А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


— Далеко? — этот вопрос Сергея действительно интересовал.
— В Нью-Йорк. Подумайте еще раз, — предложила она.
— Боюсь, ничего не получится… — Никольский прикинулся огорченным, но прикинулся настолько нарочито фальшиво, что сомневаться в его намерениях было невозможно.
— Жаль, — заключила Жанна. — Зато все ясно, — она посмотрела на часы. — За минуту раскусила орешек. Чао! — И пошла на другую сторону улицы.
Никольский растерянно посмотрел ей вслед. «Неужели распознала во мне мента? — подумал он. — Тогда позор мне! Хреновый я оперативник! Но вот же сучка баба!» Неожиданно для себя он всерьез рассердился на Жанну.
Вдруг Жанна оглянулась и с полдороги вернулась назад.
— Да, жетончик обещали… — напомнила она Сергею.
— Не нашел, — сердито сказал Никольский.
— А чего надулись? — улыбнулась она.
— Не нравится, когда раскусывают! — Сергей все еще злился.
Жанна снова рассмеялась.
— Разве я виновата? Потрепались, и как на ладошке — кто вы, что вы…
— Поздравляю, — буркнул Никольский.
— Любопытно было — жуть! — со смехом продолжала Жанна. — Кого Наташка оторвала.
Никольский с облегчением вздохнул. «Ах, вон в чем дело… — подумал он. — Она, оказывается, не мента во мне распознала, а характер мой для себя выяснила. Ну, это не страшно…»
— И кто же я, по-вашему? — Он говорил гораздо веселее, чем несколько секунд назад.
— Стойкий солдатик, — объявила Жанна. — Но Наташка скрутит. Характер кошачий. Самостоятельная!.. Будет делать, что хочет. И вы тоже… что хочет она.
— Кошмар! — усмехнулся Никольский. Его вовсе не пугала подобная перспектива. При одном условии, конечно: Наташа не должна требовать его ухода из милиции. Но она не станет. Теперь он верил в это…
— Вы еще вспомните мои слова! — пригрозила Жанна. — Мужчины умнеют после женитьбы. Но тогда уже поздно… Не передумали насчет завтра?
— Не знаю. Надо посоветоваться! — Сергей фыркнул, сдерживая хохот: настроение у него совсем исправилось.
— С кем? — удивилась Жанна.
— С Наташкой, — простодушно ответил Никольский. — Гуд бай, — и, повернувшись, зашагал прочь.
За углом он столкнулся с Лепиловым и неброско одетым парнем.
— О контакте не договаривались, товарищ майор, — с упреком заметил парень.
— Виноват, — признался Никольский. — Фотографировали?
— Нет. — Неброский был весьма недоволен поведением старшего по званию коллеги, это чувствовалось.
— Спасибо! — искренне поблагодарил Сергей.
Парень ушел, унося в душе глухую обиду на опера с «земли»: тот мог запросто сорвать операцию, размышлял муровец. Никольский же тем временем прислонился к стене, и вдруг плечи у него затряслись.
— Что с вами, Сергей Васильевич? — обеспокоенно осведомился Лепилов.
— Порядок, Миша, — отозвался Никольский. Он беззвучно хохотал. — Как тебе?.. Объект наблюдения?.. — Сергей захлебывался смехом.
Лепилов пожал плечами.
— Восторг, а не женщина, — объявил Никольский, успокаиваясь.
Лепилов с осуждением посмотрел на него и сурово молвил:
— Видимость одна.
— А поэт сказал: «У женщин есть в запасе средства из видимости сделать суть»! — процитировал Никольский назидательным тоном. Впрочем, тут же опять прыснул и зажал рот ладонью.
Яна и Володя пили кофе в ресторане. В утреннее время здесь было безлюдно, лишь у входа на кухню скучал официант. Перед Володей на столе лежали машинописные листки.
— «Начнем с горестного, но уже привычного в нашем беспределе факта, — читал он. — Украдена брошь известной в прошлом певицы Варвары Гулевой».
— Фельетон? — осведомилась Яна.
— Почти, — согласился Володя. — Веселенький материальчик. С подтекстом — специально для твоего соседа-мильтона. — И продолжил. — «Можно не сомневаться, что очередная реликвия отечественной культуры окажется вскоре за кордоном».
— Почему? Откуда тебе известно? — перебила Яна.
— Знаю, раз пишу. Без булды, — заверил ее Володя. — Слушай дальше.
В ресторан вошел Артем. Он остановился на секунду у дверей, а затем направился к столику, за которым сидели Володя и Яна.
— «Вопросы, обращенные к милиции, остаются без ответов, — читал Володя. — Кем была совершена кража? Кто навел преступников на квартиру, где хранилась брошь?..»
Артем подошел к нему сзади и трижды выстрелил в спину — негромко, словно порвал басовые струны: пистолет был с глушителем.
Пули угодили под левую лопатку. Володя уткнулся лицом в статью, медленно сполз со стула и рухнул на пол. Яна онемела — крик застрял у нее в горле. Артем огляделся. Официанта, скучающего у входа на кухню, как ветром сдуло. Артем направил пистолет на Яну и нажал на спусковой крючок. Но выстрела не последовало. Артем снова нажал на гашетку. И снова пистолет дал осечку.
— Судьба, — улыбнулся Яне Артем. — Я верю, а ты?.. Живи, птичка. Но не чирикай. Скажешь, не видела, кто стрелял. В отключке была. Иначе — хана.
Он повернулся и вышел из ресторана.
Труп увезли, оставив на полу его силуэт, очерченный мелом. Оперативная бригада заканчивала работу. Сверкали вспышки блица, слышались негромкие деловитые голоса.
Котов и Никольский сидели за столиком у эстрады.
— У Яны шок, — сообщил Никольский. — Увезли на «скорой». Но приметы описала — одна к одной сходятся. Старый знакомый.
— Кто? — поинтересовался Слава.
Никольский чуть помедлил для солидности, а потом сообщил:
— Артем.
— Серьезный клиент, — признал Котов. — Зачем ему было журналиста мочить? Какие у тебя соображения?
— Простые, — пожал плечами Сергей. — Журналист на Гулевого навел, а потом засветился. Организатор велел убрать. Концы рубит.
— Разве? — Муровец с сомнением покачал головой. — По-твоему, Артем на бабу эту работает? Иностранку?
— А по-твоему, она организатор? — насмешливо взглянул на него Никольский.
— Кто же еще?! — возмутился Слава.
— Возможно, другой человек.
— Брось, Сережа, не мудри, — снисходительно посоветовал Котов. — Занимайся лучше своим делом. А мы уж как-нибудь — сами с усами. Баба на поводке у нас. Операция — как по маслу.
— Ты говорил, — хмыкнул Никольский. — МУР — на ушах, генерал — впереди, на боевом посту…
— Вот именно! — отрезал Котов.
Никольский вздохнул.
— Не докричаться мне до тебя, Слава. А до генерала — тем более. Да и времени в обрез… — Он поднялся из-за столика. — Обрати внимание на ювелирную лавку в Столешниковом.
— Куда ты? — спросил Котов.
— Алкаши повадились на чердак, — ответил Никольский. — Пойду заниматься.
В тихом дворике, где когда-то обмывали майорскую звезду, сидели на лавочке Лепилов и Никольский. Хлопнула дверь парадного. Никольский резко обернулся. Из парадного появилась Рая Шакурова с метлой.
— Нервы… — заметил Никольский. — А у тебя?
— В норме, — отозвался Лепилов. — Рапорт надо подать, Сергей Васильевич.
— И что напишем? — осведомился Сергей, удивляясь наивности парня.
— Все, как есть. О Тарасове. — Похоже, Михаил действительно верил в результативность подобного поступка.
— Нет ничего, Миша. Хоть бы одно доказательство!.. — Никольский в сердцах ударил кулаком в ладонь. — Умный, гад. Вечно в тени. Никто в милиции представления не имеет, что он за фигура.
— Как же быть? — слегка растерялся Лепилов.
— Украл много… невпроворот, — продолжал Никольский задумчиво. — И притом сплошные раритеты. Здесь не продать — за границей только. Выходит, единственный вариант — прихватить его с товаром, когда в путь отправится.
— Понятно, — кивнул Лепилов.
— Ему тоже, к сожалению, это понятно, — продолжал размышлять Никольский. — А значит, он меры примет.
— Какие меры? — Лепилов пока оставался спокоен.
— Получается, нельзя ему меня в живых оставлять, — рассуждал Никольский отстраненно. — Иначе помешаю…
Вот тут Михаила проняло до мозга костей — парень даже на ноги вскочил.
— Сергей Васильевич!.. — крикнул он отчаянно.
— Не дергайся, Миша, сядь, — Сергей сделал успокоительный жест, и когда Лепилов вновь уселся, продолжал: — Давно мне мысль эта пришла… Если пересечемся еще раз, у него просто выбора не останется… Знаю как облупленного. И он меня… Вот и пересеклись.
— Я в толк не возьму, что вы предлагаете? — Лепилов заметно волновался.
— Опять же — единственный вариант, — усмехнулся Никольский. — Ловить его после моей смерти.
— Про дело спрашиваю! — возмутился Михаил, приняв слова майора за неуместную шутку.
— И я про дело, — заверил Никольский. — Жанна улетает завтра. Значит, ночью все должно произойти. В крайнем случае — утром.
— Сергей Васильевич! Вы серьезно? — Казалось, он плохо осознает услышанное.
— Вполне, — Никольский был более чем серьезен. — Убьют — он полетит. А не убьют — поостережется.
Лепилов поднялся с лавочки, расправил плечи, грозно нахмурился.
— Да я!.. — начал он запальчиво.
— Ну?.. Что ты?.. — Сергей с любопытством смотрел на парня.
Тот хотел заявить что-то сокрушительное, но, взглянув на Никольского, осекся.
— При вас буду. Ни на шаг не отойду, — произнес он тихо.
— Тогда конечно, кто меня тронет? — усмехнулся Никольский. — Испугаются. — Он тоже поднялся с лавочки и добавил. — Давай без глупостей, Миша. У тебя сложная задача.
Лепилов отчаянно замотал головой.
— Не согласен я…
— Молчать! — рявкнул Никольский. — Сыщик ты или барахло?.. Нервы у тебя в норме?.. Не похоже!.. Слушай внимательно. Это приказ. Быть завтра в аэропорту и задержать гражданина Тарасова с поличным.
Темнело, когда они миновали улицу и вошли в другой тихий дворик. Здесь жил Никольский — у парадного стоял его разноцветный автомобиль.
— А как же иностранка? — поинтересовался Лепилов.
— Сообщница Тарасова, — объяснил Никольский. — Ложный след. Это он толково придумал… Перед отлетом ее задержат. И не найдут ничего.
— Уверены?
— Да. Ну, и поедут ни с чем восвояси. Станут разбираться, кто виноват… — Сергей коротко рассмеялся, а потом добавил серьезно: — Вот уж тут — не зевай. Тут как раз он и должен появиться… Гражданин Тарасов… Самый подходящий момент, чтобы улететь. Кстати, поимей в виду: на таможне у него свои люди.
Они остановились возле парадного.
— А если все-таки иностранка — организатор? — спросил Лепилов. — В МУРе тоже не дураки.
— Совсем не дураки, — согласился Никольский. — Но бывает, что ошибаются.
— А вы?.. Вдруг у иностранки товар? — Михаил определенно тревожился.
— Тогда лопух я, — подтвердил Никольский невысказанное предположение коллеги.
— И Тарасов ни при чем? — продолжал Лепилов.
— Сбоку припеку, — фыркнул Сергей.
— Значит, и убивать вас — никакого резона? — с надеждой осведомился Лепилов.
— Естественно, — подтвердил Никольский. — Зачем я ему в таком случае?.. Он меня даже любит по-своему, — и огляделся.
Окошко чердака в доме напротив было выбито — чернело квадратной дырой.
Лепилов тоже обвел глазами двор, но не обнаружил ничего подозрительного.
— Знаешь, скорее всего, так и есть, — бодро сказал Никольский. — Нагородил я с три короба… Если увидишь — накрыли иностранку… Красавицу эту неувядающую… Катись колбаской — прямо в отделение. Завтра дежурство у меня. Расскажешь, как дело было.
— Ладно, — кивнул Лепилов.
Они пожали друг другу руки.
— И еще просьба, Миша… — остановил Сергей собравшегося уже бежать домой парня.
— Слушаю, — остановился тот.
— Погуляй тут немного… — Сергей взглянул ему в глаза и продолжал. — Скоро Наташа выйдет. Проводи ее, пожалуйста. Незаметно.
— Куда?
— Наверное, к себе пойдет. До хаты. А там кто ее знает… — пожал плечами Никольский.
Лепилов внимательно посмотрел на шефа и помрачнел.
— Провожу… — сказал он глухо.
Никольский открыл дверь, снял в передней куртку и прошел в столовую. Наташа стояла у окна.
— А я выглядываю в какой раз, — улыбнулась она. — Идет — не идет.
— Иду, — улыбнулся и Сергей в ответ.
— Нужен ты очень… Я про дождик! — обрадовалась она удавшемуся розыгрышу. Но еще больше она обрадовалась возвращению своего Сережи. Действительно заждалась…
Они поцеловались.
Никольский посмотрел через плечо Натальи в окно. Черная дыра чердака в доме напротив была видна отсюда целиком. Сергей немного отстранился от Наташи, взглянул ей в лицо. Она по-прежнему улыбалась.
«Как объяснить ей, что она сейчас должна уйти, что сегодня со мной опасно, смертельно опасно? — мучительно размышлял Никольский. — Сказать напрямую? Но ведь тогда она не уйдет! Она гордая, отчаянная, ни черта не боится! По крайней мере, за себя не боится! А за меня — боится! И не бросит меня одного! Заявит: мне, мол, будет страшнее вдали от тебя, чем рядом! Да, в конце концов, посчитает ниже своего достоинства уйти! Что же делать?..»
— Быстренько умывайся, — распорядилась Наташа. — Ужинать будем… Почему хмурый такой?
— Встал не с той ноги, — промямлил Никольский. Слова не шли с языка, будто вязли.
— Вот горе! — рассмеялась Наташа. — Пойди, приляг на минутку — и встань с другой. Не порти мне настроение!
«Выход один, — думал между тем Сергей, — обидеть ее. Прогнать без объяснений.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов