А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Отсутствие хозяйки и задержка с обедом могли создать плохое впечатление об их гостеприимстве.
Наконец они подошли к каменному дому с остроконечной крышей, где здесь, в Гааге, жили Драммонды. Многие приближенные короля-изгнанника поселились в таких небольших домах, не имея средств на более дорогое жилье. Их поместья конфисковали, однако им удалось покинуть Англию, прихватив с собой немного денег. Дэниел избежал конфискации, но тем не менее приходилось очень экономно вести хозяйство, так как он не хотел рисковать и возвращаться в Англию, чтобы воспользоваться доходами со своих земель. Агенты парламента контролировали порты, где высматривали прибывающих сторонников короля, поэтому Дэниел опасался, что его признают таковым и его собственность окажется в опасности.
Дом Драммондов стоял на тихой площади, рядом с такими же недорогими домами, с тыльной стороны к нему примыкал небольшой сад. Апрельский ветер доносил запах моря и аромат цветов, поэтому дети не хотели, чтобы Генриетта днем закрывала входную дверь. Слева от холла, в гостиной, слышались приглушенные голоса.
— Не могу понять, кто это? — Лиззи, будучи очень любопытной, подбежала к массивной дубовой двери и заглянула в замочную скважину, напряженно прислушиваясь.
— Лиззи! — укоризненно воскликнула Генриетта и засмеялась, когда дверь неожиданно открылась.
Лиззи шлепнулась на пол у ног отца. Дэниел удивленно посмотрел на нее.
— Ты что-то потеряла, Элизабет?
— Нет… нет, сэр. Я с-споткнулась, — заикаясь, сказала девочка, покраснев от смущения, поспешно вскочила и сделала книксен.
— Как неудачно, — озабоченно пробормотал Дэниел. — Надеюсь, ты не ушиблась.
— Нет, сэр. — Лиззи снова присела, бросив на мачеху страдальческий взгляд в поисках поддержки.
Генриетта поспешно пришла к ней на помощь. Быстро заглянув в комнату за спиной Дэниела, она узнала гостей. Сделав шаг вперед, Генриетта сбросила с головы капюшон и подтолкнула детей вперед.
— Милорд Гендон, мистер Коннот, кажется, вы не знакомы с моими падчерицами… Элизабет и Нэн.
— Конечно, нет. — Граф Гендон приставил к глазам монокль и рассеянно улыбнулся двум маленьким девочкам. — Очень приятно, мои дорогие. Они очаровательны, Драммонд… просто очаровательны.
— Благодарю, — сухо сказал Дэниел. — Однако наверху их ждет воспитательница, поэтому, надеюсь, вы извините их.
Девочки сделали книксен немного поспешнее, чем требуют правила приличия, и ушли.
— Вижу, у тебя было хорошее утро, — заметил Дэниел, с улыбкой глядя на Генриетту. Казалось, она принесла с собой в дом весенний день, который блестел в ее глазах, пылал на раскрасневшихся от ветра щеках, пропитал ароматом полей золотистые волосы и кожу.
— Мы собирали лаванду, чтобы засушить ее, — сказала она, бросив на мужа тот самый неотразимый кокетливый взгляд, который обыкновенно дарила ему, когда чувствовала за собой какую-то вину. — Я надеялась, что не заставлю вас ждать, но, кажется, все-таки задержалась. Время летит так незаметно.
— Вы самая гостеприимная хозяйка в этом городе, леди Драммонд. — Уилльям Коннот говорил очень скучным голосом, но держался необычайно важно, несмотря на поношенный костюм и фальшивые серебряные пряжки на туфлях с низкими каблуками. — Было, бы верхом неблагодарности винить вас за опоздание.
— И тем не менее мы очень голодны, — заметил Дэниел. — Уже почти три часа.
— Я сниму плащ наверху и тотчас распоряжусь насчет обеда.
Генриетта вошла в спальню и критически осмотрела себя в зеркало. В общем, она осталась довольна увиденным и знала, что Дэниелу тоже нравился ее внешний вид. За последние месяцы лицо ее явно изменилось, хотя и нелегко было заметить эту перемену. Главным образом она касается глаз, решила Гэрри и слегка покраснела. Казалось, в глазах ее сияла любовь, так они блестели, таким удовлетворением светились.
Подумав об этом, Генриетта вся затрепетала, быстро отвернулась от зеркала и поспешила вниз выполнять свои обязанности хозяйки дома. Повар, полный фламандец, плохо говорил по-английски, зато хорошо знал свое дело, и Генриетта вполне могла доверять ему, обходясь без дополнительных указаний. Он флегматично кивнул, когда она появилась на кухне, и жестом указал на кипящие чугунки на тагане. Ловким движением он снял крышки, приглашая хозяйку посмотреть и оценить готовящуюся еду. Генриетта со знанием дела заглянула в чугунки, улыбнулась и одобрительно кивнула, увидев роскошную тушеную баранину, картофель и горох со свининой. С помощью жестов и отдельных слов она ухитрилась установить, что для детей и госпожи Кирстон обед накрыли наверху, в комнате для занятий. Повар пригласил Генриетту взглянуть на яблочный пирог, который он приготовил специально для Лиззи, не испытывавшей трудностей в общении с кем-либо. Ее часто можно было застать на кухне что-то говорящей молчаливому, но внимательно слушающему повару, или болтающей с парнем, который приходил ежедневно для выполнения тяжелой домашней работы, или со служанкой, живущей в мансарде.
Обед проходил оживленно, но Генриетта сразу заметила, что Дэниел чем-то взволнован. Она чувствовала в нем скорее возбуждение, чем тревогу, когда он вопросительно смотрел на нее, занятую обслуживанием и развлечением гостей.
К удивлению Дэниела, Генриетта с радостью и довольно быстро вошла в роль хозяйки, когда они сняли прошлым июлем дом в Гааге. Ее усилия были вполне вознаграждены лестным вниманием, обилием комплиментов, и Генриетта просто расцвела. Их сегодняшние гости довольно часто пользовались столом и щедростью Драммондов. Оба джентльмена, Гендон и Коннот, покинули Англию после Престона, бросив конфискованные поместья и все накопленное добро. Они жили, как и большинство англичан в Гааге, кое-как сводя концы с концами и всецело полагаясь на великодушие тех, кто оказался в лучшем положении и у кого можно было занять немного денег. Этим они ничуть не отличались от своего короля, который вынужден был обращаться за помощью ко всем европейским монархам. Царствующие дворы Европы содрогнулись от ужасной казни его отца и встречали Карла II с распростертыми объятиями.
Дэниел Драммонд решительно встал на сторону короля, и его волнение в данный момент объяснялось известием, что его величество просит его к себе. Из этого следовало, что Карл II доверяет своему подданному сэру Дэниелу Драммонду. Однако Дэниела интересовало, как отнесется к этому известию Генриетта и сможет ли она справиться с теми обязанностями и той ответственностью, которые теперь лягут на нее.
— Итак, леди Драммонд, что вы думаете о поездке в Мадрид? — Этот странный вопрос задал граф, который выглядел. достаточно упитанным, хотя одежда на нем, как и на его друге, была изрядно потерта.
— Прошу прощения, милорд. — Нож, которым Генриетта разрезала яблочный пирог, выскользнул из ее пальцев и с грохотом упал на оловянную тарелку.
— Я еще не имел возможности сообщить жене о поездке, Гендон, — сказал Дэниел, очень огорченный вопросом гостя. — Об этом бьшо только вскользь упомянуто, когда сегодня утром я имел аудиенцию у короля.
— О, умоляю простить меня! — Гендон выглядел страшно смущенным. — Конечно, еще рано говорить об этом.
— В Мадрид? — Генриетта пристально посмотрела через стол на Дэниела.
— Его величество попросил, чтобы я отправился послом к королю Испании и добился средств, чтобы собрать войска, — спокойно сказал он. — Но давай обсудим это позже.
— Хорошо. — Генриетта опустила глаза в тарелку, рассеянно тыча вилкой в пирог, в то время как в голове ее роилось множество вопросов. Вероятно, именно это и было причиной волнения Дэниела. Это, должно быть, очень рискованное путешествие. Испания — странная и жестокая страна. Там царят самые суровые правила этикета. Сможет ли она справиться с ролью жены посла? Сравнительно недавно она бродила по сельским дорогам, переодетая в мужской костюм. А теперь… Генриетте стало страшно.
Она внезапно встала.
— Пожалуйста, извините меня, джентльмены. Я оставлю вас, так как мне необходимо сделать кое-какие распоряжения по дому.
Дэниел поднялся и подошел, чтобы открыть для нее дверь.
— Мы вскоре все обсудим, — тихо сказал он. — Но одну вещь ты должна сделать незамедлительно.
— Да?
— Ты должна объяснить Лиззи: если она хочет узнать, что происходит по другую сторону двери, надо просто постучать в эту дверь.
На мгновение Генриетта забыла про Мадрид, и ее глаза озорно блеснули.
— Но это не так интересно, Дэниел.
Его лицо приняло суровое выражение.
— Подслушивать у замочной скважины бессовестно и неприлично, Гэрри.
— Но иногда очень полезно, — заметила она.
— И тем не менее, если я снова застану Лиззи за этим занятием с тобой или без тебя, у нее будут большие неприятности. Поэтому если ты хочешь уберечь ее от наказания, то, полагаю, сумеешь объяснить ей так, чтобы она поняла.
Генриетта нахмурилась:
— Почему я должна говорить ей об этом? Будет лучше, если это сделаешь ты.
Дэниел покачал головой, и в уголках его губ мелькнула улыбка.
— Я сильно подозреваю, что она уверена, будто ты не возражаешь против такого поведения. Поэтому я хочу, чтобы она незамедлительно избавилась от этого мнения. — Он понимающе посмотрел на жену и улыбнулся во весь рот. — Фея моя, просто ты должна объяснить Лиззи, что дети не должны проявлять сомнительного любопытства.
Генриетта кивнула:
— Ты, конечно, прав, а я рассматривала это как забаву. Разумеется, я поговорю с ней.
— А по другому вопросу, мы поговорим, как только уйдут гости, — пообещал Дэниел, коснувшись пальцем ее подбородка. — Нет причины беспокоиться.
— Нет, — неуверенно подтвердила Гэрри. — Я пошлю Хильду убрать со стола.
Полчаса спустя Генриетта сидела у окна в спальне, задумчиво глядя на прекрасный огороженный стенами сад, а Лиззи и Нэн играли у ее ног, мастеря люльку для котенка, когда вошел Дэниел.
— Детям уйти?
— Да, — согласился он, наклоняясь и разглядывая конструкцию, которую создали его дочери. — Возьми эту полоску, Нэн, она пригодится потом.
Нэн просияла и последовала его совету, а Лиззи из-под длинных ресниц бросила на отца быстрый понимающий взгляд. Все ясно, Генриетте нужно поговорить с ним. Дэниел ущипнул дочку за щеку и укоризненно покачал головой, а она нерешительно улыбнулась.
— Я хочу поговорить с Гэрри, — сказал он, забыв о своем давнем запрете девочкам пользоваться этим укороченным именем. — А вы отправляйтесь к госпоже Кирстон.
— Но, папа, если мы вернемся в классную комнату, она заставит нас пойти с ней в церковь, — запротестовала Лиззи. — Она всегда ходит к вечерней службе, а это так скучно.
— Мы ничего не понимаем, что там говорят, — пропищала Нэн.
— Но это полезно для души, — усмехнулся Дэниел. — А ваши души явно нуждаются в очищении. Идите.
Девочки вышли без дальнейших пререканий, но явно огорченные.
— Мы возьмем их с собой в Мадрид? — спросила Генриетта, перебирая пальцами бахрому своей шелковой шали.
Дэниел покачал головой:
— Нет, я не могу рисковать их здоровьем. Путешествие будет нелегким, к тому же еще перемена климата. — Он встал на одно колено перед ее креслом и положил ладонь на беспокойно двигающиеся пальцы. — Может быть, ты, моя фея, тоже не хочешь ехать?
— О, как ты мог подумать такое? — воскликнула Генриетта, вскакивая на ноги. — Хочешь оставить меня здесь, чтобы я ходила в церковь с госпожой Кирстон, тогда как ты будешь развлекаться с дамами при испанском дворе?
Дэниел, смеясь, поднялся с колен.
— Нет, я не собираюсь оставлять тебя. Но ты действительно хочешь поехать со мной?
— Я не поеду, если ты этого не хочешь, — заявила Гэрри, опустив голову. — Я думала, что супруги должны вместе преодолевать все опасности, но если ты считаешь по-другому… О! — Этот последний притворный, озорной, пронзительный возглас был вызван тем, что Дэниел схватил ее за талию и бесцеремонно бросил на кровать.
— Тебе предстоит плавание в очень опасных водах, — шутливо сказал Дэниел, оседлав жену и раскинув в стороны ее руки, в то время как она беспомощно извивалась под ним. — На твоем месте я бы подумал.
Генриетта затихла с выражением полной покорности на лице, за исключением глаз, которые призывно пылали, а язык облизывал пересохшие губы.
— Боже милосердный! — прошептал Дэниел. — Иногда я думаю, куда подевалась та юная невинная девушка, на которой я женился?
— В самом деле? — прошептала Генриетта в ответ. — Ты хочешь, чтобы она вернулась?
Он покачал головой:
— Это только игра, любовь моя.
— Так давай поиграем?
Его руки потянулись к ее корсажу и начали осторожно расшнуровывать его.
— Если ты имеешь в виду это.
— Что мы будем представлять? — Она лежала не шевелясь, пока он медленно обнажал ее груди, нежно касаясь прохладными пальцами возвышающихся холмиков, лаская твердые, возбужденные соски.
— У меня в постели испанская цыганка, — сказал Дэниел, распуская ей волосы и осторожно расчесывая их пальцами.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов