А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Там были Нортумберлендский фузилерский полк, Северный ланкаширский полк, Норгемптонский полк и Йоркширкский лёгкий пехотный полк. Под его началом также находились Манстерский полк, Территориальная конница лорда Чесхэма (пять рот) с 4-й и 37-й батареями, две гаубицы и две малокалиберные артиллерийские установки. Общая численность его войска составляла примерно шесть тысяч человек. Прибыв в Кроонстад, лорд Метуэн получил приказ деблокировать Хейлброн, где войска Колвила в составе Шотландской бригады, нескольких подразделений колониальной конницы и разведчиков Ловата, усиленные двумя морскими орудиями и 5-й батареей, испытывали нужду в продовольствии и боеприпасах. Однако срочное сообщение от Территориальной конницы, находящейся в Линдли, заставило его 1 июня предпринять безрезультатный марш в этот город. Таким стремительным было преследование территориальной конницы, что авангардные эскадроны, в состав которых входили гусары Южного Ноттингемшира и шервудские рейнджеры, просто врезались в бурский конвой и могли бы освободить пленных, имей они хоть какое-то подкрепление. Но приказ возвращаться вынудил их, теряя людей (в числе тяжело раненых оказался их командир, полковник Роллстрн), пробиваться обратно в Линдли. На месте был оставлен небольшой отряд под командованием Паже, а остальная часть сил вернулась к выполнению своей изначальной миссии в Хейлброне, прибыв туда 7 июня, когда солдаты Шотландского полка уже перешли на четверть рациона. Благодарные солдаты уважительно назвали прибывшие силы «Армией спасения».
Отправленный сюда же предыдущий конвой постигла более тяжёлая участь. 1 июня пятьдесят пять железнодорожных вагонов было отправлено в Хейлброн. Сопровождение состояло из ста шестидесяти солдат из состава Шотландских полков под командованием капитана Корбаллиса, пушек у отряда не было. А на пути их поджидал джентльмен в тёмных очках. «У меня двенадцать сотен человек и пять орудий. Сдавайтесь немедленно!» Такое жёсткое уведомление получил отряд сопровождения, и в этой безвыходной ситуации им оставалось только подчиниться. За одним несчастьем следует другое, если бы выстояла конница в Линдли, 4 июня Де Вет не захватил бы наши вагоны, а не пополнив за счёт нашего конвоя свои запасы, маловероятно, что он смог бы предпринять наступление на Роодевал — следующей пункт, привлёкший его внимание.
В двух милях от станции Роодевал, у железнодорожной линии, находится чётко очерченный холм, а на некотором расстоянии от него — другие холмы. 4-ый Дербиширский милиционный полк, был отправлен занять эти высотки. На линии ходили слухи о возможном появлении буров. 6 июня майор Хейг, контролировавший станцию, имея под своим началом тысячу солдат из разных полков, был атакован, но отбил нападение. Де Вет, иногда самостоятельно, а иногда совместно со своим лейтенантом Нелом, спускался на линию, выискивая более лёгкую добычу. Ночью 7 июня он напал на милиционный полк, расположившийся лагерем на позиции, которая могла бы находиться под полным контролем артиллерии. Неверно, что солдаты якобы пренебрегли возможностью занять высоту, под которой они расположились, потому что две роты разместились именно на холме. Но, похоже, даже мысли не возникало о возможной опасности, и полк, поставив свои палатки, с удобствами улёгся спать, совершенно не думая о джентльмене в тёмных очках. Глубокой ночью он очутился рядом с ними, и полк оказался засыпан градом свистящих пуль. На рассвете открыли огонь орудия, и снаряды начали разрываться среди милиционных порядков. Это было страшное испытание для зелёных новобранцев, ведь отряд составляли шахтёры и рабочие ферм, не видевшие в своей жизни ничего страшнее кровотечения из порезанного пальца. Они находились в стране четыре месяца, но до этого дня их жизнь была сплошным пикником, на который выезжают с солидным багажом. Теперь в одно мгновение пикник закончился, и в сером холодном рассвете они увидели войну — беспощадную войну, с визгом пуль, пронзительными криками боли, грохотом снарядов, с ужасающими разорванными телами и валяющимися в воронках оторванными конечностями. В этом отчаянном положении — испытании и для бывалых солдат, храбрые шахтёры достойно показали себя. С самого начала у них не было ни единого шанса, единственное, что они могли — это мужественно принять поражение. Пули летели со всех сторон, а враг оставался невидимым. Они залегли цепью вдоль одной стороны насыпи, но им начали стрелять в спину, они перешли на другую сторону — и вновь им стреляли в спину. Полковник Бэрд-Дуглас поклялся, что застрелит того, кто поднимет белый флаг, но сам упал мёртвым, прежде чем был поднят ненавистный символ — он не мог не подняться. Сто сорок человек были выведены из строя, многие получили ужасные раны от орудийных снарядов. Поле боя скорее походило на бойню. Белый флаг был поднят, и только тогда появились буры. Уступающий в живой силе, не имеющий артиллерии, милиционный полк, не участвовавший до этого в серьёзных боевых действиях, ни в коей мере не опозорил своё доброе имя. Позиция была безнадёжной с самого начала, и они вышли из этого боя разбитые, изувеченные, но с честью.
В двух милях от холма Реностера находится Роодевальская станция, там в это июньское утро стоял состав, с армейской почтой, запасом шинелей и грузовыми вагонами, гружёными снарядами крупного калибра. Около ста человек, или чуть более, сошли с поезда, двадцать из них — почтовые волонтёры, несколько человек из состава Пионерского железнодорожного корпуса, несколько шропширцев и остатки других частей. Именно к ним ранним утром подошёл отряд джентльмена в тёмных очках, на руках которого ещё не высохла кровь солдат Дербиширского полка. «У меня четырнадцать сотен солдат и четыре орудия. Сдавайтесь!» — передал парламентёр ультиматум Де Вета. Но не в характере почтальона отдавать свою почтовую сумку без борьбы. «Никогда!» — был ответ отважных волонтёров. Снаряд за снарядом разбивали крытые железом крыши над их головами, и не было возможности ответить сокрушительным ударом на огонь орудий. Ничего нельзя было сделать, оставалось только сдаться. Де Вет присоединил представителей британских волонтёров и солдат регулярной армии к пленённым милиционерам. Станция и поезд сгорели дотла, шинели похищены, огромные снаряды взорваны, а почта сожжена. Последнее было недостойным поступком, который целиком лежит на совести Де Вета. Сорок тысяч человек, находящиеся к северу от него, могли смириться с потерей пищи и шинелей, но они страстно ждали этих писем, обрывки которых ветер все ещё носит по вельду.
В течение трех дней Де Вет удерживал магистраль, и все это время он действовал по своему злому умыслу. Многие мили дороги и Реностерский мост были полностью разрушены. Рельсы взрывали динамитом — они вздыбливались и становились похожими на незаконченную лестницу на небеса. Тяжёлая рука Де Вета чувствовалась повсюду. На расстоянии десяти миль не осталось ни одного телеграфного столба. Штаб Де Вета по прежнему располагался в копях Роодевала.
10 июня в этом опасном месте объединились два британских отряда. Один — Метуэна из Хейлброна; второй — небольшой отряд, в состав которого входили солдаты Шропширского полка, Южного уэльского пограничного полка и батарея, которая прибыла на юг вместе с лордом Китчинером. Энергичного начальника штаба лорд Робертс всегда отправлял туда, где возникала необходимость в сильном человеке, и тому почти всегда удавалось справиться с порученной миссией. Лорд Метуэн прибыл первым и незамедлительно атаковал Де Вета, который немедленно отошёл в восточном направлении. Со склонностью к преувеличениям, которая была так характерна в период этой войны, бой рассматривался как победа. На самом деле, со стороны буров это был тактически верный и практически бескровный манёвр. Партизанам не свойственно участие в жестоких схватках. Метуэн двинул свои войска на юг, получив известие, что Кроонстад захвачен. Обнаружив, что это не соответствует действительности, он вновь повернул на восток в поисках Де Вета.
Этот коварный и неутомимый человек недолго оставался за пределами нашего ведения. 1.4 июня он вновь объявился в Реностере, где ремонтники под руководством знаменитого Жиро энергично трудились над восстановлением того, что было разрушено Де Ветом. На этот раз охрана была достаточно сильной, чтобы в случае необходимости дать отпор, и он вновь исчез в восточном направлении. Однако буры успели нанести нам некоторый ущерб и даже чуть не захватили самого лорда Китчинера. В Реностере был оставлен постоянный пикет под командованием полковника Спенса из Шропширского полка — с его собственным полком и несколькими орудиями. Смит-Дорриен, один из самых молодых и самых энергичных дивизионных командиров, взял на себя охрану и патрулирование магистрали.
В это время у Сэнд-Ривер, к югу от Кроонстада, отряд из сотни буров предпринял нападение на стратегически важный мост. Атаку отбил Королевский ланкастерский полк совместно с Железнодорожным пионерским полком при поддержке конных пехотинцев и территориальной конницы. В какой-то момент бой стал очень ожесточённым, но пионеры, на которых легла основная его тяжесть, держались с беспредельной стойкостью. Этот бой запомнился ещё и тем, что в ходе него погиб майор Сеймур из полка пионеров — славный американец, который отдавал свои силы, а теперь отдал и саму жизнь ради того, что, невзирая на все клеветнические измышления и опорочивание, оставалось для него делом борьбы за справедливость и свободу.
Учитывая принятые меры предосторожности, появилась надежда, что джентльмен в очках дал о себе знать в последний раз. Но 21 июня он вновь появился в своей старой норе. Станция Хонинг-Спруйт, находящаяся примерно на полпути между Кроонстадом и Роодевалом, стала жертвой нового налёта. В тот день прибывший на станцию эшелон неожиданно был атакован его людьми, которые разрушили рельсы впереди и позади поезда. Единственным войском, находившимся на станции, были три сотни пленников из Претории, без орудий, вооружённые лишь устаревшими ружьями «Мартини-Генри». Впрочем во главе этих униженных, полуголодных, одетых в лохмотья людей, с ужасом вспоминавших о своём пленении, стоял хороший командир — знаменитый полковник Буллок из Девонширского полка, который отличился при Коленсо. В течение семи часов они лежали беспомощные под артиллерийским огнём, но их мужество и терпение были вознаграждены; сначала подошёл полковник Брукфилд с тремя сотнями человек из состава территориальной конницы и четырьмя орудиями 17-го артиллерийского полка, а позднее, вечером — более крупный отряд с севера. Буры бежали, бросив некоторых из своих раненых; потери британцев составили четыре человека убитыми, в том числе майор Гоббс, и девятнадцать ранеными. Это противостояние трех сотен плохо вооружённых солдат семи сотням бурских стрелков с тремя орудиями было настоящим подвигом. Вскоре тот же отряд бюргеров напал на позицию, удерживаемую двумя ротами шропширцев и полусотней канадцев с полковником Эвансом во главе. Атака снова была отбита, имелись потери; особенно отличились своим отчаянным сопротивлением канадцы под командованием Инглиза, находившиеся на незащищённой позиции.
Все эти атаки, какими бы раздражающими и разрушительными они ни были, не могли оказать серьёзного влияния на ход войны. После сражения у Даймонд-Хилла захваченные у врага позиции были заняты конными пехотинцами, в то время как остальные силы вернулись на свои бивуаки, расположенные вокруг Претории, ожидая там столь необходимого пополнения ремонтными лошадьми. На других полях военных действий кольцо британских войск все сильнее сжималось вокруг бурских сил. Буллер со своими войсками продвинулся до Стандертона, а Ян Гамильтон в конце июня занял Хайделберг. Неделю спустя два отряда смогли объединиться и таким образом полностью отрезать Оранжевую Республику от трансваальских войск. Во время этих операций Гамильтон имел несчастье сломать ключицу, и на некоторое время командование дивизией перешло к Хантеру — единственному человеку, которого армия могла принять в качестве его заместителя.
Теперь британскому командованию стало очевидно, что мир и безопасность коммуникационных линий не могут быть обеспечены до тех пор, пока непобеждённая армия из семи-восьми тысяч солдат, имеющая таких командиров как Де Вет и Оливер, скрывается среди холмов, по обе стороны магистрали. Поэтому была предпринята решительная попытка очистить эту территорию. Когда единственный путь отступления был отрезан соединением войск Яна Гамильтона и Буллера, внимание шести отдельных отрядов британских войск сосредоточилось на непреклонных приверженцах Оранжевой Республики. В эти отдельные отряды входили дивизии Рандла и Брабанта на юге, бригада Клементса на их левом фланге, гарнизон Линдли во главе с Пежо, гарнизон Хейлброна под командованием Макдональда и самый внушительный — отряд под командованием Хантера.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов