А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Рекомендуется использование систем жизнеобеспечения.
Рис понял слово "угрожает". Но что означало остальное? Что такое системы жизнеобеспечения?
- Крот, что мы должны делать?
Но Крот не ответил, он спокойно продолжал разгружать короб.
Рис смотрел на него, лихорадочно соображая. События последних нескольких смен начали складываться в его мозгу, как элементы головоломки.
Мир был жесток к людям. Взрыв это доказал. И сейчас, если Рис правильно понял слова Крота, ему казалось, что краснота неба предвещает гибель, что сама Туманность, как гигантская лампа, предупреждает об опасности.
Вернулось ощущение, которое давило сильнее, чем притяжение остывшей звезды. Как быть? Кто согласится выслушать его? Он - всего лишь неразумный подросток, а все его страхи основаны на предположениях, смутных и неясных.
Интересно, когда придет конец, он все еще будет подростком?
В мозгу замелькали апокалипсические сцены: он представил себе угасающие звезды, исчезающие облака и воздух, окислившийся, не насыщающий легкие.
Пора подниматься на поверхность, потом надо вернуться на Пояс и что-то придумать. Во всем этом мире было только одно место, где он мог бы найти помощь.
Плот. Рис должен каким-то образом попасть на Плот.
Полный ощущения новой цели, смутной, но влекущей, он развернул кресло и направился к выходу.
2
Дерево было похоже на огромное колесо из ствола и кроны, футов пятидесяти в диаметре. Замедляя свое вращение, оно нехотя входило в гравитационное поле мертвой звезды.
Пилот Паллис, висел под деревом, ухватившись за шероховатый ствол. За спиной у него были ядро звезды и Пояс. Он критически разглядывал сквозь крону неровный слой дыма, висевший над верхними ветвями. Дым нигде не был достаточно плотен, туг и там сквозь него виднелись звезды. Паллис дотянулся до ближайшей ветви и почувствовал, как неуверенно трепещут тонкие листья. Даже здесь, у основания ветвей, можно было ощутить беспокойство дерева. На растение воздействовали два фактора. С одной стороны, оно стремилось покинуть смертельно опасное гравитационное поле звезды, а с другой - вырваться из дыма, толкавшего его к источнику гравитации. Искусный деревянщик должен сбалансировать влияние этих факторов и заставить дерево неподвижно зависнуть в заранее заданной точке пространства.
Внезапно ветви с новой силой рассекли воздух, и дерево подпрыгнуло на добрый фут. Паллис едва не свалился. С дерева сорвалась стая летяг. Крошечные создания, похожие на колесики, жужжа, закружились вокруг пилота, пытаясь вновь отыскать уютное местечко в густой листве материнского дерева.
Черт бы побрал этого парня!
Сердито раздвигая ветви, Паллис поднялся на верхнюю сторону дерева. В нескольких футах над его головой висело рваное покрывало из дыма и пара. Скоро Паллис обнаружил, что почти в половине прикрепленных к ветвям огненных чаш совсем не осталось сырых поленьев.
А его так называемого помощника, Говера, нигде не было видно. Погрузив ноги в листву, Паллис выпрямился во весь рост. Пятидесяти тысяч смен от роду, по меркам Туманности Паллис был стар, но его живот все еще был плоским и твердым, как ствол одного из деревьев его любимой флотилии, и многие еще пугались при виде краснеющих в моменты гнева шрамов, покрывавших его лицо и руки.
А сейчас был именно такой момент.
- Говер! Во имя Костей, чем ты должен заниматься?
Над чащей у самого края дерева показалось худое симпатичное лицо. Говер выбрался из листвы и быстро пошел по стволу, неся на худой спине какую-то поклажу.
Паллис стоял, скрестив руки с рельефно выступающими бицепсами.
- Говер, - сказал он тихо. - Я еще раз спрашиваю. Чем ты должен заниматься?
Говер вытер лицо ладонью и пробормотал:
- Я закончил.
Паллис наклонился к нему. Говер избегал смотреть пилоту в глаза.
- Ты закончишь, когда я скажу. И не раньше.
Говер промолчал.
- Послушай, - Паллис постучал пальцем по его ноше. - Половина твоего запаса топлива все еще у тебя за спиной. Огонь гаснет. И взгляни, в каком состоянии дымовой экран. В нем больше дыр, чем на твоей одежде. Из-за тебя мое дерево не может понять, прибываем мы или отходим. Ты чувствуешь, как оно дрожит? А теперь послушай, Говер. До тебя мне нет никакого дела, но до моего дерева - есть! Расстроишь его еще раз - я тебя отсюда сброшу. Тебе здорово повезет, если ты достанешься на обед Костяшкам. А я как-нибудь доберусь до Плота один. Понятно?
Говер висел перед ним, молча теребя пальцами полу своей потрепанной куртки. Паллис выдержал паузу, затем прошипел:
- Давай, пошевеливайся.
Говер суматошно подтянулся к ближайшей чаше и принялся выгружать топливо из заплечного мешка. Вскоре поднялись свежие клубы дыма, которые должны были залатать дырявую завесу. Дерево перестало дрожать.
Паллис, с трудом сдерживая раздражение, следил за неуклюжими действиями подростка. Конечно, это не первый нерадивый помощник на его памяти, но у остальных хотя бы было желание научиться. Просто попытаться научиться. И постепенно, усердно трудясь, эти мальчишки и девчонки превращались во взрослых людей, отвечающих за свои поступки. Их ум креп вместе с телом.
Но только не эти Не новое поколение.
Паллис совершал вместе с Говером уже третий полет, а тот оставался все таким же угрюмым и всему противящимся, каким был, когда впервые оказался на дереве. Паллис был только рад вернуть Говера в Науку.
Пилот с беспокойством посмотрел на красное небо, на россыпь падающих на Ядро звезд, исчезающих вдали и внизу, в мрачно-багровых глубинах Туманности. А что, если его недовольство теперешней молодежью только признак старости?.. Или люди действительно изменились?
В том, что окружающий мир изменился, не оставалось никаких сомнений. Бодрящая голубизна неба, свежие ветры его юности теперь стали лишь воспоминаниями, теперь воздух был дымным и загрязненным. И, кажется, вместе с ним помутился и человеческий разум.
Кроме того, дереву этот воздух определенно не нравился.
Паллис, вздохнув, постарался отогнать от себя мрачные мысли. Звезды падают вне зависимости от цвета неба. Жизнь продолжается, и у него есть чем заняться.
Слабые колебания - пилот ощущал их подошвами босых ног сигнализировали о том, что дерево повисло почти неподвижно в слабом гравитационном поле звездного ядра. Говер бесшумно передвигался от одной огненной чаши к другой. Черт побери, ведь может же этот парень работать, если его заставить! Последнее раздражало больше всего.
- Послушай, Говер, я хочу, чтобы ты поддерживал экран, пока меня не будет на дереве. И учти: Пояс невелик, и если ты будешь лентяйничать, я об этом узнаю. Ты понял меня?
Не глядя на пилота, Говер согласно кивнул.
Паллис нырнул в листву, и мысли его переключились на предстоящие трудные переговоры.
Смена Риса закончилась, и юноша устало проскользнул в дверь плавильни.
Прохладный ветерок осушил потный лоб. Подтягиваясь по канатам и крышам домой. Рис с интересом изучал свои руки. Когда один из рабочих уронил ковш с расплавленным металлом. Рис с трудом увернулся от потока раскаленной жидкости, но несколько мелких капель попали на кожу и прожгли в ней мелкие дырочки, которые...
На Пояс упала гигантская тень. Ветер ударил в спину. Рис оглянулся и застыл в изумлении.
На темно-красном фоне неба дерево казалось величественным. Дюжина радиальных ветвей, окутанных покровом листвы, колыхалась спокойно и уверенно, а ствол походил на огромный деревянный череп, вглядывающийся в глубины воздушного океана.
Вот она, возможность ускользнуть с Пояса!..
Грузовые деревья были единственным известным средством передвижения между Поясом и Плотом, и после взрыва плавильни Рис с нетерпением ждал прибытия следующего дерева, чтобы тайком пробраться туда. Он начал запасать еду - собрал узелок с сушеным псевдомясом, заполнил водой сосуды. Порой, лежа в своей хижине, он не мог уснуть. Лоб покрывался холодной испариной. Юноша думал, хватит ли у него смелости сделать решающий шаг.
Ну что ж, момент настал. Пристально глядя на летающее дерево. Рис попытался разобраться в охвативших его чувствах. Он понимал, что не герой, и боялся, что страх лишит его способности к действию. Но в эту минуту Рис не испытывал страха. Даже легкая боль от ожогов исчезла. Риса охватило радостное возбуждение - будущее было открыто перед ним, и он надеялся найти свое место в жизни.
Рис поспешно вернулся в хижину, взял давно приготовленный сверток с продовольствием и выбрался наружу.
С дерева уже свисала веревка. Она тянулась на пятьдесят метров к Поясу и задевала проносившиеся мимо хижины. По веревке уверенно спускался какой-то человек. Он был стар, мускулист, весь испещрен шрамами и казался частью своего дерева. Не обращая внимания на уставившегося на него Риса, старик не раздумывая пересек по воздуху расстояние до ближайшей хижины и двинулся дальше вдоль Пояса.
Рис держался одной рукой за стену хижины. Конец веревки неумолимо приближался. Когда веревка оказалась в футе от Риса, юноша ухватился за нее и без колебаний полез вверх.
Как всегда во время пересменки, заведение Квотермастера было переполнено. Паллис поджидал снаружи, глядя на вращающиеся вокруг ядра хижины. Наконец показалась Шин. Она несла два сосуда с питьем.
Чтобы хоть как-то уединиться, они продвинулись на некоторое расстояние вдоль трубы и молча подняли сосуды. Их глаза на мгновение встретились. Паллис в смущении отвернулся - и от этого почувствовал себя еще более неловко.
Кость побери все! Что было, то прошло.
Стараясь не морщиться, пилот глотнул жидкость.
- Кажется, пойло стало получше, - прервал он молчание.
Брови Шин слегка приподнялись.
- К сожалению, ничего лучшего у нас нет Твой вкус, конечно, слишком утончен для этого.
Паллис вздохнул.
- Черт возьми. Шин, давай не будем ссориться. Да, на Плоту есть машина для напитков. И то, что из нее выходит, гораздо лучше на вкус, чем эта регенерированная моча. Все это знают. Но ваше пойло действительно стало чуть лучше, чем раньше. Не будем об этом. Давай лучше перейдем к делу.
Шин безразлично пожала плечами и отхлебнула жидкости. Пилот смотрел на ореол звездного света, сияющий в ее волосах. Его вновь потянуло к ней. Нет, пора ему кончать с этим. Прошло уже, наверное, тысяч пять смен с тех пор, как они спали вместе, тесно прижавшись друг к другу...
Это произошло лишь однажды, просто их потянуло соединиться. К Костям все это, нужно заниматься делом! Собственно говоря, Паллис подозревал, что рудокопы специально направляют Шин на переговоры с ним, поскольку знают, как она действует на него. Ставки растут. И играть все труднее...
Паллис постарался сосредоточиться на словах Шин.
- ...Поэтому производство упало. Мы не можем дать полный груз. Горд сказал, что плавильня заработает не раньше чем через пятьдесят смен. Вот такие дела.
Шин замолчала и вызывающе взглянула на пилота. Паллис оторвал взгляд от ее лица и посмотрел на Пояс. Разрушенная плавильня, как рана, зияла посреди цепочки хижин. На мгновение он представил себе, что творилось там во время аварии - лопающиеся стены, выливающийся из ковшей раскаленный металл...
Паллис содрогнулся.
- Мне очень жаль. Шин, - медленно сказал он. - Действительно жаль. Но...
- Но ты не собираешься оставить в уплату все, что привез, - сказала она угрюмо.
- Не я устанавливаю правила. Мое дерево полностью загружено припасами, и я готов отдать вам все, за что смогу получить железом по установленным ценам.
Сосредоточенно рассматривая сосуд с жидкостью, Шин прошипела сквозь зубы:
- Паллис, я ненавижу выпрашивать. Ты даже не представляешь себе, как я ненавижу. Но нам позарез нужны припасы. Из кранов текут почти нечистоты, на Поясе есть умирающие и больные...
Полис залпом осушил сосуд.
- Оставь это, Шин, - сказал он резче, чем ему хотелось бы.
Шин подняла голову и посмотрела на него сузившимися глазами.
- Вам нужен наш металл. Человек с Плота. Не забывай.
Паллис глубоко вздохнул.
- Шин, у нас есть еще один источник. Ты это знаешь. Древняя Команда обнаружила две остывших звезды, обращающихся вокруг Ядра по устойчивым круговым орбитам...
Она тихо рассмеялась.
- А ты забыл, что твой хваленый рудник не даст больше продукции? Правильно, Паллис? Мы не знаем, что там произошло, но по крайней мере это нам известно. Так что не будем морочить друг другу головы.
Паллису стало стыдно, он почувствовал, что краснеет, и знал, что шрамы сеткой выступили на его лице. "Итак, они все знают. По крайней мере, - мрачно подумал он, - мы успели эвакуировать второй рудник Туманности, когда звезда подошла слишком близко к Ядру. Хотя бы тут достойно показали себя. Впрочем, недостаточно достойно, чтобы не лгать о наболевшем с целью получить преимущество перед этими людьми..."
- Шин, этот разговор ни к чему не приведет. Я делаю свою работу, и от меня ничего не зависит. - Паллис отдал ей пустую посуду. - У вас есть одна смена, чтобы решить, примете вы мои условия или нет. Потом я улетаю. И послушай, Шин. Пойми одно. Нам переплавить железный лом гораздо легче, чем вам регенерировать пищу и воду.
Шин бесстрастно взглянула на него.
- Пропади ты пропадом. Человек с Плота.
Паллис почувствовал, как у него опустились плечи, повернулся и поспешил к ближайшей стене, с которой мог перепрыгнуть на свисавшую с дерева веревку.
Наверх карабкалась группа рудокопов с привязанными за спинами железными брусками. Под наблюдением пилота бруски равномерно крепились по краю дерева. На Пояс рудокопы возвращались груженные пищей и водой.
Рис наблюдал за ними из укрытия в листве и никак не мог понять, почему так много припасов остается на дереве. Он прижался к толстой, в полфута, ветви, стараясь одновременно не порезать ладони об острый, как лезвие, передний край и получше укрыться под слоем листвы. Рис не знал, сколько прошло времени, но погрузка дерева должна была продлиться несколько смен. Юноша не мог уснуть. Его отсутствие на работе пройдет незамеченным по крайней мере в течение двух смен. "Потом, - подумал он с внезапной грустью, - пройдет еще некоторое время, пока кто-нибудь настолько обеспокоится, что меня начнут искать".
Что ж, он оставляет Пояс без сожаления. Какие бы опасности ни ждали его в дальнейшем, по крайней мере это будут новые опасности.
Собственно говоря, перед Рисом стояли две проблемы. Голод и жажда...
Беда настигла юношу сразу после того, как он нашел это убежище в гуще листвы. Рабочий с Пояса споткнулся о маленький узелок с припасами. Решив, что он принадлежит члену команды с презираемого Плота, рудокоп разделил продукты с товарищами. Рис понимал, что он счастливо избежал разоблачения, но теперь подкрепиться было нечем. Его желудок сразу же начал протестовать.
Но вот наконец погрузка завершилась, и, когда дерево тронулось. Рис забыл даже о жажде.
После того, как последний рудокоп добрался до Пояса, Паллис смотал веревку и повесил на прикрепленный к стволу крюк. Итак, визит завершился. Шин больше не разговаривала с ним, и пилот несколько смен терпеливо сносил угрюмое молчание незнакомых ему людей. Паллис покачал головой и вернулся мыслями к предстоящему перелету.
- Давай, Говер, трогай! Я хочу, чтобы ты перенес чаши на нижнюю сторону, наполнил их и поджег прежде, чем я смотаю веревку в кольца. Или хочешь подождать следующего дерева?
Говер довольно проворно приступил к работе, и вскоре под деревом расползлось облако дыма, закрывшее Пояс и находящиеся по ту сторону звезды.
Паллис стоял возле ствола, чувствуя ладонями и подошвами пробуждающуюся жизненную силу дерева. Он словно понимал мысли огромного организма, его реакцию на расползающуюся темноту. Ствол загудел, ветви ударили по воздуху, листва задрожала и зашелестела. Вспугнутые движением воздуха, из кроны поднялись летяги. Наконец одним рывком гигантская вращающаяся платформа отчалила от мертвой звезды. Пояс со всеми его бедами уменьшился, медленно растворяясь в Туманности, и Паллис, прижавшись руками и ногами к летающему растению, почувствовал себя в родной стихии.
Смены полторы он прерывал в хорошем настроении. Затем прошелся по деревянной платформе, с подозрением наблюдая за безмолвно скользящими звездами. Полет вроде шел нормально, ничего такого, что могло бы нарушить сновидения Говера, но для опытного пилота Паллиса он сейчас был равносилен полету на летяге в бурю. Паллис приложил ухо к стволу и услышал жужжание в вакуумной камере, как будто дерево пыталось сбалансировать свое вращение.
Похоже было на то, что груз размещен неравномерно... но это невероятно. Паллис лично следил за размещением груза с тем, чтобы обеспечить равномерное распределение масс по краю ствола. И для него не заметить такую большую неравномерность было все равно как забыть дышать.
Тогда в чем же дело?
Паллис оттолкнулся от ствола и стал методично проверять каждый железный брусок и каждую бочку с водой, мысленно строя в мозгу схему загрузки дерева...
Вдруг он остановился. Один из бочонков с продовольствием был пробит в двух местах, и половина содержимого исчезла. Пилот торопливо проверил ближайший бочонок с водой. Тот тоже был пробит и опустошен.
Паллис почувствовал, что у него пересохло горло.
- Говер! Говер, иди-ка сюда!
Подросток медленно приблизился. Гримаса страха исказила его худое лицо.
Паллис стоял неподвижно, пока Говер не подошел на расстояние вытянутой руки. Тогда пилот ухватил ученика за плечо. Тот в недоумении открыл рот и попытался вывернуться, но не смог. Паллис указал на попорченные бочонки.
- Что ты об этом скажешь?
Говер посмотрел на них с неподдельным изумлением.
- Но это не я, пилот. Я же не такой дурак, а-а!
Паллис посильнее стиснул его плечо.
- Думаешь, я не отдал эту еду рудокопам для того, чтобы ты отъел свою никому ненужную рожу? Ты, маленький костоед, мне хочется выкинуть тебя отсюда. Но когда я вернусь на Плот, все узнают о том, что ты просто лживый, вороватый... маленький!.
Туг Паллис умолк, с удивлением чувствуя, как утихает его гнев.
Что-то тут было не так. Массы взятой из бочонков провизии было недостаточно, чтобы вызвать такое нарушение баланса. Что же касается Говера - да, он и в прошлом показал себя вором, лжецом и даже кое-чем похуже, но парень был прав - он не так глуп, чтобы сделать подобное.
Паллис нехотя отпустил подростка. Теперь Говер тер плечо и с обидой смотрел на пилота. Паллис потрепал его по щеке.
- Ладно, если ты не брал, то кто это сделал? А? Клянусь Костями, у нас на дереве "заяц"!
Пилот быстро опустился на четвереньки, прижался к стволу, закрыл глаза и прислушался к слабым содроганиям древесины. Если дисбаланс не на краю, то тогда где?..
Внезапно он встал и почти бегом прошел по краю с четверть окружности. Потом несколько секунд постоял, обхватив руками ветку, и уже медленнее двинулся к середине. На полпути он увидел следующее.
В листве было небольшое гнездо. Среди листвы виднелись: участки выгоревшей одежды, клок черных волос и плавающая в невесомости рука. Насколько мог судить Паллис, рука принадлежала мальчику или подростку, но сильно огрубела, и на коже виднелась россыпь маленьких ранок.
Паллис выпрямился во весь рост.
- Ученик, вот где наша неучтенная масса. Доброй вам смены, сэр! Не желаете ли позавтракать?
Гнездо словно взорвалось. Испуганно вспорхнула стайка летяг, и наконец перед Паллисом предстал перепуганный парнишка с заспанными глазами и открытым от неожиданности ртом.
Говер с опаской подошел к Паллису.
- Клянусь Костями, да это рудничная крыса!
Паллис перевел взгляд с одного парня на другого. Они казались почти ровесниками, но если Говер был хорошо откормлен и плохо развит физически, то ребра "зайца" наводили на мысль об анатомической модели, а мышцы были как у взрослого мужчины. Руки носили следы долговременной тяжелой работы, под глазами круги. Паллис вспомнил искореженную взрывом плавильню и подумал, сколько ужасов успел повидать этот юный рудокоп. Теперь юноша вызывающе выпрямил грудь и сжал кулаки.
Говер сложил руки на груди и с ухмылкой спросил:
- Что мы с ним сделаем, пилот? Бросим на съедение Костяшкам?
Повернувшись к помощнику, Паллис прорычал:
- Говер, на тебя иногда противно смотреть.
Говер отступил.
- Но...
- Ты уже очистил огненные чаши? Нет? Тогда займись этим. Живо!
Бросив последний злобный взгляд на "зайца", Говер неуклюже удалился.
"Заяц" с некоторым облегчением посмотрел ему вслед, потом снова повернулся к Паллису.
Гнев пилота мгновенно улетучился. Он успокаивающе поднял, руки.
- Не обращай внимания. Я не обижу тебя... И не надо бояться этого лентяя. Как тебя зовут?
Юноша открыл рот, но в первое мгновение не смог произнести ни звука, потом, облизав потрескавшиеся губы, выдавил:
- Рис.
- Отлично. Мое имя Паллис. Я пилот этого дерева. Ты знаешь, что это значит?
- Да... знаю.
- Клянусь Костями, да ты хочешь пить, правда? Неудивительно, что ты украл воду. Это ведь ты, не так ли? И еду тоже?
Юноша нерешительно кивнул.
- Извините. Я заплачу вам...
- Когда? После возвращения на Пояс?
Рис покачал головой, его глаза сверкнули.
- Нет. Я не собираюсь возвращаться.
Паллис сжал кулаки и подбоченился.
- Послушай меня. Ты должен будешь вернуться. Тебе разрешат остаться на Плоту до следующего дерева, и придется вернуться. И я думаю, ты должен будешь отработать свой проезд. Понятно?
Рис снова покачал головой. Лицо его выражало решимость.
Паллис рассматривал юного рудокопа и чувствовал, как в нем нарастает неожиданная симпатия к нему.
- Ты все еще голоден, не так ли? И хочешь пить. Пойдем. Мы с Говером храним свои припасы на стволе.
Паллис повел "зайца" по дереву, наблюдая украдкой, как тот неуверенно ступает по платформе. Вот он поискал точку опоры, затем погрузил ноги в листву, что позволило ему "стоять" на дереве. Контраст с неуклюжим ковылянием Говера был разительным. Паллис поймал себя на том, что прикидывает, какой деревянщик получился бы из "зайца"!..
Пройдя футов десять, они вспугнули стайку летяг. Крошечные создания закружились вокруг лица Риса, и он, пораженный, отступил назад. Паллис засмеялся.
- Не бойся. Летяги безобидны. Это просто семена, из которых вырастают деревья...
Рис кивнул.
- Я так и подумал.
Паллис удивленно поднял брови.
- Действительно?
- Да. Видно, что форма такая же, разница только в размерах.
Паллис молча и с удивлением воспринял серьезный тон юнца.
Они подошли к стволу. Рис остановился перед высоким цилиндром и провел пальцами по шероховатой поверхности. Паллис спрятал улыбку.
- Приложи ухо к дереву. Давай.
Рис подчинился, удивленно посмотрев на пилота, но удивление тут же сменилось почти комичным выражением удовольствия.
- Это вращается внутренний ствол. Видишь ли, дерево живое, от ствола до листьев.
Глаза Риса широко распахнулись.
Теперь уже Паллис улыбнулся в открытую.
- Но я подозреваю, что если ты не поешь и не попьешь, то сам недолго будешь живым. Давай...
Позволив юноше поспать с четверть смены, Паллис дал ему работу.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов