А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


– Что случилось? – спросила она, вскочив с места.
– Да так, ничего, – пробормотала я.
Встав, девушка подошла ко мне и встала за спиной, изучая происходящее на экране.
– По-моему, это знаменитая речь Альварес, произнесенная на демонстрации в Сан-Диего.
Я не знала ничего об этом событии, для меня было достаточно уже то, что передо мной на экране живая Марлена. Немного расплывчатое, слегка искаженное изображение то появлялось, то вновь пропадало, однако это ничуть не омрачало радость от созерцания моего кумира. Как ни странно, она выглядела маленькой и неуклюжей рядом со стоявшим рядом высокомерным мужчиной в темном костюме. Почему-то я представляла ее совсем другой. Я даже когда-то считала, что у нее, наверное, должен светиться нимб над головой, и представляла, как сияет ее аура. Наивные мысли, но меня с детства приучили боготворить Марлену. Однако ее вид меня шокировал: не знай я, что передо мной действительно Альварес, то никогда бы в жизни не подумала, что эта с виду обыкновенная женщина является лидером всемирного движения. Оказывается, она самая обыкновенная женщина, одна из тех, кого можно встретить каждый день в общественном транспорте, в цехе на заводе, на улице по дороге домой с работы. Седеющие волосы стянуты в хвост, крупные черты лица, маленькие карие глаза за большими очками, дешевое платье и растоптанные босоножки. Нет, совсем не так я представляла своего кумира в жизни. Я даже не знала, что Альварес носила очки. Странно, на фотографиях она выглядит совсем по-другому.
– Ты ведь знакома с ними, да? – спросила Флоренс, очевидно, вспомнив историю, которую я сочинила, чтобы объяснить свое появление в Нижнем Сиднее.
– Альварес – известная личность! – ответила я.
Оператор вновь принялся снимать Альварес, которая стояла на краю арены стадиона, окруженная морем людей. Ее голос тонко зазвучал из встроенного в компьютер микрофона:
– Почему я здесь? Я пришла по вашим многочисленным просьбам, чтобы поговорить о вещах, происходящих в моей стране. Думаю, вы и так все знаете. Так зачем тогда вам нужны мои слова? Помните: у вас всегда есть выбор. Можете жить по-прежнему или наоборот – попытаться что-то изменить, выступив в поддержку слабых и беззащитных, которые не в состоянии постоять за себя.
Я не отрываясь смотрела на экран. Сзади послышался голос Флоренс:
– Жаль все-таки, что ее не стало!
Грустно покачав головой, девушка вернулась за стол и вновь продолжила работу, заклеивая почтовые конверты дешевым клеем, который сохнул часами.
– Я хочу сказать, что совесть – достойный стержень вашей жизни, но не позволяйте себе останавливаться на этом. Многие из вас послушают мою речь, а потом разойдутся по домам и, вероятно, забудут мои слова. А если кто-то задумается над ними, то лишь на миг, а затем вернется в прежнюю жизнь. Люди действительно не верят в свои силы, предпочитая плыть по волнам и ничего не предпринимать для изменений в устоявшемся положении вещей. А ведь такая жизнь их не устраивает. Даже самая маленькая попытка уже способна дать результаты, надо только иметь желание внести изменения. Тогда ваши действия обязательно принесут плоды, – продолжала с экрана Альварес.
Сняв очки, женщина улыбнулась и сделала паузу. Улыбка сразу преобразила ее лицо, в нем появилась женственность.
– Начните менять свою жизнь уже с завтрашнего дня и продолжайте дальше! – звенел голос Марлены.
Речь Альварес была именно такой, как описывал ее наш исторический архив, однако меня удивило и взволновало то, что реальная жизнь не имела и тени подробностей, о которых упоминала моя прабабушка. Звучали другие, гораздо менее чарующие истории: о том, как Альварес действительно остановила работы по установлению плотины, однако лишь благодаря своим связям в иностранных средствах массовой информации. Она поддержала иностранные СМИ, а они в ответ рассказали всему миру о дамбе. За последние месяцы я узнала, что все обстояло совсем не так идеально, как мне преподносили в детстве. Нет, добрых фей не бывает. Глупо верить в исключения!..
Меня также удивила новая интерпретация знаменитой истории про вакцины.
После того как Грейс и Уилл ушли к Левину, я тщательно перебрала тонкие бумаги. Среди них были собраны интервью, статьи и заметки, сводки газетных новостей, устаревшая и самая свежая информация. Среди прочих бумаг лежал и журнал «Тайм», изданный в день первой годовщины смерти Марлены. Я случайно нашла его в одном из мусорных баков, когда искала провода. В этом плане мне действительно повезло, потому что люди обычно бережно собирали макулатуру и сдавали ее в специальные пункты по переработке бумажных отходов, чтобы получить хотя бы малые деньги.
Внезапно мое внимание привлекло одно интервью, которое я когда-то скачала из глобальной информационной сети. В газетной распечатке сообщалось об отказе Альварес сотрудничать с новым союзным правительством, пришедшим к власти в 2016 году. Отказ был продиктован жестокостью нового режима. Власти преследовали полицию, которая десятилетиями терроризировала жителей того региона и даже казнила нескольких бывших высокопоставленных лиц без суда и следствия. Марлена считала месть неприемлемой и отвергала такое «правосудие». Общество не должно строиться на насилии, и убийства, по ее словам, не могли оправдываться никакими благородными целями.
Я разгладила рукой смятый листок. Под зернистой фотографией лидера движения «Земля-Юг» значился текст: «Вы должны быть гибкими. Всегда могут произойти непредвиденные события!»
Да уж!.. Например, прибытие инопланетян на Землю, подумала я.
На ум пришли другие слова Альварес: «Не сопротивляйтесь добру, лучше сделайте что-нибудь для его преувеличения. Мудрость – это умение предугадывать правильное направление».
Аккуратно сложив бумаги в пачку, я положила их в матерчатую сумку, с которой обычно ходила за продуктами или на поиски полезных мелочей. На местных свалках в избытке имелось все то, что многие считали бесполезным.
Уже несколько недель я не собирала никакой информации об Альварес. На данный момент единственное, о чем я могла думать, – удачное завершение сборки телескопа и предстоящий контакт с инвиди. Постепенно я все больше понимала, что Альварес совсем не такая героическая женщина, какой я ее представляла. Она была обыкновенным, не слишком удачливым политиком, обладавшим острым чувством справедливости, которое со временем смягчилось желанием найти компромисс.
Несмотря на мои заблуждения относительно ее личности, светлый образ, который я себе придумала, помог мне в свое время выдержать тяжелое испытание – блокаду сэрасов, и за это я действительно благодарна судьбе. Несмотря на суровую правду, эта женщина вдохновила меня на многие поступки.
Я сняла брюки из грубой ткани и повесила их на спинку стула. Надо постирать их завтра: даже одежда в таком климате перестает быть свежей уже через несколько часов. Мысль о предстоящей стирке так же неприятна, как и сам процесс. На этот раз я повешу их сушиться в хижине: позавчера у меня вновь украли майку и нижнее белье, которое сушилось на дворике. Я не могу позволить себе новую одежду и не рискну больше вешать белье на улице.
Глава 4
Мне приснилось, будто я падаю на Землю. Бело-голубой шар постепенно приближается и увеличивается в размерах, затем превращается в изогнутую линию, горизонт и наконец полностью заполняет все поле зрения. Планета совсем не такая, как в моем веке. Облака не тронуты; среди них, словно огромные воздушные шары, плавают регуляторы атмосферы. На орбите не видно спутников и больших орбитальных станций, которые во время моего детства так мешали навигации. На синих просторах океана нет коричневых островков переработанных бурых водорослей. Небо и вода сливаются в единую голубую гамму. Никто не кричит мне по коммуникатору, что вход в атмосферу несанкционирован. Никакой внезапной атаки со стороны истребителей земного воздушного флота. Мой маленький корабль спокойно опускается все ниже и ниже.
Где-то за границами моего сна звучат надоедливые вопросы: почему меня не трясет и не бросает в обморок от жалобного воя систем безопасности корабля и шипящего звука горящей обшивки? Почему я не чувствую ужаса, не покрываюсь холодным потом и судорожно не повторяю законы вхождения в земную зону?
Сон лишь отдаленно напоминал то, что произошло в реальности. Небольшой летательный аппарат, на котором я переправилась с Луны на Землю, действительно разрушился, и в итоге я катапультировалась в спасательной капсуле. В ночной темноте я слегка ударилась о грунт и, пролетев еще немного, приземлилась в мягкую грязь. Однако сон есть сон: корабль стремительно падает навстречу голубому пространству. Я никак не могу исправить положение и вдруг подсознательно понимаю, что аппарат приспособлен для плавания в воде.
Вдруг Земля вновь начала удаляться от меня. Планета сжимается, проваливается в неведомую глубину, словно где-то в недрах коры образовалась черная дыра, и в итоге исчезает окончательно. Именно туда я продолжаю стремительно падать. Внезапно приходит осознание, что скоро совсем не смогу дышать. Ведь это же черная дыра! Легкие сдавливает невидимая тяжесть. Дышать, я не могу дышать…
Не могу…
В холодном поту я вскочила от кошмара, автоматически нащупывая под кроватью ингалятор. Нет, там его нет! Появилось ужасное ощущение: словно резко сократилось количество кислорода или порвался защитный костюм. Рот судорожно хватает воздух, которого нет. Только не паниковать! Не паниковать! Наконец пальцы нащупали ингалятор, и струя желанного воздуха поступила в легкие. Это помогло сразу же. Один глоток воздуха, другой, еще и еще. Слава Богу! Слава Богу!
Мокрая от пота, я неподвижно села на постели, ожидая, когда прекратится дрожь и исчезнет в груди неприятное чувство тяжести. Сон воскресил во мне старые воспоминания, я заново пережила посадку на Землю. В памяти промелькнули все подробности первых мгновений соприкосновения с Землей. Каждый раз, когда это происходило, мне открывались новые забытые подробности. В подсознании сидел один основной вопрос: в чем же была допущена ошибка?
Корабль, исследованием которого я занималась, «Калипсо-2», внезапно совершил переход во времени и оказался на расстоянии трех дней от Земли. Аппаратура XXII века вполне позволяла это сделать, однако такое путешествие отнюдь не входило в мои планы. Технологии инвиди предыдущего поколения еще несколько лет назад преодолевали такое расстояние не менее чем за год. Именно такой промежуток времени понадобился кораблю «Калипсо», чтобы пересечь звездное пространство и попасть на Иокасту в будущее. Однако усовершенствования, предпринимаемые цивилизациями «Четырех Миров», существенно продвинули вперед скорость перемещения в гиперпространстве.
Исходный корабль, «Калипсо», двигатель и аппаратуру которого я использовала для создания «Калипсо-2», покинул Землю в 2026 году. Члены экипажа собирались совершить полет к Альфе Центавра, и для того, чтобы попасть в точку, откуда я летела до Земли три дня, им понадобился целый год. По этой причине сначала я была уверена, что оказалась в 2027 году, а отнюдь не в 2023-м. Согласно информации, которую мы узнали от землян с «Калипсо», переход во времени был длиной 95 лет, с 2027-го до 2122 года.
«Калипсо-2» был достаточно хорошо оснащен и усовершенствован, бортовая аппаратура работала исправно. Поэтому после контрольной проверки основных систем корабля я попыталась совершить переход в гиперпространстве и затем вновь вернуться в свое время. Я считала, что с точностью повторила все необходимые манипуляции и, согласно подсчетам, должна была попасть в координаты достаточно близкие к Иокасте и оказаться в той самой точке, где появилась в 2122 году «Калипсо». Однако, как ни странно, я потерпела сокрушительное поражение. Все вышло абсолютно по-другому…
Прежде я никогда не совершала самостоятельных переходов в гиперпространстве, поэтому, вероятно, и допустила какую-то ошибку. Проверив все бортовые системы, я вновь повторила попытку, однако ничего не произошло, словно гиперпространства и вовсе не существовало. В тот момент я поняла всю серьезность своего положения.
Тело покрылось холодным потом. Проведя еще одну тщательную диагностику оборудования и механизмов, я не нашла никаких отклонений от нормы. Все системы корабля находились в полной исправности. Но сей положительный факт не менял реального положения вещей: я не могла совершить обратный переход во времени и вернуться домой. Поскольку «Калипсо-2» выполнял экспериментальный полет, то запасы топлива и продовольствия на борту были рассчитаны лишь на две недели. Я понимала, что, если в течение этого времени не смогу вернуться обратно, останется лишь два пути. Первый – отключить основные двигатели и направить сбереженную таким образом энергию на поддержание систем жизнеобеспечения летательного аппарата.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов