А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Но тот лишь сказал: «Перестань. Это тоже забавно». Тогда Мицуру решил, что все в порядке.
Да, они с Кадзуо уже прошли через многое. Король и его верный советник.
Именно поэтому даже теперь, в критической ситуации, когда убивать своих одноклассников было позволительно, не могло идти речи о том, чтобы члены «семьи Кириямы» стали убивать друг друга. В конце концов, сам Кадзуо разослал им записки. Мицуру не сомневался, что Кадзуо уже разработал стратегию, которая позволит им справиться с ситуацией. Они обведут Са-камоти вокруг пальца и спасутся. Если бы Кадзуо Кирияма по-настоящему захотел, он бы без проблем одолел хоть все правительство.
Примерно с такими мыслями Мицуру выходил из школы и минут двадцать пять брел на юг. За все это время он увидел только одного-единственного ученика. В районе к юго-востоку от школы исчез, судя по всему, Ёдзи Курамото (ученик номер 8). Понятное дело, Мицуру из-за этого немного понервничал.
Выходя из школы, он уже наткнулся на трупы Маюми Тэндо и Ёсио Акамацу. Игра шла полным ходом.
Главным для Мицуру было как можно скорее добраться до места, указанного Кадзуо. Остальные ученики при этом в счет не шли. Имело значение только то, как «семья Кириямы» отсюда спасется.
По мере того как Мицуру двигался на юг, напряжение его неуклонно росло, поскольку мест, где он мог спрятаться, становилось все меньше. Под неудобной школьной формой Мицуру весь покрылся потом. Пот также проступил на его коротких обесцвеченных волосах и стекал по лбу.
Впереди береговая линия петляла вправо-влево, а где-то в середине этого извива зазубренный риф тянулся на восток от холма и скрывался в океане, точно утонувший динозавр, одна лишь спина которого виднелась над водой. Риф этот загораживал Мицуру обзор. Тогда он повернулся в сторону моря и увидел мелкие острова, а также огоньки, которые указывали на более крупный участок земли за темным океанским простором. Этот остров должен был находиться во Внутреннем Японском море. Совершенно точно.
Оглядев окрестности, Мицуру пересек границу между рощей и пляжем и, оказавшись на открытом месте, освещаемый лунным светом, пошел к рифу. Затем, добравшись до крутой скалы, начал взбираться. Скала была гладкая и холодная. Поскольку в правой руке Мицуру держал пистолет, а на плечах у него висели рюкзак и сумка, подъем оказался нелегким. Тем не менее он поднялся и выяснил, что риф имеет метра три в ширину, а по ту его сторону снова тянется пляж. Едва Мицуру приготовился спуститься с рифа и пойти дальше, как кто-то вдруг позвал его по имени. От неожиданности Мицуру чуть не подскочил. Затем оглянулся, поднял пистолет...
И облегченно вздохнул. После чего снова опустил пистолет.
В тени могучего валуна притаился Кадзуо Кирияма. Главарь банды сидел на выступе скалы.
— Босс... — с облегчением выдохнул Мицуру.
Но затем...
У ног Кадзуо Мицуру заметил три странных кома.
Он прищурился в темноте... а потом глаза его удивленно раскрылись.
Странные комы оказались трупами.
Лицом вверх, глазея в небо, лежал Рюхэй Сасагава (ученик номер 10). На боку, скрючившись, валялся Хироси Куронага (ученик номер 9). Это определенно были они, другие члены «семьи Кириямы». А вот третья фигура, в матроске и плиссированной юбке, лежала на животе, и понять, кто она, было сложнее. Тем не менее Мицуру разобрал, что это Идзуми Канаи (ученица номер 5). И еще... под их телами была большая лужа. Лужа эта казалась черной, но Мицуру, конечно, сразу понял, что это такое. Если бы сейчас светило солнце, цвет этой лужи был бы идентичен цвету кружка на национальном флаге Республики Дальневосточная Азия — темно-красному.
Оказавшись в полном замешательстве, Мицуру задрожал.
— Что... что это такое?..
— Это южная оконечность острова. — Из-под аккуратно зачесанных назад волос на Мицуру взглянули вечно спокойные глаза Кадзуо Кириямы. Кадзуо сидел, набросив на плечи пиджак, точно боксер после боя.
— Что... — Дрожащий рот Мицуру едва выговаривал слова. — Что здесь происходит...
— Ты имеешь в виду эти трупы? — Носком своего простого (но очень элегантного) кожаного ботинка Кадзуо толкнул тело Рюхэя Сасагавы. Правая рука Рюхэя, которая до этого лежала у него на груди, плюхнулась в лужу. Половина ладони тут же утонула.
— Все они попытались меня убить. Куронага и Сасагава — они оба. Тогда я... убил их.
Этого просто быть не могло...
Мицуру никак не мог в это поверить. Хироси Куронага был полным ничтожеством и просто таскался вместе с бандой, но он не меньше самого Мицуру был предан Кадзуо. Рюхэй Сасагава, более заносчивый, вечно выделывался (порой приходилось семь потов пролить, чтобы прекратить его издевательства над Ёсио Акамацу). Однако Рюхэй был страшно благодарен Кадзуо, когда тот потянул за несколько своих ниточек и не дал полиции арестовать младшего брата Рюхэя за воровство. Эти двое никогда бы Кадзуо не предали...
Тут Мицуру почуял в воздухе запах крови. Этот запах был куда сильнее того, что распространялся по классной комнате от трупа Ёситоки Кунинобу. Дело было в количестве. Разлитой здесь кровью можно было целую ванну наполнить.
От жуткого запаха челюсть Мицуру совсем отвисла. Надо же... просто невозможно понять, кто и о чем думал в действительности. Возможно, Хироси и Рюхэй так боялись погибнуть, что совсем спятили. Другими словами, они просто не смогли справиться с этой ситуацией. Явившись сюда, в назначенное место, они попытались подло напасть на Кадзуо.
Но тут... тут Мицуру воззрился на третий труп. Идзуми Канаи, лежащая лицом вниз, была очень милой, миниатюрной девочкой. Дочь городского чиновника (понятное дело, в этом сверхцентрализованном бюрократическом обществе должность городского чиновника или члена горсовета являлась лишь почетным постом без всякого реального влияния), по происхождению она, конечно, сравниться с Кадзуо не могла. Тем не менее ее семья, пожалуй, входила в пятерку самых богатых в городке. При этом Идзуми вовсе не была задавакой, и Мицуру считал ее достаточно симпатичной. Разумеется, учитывая разницу в происхождении, он был не настолько глуп, чтобы всерьез на нее засматриваться.
А теперь Идзуми была...
Мицуру невесть как сумел выговорить:
— С-скажи, босс... а Идзуми... к-как насчет...
На него снова смотрели спокойные и холодные глаза Кадзуо. До смерти напуганный этим взглядом, Мицуру сам лихорадочно стал искать ответ.
— 3-значит, Идзуми тоже... тоже попыталась тебя убить?
Кадзуо кивнул.
— Она случайно здесь оказалась.
Мицуру с трудом, но все же заставил себя поверить в сказанное. Пожалуй, такое было возможно. То есть, так сказал босс.
— У меня в этом смысле п-порядок, — выпалил Мицуру. — М-мне никогда не придет в г-голову своего босса убить. Эта игра — п-полная фигня. Ведь мы р-разберемся с Сакамоти и его ублюдками, верно? Я обеими р-руками за это...
Конечно, теперь они не смогут приблизиться к школе, потому что она оказалась в запретной зоне. Но, зная Кадзуо, Мицуру не сомневался, что его босс уже разработал план.
Тут он умолк и заметил, что Кадзуо качает головой. С трудом шевеля до странности липким и неповоротливым языком, Мицуру продолжил:
— 3-значит, мы отсюда с-смываемся? Отлично, т-тогда мы найдем лодку...
— Послушай... — перебил его Кадзуо.
Мицуру снова умолк.
— Мне без разницы, — продолжил Кадзуо. — И то и другое годится.
Хотя Мицуру ясно его расслышал, он продолжал недоуменно моргать. Он не понимал, что Кадзуо имеет в виду. Тогда Мицуру попытался прочесть мысли Кадзуо по выражению его глаз, но они как всегда спокойно смотрели на него.
— В к-каком смысле тебе и то и другое г-годится?
Словно бы разминая шею, Кадзуо выставил подбородок в ночное небо. Яркая луна отбрасывала мрачную тень на его изящное лицо. Оставаясь в такой позе, Кадзуо сказал:
— Порой я перестаю понимать, что хорошо, а что плохо.
Мицуру еще больше смутился. И тут ему в голову вдруг пришла совершенно другая мысль. Чего-то здесь не хватало.
Затем он понял, чего. Вернее, кого.
«Семья Кириямы» состояла из самого Мицуру, а также Рюхэя и Хироси, чьи тела здесь лежали, — плюс Сё Цукиока. Его-то как раз и не хватало. Сё вышел раньше Мицуру. Тогда почему...
Конечно, Сё Цукиока мог сбиться с дороги. Или его мог убить кто-то еще. Но Мицуру чувствовал, что на самом деле все обстоит куда более зловеще.
— Вот как сейчас, — продолжил Кадзуо. — Я просто не понимаю. — Вид у Кадзуо был при этом, как ни странно, довольно грустный. — Впрочем, это неважно.
Кадзуо снова взглянул на Мицуру. И тут, как будто речь его следовала некой музыкальной партитуре, где в этом месте стояло переключение на аллегро, Кадзуо заговорил стремительно, рублеными фразами. Казалось, собственные слова были ему неподвластны.
— Я сюда пришел. Идзуми была здесь. Идзуми попыталась сбежать. Я ее удержал.
Мицуру затаил дыхание.
— Потом я бросил монетку. Если бы выпал орел, я бы разобрался с Сакамоти...
Раньше, чем Кадзуо закончил, Мицуру наконец-то все понял.
Нет... не может этого быть...
Мицуру не хотелось в это верить. Это казалось просто немыслимо. Кадзуо был королем, а он — его верным советником. Мицуру должен был вечно служить Кадзуо и хранить ему абсолютную преданность. Да-да... и даже прическа Кадзуо играла здесь определенную роль. Примерно в то же самое время, когда Мицуру залечил сломанные пальцы, он настоял на том, чтобы Кадзуо носил именно такую прическу.
— Она очень классная. Ты с ней такой крутой, босс, — сказал он тогда. С тех пор Кадзуо ее носил. Казалось бы, сущая мелочь, но для Мицуру прическа Кадзуо была символом близости их взаимоотношений.
Но теперь Мицуру вдруг понял, что, очень может быть, Кадзуо было просто недосуг менять прическу. Возможно, он был слишком занят другими делами, чтобы возиться со своими волосами. Понял Мицуру и кое-что еще. Раньше он твердо верил в то, что их с Кадзуо связывает священный дух товарищества. В действительности же Кадзуо вполне мог заниматься делами банды просто забавы ради или вообще «просто так». Да-да, для Кадзуо это был всего лишь пережитой опыт, и никаких чувств к нему не прилагалось. Ведь Кадзуо сам однажды сказал: «Это тоже забавно».
Внезапно Мицуру припомнил еще одну особенность манеры Кадзуо, которая поначалу сильно его раздражала. Затем он решил, что не так уж это на самом деле и важно, после чего старался не обращать внимания. Кадзуо Кирияма никогда не улыбался.
Следующая мысль Мицуру вполне могла быть близка к истине: ему всегда казалось, что в голове у Кадзуо много чего происходит. Так оно, пожалуй, и было. Однако тонкость заключалась в том, что в голове у Кадзуо происходило нечто невероятно темное. Порой настолько темное, что это вообще выходило за пределы воображения Мицуру. Или это даже было не нечто темное, а скорее просто — некая черная дыра...
И, возможно, Сё Цукиока уже что-то такое в Кадзуо почуял...
У Мицуру больше не осталось времени на раздумья. Теперь он был целиком сосредоточен на указательном пальце своей правой руки (да-да, одном из тех, что были сломаны в тот судьбоносный день). Палец этот лежал на спусковом крючке валь-тера ППК.
Дул морской бриз, неся тяжелый запах крови. Волны продолжали разбиваться о берег.
Вальтер ППК слегка дрогнул в руке Мицуру — но к тому времени с плеч Кадзуо уже был сброшен школьный пиджак.
Раздался довольно приятный треск. Конечно, на самом деле это не так, но что-то в этой автоматной очереди (950 пуль в минуту) все-таки напоминало работу старой пишущей машинки, какую теперь можно найти только в антикварном магазине. И Идзуми Канаи, и Рюхэй Сасагава, и Хироси Куронага были зарезаны, а потому это были первые выстрелы, раздавшиеся на острове со времени начала игры.
Мицуру все еще стоял. Сам он не мог этого видеть, но от его груди к животу теперь шли четыре небольшие дыры. В спине Мицуру тоже почему-то появились две дыры, но уже размером с приличную консервную банку. Его правая рука с вальтером ППК, дрожа, опустилась. Глаза Мицуру смотрели в небо, на Полярную звезду. Однако, учитывая, как ярко этой ночью светила луна, никакой Полярной звезды он там не видел.
Кадзуо держал в руках грубый комок металла вроде жестяной десертной коробки с приделанной к ней ручкой. Это был пистолет-пулемет ингрэм М-10.
— Если бы на монетке выпала решка, — сказал Кадзуо, — я бы решил принять участие в игре...
Словно смакуя эти слова, Мицуру повалился вперед. Когда он упал, его голова ударилась о камень и подскочила сантиметров на пять.
Еще какое-то время Кадзуо Кирияма просто сидел. Затем встал и подошел к трупу Мицуру Нумаи. Левой рукой он аккуратно коснулся прошитого пулями тела, словно бы что-то проверяя.
Никакого эмоционального отклика не было. Кадзуо не чувствовал ни горя, ни вины, ни жалости. Он вообще не испытывал никаких чувств.
Кадзуо элементарно хотел выяснить, как ведет себя человек после того, как его застрелят. Даже не то чтобы хотел. Он просто подумал: «Пожалуй, неплохо будет узнать».
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов