А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Шон подошел к матери, которая теперь расставляла цветы на столе под камышовым навесом.
— Прибыли парни с Эль-Монте.
Мельком взглянув на сына, она улыбнулась:
— Приглядывай за ними, Шон. Ты же их знаешь.
Шон усмехнулся в ответ:
— Просто они любят повеселиться. Эти орлы обожают покуролесить лишь ради того, чтобы услышать звон собственных шпор. — Немного помолчав, он добавил. — К тому же они терпеть не могут Вустона.
— Замечательно! Друзья нам пригодятся.
А гости ехали и ехали. Семьи Луго, Авилов, Сепульведов, а кому-то пришлось провести в пути даже несколько дней, останавливаясь на попадавшихся по пути ранчо, теперь не спеша приближались к цели своего путешествия — кто верхом, а кто на скрипучих повозках, запряженных волами.
Все были разодеты в пух и прах, и ради такого случая даже на спинах лошадей красовались яркие попоны. К полудню на подъездах к ранчо вереницей вытянулось две дюжины повозок, и несколько дюжин оседланных лошадей стояло у коновязей. Остальных отвели в загон рядом с домом. То там, то здесь слышалось пение под гитару, но приготовления к пиршеству продолжались, у столов и на кухне хлопотали женщины, слышались радостные крики и смех.
Шон вошел в комнату матери, чтобы причесаться перед небольшим зеркалом, единственным в доме. И еще ему хотелось немного побыть одному.
Зеке Вустон не сомневается в том, что у них есть золото. Он клюнул на эту удочку. Но именно из-за золота ему еще больше захочется прибрать к рукам ранчо. Плюс его аферы с контрабандистами.
Из Райской бухты или любой другой бухты на побережье просто уйти в горы, спрятать товар в какой-нибудь пещере, а потом оттуда перевозить его в Лос-Анджелес, тем более что спрос велик. К тому же слишком суровый закон о торговле с иностранцами делал большинство местных жителей снисходительными к контрабанде, они не считали занятие ею преступлением, поскольку получать товары из Мексики было весьма затруднительно и чересчур накладно.
Итак, ожидание скорейшей выплаты долга ни в коей мере не заставит Вустона отказаться от дальнейших притязаний на ранчо. Легенды о золоте только разожгут его аппетиты, а он не из тех, кто отступает от своих желаний.
Значит, пойдут в ход связи с Мичелтореной, но даже сам губернатор мало чем мог бы оказаться ему полезен… во всяком случае, до тех пор, пока сеньора, брат Майкл и он еще живы.
А если они исчезнут?
Никаких наследников не объявится, ранчо отойдет в ведение губернатора. Вот тогда он и попробует прибрать его к рукам.
И все же Шон сомневался, что для достижения своих целей Зеке изберет именно такой метод. Вряд ли он станет доверять в таком деле даже губернатору, слишком велик риск, что тот отдаст землю кому-нибудь другому или же оставит ранчо за собой. Нет, они наверняка постараются найти какой-то другой способ.
Поправив широкий ремень, Шон задумчиво разглядывал свое отражение в зеркале.
Как расплатиться с долгами? Занять у кого-нибудь денег? Теперь — дадут, все уверены, что у них есть доступ к золоту. И даже если раздобыть столько денег не удастся, они выиграют время, а это для них сейчас важнее всего. Капитан принял решение не спешить с выходом в море, а попробовать собрать побольше товара для продажи, посмотреть у себя, что-то купить у соседей. Но рассчитывать на неплохую прибыль можно только в дальнем походе.
Ситка? Русским на севере нужна пшеница, и у них есть меха на продажу. На меха спрос в Китае и на Восточном побережье.
Шон в очередной раз проверил свой «кольт», он оказался в порядке и полностью заряжен. Проведя рукой по рукоятке ножа, висевшего у пояса, он выглянул через открытую дверь во двор, уже заполненный шумной, веселой, пестрой толпой.
Гости все прибывали. Поланко говорил, что среди холмов прячутся какие-то люди. Кто они такие и чего им надо? Несомненно, это банда Вустона. А что, если их послали, чтобы забрать Мариану, и как он тогда ей поможет? Волей ее дяди она предназначена в жены Андресу. Для большинства из тех, кто собрался здесь, — это весьма веский аргумент, так что на поддержку и понимание с их стороны рассчитывать не приходилось. Хотя история о том, как она ночью пробралась к нему на корабль, наверняка кому-то показалась бы очень романтичной.
Шон остановился на пороге дома, глядя на великое столпотворение во дворе. Музыканты настраивали инструменты, наигрывали несколько аккордов то из одной мелодии, то из другой. Скоро начнутся танцы.
Во время подобных затей он всегда оставался скорее зрителем, чем активным участником происходящего, и это его вполне устраивало. Но сейчас на душе у него было неспокойно.
Подобные ощущения иногда возникали в море, незадолго перед штормом, когда в воздухе повисало тягостное ожидание перемен в погоде. Но только на сей раз его предчувствия касались другого, не имеющего ничего общего с разбушевавшейся стихией.
Большая беда продолжала над ними нависать, и он не знал, с какой стороны и какого подвоха ожидать. Вустон… Андрес… любой из них способен на подлость.
И Крутой тоже. Кстати, а где же он?
Монтеро подошел к нему.
— Отличный вечер для танцев, — индеец понизил голос, — но мне не верится, что он окажется столь же хорошим для нас.
— Ты тоже чувствуешь?
Монтеро как бы прислушался.
— Да, — кивнул он. — Это приносит ветер… или же мы просто знаем о том, что нас ждет. Не могу сказать, как и когда, но нас ждет беда.
— Хорошо, что Мимс сейчас здесь.
Монтеро тихонько усмехнулся:
— Управы на него нет. Но он славный парень, хотя я сомневаюсь, что ему удастся дожить до старости. Стариком ему не быть, так же как и его дружкам.
— Нашего Старца больше нет.
— Да… нам его будет очень не хватать. Такой был человек!
— Хесус, а что ты знал о нем?
Монтеро пожал плечами.
— Наверное, не больше твоего. Однажды он рассказал мне о некоей двери, ведущей в другие миры, через которую может пройти человек. Но всему свое время: нужно знать, когда уходить и когда возвращаться обратно. — Недолго помолчав, он продолжил: — Возможно, золото возникало оттуда. Может, это жертвенные дары?
Предки Шона Малкерина верили в существование гномов, добрых и злых духов, поклонялись древним кельтским богам. Но в Ирландии, древнем, благословенном крае, как и везде, все изменилось, медленно и неотступно уходили из памяти людской воспоминания о призраках минувших дней, тени которых еще обитали в горах и среди болот. Шон не принимал глупые предубеждения и предрассудки, но он все же не сомневался в том, что на свете случаются порой необъяснимые вещи, о природе которых не известно еще ровным счетом ничего, и наверное, существуют незримые преграды, за которые ему не дано заглянуть.
— Понятия не имею, — с сомнением произнес капитан. — Кому в таком случае предназначались такие дары?
— Откуда нам знать, сеньор? Очень часто приношения богам делаются даже тогда, когда имена этих самых богов уже давно позабыты. Наверное, все дело в силе привычки, и старые верования и предания со временем могут померкнуть, но они не умирают.
Они вместе вышли из дома и остановились на веранде. Шон разглядывал залитые солнечным светом склоны далеких холмов, покрытые зарослями кустарника. Что за глаза следят оттуда за ним? Издалека местность вокруг ранчо могла показаться идиллическим пейзажем, но ему не раз приходилось бывать в тех пустынных местах, а он знал, как они суровы и обманчивы.
Начались танцы. Эль-Теколеро, взявший на себя роль распорядителя, открыл вечеринку с хоты, простого, но изящного танца. Шон глядел на танцующих гостей, но мысли его витали далеко. Что же с ними случится? Он обернулся, чтобы продолжить беседу с Монтеро, но того уже не оказалось рядом.
Поланко занял позицию на противоположной стороне двора, рядом с загоном, где теперь стояли лошади, Джонни Мимс танцевал, но Леркин Кемпбелл и Билл Ханикутт стояли неподалеку и курили, то и дело поглядывая по сторонам.
Неожиданно со стороны дороги послышался перестук копыт, и к воротам направились шесть или семь всадников. Впереди на вороном коне скакал Андрес. Он превосходно держался в седле. Томас Александр и Фернандес ехали следом. Остальные их попутчики выглядели как заправские бандиты.
Заметив, что Ханикутт поднялся на пригорок у загона, откуда ему стало сподручнее следить за происходящим, Шон двинулся через площадку для танцев, пробираясь между танцующими. С трудом выбравшись из толпы, он нос к носу столкнулся с Андресом.
— У нас вечеринка, — тихо сказал он, — мы танцуем и поем. Если ты приехал сюда для того же, то милости просим, будь нашим гостем, приглашаю и твоих друзей остаться.
— А если нет? — Андрес смотрел на него с холодным презрением.
— Тогда вам здесь делать нечего, и, как настоящий кабальеро, ты уедешь и не появишься в моем доме до конца фиесты.
— Ты будешь меня поучать?
— Я всего лишь напоминаю.
Андрес натянуто рассмеялся.
— Ну ладно, фиеста так фиеста, — одарил он всех своей ослепительной улыбкой. — Но только после я все же убью тебя.
Шон Малкерин небрежно усмехнулся в ответ.
— Разумеется, у тебя будет шанс попытаться это сделать. — Он немного помолчал. — Что ни говори, а глупо умирать из-за девчонки, которой на тебя наплевать, в то время когда многие другие за тобой ходят гужом.
Андрес развернул и пришпорил коня.
— Умереть придется не мне!
Шон понимающе улыбался:
— Все так говорят, пока не познакомятся с моим ножом. Приятного вечера, сеньор!
С дороги, идущей от побережья, доносился скрип и грохот колес. Гости — и стар, и млад — продолжали прибывать в повозках, украшенных разноцветными лентами. Обычно каждую повозку сопровождало несколько всадников, облаченных в бархатные сюртуки и широкие, с разрезами, брюки или же в костюмы из тонко выделанной белой замши. Головы всех мужчин украшали сомбреро.
Женщины тоже старались получше принарядиться ради такого случая. Те из них, что ехали издалека, привозили праздничные платья с собой, чтобы переодеться в них к ужину.
Музыка звучала так весело и призывно, что многие из вновь приехавших, едва успев выйти из повозки или слезть с седла, тут же оказывались подхваченными вихрем танца.
Шон переходил от одной компании к другой, улыбаясь, обмениваясь дружескими рукопожатиями, приветствуя гостей. В свое время он помогал семейству Люго сгонять скот и диких лошадей, хорошо знал и других своих соседей с ближайших ранчо и радовался встрече с друзьями. Андрес как будто забыл о своем гневе и теперь вместе со всеми придавался веселью. И все же приехавшие с ним парни вовсе не спешили смешаться с ликующей толпой, а держались вместе возле Фернандеса, настороженно поглядывая по сторонам.
Оставив свое место наблюдения у загона, Ханикутт переместился поближе к этой компании. Он замечательно владел гитарой, но даже тогда, когда ему приходилось играть и петь, не сводил глаз с Фернандеса. Другие гости как будто и не подозревали ни о чем. Они смеялись, шутили, были веселы и дружелюбны.
Предположим, рассуждал Шон, Андрес решил все же придерживаться условий перемирия, объявленного до завершения фиесты. Но Вустон никаких обещаний не давал. Более того, он сюда не приехал.
Так где же он?
Один танец сменял другой, и Мариана крутилась в самой гуще царившего веселья.
Внезапно Андрес оказался рядом с ней, и какое-то время они танцевали вместе. Получалось у них очень неплохо, и, глядя на них, Шон вдруг ощутил приступ раздражения. Зачем он приехал сюда? А что, если она его действительно любит и весь ее побег ничего не стоит?
Они танцевали ла-бамбу, и выглядело это поистине здорово. На голове у Марианы стоял стакан с водой, и, изящно исполняя сложные па, она не пролила из него ни капли.
Андрес тоже оказался замечательным партнером. Мексиканец был быстр, строен, необычайно ловок и танцевал лучше всех, хотя семейства Луго, Йорба и Эстудильо гордились своими очень хорошими танцорами.
Отвернувшись, Шон направился к дому.
Заметив его, мать усмехнулась:
— Ревнуешь? Напрасно. Ведь это только танец.
— Но она танцует с ним!
— А что тут такого? У него очень хорошо получается. В конце концов, почему бы ей самой не разобраться в своих чувствах? Но мне кажется, что это лишь танец, и не более. Она сердита на него, и, я думаю, ей хочется его подразнить.
Внезапно на пороге комнаты появился Монтеро:
— Сеньор! Сеньора! Там человек… он у загона. Ему нужно поговорить с вами!
Глава 18
Шон Малкерин направился было к двери, но затем остановился и вопросительно взглянул на Монтеро:
— Он один?
На лице у Монтеро застыло напряженное выражение, взгляд казался удивленным.
— С собой он привел еще одного человека. Всего лишь одного.
Но глухой стук копыт прервал их разговор. В облаке пыли к ранчо мчались полдюжины всадников. Зеке Вустон, капитан Ник Белл и сопровождавшие их солдаты.
Невесть откуда появившийся Джонни Мимс уже стоял рядом.
— У тебя есть друзья, малыш Шон. Стой на своем.
— Я не хочу доводить дело до стрельбы, — тихо сказал Шон.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов