А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Недавно снился еще один сон об "авиакатастрофе" -- очень реальный, и я думаю: Вот в самом деле и всё. Но потом приземляемся на улице.
И несколько снов в автомобиле или поезде, которые едут очень быстро и вот-вот в любой момент разобьются. Я переживаю тот же самый реальный страх, который чувствовал бы, бодрствуя. С другой стороны, я, не задумываясь, прыгаю с высоких зданий, обрывов, чем выше, тем лучше, зная, что плавно спланирую вниз. Самый настойчивый возобновляющийся сон, почти еженощный -безуспешная попытка раздобыть себе завтрак или какую-либо другую еду, и лишь очень редко удается найти какое-нибудь совершенно несъедобное блюдо. В обслуживании обычно мне грубо отказывают.
Я стою на площадке наружной лестницы... второй этаж. Заглядывая через окно в комнату со скошенным потолком, я вижу Флетча. (Он на заднем крыльце, и я вижу его в кухонную дверь.) В комнате несколько крупных котов, от двадцати пяти до тридцати фунтов весом и странных окрасов... большие кляксы красно-пурпурного цвета и черно-пурпурного. Флетча, кажется, они не достают. На площадке лежит расплющенный, высохший, пыльный трупик маленького серого кота, настолько вдавленного в площадку из серого дерева, что я едва различаю окаменевшие контуры.
Сцена секса с Майком Чейзом. Он нагишом стоит передо мною на коленях, -- но на приподнятом подиуме, так, что мое лицо на одном уровне с его промежностью. У него полуэрекция, и все как-то кажется очень правильным. Как именно? Вспоминаю сон о Майке Чейзе -- в комнате с желтыми обоями в старом западном отеле -- и говорю:
-- Застряли в девятнадцатом веке...
Этот сон, на самом деле, приснился в воскресенье, 22 декабря. Значит, сегодня -- канун Рождества. А вчера вечером я листал "Книгу животных Одюбона"(57); столько прекрасных существ... Летучая Собака, вылитый Флетч, и Черный Лемур. Понимаю, насколько я люблю животных... млекопитающих, то есть... ласок, скунсов, росомах, тюленей и галаго. Я просто превращаюсь в Святого Франциска последних дней. Сегодня утром спас крысу от Рыжей. Она до сих пор где-то в доме.
Очевидно, коты странной раскраски, приснившиеся мне в ночь субботы, были предвидением тех животных, которых я видел вчера вечером в книге.
У турникета Иэн дал мне шестипенсовик опустить в щель, а сам прошел вперед. Я спрашиваю себя: следует ли мне вернуться за шляпой? Решаю, что не стоит, боюсь отстать от Иэна. Поэтому я со щелчком прохожу вперед, но Иэна нигде не видно, что кажется странным. Я прохожу в комнату с круглым столом, вроде библиотеки, где сидит мама. Мы отправимся в поездку... мама, Иэн и я, но где же Иэн?
В вестибюле перед библиотекой встречаю Ховарда Брукнера(58). Мы с ним смотрим во двор. Что там находится? Не могу вспомнить. Просматриваю картинки с кошками в поисках изображения Нытика. Нет ни одного абсолютно точного, и большинство фотографий смазаны или нечеткие. Читаю о банде малолетних преступников, которые рыскали по улицам, убивая кошек. Что же это за кошмарная жлобская планета. Господствующий вид состоит из садистских ублюдков, чьи рожи несут на себе отличительные черты духовного истощения и распухли от тупой ненависти. Безнадежнейшая дрянь.
Где-то на юге Франции. Я забыл название гостиницы в конце линии. Нахожу дорогу назад, и в коридоре там -- две маленькие собачки, серая и черная, они идут за мной ко мне в номер. Должно быть, это Собаки-Привратники, о которых есть во сне про татарское платье. В "Невыносимом Бассингтоне"(59): Комус Бассингтон, воплощение порочного, невыносимого ребячества, на прощальном ужине. На следующий день он уезжает в Африку. За ним в столовую заходит маленький черный пес. Да, он шел и за его отцом перед тем, как тот убился, когда его сбросила лошадь. Явное предвестие смерти.
Название гостиницы -- "Фармасиа". Она очень далеко, и две собачки, которые тоже ищут себе место, -- в коридоре. Возобновляющаяся тема. Должно быть, это -- Собаки-Привратники. Не могу найти подходящего Комуса. Воплощение порочного конца в прощальном ужине. Он здесь далеко от базы. На следующий день. Улицы, но я не могу определить Францию. Конец линии. Подземка. Христа ради. Христос в бетоне. Двадцать одна маленькая собачка-привратник перед самой смертью определенно Комус... ave atque vale(60). C моим черным псом вспоминаю пятницу. Сегодня подготавливаю Хватку, моего ирландского терьера. Там Боулз. Я говорю:
-- Мы изучили ее планету ужасных черных дворняжек.
Проверяю цвет на оригинальном деторождении ее трогательные косточки заперты в конторском шкафчике к татарскому сну не уверен насчет двери ибо она выдвигает вперед маленького меня снова то же самое неправильное написание следует за мной ко мне в номер ходячее слово уходящее корнями в римские времена снова революция дружок по части наций...
~~~
-- Как насчет улиток?
Холодное чувство -- страх ночного кошмара.
Полковник, Гражданская война.
Северная Дакота. Ему осточертело.
Оркестрировать пение.
Составить симфонию из перекрывающегося замедляющегося, ускоряющегося пения. Прогнать пение задом наперед.
В гостинице, в большой гостинице Страны Мертвых. Эскалаторы, лестницы на множестве уровней, эскалаторы, лестницы, рестораны. Несколько раз я замечаю Иэна на эскалаторе -- или он проходит по коридорам и приемным. У стойки -- длинная очередь людей, они ждут своих номеров. У меня забронирован 317-й, но я в этом не уверен -- столько душ сюда заезжает. Многие похожи на американцев, некоторые, вне всякого сомнения, -военнослужащие с короткими стрижками и с рюкзаками.
Нахожу Иэна в бельэтаже, перед бутиком. Весь этот участок -- огромный аэропорт: вокзалы, доки, отели, рестораны, фотоателье. Он извиняется и входит внутрь. Через минуту я захожу следом и прошу девушку позвать Иэна Соммервилля.
-- Ах, да, -- отвечает она. Иэн выходит. Несколько отрывочных фраз.
-- Брайон здесь?
-- Нет, он не придет.
Интересно, сохранилась ли у меня еще бронь на номер? Вчера я ночевал на тахте в комнате, где спали еще четверо или пятеро. Кабинки. Несколько черных девушек. Иэн разговаривает с ними о каких-то делах, но что это за дела, я не знаю.
Неверные повороты. Потерял след. Нас приводит к этому бутику на чужой планете. Даже представить себе не могу, где он сейчас... дома, а я -нет... и ничем уже не сомкнуть эту брешь. У него дело, о котором я не имею ни малейшего понятия. Вернусь в Америку.
Под синим одеялом нахожу фрагменты наконечника стрелы, желтую кошку, старый мотоцикл. Мне следует поставить пломбы в колени и зубы. Правительство отъехало писать книгу в соавторстве с Тимом Лири. Играю в кости на таблетки морфия.
Я в поезде. Виден Гудзон. Остров. Схожу с парохода. Развалины дома из красного кирпича... щебень, кирпичи, балки... ванна. Кто здесь жил? Посетители встретят меня здесь. Хожу по острову. Кусты... деревья... скалы... немного. Площадью примерно в акр, может, меньше... переключаюсь на озеро Одинокой Звезды. Зияние спокойствия. Повсюду снег. Перед камином... теперь в комнате, растворяющейся в длинных серых пустых дорогах и канавах... перемещаюсь теперь уже очень быстро.
День рождения Брайона Гайсина. Танжер переместился на приблизительное место Галифакса. Кажется, города передвигают с места на место. Произошел какой-то фундаментальный планетарный переворот. Я приезжаю в Танжер и встречаюсь с Конрадом Руксом(61). Говорю ему:
-- Я прошел пешком через всю Сибирь. Это заняло два месяца. Пришлось убить пятерых... Нью-Йорка больше нет.
Я, кажется, прошел на запад от Берингова пролива через всю Сибирь и север Европы. Переправился через Атлантику, и вот я здесь.
-- Кто под Танжером? -- Я направляюсь на запад от Танжера в пустынные неизведанные места.
Гостиница при аэропорте в Лондоне. В аэропорту встречаю Бернона Вудла. Он направляется в Париж.
У меня очень мало денег -- лишь две монетки по десять шиллингов и немного мелочи. С деньгами должна приехать мама. В моем гостиничном номере жуткий беспорядок. Наконец, приезжает Аллертон в весьма пижонском английском пальто -- светло-рыжем с эполетами, ремнем и прочими финтифлюшками. Он все уладит с гостиницей. Кажется, что моя мама -- это он.
Я в Южной Америке, пытаюсь найти некий особый лагерь. Ко мне туда подъедут остальные. Указания, как до него добраться, очень путаны. Я выхожу, а на улице довольно сильная толчея, она выглядит смутно латиноамериканской. Я бросаю взгляд на другую сторону узкой бухты. Вижу, что время -- 12:15. (Часы похожи на луну.) Остальные должны присоединиться ко мне в 1:40. Надеюсь, они лучше меня знают, где именно. В гостинице я оставил свой скаутский нож. Решаю, что еще успею вернуться за ним. Прохожу мимо лавки с ножами в витрине, но решаю не покупать.
Встречаю Джерри Эванса. Мы как бы делаем с ним это... по крайней мере, он мельком показывает твердый член. Затем он с сумасшедшей скоростью гонит по улице с односторонним движением не в ту сторону. Мы едва не сталкиваемся с грузовиком. Обычно в снах о быстрой езде за рулем -- мой отец. Джерри что -- мой отец? Хммммммм. Опасность представляется очень реальной. Нет чувства, что это всего лишь сон.
Проснулся от кошмара, отхаркивая рвоту, вызванную грыжей. Сон был об укладке вещей. У всех остальных багаж уложен, и все готовы ехать. Дорогие чемоданы, сплошные кожаные ремни и зеленое полотно. Не могу найти бумажник. Смотрю в карманах костюмов, развешанных на крючках по стене. Кто-то еще помогает мне искать, и я, в конце концов, нахожу бумажник в корзине с грязным бельем. Обычная суета... грязная коммунальная квартира.
Иэн очень дружелюбен. Попытаюсь раздобыть себе завтрак. Надежда вековечная, говорит чувак. Иэн утверждает, что руки у меня -- как у еврея. Самое однозначно безумное замечание, которое я могу припомнить. Я соглашаюсь. Ну, кто станет отрицать такое голословное утверждение?
Поехал в Каменный Дом пострелять. Я жил в нем почти год, когда впервые приехал в Лоуренс. Теперь там живет антрополог Билл Лайон. Он пытается свести меня с каким-то шаманом. Мне хочется изгнать Мерзкого Духа(62). Он говорит, что через десять дней здесь будет Хромой Олень. Он, конечно, способен на большее, нежели любой психоаналитик.
Здесь также кто-то из бывших студентов Билла. Мне удается выдоить из него разумную горстку пуль. Возвращаемся в дом выпить, и в нем вдруг просыпается дух противоречия: что бы я ни сказал, ему непременно нужно вставить последнее слово. Приглашает нас на гурманский обед в Канзас-Сити. Я хмыкаю и отвечаю, что нужно посмотреть, что у меня запланировано. Это вызывает тему еды. Я говорю:
-- Когда делаешь карри, нужно сначала заправить его чуть-чуть поострее, а потом смягчить свежими персиками, сливами или медом.
-- О да, -- отвечает он. -- Это шри-ланкийский карри.
Когда мы возвращаемся к недавно приобретенному "дацуну" Билла Рича, тот говорит, что оказаться в ловушке дома у этого человека было бы кошмарно. Я от всей души соглашаюсь. Вечер на его территории мог бы сильно поколебать мой рассудок, и я бы не устоял от соблазна отвечать ему тем же. Но мне всегда не по себе даже преувеличивать малейший подвиг, не говоря уже о том, чтобы фальсифицировать его. Ненавижу врать и ненавижу лжецов. И я сразу вижу, когда кто-то лжет.
Помню, много лет назад в Париже Грегори разводил какого-то якобы исследователя Амазонки. Лжецы -- обуза и смертная тоска, которую я на себя бы никогда не взвалил. Этот исследователь был весь набит дерьмом про Зеленый Ад. На деревьях болтаются боа-констрикторы, тарантулы величиной с тарелку, убивают в считанные секунды.
-- О да, -- говорю ему я. -- Южноамериканские тарантулы ядовитее североамериканской разновидности, но опасности для здорового взрослого не представляют.
Тот вспыхивает:
-- Ну, так езжайте туда сами и сообщите им об этом, потому что им это неизвестно.
-- Ага, -- говорю я, -- а пираньи выскакивают из воды и откусывают на лету пальцы, а в реку даже ссать не стоит, поскольку в руках останется только кровавая кочерыжка, из которой бьют моча и кровь.
Прикидываю, что он неплохо смотрелся бы с усохшей головой.
Позже Грегори рассказывает, что исследователь меня просто возненавидел. Вам бы тоже, наверное, не понравилось, если б на месте этого самозванца оказались вы?.. и никогда не видели Амазонки?
Я сижу в постели в белых парусиновых штанах вместо обычной пижамы, и на штанах у меня -- блохи, поэтому я прикидываю, что нужно сходить за "Камфо-Феником" и покончить с этим блошиным цирком. Но стоит мне встать за средством, как я обнаруживаю, что это не похоже на мой дом в Лоуренсе, хотя кухня, ванная и дверь в цокольный этаж остались прежними, а также часть передней комнаты... но теперь там -- большая пустая комната. В передней комнате никакой мебели, она больше похожа на двор, замусоренный и грязный. Больше того, в доме -- стадо посторонних, по большей части -- на кухне и в том, что осталось от столовой/гостиной. Я говорю им:
-- В чем дело? Вы сюда вошли? Тогда просите разрешения, а не то выметайтесь.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов