А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


– Что у вас тут происходит? – сурово осведомилась Лола. – Что вы с Аскольдом устроили?
– Я тут ни при чем, – отозвался Леня, – что ты сразу на меня? Это ведь не я катаюсь по полу и мяукаю! А что происходит с Аскольдом – спрашивай у него, я сам ничего не понимаю!
Лола бросила на банкетку пакеты с покупками и осторожно приблизилась к коту. Несколько секунд понаблюдав за ним, она решительно направилась на кухню, набрала в самую большую кастрюлю холодной воды и выплеснула ее на Аскольда. Кот взвыл громче прежнего, причем на этот раз в его голосе прозвучали обида и разочарование, и удрал в Ленину комнату вылизываться. Лола нагнулась и подняла с пола несколько розовых обрывков.
– Что это? – удивленно спросил Леня.
– Раньше это было моими тапочками, – грустно ответила Лола, – и я их очень любила, можно сказать, была к ним привязана, а что это теперь – затрудняюсь сказать, спрашивай у своего кота!
Она принюхалась к остаткам тапочек и уверенно сказала:
– Валерьянка! Скажи-ка, Ленечка, а где твоя так называемая дочь?
– Ну что ты, Лолочка! – Леня отступил на пару шагов. – Неужели ты думаешь, что это Светочка?
– Нет, не думаю! – рявкнула разъяренная Лола. – Наверное, Аскольд сам купил валерьянку в аптеке на свои карманные деньги! Или заработал уроками музыки! Ты прекрасно знаешь, что я не держу дома валерьянки, потому что уже был один случай с твоим хвостатым наркоманом! Ты помнишь, он даже аптечку в ванной своротил на пол! Или ты думаешь, я сама налила валерьянки в собственные тапочки?
И, поскольку Леня молчал, Лола продолжала, еще больше распаляясь:
– Ну ты сам-то подумай – тебе не кажется странным, что Светка даже не выглянула на такой шум? По-моему, тут кто угодно заинтересовался бы! Нет, Ленька, ты все-таки окончательно поглупел!
Словно в ответ на ее слова открылась дверь «игровой», и оттуда с самым невинным видом выглянула Света.
– Ой, тетя Лола! – проговорила она трогательным тоненьким голоском. – Вы пришли? А я и не слышала, наводила порядок в комнате у зверей… А что это у вас такое розовое? – она с интересом разглядывала пушистые розовые обрывки в Лолиных руках.
– Это жалкие остатки моих иллюзий, – ответила Лола и отправилась к мусоропроводу.
– Ой, а тут на полу вода! – протянула Света, увидев лужу. – Ничего, папочка, я сейчас все вытру! – И она побежала за половой тряпкой.
Вернувшись от мусоропровода, Лола увидела девочку, ползающую на пороге ванной с половой тряпкой в руках, и встретила Ленин укоризненный взгляд. Она гордо удалилась в свою комнату и с грохотом захлопнула за собой дверь, вполголоса проговорив:
– Прямо Золушка! А я, значит, злая мачеха!
Ни о каких Лениных извинениях, а значит, и о примирении с партнером не было и речи.
На следующий день в назначенное Мюнцером время Лола, не ведающая, что место встречи изменилось, подъехала к известному заведению с сомнительным названием «Тюряга». Перед входом слонялся хмурый мужик в форме тюремного надзирателя. Он распахнул перед Лолой обитую железом дверь с зарешеченным окошечком, проводил ее мрачным взглядом и с глухим лязгом захлопнул дверь. У Лолы возникло такое чувство, будто за ней действительно захлопнулась дверь тюрьмы.
Создатели этого оригинального заведения добивались именно этого. Видимо, многие посетители «Тюряги» в свое время побывали на нарах и соответствующая обстановка вызывала у них приятные воспоминания, а другие воспринимали тюремный антураж как возбуждающую экзотику. Конечно, сыграло свою роль и то, как модно стало в последнее время снимать фильмы и телевизионные сериалы про обитателей тюрьмы и зоны.
Лола не относилась ни к тем ни к другим, и мрачное заведение, в котором она оказалась, вызвало у нее самое тягостное ощущение.
Внутри оказался узкий коридор, едва освещенный слабыми желтоватыми лампочками, подвешенными под самым потолком и вместо абажура забранными ржавой металлической сеткой. Стены коридора были выкрашены грязно-зеленой масляной краской, местами содранной до самой штукатурки. Казалось, что последний раз эти стены красили лет двадцать назад, хотя Лола знала из статьи в популярном журнале, что «Тюряга» открыта совсем недавно и над ее оформлением работал очень модный и дорогой московский дизайнер.
В зеленых стенах через равные промежутки были такие же, как на входе, железные двери с маленькими зарешеченными окошечками. Мимо этих дверей прохаживались рослые надзиратели с угрюмыми зверообразными лицами. Время от времени в коридоре появлялся официант в полосатой тюремной робе с подносом в руках. Тогда охранник отпирал одну из дверей, хрипло объявлял: «Баланда!» и запускал официанта в камеру.
Увидев в коридоре Лолу, один из охранников приблизился к ней, окинул настороженным и внимательным взглядом и осведомился:
– Статья?
«Однако оригинальный здесь фейс-контроль»! – подумала Лола.
Вслух она просто сообщила, что ее ожидают в камере номер три.
Охранник молча кивнул, развернулся, и, гремя связкой ключей на поясе, пошел по коридору. Лола послушно последовала за ним.
Поравнявшись с одной из дверей, охранник откинул закрывавшую глазок железную шторку, заглянул в камеру и рявкнул:
– В третью посетитель!
Услышав какой-то неразборчивый ответ, он распахнул дверь и впустил Лолу внутрь.
Внутри «эффект присутствия» несколько нарушался. Хотя помещение напоминало тюремную камеру, однако здесь присутствовал вполне приличный стол и несколько удобных стульев. Видимо, владельцы решили, что атмосфера не пострадает от такой уступки, а некоторые удобства посетителям все же необходимы. Или, возможно, наиболее уважаемые завсегдатаи заведения и в тюрьме имели возможность окружать себя некоторым комфортом, так что правда жизни нисколько не пострадала.
В камере находился один-единственный «заключенный». Лола окинула его заинтересованным взглядом. Герр Мюнцер описал своего агента довольно точно: тщедушный, небольшого роста, лысый как колено. Совершенно непонятно было, как при такой внешности этот человек может иметь успех у женщин и добывать через них ценную агентурную информацию.
Стол был накрыт на двоих, и Лола, поздоровавшись с «заключенным», заняла место напротив него. Однако мужчина тут же осклабился и пересел к ней поближе.
– А ты хорошенькая, – проговорил он с плотоядной ухмылкой, – Гена мне не сказал, что ты такая красотка.
«Гена? – подумала Лола, – кто такой Гена? Это он Мюнцера, что ли, так называет? Я ведь имени немца не знаю… может быть, он Генрих, а этот тип с ним запанибрата… надо сказать, на редкость неприятный тип! И что за манеры! Сразу „на ты“ перешел, и скользкий какой-то…»
Она осторожно отодвинулась от соседа и строго проговорила:
– Может быть, мы перейдем к делу?
– Как, прямо сразу? – мужчина захихикал. – Ну, ты горячая! Ну не гони уж так лошадей, сперва посидим, закусим…
Он хлопнул в ладоши, дверь камеры тут же открылась, в нее заглянул надзиратель и хриплым голосом сообщил:
– Баланда!
Тут же из-за его спины выдвинулся официант в полосатой робе. В руках у него был поднос, заставленный погнутыми алюминиевыми мисками и жестяными тарелками. Он быстро расставил все принесенное на столе. Несмотря на такой непрезентабельный вид посуды, блюда были вполне достойные внимания: салат из артишоков и спаржи, перепелиные яйца, завернутые в тонкие ломтики телятины, копченая оленина под соусом из ягод можжевельника.
Лола положила на свою тарелку немного салата и проговорила:
– Кухня здесь действительно неплохая, но мы встретились не ради этих деликатесов…
– Ух ты, какая торопыга! – умилился мужчина и снова подъехал к ней вместе со стулом. – Ну не бойся, я тебя не обижу, будешь довольна! На меня пока что никто не жаловался…
Лола снова отодвинулась, мужчина придвинулся, и таким манером они в течение минуты объехали вокруг стола.
– Ну, кисуля, я тебя не понимаю, – обиженно проговорил лысый донжуан, – на словах вроде торопишь, а сама прямо как мимоза – так и убегаешь!
– Может быть, мы поедем… на место, – проговорила Лола, аккуратно снимая со своего плеча волосатую руку соседа.
– Поедем, кисуля, поедем, – ухмыльнулся тот, – ух ты, как тебе не терпится! Только жалко такую вкуснятину оставлять, хоть немножко поедим… – и он затолкал в рот рулетик из телятины.
Вдруг глазок на двери брякнул, и надзиратель хрипло проговорил:
– В третью еще один посетитель!
– Как посетитель? Какой посетитель? – мужчина явно забеспокоился, он переводил взгляд с Лолы на дверь камеры и хотел что-то возразить, но дверь уже распахнулась.
На пороге появилась женщина лет тридцати пяти, что называется, в полном соку. То есть она выпирала во все стороны из короткого ярко-красного платья, как тесто из квашни, и дышала жаром, как вулкан перед извержением. Густые черные кудри грозовым облаком окружали ее голову, макияж новой посетительницы напоминал боевую раскраску аборигенов Полинезии, а выпуклые карие глаза метали громы и молнии.
– Это что же такое происходит? – воскликнула незнакомка. – Меня, значит, приглашают, я прихожу, как умная Маша, а место уже занято? Какая-то фря уже расселась и продукты потребляет? Ты что же это, сразу двоим назначил? Я не такая! Я этого разврата не терплю! Главное дело, для самого первого раза! Так приличные мужчины не поступают! Я, конечное дело, Генке волоски повыдеру, однако и тебе, недомерок чертов, мало не покажется! Я в парикмахерской полдня просидела, нарядилась как положено, думаю, проведу время по-человечески, а тут – нате вам!
– Тут какое-то недоразумение, – проговорила Лола, поднимаясь из-за стола, – мы сейчас разберемся…
– Конечно, разберемся! – воскликнула незнакомка, попытавшись ударить Лолу сумочкой. – Конечно, недоразумение! Это ты, блин, и есть самое настоящее недоразумение!
Лола была начеку и отбила удар сумочкой, но неожиданная гостья тут же перешла к ближнему бою и попыталась вцепиться Лоле в волосы. Лола отскочила, так чтобы между ними оказался мужчина, и выкрикнула:
– Да постой ты! Тут путаница какая-то! Тебя как зовут? – эта реплика была адресована мужчине, который подскакивал и крутился, стараясь не попасть под случайный удар.
– Хороша, нечего сказать! – радостно воскликнула чернокудрая красотка. – Сидит с мужчиной наедине, только что не в голом виде, а как зовут, спросить не удосужилась! Нет, ну что же это на свете творится!
Лола, не реагируя на эти словесные выпады и стараясь увернуться от выпадов физических, повторила свой вопрос.
– Вася, – ответил мужчина, ловко присев, чтобы увернуться от очередного удара брюнетки.
– Как Вася? – растерялась Лола. – А это точно третья камера?
– По тебе настоящая камера плачет! – отозвалась находчивая брюнетка и в ловком броске обошла мужичка. Лола резко отпрыгнула, чтобы уберечься от ее малиновых ногтей, и оказалась рядом с дверью. Не сводя глаз со своей темпераментной соперницы, она постучала в дверь, чтобы привлечь внимание надзирателя.
– Шиш тебя выпустят! – выкрикнула брюнетка и снова пошла в атаку, отбросив попавшегося на пути мужчину, как пустую коробку. – Я на дверь нарочно велела повесить табличку «не беспокоить»!
– Да не нужен мне твой лысый Аполлон! – пыталась Лола переубедить соперницу. – Тоже мне, сокровище! Я сюда по ошибке попала, у меня с другим человеком встреча была назначена!
– Ага, а сама с ним обжималась!
Лола отскочила в сторону и очень ловко подставила зловредной брюнетке ножку. Та не удержалась на ногах и с грохотом рухнула на цементный пол камеры. Лола, воспользовавшись минутной передышкой, снова прорвалась к двери камеры и изо всех сил замолотила по ней кулаками. Наконец за дверью послышались неторопливые шаркающие шаги, глазок брякнул, и в нем показался красный глаз надзирателя.
– Чего буяним? – невозмутимо осведомился он. – В карцер желаем? Это запросто можно организовать… по специальному меню.
– Выпустите меня! – жалобно воскликнула Лола. – Тут какая-то сумасшедшая пришла!
Надзиратель пошире открыл окошечко, отыскал взглядом мужчину и хрипло осведомился:
– Удовлетворить прошение гражданки? Или это у вас развлечения такие, предусмотренные программой?
– Нет, нет! – отозвался мужчина, опасливо покосившись на поднимающуюся брюнетку. – Программой это не предусмотрено! Выпусти ее! Тут, понимаешь, путаница какая-то получилась!
– Бывает, – невозмутимо ответил надзиратель и с душераздирающим скрежетом открыл железную дверь.
Лола стремглав вылетела из «Тюряги», и только оказавшись на улице, перешла на шаг.
Следовало признать, что начало ее самостоятельной деятельности складывалось на редкость неудачно. Встреча с информатором Мюнцера по непонятной причине сорвалась. Конечно, можно еще раз поговорить с немцем и назначить новую встречу с Бурыгиным, но это наверняка произведет на заказчика не самое благоприятное впечатление. Кроме того, само сегодняшнее непонятное происшествие очень насторожило Лолу.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов