А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Изящные стражи Форестера помогли ему подняться внутрь, и маленький корабль начал плавно подниматься. Глядя сквозь его прозрачные стенки, ученый видел безграничные просторы затянутого дымкой космопорта, где ежеминутно опускались и взлетали бесчисленные корабли гуманоидов. Форестер хорошо представлял свое будущее.
Больное колено снова заныло, и гуманоиды вежливо поинтересовались, не хочет ли доктор присесть. Но он не стал садиться. Он стоял между своими стражами, неровно дыша и внимательно рассматривая гигантский красный купол, возведенный машинами. Вокруг сооружения все еще торчали строительные леса — словно металлическая паутина на мрачном теле гиганта. Когда корабль снизился, Форестер разглядел копошащихся на платформах андроидов, похожих на трудолюбивых насекомых. Вероятно, они уже завершали свою работу над куполом.
— К вашим услугам, сэр. Что вас беспокоит? — прозвучал мелодичный голос машины.
— Я только что начал понимать, для чего нужен купол. Наконец-то до меня это дошло…
Маленький корабль остановился в воздухе и начал опускаться вертикально вниз. Доктор старался не перенапрячь больное колено. Он пошатнулся, и гуманоиды поспешили поддержать ученого, пока катер не приземлился. Форестер попытался освободиться от них снаружи, но машины крепко держали его, ведя вдоль глухой стены здания, скрывавшегося под красным куполом.
Доктор почти прорычал своим мучителям:
— Теперь я знаю правду. Я понял, для чего нужны ваши платиновые реле. Наверняка Айронсмит и кучка других ренегатов научили вас концентрировать психофизическую энергию и помогли построить новую систему. А система эта нужна для того, чтобы управлять людьми, — голос доктора стал хриплым.
— Частично это так, сэр. Платиновые соединения необходимы для производства психофизической энергии, и система действительно построена для контроля над сознанием и телами людей. Но нами руководили отнюдь не враждебные побуждения, — это ответила Джейн Картер, выйдя из состояния странной неподвижности и слегка приблизившись к доктору.
Сладкий мелодичный голос ребенка совсем не был похож на человеческий.
— Вы несомненно знаете, что наше предназначение — охранять счастье как можно большего количества людей, согласно Основной Директиве. В прошлом мы иногда терпели поражения. Некоторые несчастные индивидуумы развили в себе психофизические способности и использовали их с целью помешать нам выполнять условия Основной Директивы. Новая система создана для управления такими людьми. Она поможет всем людям совершать только хорошие поступки.
Форестер стоял в безмолвном оцепенении.
Девочка продолжала говорить:
— Человечество крайне нуждается в таком контроле. Большинство людей просто не способно здраво оценивать работу собственных тел и даже понимать функции своего мозга. Мы же призваны охранять людей от их невежества, пороков и глупости. Вы не можете обвинить нас в коварных замыслах, сэр.
Судорожно сглатывая слюну, доктор не нашел, что ответить.
— А теперь идемте. Здесь располагается наша новая лаборатория.
Дверь открылась, и сопровождавшие доктора гуманоиды вошли внутрь.
Стараясь не поднимать взгляд на громаду купола, Форестер неохотно хромал позади девочки. Наблюдая за ее новой механической грацией, он заметил впереди людей, двигавшихся подобно марионеткам, которых дергали за невидимые нити. Только сейчас ученый осознал, к каким ужасным последствиям привела альтруистическая идея Уоррена Мэнсфилда. Он распрямил узкие плечи, преисполнившись ненависти к гуманоидам, но продолжал следовать за девочкой.
В гигантской серой стене не было ни одного окна, но возле Джейн неожиданно открылась невидимая дверь. Помещение за ней поражало своими размерами. Внутри сновало множество машин. Форестер внезапно вздрогнул при мысли о том, что ему суждено стать подопытным кроликом этих мерзких тварей, возомнивших себя спасителями человечества.
Словно разгадав его состояние, один из гуманоидов произнес:
— У вас нет повода для беспокойства, сэр, как за себя, так и за Джейн Картер. Мы проводим психофизические исследования, не причиняя людям боли или ненужных телесных повреждений. Вы ничего не почувствуете.
Но Форестер вовсе не хотел, чтобы кто-то, пусть даже самыми совершенными методами, перестраивал его мозг. Он остановился, и дальше гуманоидам пришлось почти тащить его в сторону темной исследовательской лаборатории.
Гуманоиды не нуждались в освещении, и доктор мог разглядеть то, что находилось не более чем в десяти-пятнадцати шагах от него. Вот вдоль стены начались бесконечно длинные ряды решетчатых железных конструкций, похожих на клетки в виварии, где содержали животных для биологических экспериментов. На вид клетки были довольно маленькими, и доктор задумался — для каких же зверей они предназначены?
Откуда-то сверху на клетки падали тусклые лучи света. Форестер разглядел неизвестный механизм, состоявший из полированной металлической пластины, опутанной проволокой. Дверь одной из клеток открылась, и Форестер внезапно понял, что она достаточно вместительна для человека…
Он снова попытался сопротивляться металлическим рукам гуманоидов, но машины без всяких видимых усилий втащили его внутрь. Бережно водворив ученого в клетку, два андроида покинули его, но третий остался с доктором.
Машина произнесла:
— Вы должны подождать, пока добавочные секции системы не будут готовы для тестирования. Вы можете получить все необходимое прямо здесь.
Родомагнитные лучи закрыли дверь клетки. Темный страж неподвижно стоял возле Форестера все с тем же выражением безграничной благожелательности. С иронией поблагодарив гуманоида, доктор принялся осматривать клетку. Внутри она оказалась гораздо более просторной, чем выглядела снаружи. Здесь имелся мягкий диван, столик, кресло и даже небольшая ванна за ширмой. Перегородки мешали видеть соседние ячейки, но слабый свет все же проникал между ними. Хромая, доктор подошел к дивану и присел на самый краешек. Холодный воздух в помещении содержал какую-то антисептическую отдушку, вызывавшую у Форестера аллергию. Мрачные серые стены наводили на мысль о скором приступе клаустрофобии.
Монотонный голос машины возвестил:
— У вас нет причин для беспокойства, сэр. Вы абсолютно ничего не почувствуете.
Форестер смотрел в темные металлические глаза андроида и старался не дрожать.
— Как весьма опытный физик, сэр, вы наверняка заинтересуетесь нашими исследованиями и будете рады принять в них непосредственное участие. Ведь мы следуем законам вашей науки. В основе нашей работы лежит простое предположение: если психофизические силы способны вызвать механические результаты, то механические средства также могут генерировать психофизические силы, — продолжала машина.
Доктор старался слушать. Дрожа от холода, он сидел на жесткой тахте, потирал ушибленное колено, одновременно вдыхая горьковатый воздух и прилагая неимоверные усилия, чтобы понять гуманоида.
— Мы доказали правильность этого утверждения. С помощью нескольких хороших людей нам удалось сконструировать инструменты для определения и анализа психофизических энергий. Некоторые плохие люди также помогли нам, хотя и против воли, испытать новое оборудование.
Сидя на тахте, Форестер размышлял о судьбе Джейн Картер. Она ушла куда-то во тьму, пока он отбивался от своих стражей, и ее не было видно в соседних клетках. Он потерял ее — возможно, навсегда.
А машина все говорила и говорила:
— Как человек науки, сэр, вы поймете наши методы. Подопытные люди под строгим контролем вызывают к жизни психофизические силы. Мы следим за этим процессом, чтобы изучить происхождение и точную природу происходящего, а затем дублировать это с помощью механических средств.
Форестер рванулся к холодной решетке клетки. Глядя на неподвижную машину, он напрягал все силы разума, чтобы найти выход.
— Конечным результатом нашей исследовательской работы станет совершенная психофизическая система. Любое человеческое тело под ее контролем будет управляться куда более эффективно, чем это возможно с помощью вашего природного неповоротливого мозга. Система поможет людям избегать несчастных случаев, вызванных их собственным несовершенством. Она поможет восстанавливать утраченные или поврежденные органы и корректировать сбои в процессе человеческой жизнедеятельности. Время почти перестанет существовать для вас, а человеческое тело станет почти столь же надежным, как тела гуманоидов.
Форестер отшатнулся, не в силах больше смотреть в пустые глаза машины.
— Итак, вы видите, что наши методы логичны, а цель — ваше же благо. У вас нет причин для страха. Напротив, жажда поиска научной истины должна пробуждать в вас стремление внести свой небольшой вклад в величайшие научные изыскания, направленные на благо человечества, — ворковала машина.
Наконец андроид замолчал и снова застыл возле тахты, на которой сидел Форестер. Доктор устроился поудобнее и принялся растирать колено, думая о путях спасения. В отчаянии он вспомнил даже темную сырую пещеру — прибежище Марка Уайта и его соратников. Ведь туда не может проникнуть ни один гуманоид. Уайт, должно быть, все еще находится там — непобежденный и продолжающий строить планы борьбы с машинами. Возможно…
Доктор задержал дыхание. Слабый лучик надежды превратился в могущественную силу, ибо он вдруг увидел рыжебородого гиганта в поношенном серебристом плаще, стоявшего возле одной из клеток.
Форестер вскочил на ноги, забыв о больной ноге, и отчаянно закричал:
— Марк! Марк Уайт! Марк, я здесь! — Он уже тряс металлическую дверь своей клетки под молчаливым взглядом андроида.
Но великан игнорировал его призывы. Он молча стоял на месте, и надежда, возродившаяся было у доктора, погасла. Колено снова напомнило о себе, и Форестеру пришлось ухватиться за решетку, чтобы не упасть. Он увидел перед собой лицо машины, двигавшейся с грацией андроида, лицо бледное и напряженное. Он видел глаза, огромные, темные и пустые, лишенные некогда горевшей в них ненависти.
Форестер безмолвно провожал взглядом великана, пока тот не скрылся из виду. Даже его движения ничем не напоминали порывистую манеру двигаться, отличавшую когда-то Марка Уайта. Он шел слишком уж быстро, ровно и бесшумно. Подобно Джейн Картер, он превратился в послушную марионетку системы.
Но и это было еще не все. Вслед за Уайтом шли остальные его соратники. Высокий худой Грейстон лишился своего вечно лукавого взгляда; Оверстрит, несмотря на болезнь и слабость, двигался легко и уверенно; Лаки Форд не делал странных гримас и шел спокойно и грациозно, как положено гуманоиду.
Форестер больше не находил в себе сил произнести хотя бы слово, тем более что никто из прошедших мимо не обратил на него внимания. Глаза их были слепы, а лица выражали безграничную благожелательность.
— К вашим услугам, сэр, — страж дотронулся до плеча доктора. — Эти несчастные люди больше не страдают, и вам не следует так долго стоять и напрягать больную ногу. Позвольте, я помогу вам принять ванну и сделаю массаж. Затем вы уснете.
Глава двадцать четвертая
Форестер безучастно отвернулся от хранящей эхо шагов темноты. Ему оставалось только примириться с поражением. Послушно хромая в сторону ванны, он кивнул в сторону удалившихся пленников и апатично поинтересовался:
— Как вам удалось захватить их?
Машина охотно ответила:
— С помощью Джейн Картер. Они прятались от нас в глубокой пещере, не имеющей входа снаружи. Мы смогли добраться до них, используя мозг девочки, и захватили их психофизическими импульсами, производимыми тестируемыми секциями новой системы. Мы контролировали их собственные психофизические способности, чтобы привести их сюда.
Споткнувшись на больную ногу, Форестер был вынужден позволить гуманоиду поддержать себя. Послышался мелодичный голос машины:
— Идемте, и позвольте мне помочь вам. Ваша секция системы скоро будет подключена, и мы сможем восстановить ваши физические способности.
Доктор покорно поплелся, опираясь на андроида, и позволил ему уложить себя в постель. Лежа на узком диване, он старался не обращать внимания на поблескивающие решетки над головой и не думать о поражении. Форестер торжественно закрыл глаза и попытался решить головоломку.
Он все еще оставался ученым, и мозг его не привык бездействовать. Старая привычка развивать абстрактное мышление все еще жила в нем, несмотря на то что все средства борьбы были исчерпаны. Воспаленный мозг физика вновь обратился к проблеме соединения противоречащих друг другу фактов в единую систему — модель конечной истины.
Проект «Молния» не оставлял ему ни времени, ни сил развивать теоретические аспекты открытой им родомагнетики. Теперь же, отчаявшись сделать что-либо реальное для своего спасения, доктор принялся решать отвлеченные задачи, которые он так долго откладывал.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов