А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Наверно, жизнь мне слишком спокойной казалась, вот приключений и захотелось… Потом до меня дошло, что я вроде бы выполняю приказ Асса – молчу то есть. Ну и стал я озвучивать свои мысли. Все, что в голову приходили.
– Беги, беги – в здоровом теле здоровый дух. Давай, давай, двигайся. Физические упражнения улучшают цвет лица и аппетит. Кстати, насчет аппетита… Кого ты там собрался мной кормить? Да я сам тебя скормлю! Вон Молчун у меня давно голодный. Правда, не знаю, станет ли мой зверь есть такое…
Асс уже не бежал. Он шел. Тяжело. Словно марафонскую дистанцию почти одолел, а перед финишем силы вдруг иссякли. Или сандалии истерлись. Когда Асс начал спотыкаться, то остановился и ко мне повернулся. И морда у колдуна была такая, что вот загрыз бы он меня, если б я рядом оказался, а так приходится только мечтать, потому как подойти лень.
А с мечтами в этом месте поаккуратнее надо быть. Осуществляются они здесь. Такой вот у Храма побочный эффект. Хочешь Зверя – получишь, но если желание твое не очень сильно, то получишь чего-то другое.
Вот Асс и получил.
Не знаю, чего он точно пожелал, но освещение в комнате вдруг изменилось, словно за всеми картинами прожектор включили. За всеми, мимо которых Асс пробежать успел. Часть из них осталась прежней. А на последней людей не было. И вообще чего-нибудь живого. Только черное небо с колючими звездами, истрескавшийся кусок земли и большой камень, обожженный космическим холодом. Жизнеутверждающий такой пейзаж. Прям до дрожи во всем теле. Для полноты впечатлений имелись на картине тени. И та, что на камне, напоминала череп. Смутно знакомый. Не человеческий.
Может, я и вспомнил бы, чья это черепушка, но тут Асс завопил, и все воспоминания распугал.
Послушать этого крикуна, так я во всем виноватый получался. И в заклинание его вмешался, и колдовской настрой ему порушил, и против какого-то течения пошел…
Было еще много заумных слов, которые не выговорить, не запомнить. Но смысл простой, как одноразовый шприц. После того, чего я якобы натворил, погано станет всем вместе и мне в отдельности.
Ну со мной такие наезды давно не проходят.
– Слышь, Асс, это ведь твое заклятие. Вот тебе за базар и отвечать.
И тут освещение изменилось еще раз.
Может, из-за моих слов, а может, просто время пришло. Не знаю, кто здесь светом заведует и чего у него в программе показа написано.
В комнате стало вроде бы светлее и… почему-то холоднее. Еще и тени у колонн появились. По картинам поползли и по полу. И картины сами слегка изменились.
Все их персонажи стали живее, объемнее как-то. Словно только притворялись нарисованными. Или в «замри!» со мной поиграть вздумали. А только я отвернусь – делают, чего хотят. А вдруг им ко мне поближе перебраться захочется?..
Еще на картинах угадывался враг, с которым сражались герои.
Сказать, что они его победили, язык не поворачивается. Временное отступление не считается поражением.
Н-да, не очень радостно стало в этой комнате. Добавить бы немного музыки, от которой волосы на затылке шевелятся, и можно фильм ужасов снимать. Для правдоподобия нужна еще визжащая красотка, напуганная маньяком. Или монстром.
После таких мыслей мне почему-то резко захотелось убраться из этой комнаты. И из Храма. Желательно на расстояние трех дней бега испуганного поала. За это время он очень мно-ого может пробежать. А потом успокоится. Или загнется от переутомления.
Убраться из комнаты я не успел.
Асс завизжал.
Не всякая киношная красотка так сумеет. Тут врожденный талант требуется.
Вместо маньяка из последней картины стало выбираться нечто частично видимое. Или невидимое. Это уж как посмотреть. Стакан наполовину полный или полупустой?
Визг колдуна мешал думать.
– Заткнулся бы ты, Асс, а?..
И он заткнулся, когда полувидимое подошло к нему поближе.
Лично я увидел пасть, нависшую над головой рыжего. Большую такую пасть, где и две головы поместились бы. Еще я заметил заднюю лапу, опускающуюся на камень в картине.
Черепушка еще рассыпалась под лапой, когда я все-таки вспомнил. И закричал.
Но вместо крика получился полузадушенный хрип.
– Молчун, – выдохнул я в собственную ладонь.
И словно бы ослеп.
В темноте аппетитное чавканье впечатляет куда больше, чем те же самые звуки, но при ярком свете.
Сказать, что я хотел отойти от них подальше, значит, ничего не сказать. Думаю, слово «тикай!» осталось последним разумным в моей башке. А то, что я не мог идти на своих двоих, меня ничуть не остановило. Я прекрасно «утек» на всех четырех.
Несколько раз упирался головой в колонну. Огибал препятствие и двигался дальше. Единственное, о чем жалел, что нет рядом Кранта или Молчуна. Они и темной ночью хорошо видят, и ясным днем… С ними не проползешь мимо выхода. Да и спокойнее с таким сопровождением.
Возле очередной колонны я попытался подняться. И у меня получилось!
Ну и пошел вдоль стены, осторожно трогая ее. Лично проверять, все картины стали проницаемыми или только последняя, мне не хотелось.
Несколько раз я споткнулся – и это на ровном месте! – но ни разу не упал. Будто какая-то сила держала меня за воротник халата.
Пару лет назад я видел мамашу, что выгуливала в парке своего детеныша. Похоже, он только-только научился ходить. Регулярно спотыкался, пытался принять горизонтальную позу. Но мамаша не зря держала его за специальные подтяжки. Идти они не мешали, а от падений страховали. Когда детенышу надоело шагать, он просто поджал ноги и повис на этой сбруе.
Ну я ноги поджимать не стал. Хоть и очень хотелось. Было у меня такое чувство, что меня поддерживают и ведут.
Уже в коридоре я оглянулся.
Кажется, в темноте кто-то был. И этот кто-то смотрел на меня.
Пугаться и визжать я не стал. Притомился как-то от сильных впечатлений. Да и Асс своими воплями меня изрядно достал. Единственное, чего мне хотелось, это добраться до своей палатки, расстелить подстилку и задрыхнуть. Отсюда – и до обеда…
Мечты, мечты, мне б вашу сладость…

10
Проем, куда свернул Меченый, я нашел легко и просто. Так же легко и просто перешагнул порог. Широкий, каменный. И ступил на плотно утрамбованную почву. Из полуночного кошмара попал в добрый вечер. Где и солнце еще не село. Где за длинными столами устроились крупные такие мужики. А перед каждым – вместительная кружка. Закусь – чисто символическая. Бутылок на столах вообще нет. Но и без них все счастливы и довольны. А больше всех – Меченый. Стоит в широком проходе между столами, и рукой над головой трясет. Как спортсмен, побивший очередной мировой рекорд. И приветствовали Меченого, как того спортсмена: топали, свистели, кружками о столы стучали. Только репортеров и фотографов для полноты картины не хватало. Ну я и решил заменить одного из них – интервью, так сказать, взять. Подошел к Меченому со спины, а он так и не повернулся, будто шагов моих не слышал, хлопнул его по плечу и спросил:
– Мужик, ты чего здесь натворил?
А «мужик» развернулся и в дыню мне заехал. И это вместо «добрый вечер, хозяин». Знать бы, что мне будут так «рады», с порога здороваться стал бы. Кулак-то у Меченого реальный, да и сам он не из хилых. Приложил мне так, что я в своих ногах запутался и звезды среди бела дня увидел. Еще и возле забора оказался. У самых открытых ворот. И медленно сползать по ним начал. Спиной. Ну не получалось у меня на ногах держаться и все тут.
А Меченый стоял и смотрел на меня. А выражение лица у него было такое, что скажи он: «Порву, как Тузик шапку!» – я бы поверил не задумываясь. Потом он двинулся ко мне, и я понял: порвет! Или зарубит. С таким мечом в руке – точно зарубит. Когда он оружие достал, я в упор не заметил. Может, еще до моего «интервью». Но три мужика за его спиной очень уж неподвижно лежат. Вряд ли просто отдыхают.
А я ни спросить, ни сказать… Словно меня не кулаком приласкали, а грузовиком сшибли. Обычно я куда лучше удар держал. Не грузовика, понятное дело. Расслабился я, похоже, за надежной Крантовой спиной. Никакого запаса прочности не осталось. Да и никакого оружия под рукой. Даже камня. Хотя… камнем Меченого останавливать, что слона дробиной.
Странная, блин, штука этот инстинкт самосохранения. Знаю же, что никакого оружия у меня нет, да и не противник я Меченому. Ну так сложи, Лёха, лапки и покорись неизбежному. А «лапки» складываться не хотят. Шарят по воротам, чего-то ищут. Будто найти могут. Ручку там. Или ножку. Или меч-кладенец, что сам за меня все делать станет.
И таки нашли!
К счастью, не меч, а всего лишь тесак. Любимый поварской инструмент типа. Колбаску таким хорошо порубить, арбуз располовинить и на охоте с ним не пропадешь. Нужная вещь, короче, надежная. Прям сама в руку просится.
Да только не дается.
Не знаю, чей тесак и кто его в ворота вогнал, но левой рукой, да еще обратным хватом, я взять его не смог. Правой сумел-таки выдернуть, но не удержал. Слишком уж много сил в выдергивание вложил. И злости. Рванул правой рукой из-за левого плеча, да со всей дури и… не удержал.
Далеко тесак, понятно, не улетел. Все-таки не метательный нож, но попал очень уж удачно.
Или наоборот.
Не собирался я убивать Меченого. Только остановить хотел. Но не живут долго с такой раной. У меня «броник» точно в том же месте пробит. Так его прежний хозяин, уж на что классным лекарем считался, а тоже того…
Меченый остановился. Даже назад качнулся. Пары шагов до меня не дошел. Посмотрел на нож в своем животе, на меня… Очень удивленным лицо у мужика стало. Вроде бы, по всем правилам, выигрыш ему светил, реальный, а кто-то другой вдруг взял и банк сорвал.
Ну а я… как сидел у ворот, так, не поднимаясь, и стал отползать в сторону. Чтоб, значится, за воротами оказаться. С такими ранами долго не живут, но и не умирают вот так сразу. А как Меченый с оружием обращается, я видел.
Странно, но никто из зрителей не вмешался. Сидели, пили, о чем-то болтали. Один из лежащих, тот, что в проходе, тоже вдруг сел. Повернулся ко мне. Крупный мужик, длиннорукий. Кажется, я где-то уже видел его. Раньше. И этот двор. С рядами столов и широким проходом между ними. Песок еще на земле…
Когда Меченый начал падать, я уже сидел на пороге. Машинально качнулся назад, подтянув колени к груди и… вывалился в коридор. Знакомый коридор подземного гаража. Проем передо мной быстро темнел. Последнее, что я в нем увидел, это Меченый стоит на коленях и… улыбается.
– Ты напрасно вошел в чужой сон.
– Чего?
Я все еще пялился в темный проем. А кто болтает у меня за спиной, мне было по фигу. Первые пару секунд.
– Из чужого сна трудно проснуться.
Так заумно выразился старик-прорицатель. И стоял он грамотно. Метрах в трех от меня. Сразу б я его не достал. Даже если бы очень испугался.
Но опасным он для меня не казался.
Скорее наоборот: я для него.
Может, он и нашу с Меченым «веселуху» видел…
Не удивлюсь, если дед меня за маньяка принял. Я и сам, признаться, не ожидал от себя такой прыти. Прирезать мужика только за то, что он в морду мне двинул. Ну-ну. Хорошо же на меня этот храм действует. «Добрее и мудрее» делает. Еще немного, и я сам себя бояться стану.
Хорошо хоть Лапушка моего позора не видела.
Блин, а что я жене Меченого скажу?!
Я ведь за него вроде как отвечаю. И за нее тоже.
Попадалово, однако.
Что будем делать, доктор Лёха? Возвращаться и лечить? Лечить в общем-то хорошая мысль. Но возвращаться – плохая примета. А возвращаться тудамне почему-то совсем не хочется.
«Не хочется – не делай!» – как советовал один знаток по правильному планированию жизни. А специалистов слушаться надо. Они за свои советы деньги получают. Немалые.
– Уходить надо, пока нас отпускают.
Еще один советчик нашелся. А совет совсем неглупый, кстати.
– Дед, а ты сюда как попал?
«Стреляли, однако!» – Дед не ответил.
Только к стене без проемов отступил и настороженно наблюдал, как я поднимаюсь и на своих двоих пытаюсь устоять.
Устоял. Без всяких проблем.
– Уходить, говоришь, надо? Ладно, уходим. А все остальные как?
Из «всех остальных» меня Марла и Первоидущий больше всего интересовали. Ну а другие – постольку поскольку. Они проходят по самому краю моей жизни. Чего-то вроде фона, на который и внимание-то особо не обращают.
– Они тоже уйдут. Если смогут.
Вот только это «если смогут» не очень убедительно прозвучало. Засомневался я малость в словах старика. Прорицатели ведь тоже не всегда правду говорят. Как и врачи.
– А если не смогут, что тогда?
– Тогда они останутся здесь. В своих снах.
– А разбудить? – спросил я у дедовой спины.
– Войдешь в чужой сон, там можешь и остаться, – предупредила меня спина. На ходу.
Шел дед быстро. Словно что-то гналось за ним. Ну и я старался не отставать. Охотничий инстинкт сработал. Тот, что гнаться за убегающим заставляет.
– А если я войду, а ты меня подержишь?..
– Как подержу?
Старик остановился. Оглянулся. Тут-то я его и настиг.
– За руку подержишь! Вот так.
Сжал тонкие прохладные пальцы. Шагнул к темному проему.
– Дадим Лапушке шанс, а?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов