А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Она делает выбор, который может изменить жизнь ее народа.
Теперь, когда Конал мертв, нам остается наблюдать, во что превратятся отношения Ротаны и Келсона. Можно предположить, что Ротана более чем сдержана в использовании своих возможностей для подтверждения того, что кажется очевидным даже посредством простых человеческих чувств. И если когда-либо Келсон и Ротана соединятся, мы станем свидетелями редких и великолепных проявлений магии дерини.
Нам известны по крайней мере еще два брака между дерини, которые, без сомнения, должны содержать взаимодействия очень высокого уровня. Мы не располагаем подробностями бракосочетания Риса и Эвайн, нам известно лишь, что обряд проходил в восьмиугольной часовне михайлинцев в зиму перед возвращением трона Синилу, когда дерини были вынуждены скрываться. Из их взаимоотношений видно, что это был союз двух родственных душ. “Рис и я едины и душой, и сердцем, и телом”, – говорит Эвайн Ревану. – Мы не можем желать более полного единения в этой жизни”. (Камбер-еретик.) Сама по себе церемония была весьма скромной, свидетелями были лишь близкие и несколько михайлинцев, живших поблизости; однако не исключено, что Йорам включил в ритуал большое количество элементов магии дерини.
Венчание Моргана и Риченды дает еще больший простор для размышлений, если принять во внимание иногда бурные проявления их взаимоотношений. Хотя по положению новобрачных это союз государственной важности, недавнее вдовство Риченды и дурная репутация Моргана как дерини должны были уменьшить значение события до более скромных размеров. Свадьба состоялась в Марли 1 мая 1122 года, священником, проводившим церемонию был Дункан, а юный сын Риченды Брендан – одним из свидетелей. Вне пределов небольшого круга близких ни Риченда, ни Дункан не были известны как дерини, и мы можем быть уверены, что, по крайней мере внешне, не было и намека на попытки включить в обычный свадебный обряд элементов магии.
Однако независимо от того, был или не был Морган дерини, его герцогский титул и близкие, дружеские отношения с королем, вероятно, были причиной очень пышной свадьбы, гостем на которой, может быть, был сам король Келсон. И как для участников брака, так и для священника дерини не характерно, чтобы помимо формальной церемонии имела место более конфиденциальная, включающая элементы деринийской магии. Когда-нибудь и эта история будет рассказана.
3. РЕЛИГИОЗНАЯ СТРУКТУРА: РУКОПОЛОЖЕНИЕ, ИСПОВЕДЬ, ПОСЛЕДНЕЕ ПРИЧАСТИЕ, ЕВХАРИСТИЯ
Концепция, лежащая в основе христианского таинства рукоположения, не является прерогативой христианства. Почти во всех оформившихся религиозных верованиях существует какая-либо группа людей, живущих вне общества, чья жизнь определенным образом соотнесена с Божеством. Начиная с простого признания тех, кто исполняет обязанности наставника, вплоть до посвящения в сан. В своем сакраментальном смысле при оптимальном исполнении христианское рукоположение в сан священника является эзотерической инициацией, открывающей перед посвящаемым способность воспринимать явления более высокого уровня для того, чтобы лучше чувствовать Господа и лучше служить Ему.
Нам известны два случая рукоположения дерини (Камбера и Эрилана). Существуют некоторые свидетельства и относительно третьего – рукоположения Дункана. Мы не были свидетелями посвящения в сан последнего, хотя очевидно, что в церемонии было задействовано достаточное количество элементов магии дерини, если не внешнего, то по крайней мере внутреннего порядка, так как несколько лет спустя, в час, предшествующий его посвящению в епископы (инициации самого высокого ранга), ему открывается то, что так сильно беспокоит Моргана, когда он размышляет, не сохранить ли свое защитное поле во время обряда, чтобы избежать тяжелых и мучительных воспоминаний, связанных с кольцом замученного епископа Истелина.
– Ты хочешь, чтобы твое посвящение в епископы прошло именно так? – тихо спросил его Морган. – Вспомни твое рукоположение в священники… Боже, я никогда не смогу забыть этого. Ты действительно хочешь оградить себя от воздействия этой магии. Дункан? (Наследник епископа.)
Пока этот эпизод жизни Дункана находится в стадии более подробных исследований (в трилогии Чайлда Моргана), мы можем лишь догадываться, воздействие какого из проявлений магии должен был испытать на себе Дункан, хотя, в общем, нет сомнений, что оно должно было быть глубоко волнующим и достаточно сильным, чтобы затронуть и Моргана (и если бы присутствовал кто-нибудь еще, Дункан наверняка выдал бы себя как дерини). Вероятно, чувство, которое испытывает Дункан, было сродни тому, что испытал Камбер, находясь в руках Энскома Тревасского. Хотя обстоятельства и предписывают, что посвящение в сан Камбера должно быть тайным и внешне скромным, свидетелями которого должны были быть лишь Йорам, Эвайн и Рис, Энском сумел открыть Камберу весь потенциал обряда рукоположения во всех измерениях, воспринимаемых адептами уровня Камбера.
Обряд, совершаемый Энскомом, был намного древнее заменившего его ритуала рукоположения, возраст которого не превышает Двенадцать веков существования нашего мира. Отличный от обряда заклятия места дерини (в основных точках восьмиугольной часовни были расставлены визуальные ключи – свечи в кварту) во внешней стороне ритуала вряд ли что-либо могло привлечь внимание даже самого консервативного епископа наших дней. Однако то, что происходило в душе рукополагаемого, было куда более субъективным и, без сомнения, могло быть известно лишь ему одному. Для дерини эта церемония, казалось, имела большее значение, чем для людей, которых посвящали в сан, так как чувства первых были обострены тем измененным состоянием, в котором дерини встречают решающие события своей жизни.
Посвящение Камбера в сан и есть как раз тот случай, о котором ведется речь; и освящение, и сама структура мессы, включившей в себя обряд рукоположения, помогали ему войти в то состояние измененного сознания, в котором он мог бы открыть свою душу нисходящему Божеству как можно шире. Повторение молебствия, подобно мантре, в то время, когда он лежал, распростершись ниц, помогает ему еще больше погрузиться в себя. Таким образом, к тому времени, когда он преклоняет колени перед Энскомом, чтобы получить рукоположение, он уже ощущает то, к чему готовился.
Камбер задержал дыхание и стал медленно выдыхать воздух в то время, когда руки Энскома были подняты над его головой. То было таинство возложения рук – суть посвящения в сан. Он позволил покровам, защищавшим его, пасть, открываясь таким образом для восприятия, чтобы ощутить Силы Созидания, идущие через Энскома и Йорама.
– О, Повелитель Духов, что сотворил меня, Твой слуга Энском, орудие воли Твоей и проводник силы Твоей, в согласии с правом апостольского наследия, преходящего непрерывной чередой возложением рук, ныне предоставляю Тебе слугу Твоего, Камбера Кирилла, чтобы стал он священником Твоим.
Руки, сосредоточия всего, мягко опустились на голову Камбера, и он ощутил легкое покалывание, чистый поток энергии, окруживший оболочку его мозга. Его первым порывом было бежать, закрыться, поднять все мосты, скрыться от вселяющей благоговение Силы, чей потенциал он уже смог ощутить. Но он не посмел не сдержаться, даже если бы сегодняшний вечер не имел никакого значения.
Он почувствовал, как чья-то рука присоединилась к рукам Энскома, ласково касаясь головы, и узнал прохладное и мягкое прикосновение Йорама к его сознанию. Заставив себя расслабиться и остаться открытым, успокоенный присутствием Йорама, он закрыл глаза и сделал глубокий выдох, подчиняясь всему, что могло произойти. Энском продолжал говорить, и он ощутил, как спадает его напряжение.
– Accipite spinitum quorum remiseris… Прими Дух Святой. Чьи грехи ты простишь…
Он говорил еще и еще, но Камбер перестал понимать смысл слов, сосредоточив внимание на тех ощущениях, которые стали исходить от рук Энскома и Йорама. Он почувствовал легкое напряжение в своем мозгу, постепенное наполнение и насыщение чем-то могущественным, внушающим такое благоговение, что ничто не могло избегнуть его требовательного прикосновения.
Он перестал слышать и осознал, что ничего не видит, но не мог открыть глаза, чтобы удостовериться во всем и сберечь свою земную жизнь.
Потом ощущения тела потеряли для него всякое значение. Осталось лишь сознание и нечто большее, сосредоточившееся в светлой сияющей точке, омываемой и погружаемой в золотое сияние, покойное и очаровывающее, не похожее ни на что, что когда-либо прежде он испытывал или воображал, что испытывает.
Больше не было страха. Он был поглощен чувством покоя и радости, чувством, что он остался один на один с тем, что есть, будет и когда-то было. Он расправил радужные крылья и воспарил на них, радуясь, что есть нечто большее, чем быть простым смертным телом, и нечто большее, чем простое земное существование, что, когда его человеческое тело умрет, какую бы личину оно ни носило, он, сущность его, останется вечной, будет расти и стремиться к законченности вечности.
В одно мгновение он увидел свою прошлую жизнь, прошлые жизни, в трепещущих, текучих, как ртуть, проблесках, мгновенно исчезающих из памяти. Затем перед ним предстало его настоящее, словно он наблюдал за своим телом откуда-то с высоты: голова, испускающая свет, склонилась под освящающими руками, чьи прикосновения были нежными и неумолимыми.
Сквозь его сознание промелькнула мысль, что, наверное, ему привиделось все это, и его рацио согласилось с этим. Однако другая часть его отвергла эту мысль еще до того, как она смогла принять отчетливую форму. Но разве имеет в это мгновение какое-либо значение, явь это или лишь создание его воображения, порожденное тоской и стремлениями его души? Ни один из простых смертных не может и надеяться ощутить Сознание Божие во всех его гранях. Смертный способен лишь уловить мимолетный след тени Вечного, если только на его долю выпадет такая счастливая случайность. Теперь же, когда он отдал на суд Божий все свои недостатки и достоинства человека и дерини, не был ли он как никогда близок к тому, чтобы коснуться той Силы, управляющей вращением Вселенной. (Святой Камбер.)
За считанные секунды вся жизнь проходит перед глазами Камбера. Однако для всех смертных – свидетелей этого обряда, это всего лишь акт рукоположения, хотя очень чувствительный и одухотворенный священник, опираясь на собственный опыт, мог бы заметить, что в душе Камбера происходит какой-то внутренний процесс, и, вероятно, смог бы заметить какие-то изменения в его физической ауре. Даже без содействия епископа-дерини, осознанно направляющего такой поток энергии, мы обладаем свидетельствами подобных опытов духовного экстаза, имевших место и в нашем мире. Когда установлена связь с Божеством, получатель открыт для передачи, а антенна настроена на нужную волну, энергия нисходит вне зависимости оттого, готова или нет к этому антенна. (Данный пример является иллюстрацией принципа, который лежит в основе утверждения церкви, идущего с начала IV века, констатировавшего, что действенность таинства не зависит от благочестия или духовного настроя священника, исполняющего обряд.)
Мы можем предположить, что нечто подобное происходит и во время посвящения в сан Дункана, когда энергия Божества протекает сквозь епископа-человека, чтобы затем быть изначально воспринятой на более глубоких уровнях, которые доступны дерини. Необходимо помнить, что рукоположение – в конце концов, своего рода посвящение, а любая внешняя форма инициации даже в лучшем случае – лишь блеклое отражение тех изменений, которые несет за собой посвящение на духовном уровне, переживаемом каждым по-своему.
Однако вернемся к посвящению в сан Камбера. После того, что он ощущает во время возложения рук, обряд проходит в соответствии с общепринятым образцом; элементы магии дерини появляются лишь ближе к концу, когда Энском обращается к новопосвященному.
– Правила требуют, чтобы здесь я предостерег тебя от возможной опасности того пути, на который ты выходишь. Я полагаю, ты знаешь об этом и будешь проявлять благоразумие. Ты поймешь, если уже не догадался об этом, что обряды, которые тебе предстоит исполнять по присуждении сана, ни на йоту не уступают по значению каким-либо мирским ритуалам дерини, хотя “мирской”, в понимании дерини, термин несколько расплывчатый. Может, поэтому даже в наших “мирских” делах мы стараемся делать все в соответствии с точно установленными строгими правилами процедурами. Мы знаем или, по крайней мере, догадываемся о размерах тех Сил, из которых мы черпаем.
Отныне, мой горячо любимый сын, я не буду предостерегать тебя, как какого-нибудь простого священника, ведь ты один из самых неординарных людей, которых я знаю. Я просто желаю тебе полностью проявить себя в своих новых обязанностях, которые ты принял сегодня, и попрошу тебя быть терпеливым ко мне, так как мы завершаем последний акт облачения тебя в сан священника до того, как позволим тебе исполнить твою первую мессу.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов