А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Что казалось странным. Шеф пропаганды жил по своему личному распорядку и никого не слушал; пунктуальность не входила в число его добродетелей. И все же, насколько было известно Теодору, Мигаки редко опаздывал на представление, которое можно заснять на голокамеры, чтобы впоследствии на основе документального материала создать величественный шедевр, затмевающий действительное событие.
Отсутствие шефа «Голоса Дракона» вызывало гораздо меньше вопросов. К плохому здоровью Индрахара добавилось его неприятие политики сближения с Федеративным Содружеством, так что в последнее время «Сама Улыбка» предпочитал не появляться на людях.
Следом за роботами милиции прошло подразделение обычной гусеничной бронетехники. Два миллиона восторженных лиц следили за мощными боевыми машинами и одним человеком, который, несмотря на годы, сохранил стройную осанку… и повелевал всем этим.
Еще несколько миллионов зевак столпилось вдоль улиц имперской столицы, по которым проходила на парад техника; миллиарды в тысячах миров обитаемой Вселенной наблюдали за происходящим на голоэкранах.
Контрастирующая с парком Единства, засаженным березами и величественными секвойями, растущими вокруг пруда Мира, площадь Единства представляла собой бетонный квадрат километр на километр. Она предназначалась для того, чтобы принимать многолюдные шествия и церемонии, имеющие целью сплотить дух коллективизма у граждан Синдиката, вселить ужас в сердца врагов Дракона и — как подозревал Теодор — удовлетворить ненасытную манию величия, неотъемлемую часть фамильной черты Курита.
Для того чтобы устоять перед подобной лавиной низкопоклонства, требовалась гораздо большая сила воли, чем та, благодаря которой можно повести робота в бой против значительно превосходящих сил противника.
Несмотря на кошмарные сны и страхи, что он становится жертвой эпидемии безумства, похоже, свирепствующей во всех правящих Домах Внутренней Сферы, Теодор Курита, как это ни странно, не страдал манией величия. Он не получал удовлетворения от сознания того, что в его руках жизнь миллиардов подданных, — для него это было лишь тяжким бременем ответственности за судьбы людей, которых он должен вести к спокойствию и благополучию сквозь бурные и страшные времена. Что касается поклонения, исходившего от ликующей толпы и накатывающегося на него волнами, более осязаемыми, чем жалящие лучи солнца, то у Теодора от смущения мурашки по коже бежали.
«Это мой долг», — твердил себе он. Ему нужно стоять на трибуне, олицетворяя собой символ Дракона, скалу, за которую зацепится якорь надежд подданных, разящий меч, защищающий от врагов. Что бы там Теодор ни чувствовал, ему необходимо стоять навытяжку и демонстрировать спокойную сдержанную уверенность. И снова гири превыше ниндзё…
Рядом с Координатором материализовался из ниоткуда ординарец. Теодор чуть склонил голову, готовый слушать.
— Тоно, великий маршал приносит свои извинения и докладывает о незначительном изменении порядка прохождения войск, — доложил ординарец. — Таи-са Ода Хидейоши решил, что будет лучше, если он воздаст почести Координатору, проведя свою особую роту боевых роботов непосредственно за Двадцать третьим Галедонским бронетанковым полком. Как отнесется к этому предложению Координатор?
Губы Теодора изогнулись в едва заметной улыбке. Преданному старому боевому коню не терпится показать себя. Гвоздем программы парада в честь дня рождения Координатора должен был стать первый публичный показ семи новых моделей универсальных боевых роботов разработки оружейного завода Люсьена. За штурвалы предстояло сесть самому Хидейоши и одиннадцати отборным пилотам его гвардии. Судя по всему, командир императорской гвардии, не зная о задержке наемников Дяди Чанди, хотел представить взору Координатора свои новые машины перед тем, как «кабальерос» покажут опытные образцы «Наги» того же оружейного завода Люсьена, опробованные в боевых действиях на Тауне.
Просьба Хидейоши была необычной, но Теодор прекрасно сознавал: самым необычным будет, если такая сложная церемония, как празднование дня рождения, пройдет в точности как задумана. Только так и совершались важные дела в Синдикате Дракона: все тщательно планируется, расписывается до мельчайших подробностей, но ничего не происхо-дит по плану. А отомо традиционно не подчинялись никаким правилам, ставя превыше всего здоровье и благополучие Координатора.
— Полковник заслужил право служить Дракону так, как считает нужным, — ответил Теодор. — Разумеется, я даю согласие.
— Когда мы должны прилететь на место? — спросила сидевшая в кресле правого пилота Касси, когда «Воин» нырнул в облако дыма, затянувшее Эйга-тоси.
Мигаки, переоборудуя штурмовой вертолет, снял бронелисты и изменил расположение кресел в кабине: вместо тандема они стали рядом друг с другом. Молодой женщине не требовалось кричать, чтобы пересилить рев соосных несущих винтов. Глава «Голоса Дракона» оснастил вертолет прекрасной звукоизоляцией.
— Приблизительно через шесть минут, — ответил Такура Мигаки.
Его красивое лицо, оставаясь бесстрастным, побелело как полотно. Обескровленные губы стали почти невидимыми. Но, несмотря ни на что, ему удавалось выглядеть очень элегантным в голубом джемпере и модном черном пальто. По-видимому, для того, чтобы заставить светского щеголя забыть о чувстве вкуса, требовалось нечто большее, чем вторгнуться в его вотчину и захватить его самого в плен, угрожая с минуты на минуту расстрелять.
Касси зажала самозарядную винтовку между колен, поскольку Мигаки чувствовал себя очень неуютно со зловещим черным дулом, упирающимся ему в ухо. Разведчица до сих пор корила себя за то, что не вспомнила об этом оружии раньше. Хороший заряд крупной дроби поразил бы цель надежнее, чем комариные укусы пистолетных пуль, и не спасли бы никакие защитные доспехи.
Кроме того, у нее были два магазина, снаряженные специальными активно-реактивными зарядами с отделяемой хвостовой частью. Остроконечные пули с сердечниками из иридиевого сплава были способны пробить почти все — за исключением боевых доспехов элементалов Кланов. На плече у Касси висела виброкатана, а в кобурах под мышками лежали два крупнокалиберных автоматических пистолета. Разведчица приготовилась к серьезному делу.
— Если только диспетчеры космопорта имени Куриты не решат, что мы представляем угрозу Координатору, и нас не собьют, — вставил Джонни Чанг, пристроившийся на корточках между передними креслами, переводя взгляд с Мигаки на Касси.
Директор «Голоса Дракона», не оборачиваясь, усмехнулся.
— Никто нас не собьет. У меня есть специальный передатчик, отвечающий на запросы всех служб, — сказал он. — В настоящий момент мы можем лететь в любое место Синдиката Дракона. Даром, что ли, я заместитель директора КВБ?
—Да, кстати…
Достав из кармана портативное связное устройство, Касси вставила в ухо наушник, после чего набрала специальный прямой код доступа, полученный от Индрахара.
— Индрахар, — ответил ей голос. Знакомый голос, но не тот, который Касси ожидала услышать.
— Нинью Кераи?.. — И Мигаки, и Джонни недоуменно посмотрели на нее.
— Что вы делаете на этом канале?
— То же самое я могу спросить у вас.
— Я работаю на вашего отца. Существует заговор, направленный против Теодора…
— Знаю. Мой отец умер. Он оставил мне послание.
Касси на мгновение зажмурилась.
— Извините. Но вы вряд ли знаете все. Кигури собирался захватить наших роботов и с их помощью убить Координатора. Мы уничтожили нападавших. Самого генерала с ними не было, так что он до сих пор на свободе.
— Очень ценная информация, лейтенант. Я лично обезврежу Кигури.
— Подождите! Не разъединяйтесь!.. У нас есть… сведения, что кто-то из телохранителей-отомо попытается убить Теодора во время парада. Это запасной план Кигури.
— Отомо? Вы серьезно?
— Абсолютно серьезно.
— Не могу вам поверить.
— Вы доверяете моей компетенции? Действовать надо без промедления, господин директор!..
— Исполняющий обязанности.
Это выдало, как взволнован Нинью Кераи. Для него пустое препирательство из-за формальностей было равносильно тому, как другой от паники лишился бы дара речи.
— Немедленно уведите Координатора с трибуны в безопасное место. Если выяснится, что я вас обманула, потом сможете меня расстрелять.
— Возможно, сделать это будет непросто, — признался Нинью. — В настоящий момент мы ведем бой с предателями в стенах дворца.
Касси с шумом втянула воздух:
— Постараюсь сделать, что смогу. Конец связи.
Джонни по-прежнему таращился на нее так, словно она превратилась в гигантского варана из пустыни Нидзюнен. Мигаки бросил на Касси столько вопросительных взглядов, сколько было возможно, не отвлекаясь от управления несущимся на предельной скорости вертолетом.
— Как я уже сказала Кераи, я работала вместе с «Самой Улыбкой». Только на время празднования дня рождения Теодора, понятно?
Джонни, озадаченно откинувшись назад, покачал головой. Касси посмотрела на Мигаки:
— Вы можете настроить свой передатчик на стандартный военный канал?
— Все что пожелаете, старший лейтенант. Как я уже говорил — высокая должность имеет свои привилегии.
— Замечательно.
Склонившись над приборной доской, Касси принялась оживленно тыкать в кнопки. Шеф пропаганды удивленно поднял брови, затем улыбнулся и, сняв шлемофон, протянул его разведчице.
— «Красная Ведьма», говорит Абтакха! — крикнула Касси, прижимая один наушник к уху — Абтакха вызывает «Красную Ведьму». Ответь же, пожалуйста!..
— Прочь с дороги! Чикусё! Проклятые пешеходы, освободите тротуары! Черт побери, что вы мешкаете?
Прохожие изумленно поднимали глаза и тотчас же стремглав бросались врассыпную, спасаясь от девяностотонного «Молотобойца», спрыгнувшего с черного полотна шоссе Дракона и углубившегося в переулки, гремя железом при каждом шаге.
В груди Элеоноры Шимадзу бушевали противоречивые чувства — словно мощное течение реки столкнулось с поднятыми приливом волнами океана. К этому мгновению молодая женщина готовилась с тех самых пор, как узнала, что убийца ее отца находится на Люсьене. Замысел был предельно прост: она будет вести мимо трибуны своего «Молотобойца» во главе полка. Дойдя до места, где стоит Инагава, она остановится, повернется к нему, через внешний громкоговоритель назовет себя, а затем при помощи большого лазера превратит ойабуна в облако пара. После чего заглушит двигатель робота, объяснит свои действия Координатору, принесет извинения и сдастся в плен. Лейни надеялась, что Теодор Курита, учитывая ее долгую преданную службу, позволит ей совершить почетное харакири. Но если Координатор объявит, что ее с позором казнят, она безропотно подчинится. Как те сорок семь свободных самураев в историческом фильме, который снимает Такура.
Но в мгновение ока все изменилось. Лейни только что отдала приказ своей роте «херуцу эндзеруцу» — «Ангелам ада» — Девятого призрачного легиона двинуться вперед на максимальной скорости и достигнуть трибуны Координатора прямо сейчас, во что бы то ни стало. Ее бойцы выполнили приказ и сейчас бежали по узким улочкам имперской столицы, расталкивая застывшие в ожидании батальоны боевых роботов, похожие на очереди рабочих, спускающихся в подземку.
За последнюю пару лет Лейни приходилось не раз слышать от своих друзей-«кабальерос», что никакой тайный план не выдержит и одного столкновения с Касси. Во время войны на Хачимане, в которую презренные политики ввергли «кабальерос» и «эндзеруцу», пути Лейни и Касси ни разу не пересеклись, поскольку разведчица дурачила не кого иного, как самого Нинью Кераи и его черных дьяволов. Так что Лейни только сейчас впервые пришлось столкнуться с вопросом, насколько справедливо расхожее изречение «кабальерос».
Выкрашенная красной краской «голова» «Властителя земли», формой напоминающая шлем самурая, повернулась следом за «Молотобойцем», бегущим вдоль толпящихся подразделений Седьмого полка «Меч света». Казалось, на прозрачном стекле кабины отобразились изумление и гнев.
— Десять тысяч извинений, — передала по радио Лейни. — Дело не терпит промедления!
И тут же переключилась с общего командирского канала. Молодая женщина была уверена, что тугодумы командиры Седьмого полка все равно не услышат доводы разума. А у нее не было времени выслушивать их оскорбления.
Ясно было только одно: если бег с препятствиями окажется ложной тревогой, ей придется дорого заплатить за это. «Красная Ведьма» Лейни Шимадзу выделялась даже на фоне других бойцов Призрачного легиона, набранного преимущественно из тех, кто имел нелады с законом. И все же она подумала бы, и не два, а десять раз, прежде чем сломать ко всем чертям строгий распорядок такого торжества. Но молодая женщина была настроена на самоубийство и поэтому жила так, словно уже была мертва.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов