А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Ри взглянул на паука над головой и, не найдя ничего лучше, взял маркировальный карандаш и начал рисовать такого же у себя на боевом костюме.
— Слушайте все, — произнес он по системе. — Говорит полковник. В самое ближайшее время мы должны быть готовы к десанту противника. Когда это случится, вспомните романанов. Они научили нас ценить свободу и сражаться за нее. Давайте окажемся на высоте.
С палуб, на которых еще была атмосфера, донеслись восторженные крики. Воины и инженеры Патруля проверяли бластеры, баррикадировали коридоры, закладывали взрывчатку, укрепляли стены, одним словом — готовились.
На седьмой палубе, возле наполовину расплавленного шлюза, в темноте сидел Вилли Красный Ястреб Конокрад и дрожал. В его закутке совсем не осталось тепла. Каждый раз, когда ему становилось так холодно, что он начинал ощущать переохлаждение, шлюз снова разворачивался к солнцу, и температура поднималась до невыносимой отметки, заливая его потом. Затем все начиналось снова.
Сколько еще? Пару часов? Планета внизу уже явно становилась больше, ярче, красивее. Конокрад проверил кислород. Осталась еще половина емкости. Хорошо, еще часов десять, если он до этого не замерзнет. Он знал, что периоды холода вытягивали из него силы, с каждым разом все больше.
Спустя вечность, дрожа от холода, Вилли заметил, что один из шлюзов корабля сириан открылся. Небольшой вооруженный аппарат выдвинулся и отделился от «Хирам Лазара». Вилли собрался с духом и прыгнул. Время пришло, сейчас или никогда. Надо молиться Пауку, чтобы они выслушали, прежде чем стрелять. В конце концов, чем Вилли Красный Ястреб Конокрад был обязан человеку, который называл его бунтовщиком, который пренебрегал старыми порядками да еще засадил его в медчасть так надолго?
Он найдет способ снять трофей с этого звездного полковника. Короткие волосы Дэймена Ри будут болтаться у него на поясе. Затем — после победы сириан — к ним добавятся волосы Пятницы Гарсиа Желтая Нога и этой несчастной Сюзан тоже — хотя ее он оставит в живых, чтобы блестящий череп напоминал ей, кто ее господин и повелитель.
Выбравшись через брешь в корпусе, он начал падать. В панике, сходя с ума от страха, он дрыгал ногами в невесомости. Он-то думал, что это будет как прыжок; но в ту секунду, когда он миновал гравитационную пластину, его желудок вывернулся наизнанку, а чувство верха и низа исчезло. Он беспомощно крутился и извивался.
Когда его желудок опорожнился на забрало шлема, Вилли Красный Ястреб Конокрад закричал, давясь водянистой рвотой, разъедавшей глаза и нос. Он судорожно схватил глоток воздуха, крича, отплевываясь и глотая содержимое своего желудка.
Десять минут спустя он уже не почувствовал захвата на ногах и того, что его втягивали в маленький аппарат. Вилли Красный Ястреб Конокрад задохнулся от своих собственных выделений.

Майя сглотнула, пытаясь побороть неприятное чувство в желудке. На одном экране кипело сражение вокруг «Пули», на другом были ее коллеги-командиры. Слава Богу, у Нгена не было ШТ. Ри уже держался целый день. При большом увеличении можно было видеть тела, безжизненно плывшие в пространстве вокруг «Пули». Катера Нгена продолжали сновать между «Хирам Лазаром» и «Пулей». Через какое время Нген решит, что цена слишком высока, и превратит старый боевой корабль в окалину?
— Я, с одной стороны, чувствую облегчение, — донесся по системе голос Тоби.
— Неужели? — сухо спросила Майя, переводя взгляд на системный монитор. — У нас остается три корабля. Или вас это не волнует? Мало того, наши товарищи там сражаются и погибают, в то время как мы сидим здесь, бессильные что-либо сделать, кроме как потерять свои корабли. Никогда не чувствовала себя такой беспомощной…
— ТОВАРИЩИ? — насмешливо фыркнула Тоби. — У меня был приказ, Майя. В случае захвата Сириуса мы с Яйшей должны были завладеть «Пулей» и отправить за борт романанов. Директорат слишком хрупок для таких…
— ЧТО У ВАС БЫЛО? — Майя вскочила на ноги. — Вы хотите сказать, что этот головастый урод нарушил свое слово? Я сама слышала! Он честью поклялся, что…
Яйша оцепенела.
— КАК вы назвали Директора?
— Как слышали, — прошипела Майя. — Он солгал! Я была при этом! Я все слышала! Он дал слово…
— ПИРАТУ! — выпалила Яйша. — Ри выступил против Директората. Он нарушил свою присягу, свое слово быть верным традициям Патруля! Вы же не можете думать, что он…
— Прекрасно могу, черт возьми, — холодно сказала Майя, пожирая взглядом их обоих. — О, во что мы превратились! Заурядный сирианский хулиган уничтожил половину нашего флота. Варвары могут захватить планету, с которой не может справиться Патруль. Дэймен единственный набрал очки против сирианского флота, и теперь он бьется за свою жизнь, в то время как директор — вкупе с его собственными коллегами — планирует его гибель в случае победы! — она плюнула на палубу себе под ноги. — Это в адрес директора, полковники.
Держа спину прямо, она направилась к выходу с мостика, остановившись на мгновение только перед изображением паука, которое кто-то нарисовал на люке.

— Как нам сдаваться? — спросил по системе толстый сирианин. — Мы не можем больше воевать против ваших пророков. Сопротивление бесполезно. Если вы знаете будущее, то какие шансы остаются нам? — он развел руками. — Что нам делать? Как нам не попасть в руки этих диких романанов?
Железный Глаз, закинув ногу на пульт, поглаживал подбородок.
— Если бы вы сдались… присоединились к нам… нарисовали паука на своем доме. Под символом Бога вас не тронут.
Человек кивнул, встряхнув свои подбородки. Он заломил пухлые руки.
— А, может быть, когда мы сдадимся, вы расскажете нам о чуде вашего Бога? Могли бы… могли бы мы поговорить с вашим пророком, который видит будущее?
— Может быть — после войны, — Железный Глаз вскинул голову. — Но сейчас я могу сказать тебе, что Паук — никакое не чудо. Паук — это просто Бог, Творец, создатель Вселенной. Ты часть Бога. Твоя душа — это всего лишь оружие, с помощью которого Паук может получать опыт, учиться. Ты часть Его паутины.
Человек захлопал глазами.
— Мы часть Бога? Но Директорат всегда говорил нам, что Бог был мифом — опиумом для невежественных масс. Бог — это распри, страдания и война.
Железный Глаз повел плечом.
— И что? Если я разведу под тобой костер, ты сдвинешься с места. Ты изменишь свою жизнь и станешь более совершенным. Если я разведу костер во второй раз, ты разъяришься и прогонишь меня. И все же ты изменишь свой мир и, тем самым, самого себя. Ты получишь урок, — он нахмурился. — Нет, я не могу понять пользы вашего Директората. Где стимул к познанию нового? Если ты будешь валяться и загнивать, становиться толстым и ленивым и не делать ничего нового и значительного, что толку Пауку в твоей душе?
— Но я…
— У жизни есть цель! — Железный Глаз демонстративно хлопнул кулаком по мозолистой ладони. — Встряхнись! Иди и познай самого себя и свой мир! Что сможет вернуть Пауку твоя душа после смерти? Ты что, встанешь перед Богом и скажешь: «Моя жизнь была бесплодной, но зато приятной. Я только ел и спал, испражнялся и размножался», — а Бог спросит: «Но что ты узнал о реальности? О себе, а значит и обо мне?» Что ты тогда скажешь, сирианин?
Человек озадаченно нахмурился. Он шевелил губами и облизывал их, уставившись на руки.
— Ну… я… я не знаю. Я никогда об этом не думал. Никогда.
Железный Глаз тепло улыбнулся.
— Ты еще не совсем погиб, мой друг. Нарисуй паука на стене своего дома и подумай. Снаружи не происходит ничего, кроме войны и смерти. Возможно, ты упустишь кое-что из этого, чтобы посвятить себя размышлениям о своей собственной жизни и душе и о том, что бы ты мог послать Богу, если бы имел такую возможность. Неужели нельзя пожертвовать ради этого частичкой войны?
Человек кивнул, его мясистое лицо выражало готовность.
— Да. Да, я могу об этом подумать. Ты… ты Железный Глаз? Военный вождь романанов?
— Это я.
— Я, хм, записал это. Ты… ты не возражаешь, если я, ну, покажу это своим друзьям? — он закусил губу и слегка ссутулился. — Я хочу сказать, понимаешь, может, это прояснит, кто вы такие — романаны. Почему вы… как бы это сказать… такие свирепые?
Железный Глаз засмеялся, вдруг развеселившись.
— Мне все равно, что ты сделаешь с моими словами. Показывай их кому хочешь. Важно то, что происходит между тобой и Пауком. В жизни ничего нет важнее того, как ты питаешь и лелеешь свою душу. Важнее того, что ты узнаешь для Бога.
Человек почти дрожал.
— Спасибо, военный вождь. Огромное спасибо, — Железный Глаз оборвал связь, уронил голову на грудь и глубоко задумался, в то время как его пальцы перебирали трофеи.
— Еще один? — спросила Рита, посмотрев на него со своего места управления ШТ.
— Да, — он скептически сощурился в монитор, который показывал склад вокруг ШТ—22. — Эти люди всю жизнь прозябают! — он зашагал взад и вперед. — У них нет вызова, ничего, что бы могло улучшить их жизнь, что бы позволило им испытать себя и развить свои души! Ничего удивительного в том, что они овцы! Их НАУЧИЛИ быть овцами! Кто отвратительнее? Нген Ван Чжоу или Скор Робинсон?
Рита сняла с головы устройство связи, потерла глаза и откинулась на биоморфное сидение командирского кресла.
— Я не знаю. А ты думал, почему мы с Литой перешли на вашу сторону? Мы тоже не могли этого понять, — она серьезно посмотрела на него. — Джон, что ты собираешься делать, когда война закончится и они потребуют обещанного пророка?
— Я никогда не говорил им, что здесь у нас есть пророк, — он простодушно развел руками. — Если они во что-то верят, это их дело.
— Когда ты пытаешься сказать им, что у нас НЕТ пророка, твои слова звучат не очень убедительно, — одна рыжая бровь приподнялась.
Он невинно улыбнулся.
— Ну и что? Им не вредно во что-то верить. Смотри, как убывает сопротивление. Большая часть Экрании уже в наших руках. Эта история перекидывается как пожар на остальные укрепленные позиции сириан. Все больше и больше гражданских лидеров — вроде этого толстого человека — смотрят с надеждой на нас и на наше волшебство. Кто я такой, чтобы разочаровывать их?
Рита улыбнулась.
— Ну может, ты и не можешь дать им пророка, но, знаешь, они все хотят поговорить с тобой. Я начинаю чувствовать себя оператором Gi-сети или твоим личным секретарем! Возможно, тебе следует посадить рядового на прием вызовов, вместо того чтобы держать майора в своем клубе поклонников.
— Поклонников?
— Вроде того толстого человека — и всех остальных, наперебой стремящихся оказаться поближе к твоей покрытой шрамами шкуре. Тех, кто начинает видеть в тебе какого-то сверхчеловеческого спасителя.
Железный Глаз засмеялся и глубоко вздохнул.
— Некоторые из пленных требовали, чтобы я разрешил им присоединиться к силам романанов. Они говорят, что хотят взять трофей и встать плечом к плечу с воинами, — он покачал головой. — Я этого не понимаю.
Она вертела головное устройство в руках, рассеянно глядя на монитор.
— Знаешь, это еще цветочки. Любопытная психологическая реакция, свойственная людям, потерявшим все. Твои собственные предки сделали то же самое на Земле, когда американцы завоевали их. Они все бросились усваивать порядки белых людей, рассчитывая получить часть власти. Очевидно, если они потерпели такое сокрушительное поражение, то что-то не то было с их системой, а система победителей должна была быть удивительно правильной. Скоро на улицах будут выкрикивать твое имя.
Железный Глаз пожал плечами.
— Может быть. А пока, вероятно, нам лучше сосредоточить свои мысли на подавлении Англы и остальной части континента?
— Снова хочешь работать, а? — язвительно спросила Рита. — Я этого боялась. Надо было оставить тебя на Мире воровать лошадей. У меня тогда было больше свободного времени.

Пятница Гарсиа Желтая Нога бросил подозрительный взгляд на Джона Смита Железный Глаз, заходя в огромную комнату. Затем он застыл как вкопанный, пялясь на голографические образы на стенах. Перед ним расстилался пейзаж Мира: Медвежьи горы, розовый гранит которых был таким реальным, что, казалось, он мог прикоснуться к камню, если бы не вонь сирианского воздуха.
Железный Глаз улыбнулся.
— Частица дома.
Пятница кивнул.
— Хм, ты прислал за мной ШТ. В чем дело?
— Когда мы здесь все закончим, то пошлем тебя обратно, — объяснил Железный Глаз. — Мы занимаемся тем, что называется пропаганда. Мы заготавливаем то, что называется рекламой. Ну — это вроде историй, помогающих продавать вещи. В данный момент мы сбываем романанов и сбиваем спрос на Нген Ван Чжоу.
Пятница вскинул голову.
— Ты не хочешь просто объяснить, что имеется в виду? — он бросал беспокойные взгляды на голопроекторы и на инженеров с блестевшими глазами.
Железный Глаз скрестил руки с самодовольным лицом.
— Новые пути. Если попробовать перевести это на язык романанов, то мы пытаемся уговорить сириан отдать лошадей без боя.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов