А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

И вообще, я бы сделал это и без твоей указки, господин Первый Магнат. — Тут он грозно глянул на Джека и добавил: — Или твоих знаменитых родственников.
— Тогда вперед, — скрывая смущение под некоторой игривостью, объявил Поль. — Обхаживай этих мятежных идиотов, используй свой велеречивый шотландский язычок. Однако постоянно держи в памяти, что среди Ремилардов есть один такой, с которым я всю жизнь не мог справиться. Смотри не подставь ему спину.
Когда ужин закончился, Первый Магнат и его полтроянский друг решили пройтись пешком до причала, откуда стартовали орбитальные челноки. Они попрощались с Доротеей, Джеком и Дэви Макгрегором, которому надо было вернуться в отель, вышли на узкую освещенную улицу и двинулись вдоль темных витрин маленьких магазинчиков.
— Надеюсь, что Дэви Макгрегор добьется успеха, — сказал Фред. — А может, уже поздно. Если бы он согласился возглавить Директорат по Единству, когда ты ему предложил, дело могло повернуться по-другому. Я не хочу бросать тень на твою сестру Анн, но она, на мой взгляд, переусердствовала в обличении мятежников. Все-таки надо уметь сглаживать углы.
— Ее не переделаешь, — вздохнул Поль, потом загадочно добавил: — Порази врагов своих в чресла и не обращай внимания на умиротворителей… Дэви недавно признался, что несколько месяцев назад Корделия Варшава тоже понуждала eго возглавить этот Директорат. Почему-то они решили, что в душе Дэви давно с ними. Конечно, Дэви послал ее куда подальше. Какой он мятежник! Просто человек, который видит смысл жизни в исполнении долга. Да, он не скрывал своих сомнений в отношении Содружества и будущего Единства. К счастью, как только Марк встал во главе движения, Макгрегор сразу протрезвел. Вообще мой сын производит странное впечатление на публику — за ним либо идут до конца, либо страстно его ненавидят.
— Надеюсь, — глаза маленького полтроянца тревожно блеснули, — вы не думаете, что Марк и в самом деле способен покуситься на жизнь Дэви?
— Может, я и преувеличиваю… Конечно, на физическое насилие вряд ли они решатся. Престиж нашего Дирижера достаточно высок — даже среди мятежников. Бог знает, почему Дэви куда более популярен, чем я! И все равно я не верю, что он способен остановить оппозиционеров — неужели те, кто начал складировать оружие и вооружать звездолеты, вот так возьмут и сдадут его? Кроме того, стоит только Дэви публично поддержать запрет Магистрата на дальнейшие исследования по теме Ментального человека, он такого дьявола разбудит… Слышал, как ловко вывернулся Марк — мол, экзотики запретили дальнейшие работы из зависти. Вы, мол, боитесь, как бы люди не взяли над вами верх.
— У нас были совершенно другие основания, — Фред страстно принялся убеждать друга, — мы имели в виду этические нормы. Уж это ваши люди должны были понять?!
— Ага, понять, — криво усмехнулся Поль. — Попробуйте объяснить насчет этических сомнений семье слабых оперантов, когда они вовсю размечтались вырастить ребенка — блистательного Магната. Хорошо, что никто не знает, куда крондаки упрятали весь исходный материал. И упрятали ли они то, что надо? Марк не дурак — возможно, все эти оплодотворенные клетки давным-давно созревают в утробах счастливых матерей.
В этом случае, согласно положениям Семейного кодекса — смотри раздел «Воспроизведение потомства», — официальные органы Содружества ничего не могут поделать, пока дети не появятся на свет. Чертов Марк! Как он только сообразил выдвинуть этого Ментального человека на передний план!.. Ловко сработано!
Заговорившись, Поль не заметил, что маленький, ростом с семилетнего ребенка полтроянец совсем отстал и с трудом пытался догнать широко шагавшего рослого Первого Магната.
— Мой друг, послушайте, Поль! — едва смог выкрикнуть Фред. Нельзя ли идти помедленнее? Сил больше нет
Поль извинился и; предложил немного передохнуть; Они остановились около небольшого магазина, торгующего электроволынками.
Отдышавшись, Фред посетовал:
— Как я покажусь на Орбе? Как представлю отчет?.. Какой позор!.. Мы никого здесь не смогли переубедить.
Первый Магнат фыркнул.
— Ты, как я полагаю, так ничего и не понял. Дело зашло слишком далеко. Я уже подумываю о том, не обратиться ли к Верховному лилмику с предложением использовать оружие.
— Ты что! — воскликнул полтроянец. — Это означает, Содружество начнет вооружаться?..
— У нас уже нет выбора. Как нам удастся разоружить мятежников, если Дэви Макгрегор провалится? В крайнем случае нам придется организовать метаконцерт, но и на него оппозиционеры найдут управу. Я все больше опасаюсь ментального лазера. Что ты сможешь противопоставить нескольким сотням гранд-мастеров, объединенных в единую конфигурацию и вооруженных церебральным генератором 60QX? Чем мы станем для них — мы, вы, экзотики? Мишенями?..
— Если они посмеют атаковать нас, мы должны создать один грандиозный метаконцерт. В центре конфигурации — крондаки как наиболее сильная в метасотворительном режиме раса. Я полагаю, нашей общей энергии будет достаточно, чтобы выстроить непробиваемый защитный экран. Ты должен понять, что наша тактика не может быть агрессивной. Изначально не может!.. Наша мораль запрещает наносить вред разумным существам, кем бы они ни были.
— Никогда еще подобная стратегия не приносила успеха. Но даже если и так — все равно я должен обратиться к лилмику и попросить его принять превентивные меры. Мы больше не можем ждать! Вот что непонятно: почему сам Верховный лилмик самоустранился? Ему что, наплевать на Содружество? Он что, не видит опасности?..
— Не знаю, — вздохнул Фред. — Мы можем отправиться дальше, я чувствую себя лучше. До челнока, который должен доставить нас в космопорт Киллекранки, осталось меньше часа.
В этот момент перед ними внезапно появился мужчина. Поль Ремилард удивился:
— Тереков? Что вы здесь делаете?
— Поджидаю тебя, сынок, — сказала Фурия. — Иди-ка сюда…
— Ты… не Руслан Тереков? — Поль почувствовал, как его стиснула ментальная рука. Всего! Так что и пошевелиться не было возможности. Он был вынужден повиноваться — эта невидимая рука выдвинула его вперед. Полтроянца просто парализовало от удивления. — Кто же ты?
— Я — тот, кого вы собрались погубить. Ты и другие дети… Помнишь, на Рождество?
Убийца вытянул руку и коснулся кончиками пальцев макушки Первого Магната. По телу Поля пробежала конвульсия, потом его стало бить как в лихорадке. Он непроизвольно вскрикнул и ощутил запах жженых волос и кожи. Над головой его вспыхнула зеленая корона. Фурия взяла его за руки, притянула к себе — так и замерла. Время впитать его жизненную силу еще не пришло.
Поль еще мог кое-что соображать. Зрение пока не изменило ему — тогда он и заметил странное превращение, случившееся с Русланом Терековым. Его больше не было — перед Полем стоял Дени Ремилард.
Но это не был Дени Ремилард!
Поль еще был в состоянии говорить. Он спросил:
— Папа? Нет, это не ты. Ты умер…
— Ты один из тех, кто поднял на меня руку, сынок, — ответила Фурия. — Я не могу позволить тебе нарушить мои планы — и планы моих питомцев…
— Марк? — воскликнул Поль. — Теперь он новая Гидра?
— К сожалению, нет. Он пока сам по себе — но это недолго будет продолжаться. Я нуждаюсь в нем, как и он нуждается во мне. Его мятежники проложат путь к моему будущему Второму Содружеству. И к собственной смерти…
Фурия засмеялась — звонко, благодушно.
Поль задергался, напряг все свои силы, чтобы высвободиться из тисков. На какое-то мгновение ему это удалось, и он метнул в Фурию огненный шар. Та в ответ залилась еще веселее:
— Ты не в состоянии не то чтобы погубить — даже причинить мне вред! У тебя силенок не хватит. Никто из оперантов не может поднять руку на родного отца. Тебе бы следовало знать об этом. И всем вам — тогда, в рождественский вечерок. Вы хотели уничтожить меня? Ну, и чего вы добились? Я теперь стал полноценной сущностью, единой и неделимой. А теперь ты первый заплатишь по долгам…
Вдруг Фурия завыла. Протяжно, тоскливо…
Какой-то крошечный, как призрак гнома, человечек метнулся из-за спины Фурии и вцепился в монстра, принявшего образ Дени. Однако плоть его была материальна, и в следующее мгновение кровь хлынула из руки и разодранной груди Фурии. Фред выпустил когти. Кровь его предков, самых страшных хищников Элириона, родины расы полтроя, заиграла в нем. Он успел ударить еще раз — по лицу и глазам.
Фурия рухнула на асфальт, забилась в судорогах. Существо, рожденное озлобленным сознанием, оно всегда пользовалось ментальной силой и предположить не могло, что физическое воздействие тоже может быть так опасно. Теперь вопрос стоял о жизни и смерти — полтроянец продолжал рвать его плоть. Боль леденила мысли. Наконец Фурия извернулась и схватила Фреда за шею. Чуть сжала руки — хребет, тоньше, чем у ребенка, тут же хрустнул. Зеленый свет, лучами вылетевший из глаз Фурии, озарил голову Фреда. Расплавил, испарил… Монстр высосал его жизненную силу и отбросил в сторону пустую оболочку.
— Маленький ублюдок!.. — прошипел он и принялся зализывать страшные рваные раны на руке. Хватку, с помощью которой он держал в оцепенении Поля, пришлось ослабить. Следовало использовать целительную силу на самолечение. Фурия сделала шаг назад, неожиданно споткнулась и вдруг издала дикий, звериный вопль. Невидимая рука сжала монстра, да так, что он шелохнуться не мог. В глазах горел голубой огонь, рот перекосило — крик неожиданно стих, но гримаса ужаса и трясущиеся губы выдавали животный страх, который овладел чудовищем.
Поль, как завороженный, наблюдал за этой сценой.
— Поль, сынок! — вновь раздался голос Дени. Голос нас тоящего, живого Дени…
Первый Магнат покачнулся и без чувств рухнул на тротуар. Все остальное он воспринимал смутно, через какую-то обессиливающую дымку. Отец, склонившийся перед ним на коленях и пытающийся поднять его. Край пропасти, бездонной, жуткой, куда его неумолимо влекло. Потом нестерпимая боль. Выворачивающая внутренности наизнанку, сжигающая мысли… Следом вполне разумная, зрелая мысль, что он свободен от крепких объятий Фурии.
— Папа, — напрягая все силы, выговорил он. — На этот раз это ты?
— Да. Хвала Иисусу, это я. — Слезы потоком бежали по его странно разрисованному лицу. Нет, это не рисунок, это раны, страшные, рваные раны. Слезы смешивались с кровью. — Он вернется! — закричал Дени. — Этот злодей!.. Скажи, как с ним справиться? Ради Бога, как с ним…
Ужас смешался в сердце Поля с жалостью, голова закружилась. Он подавил мгновенно подступившую тошноту и даже собрался с силами и выкрикнул мгновенно найденный ответ:
— Роджи! Ступай к Роджи…
Тут его глаза закрылись, дыхание стало затрудненным, прерывистым.
Роджи?!
Фурия резко вскочила на ноги. С большим напряжением чудовище смогло восстановить свои метафункции. Раны на щеках, лбу и руках затянулись. Оно глянуло на два тела, распростертые перед ним. С ублюдком-экзотиком было покончено, теперь пришла очередь Поля.
Но сможет ли он с ним справиться?
Позволит ли ему Дени?
Что, если он снова вернется и овладеет новым телом? Куда тогда деваться ей, Фурии?
Неподалеку завыли полицейские сирены. Черт, этот проклятый Поль успел вскрикнуть. Конечно, Джек и его женушка услышали его. Полиция, сильные операнты-медики уже мчатся сюда — возможно, и сама блистательная парочка. Времени на эксперименты нет. Если вдруг этот проклятый Дени сумеет вновь вернуться и захватить контроль над телом, копы смогут захватить плоть этого идиота Терекова. Нет, этого допустить никак нельзя.
Фурия знала, что личина Терекова всегда была компромиссным решением. Поль узнал ее, однако сознание Первого Магната было страшно травмировано в тот момент, когда она начала откачку жизненной энергии через чакру. Лечение может занять месяцы. Генеральный интендант Астрахани пока может считать себя в безопасности. Пока!..
Фурия еще успела нанести несколько внутренних травм сознанию Поля, уничтожить все пятна крови — даже из-под когтей погибшего полтроянца выковыряла, затем дальнодей-ствующим взглядом нашла свободную кабину в туалете на космодроме Киллекранки и, используя ипсилон-поле, переметнулась туда.
Ясное вечернее небо над столицей оказалось желанной находкой для тяжелых дождевых туч, и ночью на город опять обрушился ливень — обычное на Каледонии явление. Гудело и хлестало где-то внизу, а здесь, на одном из последних этажей административного стратоскреба, в широкие, во всю стену, окна тупо пялилась влажная облачная взвесь. Даже подсвеченная изнутри, она казалась непроницаемой — свет едва шевелил эту буро-коричневую волнующуюся массу. Эта непроглядность всегда навевала на Дирижера планеты задумчивую печаль — светлую успокаивающую.
В такие минуты ей казалось, что она одна бодрствует на свете, а Нью-Глазго спит, убаюканный грохотом дождя, шумом воды, потоками стекающей в залив, частыми в такую погоду гудками кораблей.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов