А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Мужчина этот отличался гордой поступью, поэтому я принял его за человека знатного происхождения. Ни единого слова не сорвалось с губ его: если требовалось ему что-то или если он хотел обратить на что-то наше внимание, он лишь кивал головой. Так шли мы к пирамиде.
Заметной помехой в пути было то, что из-за крайней необузданности женщины прошлым вечером на теле моем появились небольшие ранки и моя кожаная одежда сильно растирала их. По этой причине двигались мы медленно, и солнце уже показалось, когда достигли мы группы небольших остроконечных скал.
Тут молчаливый человек стал топать ногой по песку и показывать вниз. Как потом выяснилось, он давал понять, что вершина пирамиды как раз у нас под ногами. Я, откровенно говоря, тогда еще не верил в это. Я подумал, что таким образом он хочет оправдать два мешочка серебра.
Потом мы покинули это место и пошли дальше. Мы пробирались меж вершинами скал, о чем я не в состоянии написать подробнее, ибо одежда моя все больше растирала мои раны и от боли я уже с трудом заставлял себя справлять нужду. Зуд настолько лишил меня рассудка, что я даже произнес имя Тешупа и не смог удержаться от проклятий. Может быть, это и стало причиной моей нынешней беды!
Среди вершин скал человек в маске показал мне зияющее отверстие скрытой пещеры. Мой сопроводитель достал из-под плаща факелы и зажег их. Потом все мы втроем вступили в пещеру чудес.
Пещера имела, вероятно, шагов двести в длину, и стены ее были украшены различными рисунками. Мне очень хотелось осмотреть их, но наш сопроводитель и человек в маске настаивали, что я увижу в пирамиде и более интересное и что не стоит сейчас терять время.
Итак, мы шли дальше до тех пор, пока не открылся перед нами коридор. Огромная дверь, открывшись, тут же сразу и закрылась. Дверь была сделана, пожалуй, из меди или какого-то сплава металлов. Я постучал по ней и уверился, что она была не из золота.
Человек в маске, в котором я подозревал жреца бога Амона, просто толкнул плечом дверь, и она с тихим скрежетом исчезла из виду. Такие и подобные вещи, впрочем, – самое обычное дело в этой стране.
Но продолжу! Как только мы вошли в открывшуюся нам залу, мы словно очутились в стране чудес. Я думаю, не стоит напоминать, что тогда мы уже находились под песком пустыни.
В этой зале лежали грудами такие чудесные вещи, что я смогу описать их тебе, друг мой заботливый, только при личной встрече. Пока же скажу только о некоторых.
Было там несколько столиков размером с такие, на каких у нас и на соседних, но подвластных нам территориях замешивают тесто для лепешек. Только на столах этих не лепешки были, а, конечно же, сокровища или жертвоприношения, но, к сожалению, ни один из моих провожатых не мог бы сказать, что это такое. Может быть, они просто не хотели говорить.
Что ж, хорошо. Но были там и такие вещи, которые я и сам узнал. На стене была картина, изображавшая множество точек, Я украдкой взглянул на нее и установил, что намалеваны там звездные боги, какими их можно видеть лунными или звездными ночами. Хвала великодушию твоему, друг мой заботливый, позволившему мне научиться сразу же узнавать звездных богов, главным образом Иштар, даже если они находятся в тайных святилищах.
На вопрос мой наш сопроводитель ответил, что картину могли сделать они, в особенности Иму, который имел большое влияние на фараона.
Я заметил еще, что среди звездных богов был один, который горел в красном огне. В ответ на мой вопрос заговорил, наконец, и человек в маске и сказал, что так он горел еще при жизни его отца и что этот огонь живит души умерших фараонов.
Может ли быть так, я предоставляю решать тебе самому, друг мой заботливый.
Я решил про себя запомнить место светящейся звезды. Она находится подле Царя, на краю клюва Разгневанной Водяной Птицы. Может быть, души умерших прибывают именно туда по прошествии определенного времени?
Потом нам нужно было идти дальше. В следующей зале были сокровища, принадлежавшие умершим фараонам. Столько там было золота, что купить на него можно было бы всю землю, от границ наших вплоть до вод безбрежных, цвет которых таков, словно стекла в них кровь погибших в битвах. Столько было там золота и красивых драгоценностей.
После этого они сказали мне, что сейчас я смогу увидеть солнечную ладью, в которой душа фараона переправляется по небесным водам к солнцу, к Ра или к Амону, что, по мнению их, одно и то же.
Пусть будет так, как они хотят!
Мы вступили в еще одну залу, и глазам моим предстало чудо.
Друг мой заботливый и благодетель! Изнутри пустой была пирамида, и мы стояли в середине ее. Над нами, почти в небесной выси, куда взором достать утомительно, была вершина мавзолея. Так высоко, что даже лучшим из лучших пращников царя нашего не добросить туда камень.
Но и это ничто по сравнению с тем, что я увидел потом.
Посередине огромного купола стояла солнечная ладья. Она была высокой и узкой, как столбы тех огромных палат, какие можно увидеть в тех краях, которые хотя и не определены землям нашим, но которые господин наш готовится завоевать вскорости. В тех краях, где, как записано на давних-предавних глиняных табличках, возвышаются в море тысячи мелких островов, на которых, как рассказывают неверные и неразумные, не чтущие Тешупа, живет богиня любви после того, как поднялась она из лона матери своей – моря. Даже слушать мерзко!
Но вернусь снова к пирамиде. Конец этого огромного, указательному пальцу подобного корабля-столба почти касался вершины пирамиды, может быть, всего лишь на ширину нескольких пальцев не доставал до нее, Конец этот был сделан острым, чтобы он в точности совпал с вершиной пирамиды, если поднимет его какая-нибудь исполинская сила.
Могу признаться тебе, друг мой заботливый и благодетель, что застыл я с открытым ртом и руки мои сами сложились для молитвы.
Тогда человек в маске повернулся ко мне и обратил мое внимание на надпись, которую можно было увидеть на гигантском пальце и буквы которой не такие были, какими мы извещаем о своих намерениях тех, к кому обращаемся, и не той младенческой формы, какими пишут жители Египта, письмо которых так и кишит фигурами людей и птиц, крокодилов и прочих, известных и неизвестных животных. Могу сказать тебе, мой господин, что вовсе детская забава это!
Увидел я на солнечной ладье диковинные знаки. Разъяснить их, однако, человек в маске не умел, и сопроводитель наш лишь головой покачал, когда обратился я к нему с вопросом. Так и не получил я от них удовлетворительного объяснения.
Позднее человек в маске поведал, что во времена фараона-богоотступника Эхнатона происходило в стране много загадочных вещей, и возможно, что фараон, чье имя теперь уже вымолвить грех, этим письмом поклонялся новому своему богу. Сказал он и то, что под действием неких чар пирамида сама собой раскрывается и видными становятся небосвод и луна, как она движется по небу.
Им лучше знать, где правда!
Подошел я к загадочной ладье и, хотя оба они очень умоляли меня не делать этого, провел по ней рукой. И из этого видно, что опасливость временами бывает излишней, ибо ничего не случилось, если только беду мою нынешнюю не объяснить тем, что, невзирая на их строгий запрет и беспричинный, как я полагаю, страх, коснулся я рукой памятника фараона Эхнатона.
Но жрецы Тешупа сказали, чтобы покой снова вселился в душу мою, потревоженную такими мыслями!
Еще немного о том же. Когда прикоснулся я рукой своей к тому гигантскому пальцу, то почувствовал я следующее: холодное прикосновение, и напоминало оно мне прикосновение к бронзовым топорам и тем предметам из черного металла, которые захватили мы у живущих в травяных степях народов.
Кроме того, был он таким гладким, словно отполировали его женщины своими покрывалами.
Больше мы не могли уже ждать, хотя я очень хотел остаться. Человек в маске и сопроводитель наш торопили идти, ибо какая польза от двух мешочков ханаанского серебра, если владельца их убьют. Так говорили они, и я видел по ним, что говорят они всерьез.
Человек в маске повторил на обратном пути, что ладью построили они, может быть, чтобы поглумиться этим над богами Ра и Амоном…
А теперь, друг мой заботливый, я хотел бы написать еще и о другом. Я уже упоминал, что по причине безудержных кутежей с теми женщинами здоровье мое пришло в пагубное состояние и та жидкость, которую я выпиваю, покидает тело мое, причиняя большие боли, и что лекари чужестранные немалых денег требуют за мое лечение…»
Хальворссон тщательно сложил бумаги и уронил их на стол.
– Ну, что вы на это скажете? Только тут я пришел в себя.
– Потрясающе! Просто потрясающе! Где, черт возьми, вы нашли это чудо?
– Да там была и не одна, а несколько табличек, если я правильно понял. Но вот где?.. Где-то в Ираке или Турции. Если вам интересно, я напишу из Копенгагена.
– Еще бы не интересно!
– Что еще вы можете сказать?
Я встал и начал расхаживать по комнате.
– Мистер Хальворссон, вы и понятия не имеете, что вы обогатили египтологию) Он с удивлением поднял на меня глаза.
– В самом деле?
Почти смешно было смотреть, как он ерзал на стуле, не зная, говорю я всерьез или шучу с ним.
– Мистер Хальворссон. Как вы считаете, что это такое могло быть в пирамиде нечто высокое и узкое, что Субесипу называет пальцем?
Датчанин потряс рыжей бородой.
– Признаюсь, не имею понятия. Но, честно говоря, меня не очень волнует эта часть текста… скорее…
– Подождите же, подождите! – я поднял вверх палец. – Прежде, чем мы займемся вашим делом, давайте выясним это.
– Не имею об этом понятия, – повторил он покорно.
– Так послушайте. Я скажу вам. Это – обелиск!
– Обелиск?
– Точно, он. Вы знаете, что это такое?
– Конечно, знаю. Только, собственно…
– Только, собственно, вы не понимаете, что делает обелиск внутри пирамиды. Верно? Зачем упрятали его под землю, когда функция обелиска – увековечивать чью-либо славу. Какого же дьявола он прославляет под землей, верно?
– Вот именно. Хотя, по словам Субесипу, на нем была надпись…
– Была. Только, к сожалению, не было у них времени разобрать ее. Но это не так уж и важно.
– Не важно? Скажите же, черт возьми, куда вы клоните?
– Послушайте, Хальворссон. Вот это сообщение, которое вы зачитали, ставит, наконец, точку в одном давнем споре египтологов.
– Ч-ч-черт!
– Тем не менее, это так. Ученые издавна спорят о том, какой была изначальная функция обелисков. Часть египтологов представляет ту точку зрения, что первоначально обелиски были памятными столбами, которые ставили для увековечивания памяти о значительных личностях или великих событиях. Итак, я подчеркиваю, они были просто памятными столбами.
– Вполне правдоподобно, – сказал Хальворссон – Это доказывают и написанные на них тексты. Насколько мне известно…
Я был вынужден невежливо прервать его.
– Вам много чего неизвестно в египтологии, так что уж извините.,.
Он ни капельки не обиделся.
– Это, несомненно, так.
– Тогда я продолжу. Согласно другой точке зрения, первоначальная функция обелиска – быть не памятником, а…
– А?
– Календарем. Точнее, обсерваторией.
– Как? – спросил он недоуменно.
– Вам ведь тоже известно, что уже человек неолита наблюдал за звездами, точнее говоря, за небосводом. Что он наблюдал и как – этого пока не будем касаться. Но к астрономическим инструментам относилась воткнутая в землю палка или, позднее, каменный столб, который стоял под определенным углом к земле и мог служить также солнечными часами; кроме того, тень от него показывала положение солнца в разное время года и относительно отдельных звезд.
– Понимаю. Следовательно, обелиск тоже мог выполнять аналогичную функцию. По крайней мере, вначале.
– Это – второе предположение. Вначале он был астрономическим инструментом, затем в результате определенных изменений функции превратился в памятный столб.
Тут Хальворссон громко вскрикнул и шлепнул себя по коленям.
– Теперь понимаю! Понял, куда вы клоните!
– Очень рад. На основании описания Субесипу мы можем быть почти уверены, что подземная пирамида – не что иное, как древняя-предревняя обсерватория. Подумайте еще хорошенько. Я уже говорил о том, какого дьявола нужно было прятать памятный столб под землей. Но есть тут кое-что еще…
– Что же?
– То, что у пирамиды, предположительно, открывается крыша.
– Черт побери!
– Не иначе. Чем еще можно было бы объяснить все это? Очевидно, по ночам они открывали крышу, чтобы с помощью обелиска определить положение звезд. К сожалению, я не слишком разбираюсь в астрономии.
– И я не очень.
– Кроме того, была там звездная карта. Которую Субесипу видел на стене одной из комнат. По-моему, совершенно точно, что это. была обсерватория!
Хальворссон почесал затылок.
– Вы убедили меня. Все ясно. Но какого черта прятать эту обсерваторию под землей? Я пожал плечами.
– Не забывайте, что в те времена астрономия еще была тесно связана с магией и колдовством.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов