А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Я больше не желаю даже вспоминать о них. – Я взглянул на внимательно прислушивающегося к моим словам однорукого человека, которому я только что подарил всю власть над планетой. – Одна небольшая просьба: никогда больше не попадайся мне на глаза, Михаил. Прощай. И удачи тебе.
Я повернулся и пошел дальше, мгновенно затерявшись в белесой снежной круговерти.
ЭПИЛОГ
Топая по улице, я даже не пытался скрыть своего нетерпения, и это можно было понять. Еще бы. Ведь я шел домой.
Домой!
Ноги сами несли меня мимо таких знакомых и родных ларьков, скамеек и мусорных контейнеров. У одной из расположившихся на площади торговок я приобрел немного семечек и теперь оставлял за собой след из брошенной на тротуар шелухи. Я торопился домой, проходя мимо школы, мимо старенького здания городского рынка, мимо серых безликих пятиэтажек.
Я был почти счастлив. Впервые за последнее время я был бы счастлив, если бы не одно «но». Там, глубоко внутри, меня продолжал терзать червячок сомнения и страха.
Ольга. Как там Ольга?
И пусть Долышев перед смертью брякнул мне, что моя Оленька жива... Но ведь он мог и соврать!
Я невольно ускорял шаг, торопясь вернуться под родную крышу и обнять свою любимую жену, которую не видел вот уже почти четыре месяца.
Да. Цифра наводила на размышления. Вся эта заварушка началась в июле. Сейчас уже твердо ступал по земле ноябрь.
Может быть, Ольга уже «похоронила» меня?
Вот и наша родимая пятиэтажечка. Здесь, в третьем подъезде на четвертом этаже живем мы с Ольгой. Вернее, жили до того момента, как этот паразит Рогожкин со своими дружками не разнес нашу милую и уютную квартирку. Михаил тоже участвовал в этом весьма и весьма деятельно. И за это я ему уже сказал большое-пребольшое «спасибо».
Проклятущее Братство. Проклятущее кольцо вероятности. Проклятущий Роман Долышев, все это затеявший. Они погубили мою тихую и спокойную жизнь, швырнув меня в жестокий хаос своей бессмысленной разборки. Они... Они...
Забудь, Зуев. Все уже кончено. Братство погибло. Кольцо вероятности больше не будет отравлять твою жизнь. Долышев мертв. Все кончено.
Я торопливо вошел в подъезд, поздоровавшись с теткой Клавой, как всегда возившейся со своими внучатами. Насколько я понял, детишкам не терпелось с ног до головы вывозиться, забравшись в грязную дыру подвала и поиграть там во что-нибудь весьма завлекательное. Например, в прятки. И только беспримерные усилия бабушки удерживали их от этого необдуманного поступка.
– Здравствуйте, теть Клава...
Она подозрительно уставилась на меня и недоуменно моргнула. То ли не ожидала увидеть возвращающегося домой Антона Зуева, то ли не поняла, кто это с ней поздоровался. Не признала то есть. И верно. У меня самого в голове не укладывалось, как молодой сильный парень Антон Зуев всего за четыре месяца превратился в тощего пожилого мужика с холодным лицом убийцы и тронутыми сединой волосами. Слава Всевышнему, что не все еще так плохо. До того, как я снял кольца, было еще хуже. Тогда я был вообще стариком, хотя и сейчас на глаз мне можно было дать лет на пятнадцать больше, чем на самом деле.
Блин горелый. Может быть, Ольга и смотреть не захочет в сторону этого старикашки, в которого вдруг превратился ее муж?.. Нет. Нет, такого не может быть. Я же люблю ее!
Хорошо еще, что моя изувеченная кольцами левая рука, кажется, начинает подживать. Вполне возможно, что скоро я смогу даже шевелить ею. Глубокие рваные раны зарубцевались, язвы исчезали одна за другой, белесая кожа сползала клочьями, являя под собой нормальную живую плоть.
Надеюсь, со временем все придет в норму, и я снова смогу полагаться на эту конечность. Хотя, конечно, отрубленный палец не вернешь. И шрамы останутся. Шрамы на теле и, конечно же, в душе.
Добравшись до четвертого этажа, я несмело подошел к двери и, подавив внутреннюю дрожь, нажал на кнопку звонка. И не услышал ни звука. Проклятье! Опять звонок не пашет. Я ткнул в кнопку еще раз, не добившись никакого эффекта. Постучат. Подождал минуту. Постучал снова.
Ответа не последовало. Никто не торопился принять заблудшего Антошу в свои объятия. Никто даже не собирался открывать дверь.
Отбросив всякие приличия и отгоняя от себя разные нехорошие мысли, я затарабанил в дверь кулаком.
В голову лезла всякая пакость. Я... Ольга... Что?.. Нет, не думай об этом, Зуев. Она просто ушла в магазин, вышла на пару минут поболтать с подругами, захотела прогуляться в парке, отправилась на работу... Хотя какая к чертям работа – сегодня же воскресенье.
Оля... Где ты?.. Что с тобой?..
В сердцах шибанув неповинную дверь ногой, я всерьез уже было задумался о том, чтобы раздобыть где-нибудь фомку и...
– Ты че хулиганишь? А ну проваливай отсюда, пока я милицию не вызвала!
Я резко обернулся, машинально нащупывая рукой пистолет и даже не вспомнив, что избавился от этой дряни еще в Иркутске. А потом я встретился взглядом с глазами тети Клавы. Видимо, видок у меня сейчас был такой, что... Во всяком случае, эта несгибаемая старушка вдруг попятилась и, прижавшись к стене, что-то беззвучно пробормотала.
Постаравшись унять всколыхнувшееся в душе раздражение – наследие Федора Рогожкина, – я глубоко и шумно выдохнул. Опустил взгляд.
– Теть Клава, где Ольга? Скажи мне, что с ней? Пожалуйста...
Она медленно отступала, не сводя с меня настороженного взгляда.
– А ты кто такой? Кто ты такой?.. Ничего я не знаю... Спроси у Семена Ивановича. Он в тридцать шестой квартире...
– Я знаю, где живет Иванович, – негромко сказал я, вновь поднимая голову и грустно улыбнувшись перепуганной соседке, которая явилась сюда, чтобы навести справедливость, а нарвалась на такого кровавого убийцу, как я.
– Постой... Ты... Антон? Антон Зуев?
– Собственной персоной. – Я шутливо поклонился.
– Но как... Антоша... Я не верю глазам... Ты же... Антон, как это?
– Слишком много всего случилось, – вздохнул я. – Теть Клава, где Оля? Она в порядке? Жива?
– Жива она, Антоша. Жива. Ой, мамоньки, что делается на свете...
– Теть Клава, где она? Теть Клава... Пожалуйста...
– Ой, Антоша, ты же не знаешь. Она ведь квартиру купила. Сказала, что здесь жить больше не может после того, что... Ну, ты понимаешь... Хорошая квартирка. Большая. Светлая...
С чего это Ольгу потянуло покупать недвижимость? Да и на какие деньги? У нас же отродясь такого богатства не было.
– Где, теть Клава? Где это?
Разговорчивая старушка не сразу даже услышала меня, продолжая трещать про какие-то окна и занавесочки. Пришлось повторить. Погромче.
– А помнишь старый универсам? В доме напротив. На третьем этаже. Квартира семьдесят вторая. Ольга твоя, как в лотерее выиграла, так и съехала...
Лотерея? Какая еще лотерея? А-а! Вспомнил! Было дело...
– Ты уж иди к ней. Повинись... Может, пустит...
Она еще что-то говорила, но я уже мчался вниз по лестнице, перепрыгивая через три ступеньки.
Мощная дверь. Внушительная. Как в банке, наверное. Такую так просто не высадить, как сделали люди Михаила в тот черный день, когда разнесли нашу старую квартирку. Правильно Ольга поступила. Хорошая дверь – лучшее капиталовложение в наши безумные деньки.
Я потоптался под дверью. Вздохнул, набираясь смелости. Позвонил.
– Кто там?
Милая. Любимая. Родная. Я из миллиона узнаю твой голос. Оля!
– Кто там, я спрашиваю?
Осторожная стала. Боязливая. Даже, возможно, чересчур. Своего муженька блудного впустить не хочет. И правильно. Нечего открывать дверь всяким там проходимцам.
– Оль, это я.
В ответ – тишина. Наверное, в дверной глазок смотрит. Блин... Не поверит же, что этот старый пень – ее законный супруг.
– Оля, открой. Это я, Антон.
Щелкнул открывающийся замок.
Поверила! Она поверила! Она...
На пороге стояла Ольга. Такая же, какой я ее помнил. Красивая. Порывистая. Острая на язык. Любимая моя! Ты же совсем не изменилась... Зато я как изменился. Что же теперь она скажет?
Ничего не сказала. Просто повисла на шее и расплакалась. Я ласково гладил ее по спине, вдыхал чистый аромат волос и мысленно улыбался.
Жизнь продолжается.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов