А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Потрясенная девушка с трудом отвела взгляд от жуткого пожара, бушующего вокруг. Она собралась духом и снова начала заклинание, пытаясь спасти мать. Но вдруг посередине двора возник круг света. Неизвестно откуда, но, похоже, снова с неба. И почти сразу в мерцании круга появились три фигуры в бесформенных накидках. Их лица прятались под тенью капюшонов. Свет погас, и троица безмолвно заскользила к застывшим женщинам.
Возле тела мертвого инквизитора небесные посланники остановились. Они склонились к нему, по очереди касаясь остывающего лба. Между их ладонями блуждало неуловимое зеленое сияние. Фигуры в накидках выпрямились и безмолвно откинули назад капюшоны. И у всех троих оказались лица лежащего на земле священника!
Ведьма опять подняла голову. Обнаружив перед собой близнецов-инквизиторов, она встала с колен. Отныне в этом мире у нее не было ни друзей, ни союзников. И ей предстояло сражаться с любым, кто встанет на пути. Испачканные кровью матери тонкие девичьи руки взлетели вверх. Над мельницей разнесся хрипловатый низкий голос:
– ПРМАМТР ГЛВОШТН!
Зеленая волна скрутила воздух в мощный поток… И тут же распалась на мелкие брызги.
– Четвертый уровень, – прошелестел равнодушный голос из-под капюшона первого незнакомца.
– Можно было нас не вызывать, – так же бесстрастно ответил ему кто-то из спутников…
Больше на старой мельнице не было произнесено ни слова. Троица стремительно рассыпалась по двору, охватывая женщин в полукольцо. Потом сомкнулась в неуловимом синхронном броске…
Доминго лежал в кустах и смотрел на громадный костер, в который превратилась старая мельница. Огонь практически исключал регенерацию. Поэтому у ведьм не было ни единого шанса воскреснуть. Пламя периодически окрашивалось в зеленый цвет и озаряло суетящихся вокруг существ. В том, что это дьяволы, явившиеся за душами ведьм, Доминго не сомневался…
Наконец все закончилось. Три фигуры в накидках вознеслись на небо по сияющему лучу, как ангелы возмездия. Черные кудри простого испанского парнишки засеребрились от седины. На его лице навечно застыла гримаса неизгладимого ужаса. Но он лежал в кустах и не мог оторвать взгляда от догорающего костра…
Эпоха Святой Инквизиции заканчивалась. Общий счет ведьм, уничтоженных ею с помощью посланников небес, приближался к пяти миллионам…
Опять метро! За-дол-ба-ло! Иду это я по переходу и думаю, что прятаться надоело. А за мной следом пыхтит Максимыч с ангелом под ручку. Очень хочется повернуться. Но сдержимся. Как-то неловко постоянно таращиться на девушку. Петр Палыч шествует впереди. Как только мы нырнули в недра родной планеты, он сразу привел себя в порядок. Вот уж бог так бог! Идет себе, чистенький, свеженький. Как будто не он полз по эскалатору из последних сил, сглатывая собственную кровь. Сразу после спешной погрузки в вагон Палыч забормотал на КШТРЫ. Окутался зеленым туманом и вышел на следующей остановке в своем обычном виде.
Кстати! А не побормотать ли и мне?
– ШТГЛИНГ ФЛУГРП ВКНЧОШ…
Через несколько минут я превратился в приличного молодого человека. Даже с чистой головой и постриженными ногтями. За моей спиной слышится тихое ойканье. Явно, не Максимыч. Он-то к нашим приколам уже привык. Поворачиваем голову… Так и есть. Ангел смотрит во все глаза.
– А меня научишь? – Голос у девушки тоже ангельский.
Устоять невозможно. В голове – пустота и кружение. Похоже, влюбился Даниил Алексеевич окончательно и бесповоротно. А ведь мы толком еще не знакомы. А пора бы. Прокашляемся и преодолеем смущение.
– Может и научу. Тебя как зовут?
– Людмила. Или просто Люда. Меня так папа зовет.
– А меня Даниил. Короче – Дэн.
Ангел лукаво прищурился и сказал:
– Даня… Так лучше. Потому что я так хочу.
Она засмеялась. Девчонка, похожая на ангела. Или наоборот. С ума сойти. Там, где у меня раньше было сердце, стало тепло и мягко. Приплыли. А она шепчет, наклонившись к моему уху, так чтобы не услышал Максимыч:
– А ты в меня влюбился!
На меня как будто плеснули кипятком. Чувствую – снова краснею. И еще чувствую, девчонка не ангел, а самая настоящая ведьма! А я не бог, а просто зеленый пацан. С этим надо что-то делать.
– Люда… Ты никому не говори больше. Я и так в полном ауте. Ладно?
– Ты не переживай, Данька, никто про нас не узнает.
Про нас… Ни фига себе! Как она улыбается… С ума сойти!
На этот раз наш исход в метрополитен закончился на бескрайних просторах какого-то заброшенного тоннеля. Как его Петр Палыч отыскал, непонятно. Но после долгих блужданий он в три минуты соорудил из ближайшей ниши подобие квартиры Максимыча. А потом водрузил между нами и остальным миром непроницаемую стену. После этого Палыч устроился в кресле, побормотал себе в бороду и извлек из воздуха чашку с кофе. Люда снова ойкнула. Видимо, к таким фокусам ей все же надо привыкнуть. Отхлебнув кофейку, бог задумчиво причмокнул:
– Ну что, пионэр, надо решаться!
Понятно. Пора спасать планету. У меня в животе противно забурлило. Как перед итоговой контрольной по алгебре. Чувствую, втравит меня сейчас Палыч в войну миров. Как в американском кино. Только блин, без хэппи-энда. И без хэппи-бесдэй. В перспективе. Ну, том в смысле, что до следующего дня рождения мне не дожить.
– И на что будем решаться?
Это я, конечно, спросил так… Для завязки базара. Бог ополовинил кружку и ловко извлек из кармана зазевавшегося Максимыча пачку «Союз-Аполлона».
– Раз титаны нас не угробили, значит, скоро возле нашей очень Солнечной системы нарисуется Флот Конфедерации. Большие шишки в штабе Межпланетного Контроля в муках примут непростое решение. Пора, мол, уничтожить опасный разум на одной отдельно взятой планете. Кстати, опасный разум – это мы с тобой. И – ПУХ!.. Нет жизни на Марсе! И «Сникерсов» тоже нет. И вообще ничего нет… Так что, надо решаться, пионэр. Тем более – все из-за тебя же и началось.
– Ага! Выходит, я виноват, что меня чуть не убили и не пустили на органы?!
– Ты, конечно, не виноват, – Петр Павлович солидно закурил трофейную сигарету. – Это уникальное совпадение физических и биохимических факторов, уничтоживших «выключатель». Но мы теперь имеем то, что нас вот-вот отымеют.
Максимыч сдавленно матюкнулся. Люда неуверенно улыбнулась. Урчание в моем брюхе усилилось. Не хо-чу!!! Прилетят зеленые человечки или не прилетят, это еще хрен знает. А махаться с титанами надо уже вот-вот. От одного воспоминания об этих уродах в дрожь бросает!
– Палыч, а может, ничего и не будет?
– Дважды уже было. На других планетах. Обычно, если титаны не справляются, проходит меньше суток, и появляется Флот. И сейчас так будет…
Старый бог сидит и безмятежно прихлебывает кофе. И советует так, будто все знает наперед:
– Да ты сам через вероятности глянь.
Глянь-то оно глянь. Только жутковато. И тяжело с непривычки. Однако попробовать стоит. А вдруг… Закрываем глаза. Ищем белые нити. Тянемся… Оп-па!.. Хитрые переплетения вероятных вариантов скручиваются в толстенные канаты. Потом они заполняют все поле зрения. И, наконец, получается очень четкая и реальная картинка. Понятная даже начинающему богу-То есть мне. Других альтернатив попросту нет. Ма-ма. По-любому выходит полный кошмар. Если я отказываюсь, Палыч идет один. Титаны его мочат и мне – кранты. Или он мочит титанов. Тогда…
Вокруг нашего голубого шарика возникают из пространства черные кораблики. Как мошки над лампой. От них идет волна направленной гравитации. Доходит до границы атмосферы… До Питера… До моей улицы… дома… БАЦ! И одна пыль… Даже без взрыва. В последнем кадре картины мелькает Люда. Ее лицо внезапно взрывается. Брызги глазных яблок смешиваются с мелкой крошкой взорвавшегося мозга… И осталось от человечества одно ровное поле. Серенькое, с зеленоватыми вкраплениями.
– Девитализация завершена, – докладывает где-то в глубине моего пророчества механический голос.
Черные кораблики исчезли в темноте открытого космоса. Никаких тебе эффектных вспышек. Никакого тебе времени на размышления и героическую борьбу. Раз и готово! Нет человечества… Я вывалился из грядущего ужаса и вздохнул. При таких раскладах сачкануть не получится.
– А ты точно успеешь, если я помогу?
Сам спросил и сам же испугался ответа. Эту линию вероятностей я пока посмотреть не успел. И так в мешанине странных картинок разобраться тяжело. Палыч деловито докурил, сделал последний глоток кофе и проворчал:
– Сам глянь.
Фигушки! Уж лучше поверить на слово!
– Ладно, замяли. Я согласен.
Бородатый бог кивает, словно и не сомневался в ответе.
– Перейдем к деталям. Мне нужен купол. Чем больше, тем лучше.
– Зачем?
– Сначала рассеять КШТРЫ. Чтобы подольше не засекли. Потом концентрировать одним пучком вверх. Чтобы быстрее дошло. На рассеянное поле они выйдут где-нибудь через час. Ну, не больше, чем через два. Вот тогда ты их и встретишь.
– И они меня заколбасят! Причем за минуту. Видал я, как они машутся!
Палыч укоризненно покачал головой.
– Ты не въехал. Ни ты на них, ни они на тебя КШТРЫ подействовать не могут. И наоборот. Тут кто круче дерется, тот и победил. А я тебе вложу все, что умею. И, можешь поверить, умею я до хрена! Плюс, перекачаю в тебя своей силы. Их, конечно, больше. И о и тоже не фантики. Но продержаться сможешь долго.
Вот и сбылись мечты идиота! Хабак! И я – самый крутой боец в мире. Даже тренироваться не нужно. Хабак!. И в моих руках судьба человечества, Мортал-комбат прямо какой-то… Обосраться можно! Я же не просил! Одно дело, мечтать о такой хрени, пока ненаступило половое созревание. А другое – добровольно подставить собственную башку, чтобы ее оторвали.
Ангел по имени Люда коснулся моего плеча и шепнул:
– Я боюсь! Может, можно как-то по-другому?
А я не боюсь?! Только иначе никак не выходит. Хотя поторговаться напоследок стоит…
– А если я этих гадов укокошу? Какой герою положен приз?
– Не укокошишь, – грустно буркнул Палыч. – Их можно только сжечь. У них – режим регенерации.
– А у меня?
– И у тебя. Но их трое. Пока сжигаешь одного, двое успевают восстановиться. Даже из полного хлама. А тебя можно отрубить до потери сознания и спалить, пока ты в отключке. Уяснил?
Мда-а… Что тут неясного. Остается только мрачно кивнуть. И тут подал голос Максимыч.
– Слышь, Всевышний, я с пацаном пойду!
Бог иронично хмыкнул:
– Ты, Борис, в божий промысел не суйся. Смертным в наших разборках делать нехрен. Субординация…
Но Максимыча так просто не заткнешь. На него авторитетом давить бесполезно. Сразу налился кровью и перешел на крик:
– Хорош лапшу вешать! Давай, производи меня в какие-нибудь апостолы! Не отсиживаться же мне в тылу, когда ребенок попрет на танки с голой жопой?!
Ну, насчет ребенка он зря… Однако свое мнение я высказать не успел. Палыч уже кивает, не реагируя на красноречивую мимику Максимыча:
– Именно, отсиживаться! Сидеть тихо и беречь дочку. Она только жить начала, а ты ее хочешь сразу сиротой сделать?
– Разберемся! – Кандидат в апостолы фиг уймется…
Но диспут уже закончился. Потому что бог произнес формулу абсолютного подчинения:
– ЧБРТОВНКР ОРПНДЛЗ!
Прикольно! Смертные моментально остекленели взглядами. Максимыч осекся и послушно склонил голову. Потом они с дочкой медленно улеглись на диван и застыли, безучастно глядя в потолок.
– Время неподвижности – сутки. Если мы не вернемся – начинаете предпринимать самостоятельные действия.
Век живи, век учись. На КШТРЫ Палыч формулирует четко. Сказал и демонстративно отвернулся, как бы показывая, что решения не изменит.
Ну, я-то спорить с ним не собираюсь. Пусть ангел переждет в безопасности. Вот только взгляну на нее последний раз. Потому как распирает меня изнутри что-то нежное и восторженное. Клянусь – последний разочек! Все равно жить мне осталось с гулькин… клюв. Так хоть полюбуюсь напоследок… И в этот момент ангел мне подмигнул! С ехидной такой улыбочкой… Будто и не лежала девочка Люда с покорно прикрытыми по приказу бога веками…
Ни фига себе! От неожиданности хочется протереть глаза. Оп! А улыбка уже исчезла без следа. Показалось? Не может быть! Или может?.. После формулы подчинения смертные даже шевелиться способны только по приказу. Не то что подмигивать, насмехаясь над богами. Точно – ведьма!.. Однако с Палычем надолго не задумаешься. Сразу выведет из оторопи.
– Слышь, пионэр, давай готовиться. Сейчас мы в тебя зарядим всякую муру. Будешь у нас круче вареного яйца…
Прохладная ладонь бога на моем затылке. Его тихий голос у меня в ушах… Бум! И в башке закрутился какой-то хоровод. Мышцы по всему телу скрутило судорогой. Потом мне под череп хлынул поток информации. Телки-метелки! Тысячи способов убивать толпой полезли в каждый закоулок моих бедных извилин. Потом весь организм дрогнул, наливаясь тугой звериной силой… И все закончилось.
– Как дела, терминатор?
Палыч по-прежнему стоит у меня за спиной. Не глядя, махнем пяткой назад.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов