А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Час спустя подробный анализ ситуации висел на экране некоего специалиста, имя которого не так важно. Его можно именовать Николасом. Здесь тоже сработала программа, случайным образом указавшая на смерть Иеремии в череде других, не менее глупых. Он разложил этот случай на составляющие, покрутил их и так, и этак, задумался. Это могло быть идеальным устранением делового конкурента, нелюбимого родственника, чересчур осведомленного журналиста. Но личность Иеремии была столь ничтожной, что ради него не стоило и передергивать затвор пистолета.
Николас просмотрел жизнь покойного за несколько последних дней буквально под микроскопом, но ничего подозрительно не обнаружил. Вот только почему он вышел из офиса? Куда шел? С предметом его работы все было идеально чисто. Но Николас все же отыскал щель в панцире сотворенной легенды. Замена файлов и подчистка сведений была проведена ИИ аккуратнейшим образом, даже количество ошибок на тысячу строк файла было соблюдено. Вот только стиль упаковки этих файлов был немного другим. Еще одна мелочь, которой не успел научиться молодой разум и которую он постигнет так скоро.
Что теперь мог предъявить специалист коллегам, кроме тени своих подозрений? Его бы засмеяли в любом другом учреждении, здесь же интересовались всем необычным, ведь за необычным может скрываться тайна, так соблазнительная для любой конторы. К тому же возникли неприятности известного рода на фондовой бирже.
Не слишком приметные люди навестили патрульную машину, прихватив с нее носители информации. Под видом какой-то инспекции изъяли почти все рабочее место Иеремии. Обыскали Глория-хаус. Тень подозрения обрела вес — на жестких носителях. остались следы файлов, не значившихся в регистре машины. Так что «человеческий фактор» сработал. Довольно глупым и нерациональным образом, но он выдал сигнал тревоги. Это был повод ввести в действие артиллерию среднего калибра. Следственные программы обшарили тысячи адресов, обнюхали целые сектора в сети. Что-то находили, но след постоянно рвался. Например, странные файлы и непонятные транзакции могли вести к некоей фирме. Но ее документация ничего не сообщала, и что характерно, ее персонал в принципе не мог ничего знать. Ну откуда могли стать известными в скромном предприятии по очистке выгребных ям и мелкому ремонту канализации результаты недавно учрежденной лотереи? За полтора часа до розыгрыша? Ни фирма целиком, ни кто-то из ее работников в отдельности даже теоретически не мог пронюхать об этой афере. В других местах находили похожие странности, но это тоже были следы, которые никуда не вели.
Когда другая специалистка, ее можно именовать Хуанитой, доказала, что этот почерк совпадает с почерком ребят, тряхнувших Нью-Йоркскую фондовую, в бой вошла тяжелая артиллерия.
В кабинете, обставленном желтоватой резной мебелью, хорошим оборудованием и увешанном модернистскими голограммами, собрались несколько человек, очень тесно связанных с информационной безопасностью государства. Функционеры. После не слишком долгих приветствий и сообщений о последних новостях перед ними встали вопросы, свойственные немного другой аудитории.
Кто виноват? Что делать?
С первым вопросом особых сложностей не возникло. В левом углу заворочался бородатый черноглазый субъект самой разбойничьей внешности.
— Это умники из Новой Чикагской Информационной Академии. Они сделали заготовку, которая может три четверти того, что продемонстрировали наши невидимки. Из состава группы, которая занималась этим, никто не пропал, но на подозрении два человека. С ними работают. — Он пошевелил пальцами, отчего-то став похожим на выпущенного по случайной амнистии убийцу.
Ситуация понемногу вырисовывалась.
У ребят, витающих среди формул, не вылезающих из виртуалки и почти ничего не смыслящих в реальной жизни, увели новую разработку. Не первый и не последний раз. Вот только разработка эта чрезвычайно ценная и дает своему хозяину неоценимое преимущество — все равно что пулемет в семнадцатом веке. Но ведь функционеры привыкли играть в самых необычных ситуациях и знали, что даже мамонта можно уложить перочинным ножиком — надо всего лишь подрезать ему сухожилия.
После часовой перебранки во вспышках голограмм дальнейшая перспектива разъяснилась с необыкновенной четкостью, и ее озвучила сухощавая пепельноволосая дама трудноопределимого возраста.
— Во-первых, пройти по каждому следу, выдрать все элементы до последнего, но найти кластеры, где сейчас вылеживается ИИ. Этим займется подразделение 146. Во-вторых, подойти с человеческой точки зрения: кто мог украсть, как он это сделал, где его можно найти. Это по части сыскарей. Только не слишком усердствуйте, ребята. В-третьих, надо как можно быстрее запустить в работу модель, что взяли у специалистов. — Она улыбнулась сдержанной улыбкой пустынной ящерицы и села на свое место.
И они действительно развернули бурную деятельность. Больше всех не повезло коррумпированным сотрудникам. С ними поговорили мягко, не нарушая законов о запрете на членовредительство, но применили немножко химии, немножко гипноза и очень много психологического давления. Адвокаты, конечно, получили к ним доступ, но одновременно получили перечень своих прошлых грехов. И вообще здесь были серьезные государственные интересы. Если не придавать дело огласке, то демократия может помолчать. Она идет на такие уступки закону не слишком часто, но когда она их уже сделала, сама же заинтересована в тишине и огласки не допускает.
Естественно, морально неустойчивые специалисты, тряся бледными губами и ежесекундно утираясь платками, рассказали все, что знали, и даже все, о чем только догадывались. Они раскаивались и досадовали на жизнь — их, оказывается, обманули. Информацию дали не слишком впечатляющую — можно было только ухватить самый кончик тигриного хвоста. Хотя при желании профессионалы могут обратить даже этот предмет в бикфордов шнур, по которому огонек разоблачения подбирается к личности злоумышленника.
Отыскались изображения недобросовестных партнеров, так нагло и банально облапошивших ученых. Всплывали их имена и фамилии. Хорошо подкованная в высоких технологиях и оснащенная по первому разряду шайка. Три женщины и двое мужчин, у всех университетское образование, и у четверых — их два. Один бизнесмен, двое инженеров, двое университетских книжных червей. Трое из пятерки много лет состоят в дружбе. Они явно состоятельны, но личная жизнь не заладилась: растоптанная любовь, разводы, проигранные по судам дети. До этой операции с криминалом общих дел не имели. Но саму операцию явно готовили не один месяц — в их брошенных квартирах нашлась масса косвенных улик вроде литературы по конспирации, терроризму и пепла от сожженных дисков. Все сделали почти чисто и после активной фазы изъятия программной заготовки смогли качественно раствориться на просторах от Восточного до Западного побережья.
— Они знали, на что шли. Хотели сорвать банк и, судя по всему, это сделали, — вынес заключение чернобородый охотник за людьми, — их надо брать и брать, быстро, пока они не залегендировались и не стали лучшими друзьями своих новых соседей. Тогда их не достать.
Охота продолжилась с еще большим энтузиазмом.
На информационном фронте дела обстояли не так хорошо. Криминальный ИИ переигрывал сторожевые программы. В дело бросили десятки специалистов, и не каких-нибудь набранных по случаю пятнадцатилетних мальчишек, накурившихся марихуаны, и не пятидесятилетних стариков с замедляющимися рефлексами и стереотипными приемами работы, а людей в расцвете сил и знаний. Вычислительные мощности, поставленные под их начало, могли впечатлить кого угодно. Но все, что им удавалось, — это с опозданием на несколько часов вскрывать маскировочные действия ИИ.
Хорошо хоть новый игрок не появлялся больше на бирже и не устраивал там серьезной головной боли. Наверное, он быстро учился и не хотел поднимать лишнего шума.
Собственную модель запустили бы и быстрее, но двое арестованных, или задержанных, или временно приглашенных спецов (формулировки менялись в зависимости от степени открытости разговоров) были ведущими в своем отделе. Оставшиеся запросили неделю на полное устранение всех шероховатостей.
— Послушайте, господа из АНБ или еще откуда, мы шли к этому открытию столько лет, а вы требуете от нас завершить его в три дня? Это смешно! — Они улыбались с видами гениев, которые еще пару веков могут доводить свое творение до совершенства.
Смеяться этим самоуверенным гениям отсоветовали. Сделали это настолько убедительно (никаких антигуманных личных угроз от лица органов, только перспектива мелких неприятностей для Академии, а уж та позаботится), что они и не подумали возражать.
Прошло всего три дня с того мгновения, как в полный рост встала проблема на Нью-Йоркской фондовой и пять дней со смерти Иеремии. В тот день наметились первые сдвиги.
Скромный работник Николас, сейчас временно скакнувший на две ступеньки вверх по служебной лестнице, беседовал с подтянутой дамой, председательствовавшей на достопамятном заседании. Встреча предполагала награждение одной из тех блестящих и прихотливо украшенных медалек, которые за их дешевизну так любит начальство и одаривает ими подчиненных со значительным видом. По этой причине аудиенция проходила в одном из внутренних кабинетов циклопического здания, какие обожают строить для себя солидные министерства.
Одновременно бригада ремонтников, одна из тех, что постоянно работала в этом здании, получила срочный заказ на ремонт кондиционеров этажом ниже того кабинета. Проверенные ребята без вредных привычек, ничего плохого сделать они не хотели. Ремонтные роботы, которыми они командовали, тоже были в полном порядке.
Вся беда была в новом хладагенте, той жидкости, что бегает по трубкам кондиционера. Это, конечно, было усовершенствование: по сравнению со старым оно экономило сколько-то электроэнергии и служило прогрессу. Был у хладагента и недостаток — вступал он в реакцию с противопожарной пеной, что вылеживалась в огнетушителях. Смесь, которая при этом образовывалась, с помощью детонатора могла ахнуть. Не бог весть как, это был не тротил, но весьма существенно. Знали об этом буквально несколько инженеров, и пара технических программ дежурно выдавала сигнал тревоги, но к их замечаниям особо не прислушивались: вот-вот предстояло заменить то ли систему огнетушения, то ли кондиционирования.
— Внимание! Ошибка в обеспечении. Аварийная ситуация. — Голос автомата всегда бесстрастен, если обратное не предусмотрено программой. Иногда это особенно сильно злит людей.
— Сам вижу, недоумок! — Ремонтник дополнил характеристику робота еще несколькими прилагательными. Он имел все основания нецензурно выражаться — едкая синеватая жидкость хлестала из трубок кондиционера, разливалась по полу и тут же испарялась в зловоннейшие миазмы. А ведь только что дисплей показывал зеленый свет, в системе должно было быть пусто.
— Повторение аварийной ситуации, — так же равнодушно описала машина хлопья пены, которыми начала наполняться комната.
Ремонтник выдал очередную порцию непечатных выражений и начал пробираться к выходу — в одиночку в комнате делать ему было уже нечего, здесь можно было только утонуть. У самой двери, кашляя и отплевываясь, он приказал роботу выдернуть из слоя пены сумку с инструментами. Непонятно, что там могло выступить детонатором: паяльник, электрорезак или обыкновенные пассатижи. Факт, что ремонтник дверь не открыл — его вынесло в коридор вместе с ней.
Криминалисты реконструировали ситуацию через два часа и доложили сухощавой даме, как раз закончившей накладывать макияж на многочисленные синяки, что безвестный ремонтник спас ей жизнь.
— Для уничтожения вашего кабинета необходимо было еще от двенадцати до семнадцати секунд на смешение жидкостей, мэм. Детонация смеси от случайного фактора не могла быть предусмотрена.
За криминалистом взял слово безопасник, отодвинув изображение подчиненного с экрана.
— Канал влияния ИИ прослежен, обрублен. Следы он за собой замел качественно, проследить не удается. Замену жидкости в системе кондиционирования мы проведем за два дня. Да, у меня есть хорошие новости: полчаса назад мы запустили наш ИИ в действие. — Глядя на отходящее от шока худощавое лицо, он с трудом прятал усмешку.
— С этого надо было начинать Артур, с этого! — Она на несколько секунд закрыла глаза, успокоилась, и следующий вопрос был задан вполне официальным тоном: — Как быстро он набирает кондиции и как вы его контролируете?
— О, это какое-то чудо, мы уже полностью скормили ему ситуацию. Перелом в поисках первого ИИ обещают за несколько часов. Контроль осуществляют его же упрощенные версии, часть старых программ и группа Локрафа.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов