А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

До некоторой степени фургон был защищен даже от кипящего масла и горячей воды.
— Что же спрятано внутри этого фургона, если они его так надежно защищают? — растерянно спросил командующий обороной северной стены. Лицо его было напряжено и тревожно.
— Не знаю, сэр Брок, — покачал головой Рамон. — Но что бы там ни находилось, я думаю, нам не стоит подпускать этот фургон ближе.
— Конечно, нельзя! И между прочим, он движется сам по себе — его не тащат волы и никто не толкает. И как же мои лучники смогут остановить его?
— Они не смогут, — усмехнулся Рамон. — Но то, что движется силой волшебства, и остановлено может быть силой другого волшебства. Позвольте, я попробую остановить этот фургончик, сэр Брок...
Быстро вертятся колеса
Силою качения.
Устоит ли эта сила
Против силы трения?
Создадим сопротивленье —
Вот и кончилось движенье!
Обитый металлом фургон резко остановился. Сэр Брок от изумления вытаращил глаза.
— Неужто вам так легко это удалось, лорд Мэнтрел?
— Да, и вправду, легко получилось, — кивнул Рамон. — Господин герцог вложил немало денежек в свое войско, но колдун у него явно слабоват. Наверняка какой-нибудь маг-бродяга, и недоучка к тому же.
Фургон снова задвигался — на этот раз, правда, очень медленно.
— Бродяга, — решил сэр Брок.
— Похоже на то. Нужно что-нибудь покрепче.
Рамон поднял руки, представил, что это — антенны, с помощью которых он направит волну волшебства в сторону фургона, и заговорил нараспев:
Броня крепка, фургончик ваш так быстр,
Что нипочем и трение ему.
А я не инженер и не магистр,
Но все же кое-что я предприму.
Наверняка в конструкции фургона
Какой-то есть малюсенький просчет,
И прежде чем до замка он доедет,
Его на части взрывом разнесет!
Даю минуту — и пошел отсчет!
Рамон начал вполголоса считать до шестидесяти. На счете «шестьдесят» раздался взрыв. Фургон продолжал по инерции двигаться, но в его боку появилась длиннющая трещина. Прозвучал еще один взрыв, и еще один, и еще. На глазах защитников крепости у фургона отвалились колеса, треснули оси, с крыши посыпались латные пластины, обнажился остов, составленный из прочных брусьев. На самом верхнем брусе покачивался здоровенный таран, передний конец которого был обит кованым железом.
Сэр Брок, не мигая, взирал на обезображенный фургон, не в силах поверить собственным глазам.
— Не думали же они, что сумеют пробить этим тараном крепостную стену! — наконец вырвалось у него.
— Не думали, — согласился Рамон. — Но в стене есть ворота, сэр рыцарь.
— Но как же... Неужели они думали перебросить мост через ров?
— Видимо, именно это они и замышляли, — ответил Рамон. — Когда бой закончится, сэр Брок, пошлите людей, чтобы они затащили орудие в крепость. Думаю, вы обнаружите, что эта конструкция изготовлена из очень прочных досок и брусьев, и притом — без единого гвоздя. Десяток мужчин без труда могли бы переправить ее через ров, и она бы при этом не слишком пострадала и смогла бы по-прежнему удерживать таран.
Сэр Брок прищурился, стараясь лучше разглядеть таран.
— Не сомневаюсь, так оно и есть. А не могли бы мы что-нибудь еще предпринять, дабы сорвать их планы?
— Можно было бы... — усмехнулся Рамон и прочел нараспев:
Взрывам ты не поддаешься,
Крепко скроенный каркас?
Как на качку отзовешься,
Полюбуемся сейчас!
Влево-вправо, влево-вправо
Раскачайся, разболтайся —
То-то будет нам забава!
Все, кто рядом, — разбегайся!
Таран начал раскачиваться из стороны в сторону — все сильнее и сильнее. В конце концов воины, стоявшие рядом с останками боевой машины, начали с криками убегать от нее подальше.
Глава 12
— Каркас уже дрожит! — в восторге воскликнул сэр Брок.
Каркас фургона действительно подрагивал и вскоре начал раскачиваться в такт с тараном.
— Если так дальше пойдет, — вскричал сэр Брок, — таран оторвется от...
Брок как в воду глядел. С грохотом, звук которого долетел до крепостной стены, таран обрел свободу и, утащив с собой обрывки канатов, которыми был прикреплен к раме, упал в самую середину войска. После того как он оторвался, каркас не выдержал и с треском повалился на днище.
— Днище крепкое, — заметил сэр Брок.
Напуганные магическим разрушением своего секретного оружия воины герцога начали отступать, но рыцари гневно кричали на них и подгоняли вперед, размахивая мечами. С великой неохотой воины разворачивались, чтобы снова двигаться в сторону замка.
— Лучники, ну-ка, задайте им перцу! — крикнул сэр Брок. — Стреляйте!
Стрелы, пущенные из арбалетов, дождем посыпались с крепостной стены и вонзились в землю в ярде перед первой шеренгой пехотинцев. Лишь несколько стрел угодили кому-то из них в ступни или голени. Раненые взвыли от боли и попадали наземь. Их более везучие соратники отступили, и большинство рыцарей не стали их удерживать. Но тут вперед выехал герцог собственной персоной. Он ревел от злости и грозил своим незадачливым пехотинцам булавой.
— Перкин! Дай мне твой арбалет! — крикнул сэр Брок.
Перкин удивленно глянул на командира, но тут же подбежал и подал ему свой арбалет. Сэр Брок зарядил лук, прицелился и натянул тетиву.
* * *
Самарканд оказался множеством белых кубиков вперемежку с высокими стройными минаретами, украшенными мозаикой и геометрическими орнаментами из цветных кирпичей, отчего казалось, что узоры составлены из драгоценных камней. У Мэта перехватило дыхание, когда он увидел перед собой легендарный город. Ему даже пришлось убеждать себя в том, что аромат экзотических специй ему мерещится — ведь пока он парил на высоте в пятьсот футов над крышами домов. Он испытывал величайшее искушение совершить посадку, поскольку признаки жизни обнаруживались лишь в виде каравана, змейкой приближавшегося к воротам, но как только они полетели над самим городом, Мэт разглядел отряды лысоголовых конников, которые, сидя верхом на косматых пони, разъезжали по улицам.
— Город захвачен, — крикнул Мэт птице Pyx. — Давай-ка лучше полетим к Багдаду.
— Ну, уж это — с утра, — проворчала птица. — Я устала и проголодалась.
— Ах да, верно, — спохватился Мэт. — Нам определенно пора остановиться на ночлег.
Рух пролетела еще с пару миль, после чего, выписывая круги, зависла над вершиной холма. Выпустив из когтей циновку, она сообщила:
— Прилечу за вами утром. Сладких снов.
— Да уж, — проворчала Балкис, не спуская глаз с огромной птицы, кружащей над холмом. — Приснятся мне сладкие сны, как же — когда я буду думать о том, что это страшилище прилетит за нами при свете дня!
А птица Рух неожиданно сложила крылья и камнем устремилась вниз. Мэт и Балкис увидели, как она на бреющем полете пронеслась над землей и взмыла в воздух, держа что-то в когтях.
— Кого она схватила? — выпучив глазки, проговорила Балкис.
— Пожалуй, мне не хочется выяснять, — отозвался Мэт, отвернулся и поежился. — Но теперь я понимаю, почему эта пташка оставила нас одних на ночь. Не думаю, чтобы мы пришли в восторг от ее поведения за столом. Ладно, давай-ка наберем немного хвороста и попробуем развести костерок.
Их разбудил рассвет. Перекусив на скорую руку, Мэт расстелил циновку — приготовился к прилету птицы Рух. Прождав ее целый час, Мэт уже начал нервничать, но вот наконец она появилась. Мэт понял, что птице пришлось ожидать, пока воздух прогреется, дабы она могла воспользоваться восходящими потоками воздуха. Птица снизилась, ухватила когтями циновку и, не дав седокам опомниться, взмыла в небо. К тому времени, когда птица Рух набрала оптимальную высоту, Мэт успел прийти в себя настолько, что отважился обратиться к ней с вопросом:
— А... у тебя есть имя?
— Это тебе зачем? — с неожиданной подозрительностью поинтересовалась птица.
— Всего лишь для того, чтобы не называть тебя то и дело «птица», — быстро нашелся Мэт. — Не бойся, я не стану пользоваться твоим именем для того, чтобы заколдовать тебя. Ну, может быть, у тебя есть прозвище?
— Что такое «прозвище»? — с сомнением осведомилась птица.
— Это не настоящее имя, а то имя, которым тебя называют вместо настоящего. Ну, вот, например, мне однажды повстречался мантикор, который всюду шлялся за мной. Я назвал его Манни.
Балкис вывернула шею и в изумлении уставилась на Мэта.
— А еще был бохан, который страстно жаждал усыновить меня, — продолжал Мэт. — Его я нарек Бохи. Ну и как насчет того, чтобы я называл тебя... ну, скажем... Рухи?
Птица молчала. Последовало несколько взмахов крыльями. Наконец она отозвалась:
— Годится. А мне тебя как называть?
— Можно — Мэтью.
О кошке Мэт ничего не сказал, надеясь на то, что птица на нее особого внимания пока не обратила.
— А ты не боишься, что я тебя заколдую?
— Не очень. Я ведь тебе не целиком свое имя назвал.
Мэт пока не задумывался всерьез о том, что волшебные существа способны колдовать, но если на это была способна Балкис, то почему бы и не птица Рух?
* * *
Пущенная сэром Броком стрела полетела с такой скоростью, что проследить за ней было почти невозможно, и вонзилась в плечо герцогу. Герцог вскрикнул, выронил булаву и зажал рану рукой. Его лошадь развернулась, и герцог поскакал прочь от замка во главе отступающего войска.
Сэр Брок вернул арбалет Перкину и довольно кивнул.
— Этот выстрел должен был сделать рыцарь, да? — осведомился Рамон вполголоса.
— Верно, — подтвердил сэр Брок. — Если бы стрелял Перкин, нам пришлось его за это повесить — таков закон. Но рыцарь, ранивший другого рыцаря, достоин славы.
Рамон с усилием улыбнулся, радуясь тому, что в этом мире, куда его перенес сын, он является особой благородных кровей.
* * *
На горизонте показались верхушки тонких, высоких минаретов. Глаза Мэта взволнованно сверкнули.
— Багдад! Легендарный город Гаруна аль-Рашида, Омара Хайяма и «Тысячи и одной ночи»! Просто не могу дождаться встречи с ним! — Он запрокинул голову и крикнул:
— Я намерен пожелать оказаться там, если не возражаешь!
— Неужели не хочешь для начала взглянуть на город вблизи? — удивилась Рухи.
— Вблизи? — Мэт посмотрел вниз и вперед и увидел мечети, дворцы и базарные ряды всего в полумиле. — Эгей, а наша пташка летит очень быстро! — В следующее мгновение он нахмурился. — А откуда же столько всадников на улицах? И к тому же — они разъезжают отрядами...
Его голос сорвался.
Балкис запустила когти в циновку и отважилась посмотреть вниз.
— Эти конники... вооружены копьями, а на головах у них — остроконечные шлемы, маг, — сообщила она.
Мэт, прищурившись, стал разглядывать широченные штаны, длинные усищи, кривые мечи. Это были не татары — скорее всего турки или половцы, однако вид у них при всем был устрашающий.
У Мэта пребольно заныло сердце.
— Они все-таки взяли и этот город! Бедный Багдад! — Он поднял голову и устремил взгляд на груду перьев. — Эй, пилот! Хотелось бы попросить о смене курса...
Однако сначала птице нужно было остановиться на заправку. При том, сколько лошадей насчитывалось у варваров в корале, они бы вряд ли заметили пропажу пары-тройки из них. Тем не менее к закату птица Рух и ее пассажиры уже пролетали над Тадмуром.
— Вокруг города войска нет, а на улицах слишком много воинов, — проговорил Мэт, и у него тоскливо засосало под ложечкой.
— Гур-хан и вправду завоевал много земель, — прошептала Балкис.
— Это точно. — Впервые за все время Мэт по-настоящему забеспокоился. — Будем надеяться, что Иерусалим он пока не занял. Рухи, не могла бы ты свернуть чуть подальше на запад?
— Утром, — решительно ответила птица, но потом летела до тех пор, пока не нашла холма, на вершину которого опустила Мэта и кошку. Убедившись в том, что Рухи предпочитает возвышенности, Мэт задумался о том, а способна ли вообще эта гигантская птица взлетать с ровной поверхности? До сих пор ему ни разу не доводилось наблюдать за тем, как она взлетает, — Рухи всегда являлась за ним и Балкис с небес.
Припасы, которыми нагрузили Мэта жители деревни, скоро должны были закончиться, и потому Балкис восполнила недостаток питания тем, что добыла на охоте. Когда Мэт устроился на ночлег, кошка немного повозилась, прежде чем свернуться клубочком у него на животе, и, нахмурившись, отметила:
— Ты сегодня нервничаешь больше обычного. Натянут как струна. А я, между прочим, когти старательно втянула. Что тебя тревожит?
— Судьба Иерусалима, — честно признался Мэт. — Это город, священный для людей трех вероисповеданий, и если Орда захватила его, то силам Добра нанесен значительный урон.
— И значит, силы Зла укрепились?
Мэт кивнул:
— Надеюсь, мы обнаружим, что город до сих пор не в руках язычников.
— То есть — в руках иудеев, христиан или мусульман?
— Верно, — отозвался Мэт. — Помурлычь немножко, ладно? Может быть, это меня убаюкает.
Балкис свернулась калачиком, уткнула носик в лапки и по просьбе Мэта замурлыкала. На какое-то мгновение Мэт вспомнил о том, что на самом деле на животе у него устроилась хорошенькая девушка-подросток, но тут же убедил себя в том, что эта мысль глупа:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов