он мог натворить за
это время? А может... Может, он кого-нибудь ударил? Кого же? Он не знает.
Лучше поскорее найти телефон, позвонить Бобби и покончить со всем этим,
пока он не начал вспоминать.
- Мистер, где вы так поцарапали лицо?
- Это шрам. Заработал, когда катался на коньках.
- Вы могли остаться без глаза.
- Да, могло быть хуже. Ты не знаешь, где здесь есть телефон-автомат?
Мальчик указал рукой куда-то вдаль - там виднелись невысокие
постройки. Черт, до них было не меньше мили. Песок, песок, песок... Как в
пустыне. Гарднер помедлил немного, собираясь с мыслями. Что же эти
постройки напоминают?
- Так это, кажется, Альгамбра?
- Да, именно она.
- Спасибо, - сказал Гард и тронулся с места.
- Мистер?..
Он обернулся.
- А разве вы не заберете этот последний блокнот? - Мальчик указал на
третью записную книжку, смытую прибоем. - Его можно просушить.
Гарднер отрицательно покачал головой.
- Парень, - сказал он, - я не в состоянии просушить даже себя.
- Вы уверены, что я не могу вам чем-нибудь помочь?
Гарднер, улыбаясь, вновь покачал головой.
- Береги себя, ладно? Осторожней в море.
- Знаю. Мама всегда так говорила, пока... ну вы уже знаете...
- Да. Как тебя зовут?
- Джек. А вас?
- Гард.
- Счастливого Четвертого июля, Гард!
- Счастливого Четвертого июля, Джек. И берегись призраков.
- Приходящих со двора, - мальчик кивнул и грустно посмотрел вслед
Гарду, как будто знал что-то очень важное и печальное.
Гарднер шел к Альгамбре, а она все не приближалась... Голова гудела
от боли; сердце, казалось, выскочит сейчас из груди.
Помедленнее, или ты заработаешь сердечный приступ. Или инфаркт. Или и
то, и другое.
Он несколько замедлил шаг... Боже, какой абсурд! Он планирует, что
сделает через пятнадцать минут, а ведь простейший, элементарнейший приступ
- и все будет кончено! Нужно постараться успокоиться.
Гарднер вновь пошел вперед, а пульсирующая боль в висках постепенно
становилась звенящими в голове строками считалочки:
Вчера, сегодня и всегда,
И там они, и тут -
Лишь ты уснешь как со двора
В дом призраки придут.
И нам не охнуть, не вздохнуть,
Не бросить, не начать -
Поскольку призраки уже
В дверь начали стучать.
Он остановился. Что значит весь этот бред про призраков?
Вместо ответа в глубине его сознания родился голос, который гулко
прошептал: Бобби в беде.
Гарднер пошел, сначала медленно... потом все быстрее. Он почти бежал.
Как и другая детвора, - думал он, - я призраков боюсь.
Он взбежал по гранитной лестнице, ведущей к отелю, зажимая рукой нос,
из которого вдруг снова хлынула кровь.

Гарднер пробыл в холле отеля не более одиннадцати секунд, но этого
вполне хватило, чтобы клерк увидел, что он разут. Клерк кивнул швейцару, и
тот, не обращая внимания на протестующие вопли Гарда, выволок его на
улицу.
Они должны были пропустить меня, даже если на мне нет ботинок, -
негодовал Гард. - Черт побери, я должен обуться!
Увидев себя в зеркале двери, он остался крайне недоволен своим видом.
Он явно не вписывался в окружающий мир, где мужчины были джентльменами, а
женщины - красавицами. Он же напоминал нищего.
Гард спросил у прохожего, где здесь ближайший телефон-автомат. Ему
указали на бензоколонку. Проклиная все на свете, он направился к ней, а в
голове у него все стучали незатейливые рифмы. Вчера, сегодня и всегда, и
там они, и тут - лишь ты уснешь, как со двора в дом призраки придут.
Он вспомнил, что рассказывала о призраках его мать. Он не мог
вспомнить точно ее слова, но у него с детства осталась убежденность, что
призраки огромного роста, приходят, когда всходит луна, и прячутся в
ночных тенях. А разве ему, долго не засыпавшему, в детстве не мерещились
эти призраки, вырастающие из ночных теней?
Гарднер бессознательно поежился.
Он подошел к колонке. Автомат стоял прямо перед ней. Гарднер вошел в
кабину, снял трубку и набрал ноль. Голос робота попросил его назвать номер
кредитной кар-точки или повторить набор нуля, чтобы связаться с
оператором. Гарднер вновь набрал ноль.
- Привет, с праздником, это Элейн, - прозвучал веселый голосок. - Чем
могу помочь?
- Привет, Элейн! Я хотел бы, чтобы вы соединили меня с одним
абонентом, сказав ему, что это звонит Джим Гарднер. Нет, погодите, не так.
Скажите ей просто, что звонит Гард.
Он назвал номер и стал ждать. В небе сияло солнце. На горизонте плыли
облака.
Я собираюсь разбудить тебя, Бобби... - думал он. - Собираюсь
разбудить, но это только сегодня. Больше этого не повторится. Я обещаю
тебе это.
- Ваш абонент не отвечает, - раздался голос оператора. - Может,
попытаемся еще раз позвонить попозже?
- Да, возможно. Вы очень милы.
- Спасибо, Гард.
Он убрал трубку от уха. На мгновение ему показалось, что ее голос
похож на голос Бобби...
Элейн. Элейн. Не Бобби. Но...
Она назвала его Гард. На свете только Бобби называла...
Но ты же сам попросил ее сказать, что это звонит Гард!
Что ж. Вполне приемлемое объяснение.
Бобби в беде.
Почему ты так решил? Бобби сказала бы, что тебе мерещится невесть
что. Ее телефон не отвечает? Да она просто могла уехать куда-нибудь на
праздники, вот и все.
Да. Конечно. Она вполне могла уехать, например, к своей милой
сестричке.
Но ему никак не удавалось отогнать от себя эту назойливую мысль:
Бобби в беде.
Интуиция превратилась в уверенность. И чепуха это или нет, он должен
убедиться сам.
- Наверное, призраки утащили ее, - вслух сказал он и затем рассмеялся
- сухим, коротким смешком. Он сходит с ума - значит, все идет как надо.

7. ГАРДНЕР ПРИБЫВАЕТ
Шшшшшшшшшшшш...
Вот он наконец и добрался!
Было семь часов утра, когда Гард наконец прибыл к домику Бобби - или,
как называли это место старожилы, - берлоге старого Гаррика. Он
остановился перед калиткой, чтобы перевести дыхание. Без обуви, без денег
- нелегко же было попасть сюда! Вот и почтовый ящик, и дверца его, как
всегда, приоткрыта. Бобби и Джо Паульсон, почтальон, всегда оставляют ее
приоткрытой, чтобы Питеру было удобнее открывать и закрывать его лапой.
Вот асфальтированная стоянка. Пикап на месте, зачехленный на случай дождя.
А вот и сам дом. Сквозь шторы из далекого окна пробивался свет. Здесь
Бобби любит читать, свернувшись калачиком в кресле.
Кажется, все в порядке, кроме одной детали. Пять лет назад - даже три
года - Питер сразу учуял бы любого пришедшего сюда и облаял. Но Питер
постарел. Да и не он один.
Отсюда жилище Бобби напоминало пасторальную картинку из вестерна. От
него веяло миром и спокойствием - тем, чего так не хватало в последние
годы самому Гарду. Дом человека, живущего в мире с самим собой. Дом умной,
достойной счастья женщины. Такой дом простоит века.
И в то же время что-то было не так.
Он стоял у калитки, как пришелец из темноты,
(но я не пришелец, я - друг, ее друг, друг Бобби... разве не так?)
и внезапно в нем возникло дикое, необъяснимое желание: исчезнуть
отсюда. Просто удрать. Потому что он внезапно понял, что если войдет в
дом, то проблемы Бобби станут его проблемами.
(Призраки, Гард, здесь призраки!)
Он вздрогнул.
(вчера, сегодня и всегда, и там они, и тут, лишь ты заснешь - и к
Бобби в дом все призраки придут, и я не знаю, как спасти)
Хватит!
(ее от этих лап, поскольку у меня запой и сам я глуп и слаб)
Он облизнул губы, пытаясь убедить себя, что они пересохли.
Беги отсюда, Гард! Здесь кровь даже на луне!
Где-то глубоко в груди шевелился страх, но он должен убедиться, что с
Бобби, его единственным настоящим другом, все в порядке. Внешне все здесь
выглядело мило и спокойно, но что-то, что пугает его... оно затаилось там,
внутри. Затаилось и ждет. Что-то опасное, страшное, демоническое...
(призраки)
Но что бы там ни пряталось, там была и Бобби. Он не может, пройдя
такой длинный и тяжелый путь, струсить и убежать в последнюю минуту.
Поэтому Гарднер, отбросив сомнения, открыл калитку и ступил на дорожку,
ведущую к дому. Под ногами поскрипывал гравий.
Внезапно входная дверь слегка приоткрылась. Его сердце замерло в
груди, и он подумал: Это один из них, один из призраков, он собирается
выйти, схватить меня и съесть.
При этой мысли у него едва не подкосились ноги.
Силуэт в дверном проеме был тонким, слишком тонким для Бобби, которая
всегда имела крепкую округлую фигуру. Но голос... здесь было невозможно
ошибиться: это говорила Бобби Андерсон, и Гард слегка расслабился, потому
что в ее голосе было больше страха, чем только что в самом Гарде.
- Кто это? Кто здесь?
- Это Гард, Бобби.
Наступила долгая пауза. Потом послышались осторожные шаги.
- Это действительно ты, Гард? - в голосе звучало изумление.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов