А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Моррелл Дэвид

Последняя побудка


 

Тут находится бесплатная электронная фантастическая книга Последняя побудка автора, которого зовут Моррелл Дэвид. В электроннной библиотеке fant-lib.ru можно скачать бесплатно книгу Последняя побудка в форматах RTF, TXT и FB2 или же читать книгу Моррелл Дэвид - Последняя побудка онлайн, причем без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Последняя побудка = 183.84 KB

Последняя побудка - Моррелл Дэвид => скачать бесплатно электронную фантастическую книгу



Библиотека остросюжетной литературы
Оригинал: David Morrell, “Last Reveille”, 1977
Дэвид Моррелл
ПОСЛЕДНЯЯ ПОБУДКА
Генри Моррисону
Воина — жестокость, и ее не смягчить
Уильем Текумсе Шерман
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
Глава 1
ЭЛЬ-ПАСО, ТЕХАС, 8 МАРТА.
Согласно неподтвержденному сообщению, полученному сегодня генералом Габриэлем Гавира в Хуаресе, двое американцев Фрэнклин и Райт были в понедельник убиты бандой Вильи в Пачеко, между Каса-Грандес и Ханое, Чиуауа.
В сообщении не упоминается о жене и маленьком сыне мистера Райта, которые, как стало известно, находились в то время в Пачеко. Гавира заявил, что крестьяне-мормоны, живущие к западу от Каса-Грандес, проигнорировали предупреждения, которые он разослал всем американским жителям Чиуауа, узнав о передвижениях Вильи в этом районе.
Глава 2
КОЛУМБУС, НЬЮ-МЕКСИКО, 8 МАРТА. Согласно телеграмме, присланной американским управляющим ранчо, Франсиско Вилья и его войска сегодня совершили нападение на ранчо Земледельческой и Скотоводческой компании Палома в Ногалесе, Чиуауа, в десяти милях от границы и в сорока пяти милях к востоку.
В сообщении ничего не говорится об Артуре Мак-Кинни, Джеймсе Корбетте и Джеймсе О`Ниле, американских скотоводах, которые, по слухам, были взяты в плен.
Глава 3
ВАШИНГТОН, 8 МАРТА. Сегодня Государственный Департамент получил сведения, которые можно рассматривать как подтверждение сообщения о пребывании Вильи на ранчо Палома, в нескольких милях к югу от Колумбуса, Нью-Мексико. Вашингтон не имеет никакой информации о том, что Вилья убил американцев Франклина и Райта. Согласно сообщениям, все американцы, работающие на ранчо, кроме одного, пересекли американскую границу, узнав о приближении Вильи, с которым, по слухам, находится не менее четырехсот человек.
Глава 4
КОЛУМБУС, НЬЮ-МЕКСИКО, 1916.
Здесь нет ни одного дерева. Растут лишь какие-то кустики между палатками и домами, густой тростник у канавы вдоль дороги, ведущей с севера на юг, кое-где саксаул и кактусы. Пустыня: песок и камни.
Не веря своим глазам, он смотрел в окно и думал, что это, должно быть, городские окраины. Потом поезд остановился, он поднялся вместе с остальными и, забросив на плечо вещевой мешок, вышел из вагона, спустился вниз. Черта с два это окраины! Он посмотрел вперед по ходу поезда и увидел, что домов там больше нет, а весь город — не больше четырех кварталов. Он стоял, пытаясь привыкнуть к местному пейзажу.
В Эль-Пасо было зелено, как и в Рио-Гранде. За три дня, проведенные там, он просидел все свободное время в сквере Форт-Блисс под тенью деревьев, где гулял свежий ветерок. На севере, откуда он приехал, все еще была зима, деревья стояли голые, а трава оставалась пожухлой. Но в Техасе в марте было хорошо: достаточно тепло, но и не так жарко, чтобы зелень увядала и блекла. Ему говорили о весенних цветах пустыни, но кроме как в Эль-Пасо он нигде не видел никаких цветов. Прентис не понимал, почему на него так смотрели. Но теперь все стало ясно. Здесь вообще ничего не было. Полуразвалившиеся бараки, палатки, спекшиеся от жары улицы. Тощая собака, вывалив язык, исчезла в канаве. Он оглядел потрескавшуюся от солнца деревянную платформу, грязь, забившуюся в щели, провел по ним башмаком и, покосившись на окна станции, затянутые пылью, облизнул губы и еще раз огляделся.
Насколько он понимал, лагерь располагался на этой стороне города. Солдаты, возвращавшиеся из увольнения, вышли из поезда, свернули налево и потащили свои вещмешки к веренице длинных и узких деревянных домов, похожих на казармы, позади которых слышалось ржание лошадей. Он дошел до дальнего края перрона и увидел флаг и указатель: “Лагерь Фарлонг”. Из приземистой развалюхи вышли два офицера, и он понял, что не ошибся. Теперь солнце, стоявшее низко над железнодорожным полотном, светило ему в глаза, но небо по-прежнему оставалось белым и мутным. Его толстая шерстяная рубашка прилипла к потной груди. Он повернулся лицом к поезду; звук паровоза стал тише, вагоны медленно двигались, и, наконец, мимо промелькнул последний. Наверное, здесь такое солнце. Но другая сторона города ничем не отличалась от этой — дома-развалюхи, несколько двухэтажных строений, похожих на гостиницы, среди которых вроде бы магазин и почта; такие же твердые каменистые улицы. Но как только солнце окрасило городские строения в коричневатый цвет, все стало выглядеть по-другому. Как будто на фотографии. Он увидел, как двое людей в мешковатых костюмах завернули за угол, услышал пыхтение автомобиля, двигавшегося с севера, подошел к краю платформы и стал смотреть в направлении, откуда, шел звук. Но ничего не рассмотрел, хотя дорога была совершенно прямой и он видел дальнюю окраину города. Пять кварталов. Воды в канаве нет. И вообще ничего нет.
Глава 5
Скорее всего, сержант все время смотрел на него в запыленное окно станции. Теперь он услышал сухой скрип двери за спиной и, повернувшись, увидел его в дверном проеме: приземистый, широко костный, с открытым лицом; закатанные рукава просторной рубашки оливкового цвета и заправленные в башмаки брюки. Он наверняка брился, но при такой пылище и ветре его лицо казалось небритым.
Он встал по стойке смирно и отдал честь.
— Как ваша фамилия?
— Прентис, — ответил он.
— Прентис, сержант. Не нужно отдавать честь. Дайте-ка взглянуть на ваши документы.
Он порылся в вещмешке и достал бумаги.
— А где остальные?
— Не понял.
— Остальные. Мы просили десять человек, нам дали троих. Так где же еще двое?
— Я не знаю.
— Так, значит, вы из Огайо? Девятнадцать лет, в армии шесть недель, и вас определили в кавалерию. — Он замолчал и покачал головой. — Не знаю, куда мы катимся. Ну, так что скажете о них?
— Не понимаю.
— Лошади. Как насчет лошадей? Какой они породы?
— А-а, понятно. Вы об этом.
— Вот именно, об этом. Ну, так что скажете? Вы теперь кавалерист, так докажите это. Какие лошади…
— Помесь аравийских и квартеронов. Сержант заморгал, а затем продолжил:
— Ну, а седла?
— Усовершенствованный Мак Клеллан.
— Что это значит?
— Открытая щель между передней лукой и лошадиной спиной. Нет седельного рожка. Высокий перед и округлый зад.
— Это удобно?
— Не очень. Ружья скользят. Две боковых части проседают, передняя лука касается спины и весь груз ложится на лошадь. К тому же кожа у подпруг слишком тяжелая. Шкура лошадей вытирается.
— Где вас обучали? В каком-нибудь поло-клубе в Цинциннати?
— Нет. Неподалеку от Кливленда. На ферме моего отца. Сержант поджал губы и стал его рассматривать.
— Что ж, может быть, и правильно сделали, что прислали именно вас.
Глава 6
Десять квадратных футов, три койки, несколько полок, маленькая пузатая печка, на стене картинки из каталога “Сирс” — женские пояса.
— До завтра останетесь здесь. Эти трое в отпуске. Он снял вещмешок и огляделся. Земляной пол. Дощатые стены со щелями, в которые видно заходящее солнце. Он обратил внимание, что все ножки коек стояли в консервных банках. Он нахмурился и повернулся к сержанту.
— Да-да… И пока вы здесь находитесь, следите, чтобы койки не касались стен. Он не понял.
— Есть три вещи, о которых вам необходимо знать. Здесь не север. Пауки, змеи и скорпионы.
От мысли о пауках его передернуло.
— Первое, что вы делаете, входя сюда, — берете метлу и подметаете под кроватью. — Сержант говорил и одновременно показывал, как это делается.
— Потом откидываете одеяла и смотрите, нет ли чего под ними. Утром снова пошарьте под кроватью. Перетряхивайте одежду и проверяйте ботинки. Надевайте их как можно медленнее. Ничего особенного, вы быстро привыкнете.
— А почему кровати стоят в жестянках?
— Там керосин.
Сразу стал ощущаться острый сладковатый запах.
— Если что-нибудь захочет навестить вас во время сна, то придется проползти через керосин. Это сделать невозможно. Налейте в банку керосину и через неделю обнаружите там все, что угодно.
Об этом думать не хотелось.
— Ну, вот и все. Скажите поварам, что вы новичок. Вас накормят. Увидимся утром. Так где, говорите, ваша ферма?
— Недалеко от Кливленда.
— А-а, я и сам из тех мест. Так помните о ботинках. — Сержант ушел.
Он стоял посреди комнаты, вдыхая запах керосина, глядя на полоски заката, мерцавшие на полу; пахло еще пылью и деревом, он глубоко вздохнул, облизал губы и долго стоял не двигаясь. Сняв шляпу с круглыми полями, он повесил ее на крючок, поискал, куда бы положить вещевой мешок, наконец туго стянул его и повесил на другой крючок, потом подошел к двери. Сержанта нигде не было видно. Он оглядел цепь хибар перед ним, казармы поодаль, солдат, сидящих на завалинке, клубящееся облако пыли там, где, как он подумал, были конюшни. Мимо протарахтела линейка; солдаты на завалинке даже не взглянули на нее. Потом освещение изменилось: солнце село. Похолодало, поднялся ветер. Он стоял и думал, поесть ему или нет, вспоминал о ветчине, кофе, галетах. От этой мысли в животе заурчало. Он взглянул на койки, потом снова посмотрел на улицу и закрыл дверь.
Глава 7
Его разбудил гром.
Ему снились зеленые поля и цветущие сады на склоне холма, а под дубом на вершине стоял его отец, и чем быстрее он бежал, тем дальше казалась ему цель, а отец становился расплывчатым пятном. Когда же он, спотыкаясь, все-таки добрался до вершины, там не было никого. Он посмотрел вокруг, ища отца, вглядываясь в бесконечные зеленые поля и высокую траву. Один длинный холмик с камнями с одной стороны показался ему могилой, где был отец, который старался вырваться оттуда. Пошел дождь, сначала слабый, но потом он перешел в хлещущий ливень. Ничего не стало видно. Он протянул руки, чтобы дотронуться до дерева, но не нашел его и оцепенел от внезапной молнии и раскатов грома.
Они стояли у самой двери, а он сидел на койке с протянутыми руками, не соображая, где находится. Сержант ошибся. Только один солдат из барака был в увольнении. Двое других пришли вскоре после девяти, поздоровались и легли спать, а теперь они сбрасывали с себя одеяла, бормоча: “Боже милосердный! Что там за дьявольщина?”
Раздались ружейные выстрелы, и все стало ясно. Стены тряслись от непрерывного грохота. Они вскочили с коек, натянули бриджи и, схватив ружья, кинулись к двери и выбежали во тьму.
Он не двинулся с места. Сидя на койке, он видел, как мимо проносятся беспорядочно мельтешащие фигуры. Снова пальба, вспышки огня в темноте. Ничего не понимая толком, он натянул брюки, лежавшие сложенными на койке. Схватив ботинки, он на миг оцепенел, вспомнив слова сержанта, затем бросил их и, озадаченный, побрел к двери.
Казалось, всадники заполнили вокруг все. Их громоздкие фигуры проносились с непрерывным грохотом. Из домов начали стрелять, и всадники стали падать. Потом загорелся сначала один барак, затем другой. Из-за темноты и пыли, поднимаемой лошадьми, ничего не было видно, но при огненных вспышках во всадниках можно было распознать мексиканцев. Под полями сомбреро темнели мрачные усатые лица, сверкали зубы, ослепительно и неистово горели глаза.
Он так и не понял, как это получилось. Только что он стоял полусонный и оцепеневший от происходящего, протянув руки к двери. И вот он уже медленно идет вперед, загипнотизированный событиями и готовый слиться с происходящим. Он не мог остановиться. Вот лошади окружили его. Вот они все ближе и ближе… Все больше мечутся по обеим сторонам от него… Он понимает, что ему тут делать нечего, приказывает себе бежать, но почему-то не двигается с места. Одна из лошадей задела его, закрутила и чуть не повалила на землю, он вытянул руки, чтобы удержать равновесие, и упал на одно колено. Поднявшись, он увидел, как на него скачет еще один всадник, занеся мачете для удара. Тридцать футов, двадцать… Всадник движется все медленнее, становясь крупнее и крупнее. Он ощупал мягкую кожу у себя на шее, на груди, куда вот-вот ударит лезвие. Он снова приказал себе бежать, но не двинулся с места, а всадник все приближался, стремительно увеличиваясь в размерах. Мачете сверкнуло в воздухе, но тут откуда-то слева появилось ружье и сбило всадника с лошади; его нога запуталась в стремени, лошадь рванулась и понесла, а всадник, извиваясь, потащился за ней по земле.
У него перехватило дыхание. Ошеломленный, Прентис обернулся на выстрел, но ничего не увидел. Он приказал себе дышать и изо всех сил стал вглядываться в темноту.
Ничего не видно.
А потом от тьмы отделилась фигура. Мощная и крупная. Это был мужчина в штатском, высокий, с квадратным лицом и широкой грудью. Он бежал, приседал, стрелял и снова бежал. В одной руке он держал револьвер, из которого стрелял, в другой — ружье. Мужчина двигался по направлению к нему, а он стоял окаменев, как минуту назад, увидев всадника. Только теперь никто, наверное, не выстрелит, не собьет с ног этого человека. Мужчина подбежал и так сильно толкнул его плечом, что они оба упали.
Лежа лицом в пыли, он бормотал:
— Что это? Кто…
— Да лежи ты, черт подери!
Он почувствовал, как его схватили за пояс и за воротник и потащили, отчаянно проклиная и ругаясь. Он увидел впереди барак и почувствовал, как две руки втолкнули его внутрь.
С такой же скоростью, как появился, мужчина сразу ринулся во тьму, останавливаясь при выстрелах всадников; дважды он выстрелил сам, потом бросился в сторону и скрылся из виду.
Прентис лежал на глиняном полу барака, глядя вслед тому человеку в открытую дверь. Он все еще ощущал его руки на шее и спине, где незнакомец схватил его, чувствовал царапины на коленях и на руках. И что-то еще в своей руке. Ружье. Он и не заметил, как тот человек оставил оружие. Он лежал и смотрел на свои руки, потом с удивлением обнаружил, что вскидывает ружье, взводит курок и, не целясь, стреляет из дверей.
Глава 8
Всадник получил пулю в затылок и упал. Человек в штатском снова выстрелил и попал другому всаднику в грудь. Он был действительно здоровенным, как в первый момент и показалось Прентису. Трудно сказать, какого роста, но где-то шесть футов три дюйма, а может, и больше. Ковбойская шляпа с острой тульей и загнутыми полями делала его еще выше. Широкое лицо, толстая шея, массивные плечи, под рубашкой и жилетом на руках и на груди отчетливо вырисовывались мускулы. Длинные устойчивые ноги, плотный торс, даже удивительно, что он двигался так быстро и ловко, да еще в темноте. И вообще удивительно, что он такой подвижный. Ведь когда он подбежал и свалился на парня, тот заметил, что он стар — мужчине было лет шестьдесят, и то и шестьдесят пять, о чем свидетельствовало морщинистое, задубевшее лицо и слегка отвисшие щеки, покрытые седоватой щетиной. Словом, старик.
Первый выстрел он услышал, выходя из дома и направляясь к конюшням. Времени было чуть больше четырех; он сначала собирался дать своей лошади корма и воды, потом выпить кофе с беконом в столовой, выкурить папиросу и посмотреть, как взойдет солнце. К этому времени солдаты, с которыми он вместе несет дозор, встанут и будут готовы. Он присоединится к ним, поскачет на запад, проверит там границу.
Старик так и не дошел до конюшни. В десяти футах от барака он услышал первый выстрел и, остановившись, напрягся и подождал; очень скоро последовал второй выстрел, а потом еще и еще, и все звуки слились в единый грохот. Сначала он подумал, что этот шум — отголосок дальнего грома в горах; но теперь все понял. Гром? Как бы не так! Это лошади, а у него при себе ружье для патрулирования и пистолет в кобуре; он выхватил пистолет, отвел затвор, зарядил, стал вглядываться в сторону, откуда неслись выстрелы, вычисляя, где перехватить врага.
Они там, справа; он пробежал мимо казарм, увидел вспышки выстрелов возле склада, горящие бараки, услышал крики всадников, топот лошадей, звуки ружейных выстрелов; он бежал, пока не разглядел отчетливо всадников, и тогда начал стрелять. Вокруг происходило слишком много всего, поэтому было непонятно, попал он или нет. Он снова выстрелил, пробежал мимо двух бараков, прицелился, выстрелил; потом еще. Обойма кончилась, он вложил новую и снова стал стрелять в несущихся всадников. Ясное дело, мексиканцы; он прицелился во всадника в широком сомбреро с мачете наизготовку, выстрелил, вышиб его из седла; тот запутался ногой в стремени, лошадь рванулась и понесла, а всадник, так и застрявший в стремени, извиваясь, волочился за ней по земле.
Глядя вслед лошади, он вдруг обратил внимание, куда целился всадник, и глазам своим не поверил. Посреди всеобщей заварухи, опустив руки, стоял человек. Совершенно беззащитный. Собственно, мальчишка, одетый в кавалерийские бриджи, без рубашки, в одном белье. Легкая мишень — стоит и не двигаясь смотрит в его сторону. А вокруг скачут и кричат всадники. Он знал, что так нельзя. Это глупо. Но, Господи, мальчишка стоит и стоит, и он кинулся к нему из-за бараков, приседая и стреляя во всадников. Он подбежал к нему в такой ярости, что сразу сбил с ног, пихнул плечом прямо в грудь. Они повалились на землю.
— Что это? Кто…
— Да лежи ты, черт подери! — Теперь мужчина так разозлился на себя, что чуть не вмазал парню. Он схватил его за ремень и за ворот белья, потащил, отчаянно проклиная и ругаясь. К ближайшей казарме. Дверь была открыта, старик швырнул парня внутрь, бросил ему ружье, повернулся и снова побежал, стреляя в скачущих мимо мексиканцев.
Глава 9
Всадник получил пулю в затылок и упал. Человек в штатском снова выстрелил и попал другому всаднику в грудь. Он оглянулся на барак, где оставил мальчишку, увидел вспышку выстрела из дверей, понял, что все в порядке, и забыл о нем.
Он услышал за спиной выстрел, обернулся и увидел патрульного, стрелявшего с колена из-за угла здания. Затем появились еще пятеро солдат, сомкнувших круг с защищенными флангами, которые тоже стреляли. Стреляли из домов, из-за повозок, из канав, из кустов; всадники метались из стороны в сторону, к пламени горящих казарм напротив присоединилось пламя в городе, языки которого взвивались к небу.
Он увидел цепочку мексиканцев, двигавшихся по направлению к огню. Он нырнул между двух построек, побежал в ту сторону, стреляя в поток всадников, скачущих мимо вокзала, добрался до железнодорожной насыпи, поднялся на нее, остановился, чтобы убедиться, что с другой стороны никого нет, и поспешил вниз. Дорогу с севера на юг — слева от него — заполнили мечущиеся, стреляющие всадники. Справа были кавалеристы с карабинами; они скакали в город. Он пробежал через пустырь, миновал ряд домов, нырнул под изгородь, пронесся по переулку и выбежал на дорогу, шедшую с запада на восток. Вокруг полыхали магазины, и было так светло, как будто среди темной ночи внезапно наступил день.
На улице суетился пулеметный расчет, пытавшийся занять Удобную позицию. Несколько всадников выскочили из-за угла и налетели на пулеметчиков.. К ним присоединилась еще группа мексиканцев. Позже возникнут некоторые вопросы. Захваченный в плен мексиканец станет утверждать, будто их предводитель не вступал в бой, что, отдав приказы, он остался в пустыне с резервом, и — более того — скакал не на своей знаменитой белой лошади Сьете Легуас, “Семь Лье”, а на обычном чалом коне по кличке Таурино. Как бы то ни было, сейчас человек в штатском был совершенно уверен, что перед ним Вилья, приземистый и коренастый, с массивной грудью, почти непропорционально маленький по сравнению с огромным белым конем, которого он пришпоривал. Хотя он и был далеко, казалось, своим присутствием он заполнил всю улицу; в глаза бросались пышные висячие усы и холодные, пронзительно черные глаза.
Расчет пулеметчиков отчаянно пытался вступить в бой, один из них низко присел, чтобы укрепить треногу, другой вставлял ленту, третий быстро палил во все стороны из пистолета, чтобы прикрыть их. Но все было напрасно. Всадники надвигались и надвигались, стреляя и оттесняя их. Человек в штатском отступил в переулок, прицелился в Вилью, который скакал мимо, но ему пришлось увернуться от пули, попавшей в стену над его головой. Он снова прицелился, на этот раз выстрелил и промахнулся. Затвор его пистолета остался отведенным, обойма была пуста. Он нащупал в кармане новую обойму, увидел неподвижную тень и поднял глаза на мексиканца, который скалился ему в лицо. Мексиканец был меньше чем в десяти футах, он ухмылялся и вскидывал ружье, чтобы выстрелить. Но не тут-то было. Штатский сунул руку под расстегнутый жилет и выхватил револьвер западного образца, кинулся к лошади, поднырнул под ее голову, так что лошадь встала на дыбы, увернулся от удара копытом и выстрелил во всадника. Пуля попала ему в лицо. Он опрокинулся, под тяжестью его тела лошадь еще круче вскинулась на дыбы и упала вместе с седоком.
Глава 10
Потом по вокзальным часам, остановленным пулей, все узнают точное время атаки: 4.11. Возникнет вопрос, почему, собственно, Вилья совершил нападение? Два года назад он объявил себя сторонником Америки, приветствовал посланников президента США, консультировался с военными авторитетами США во время известной встречи на мосту Эль-Пасо-Хуарес.
Но тогда в Мексике четыре года бушевала гражданская война. Диктатора Диаса сменил народный любимец Мадейро. Его в свою очередь сменил Уэрта — Диас номер два. Вилья сражался на стороне Мадейро и, имея четыре тысячи солдат, обратил их против Уэрты. На это ушел год, но, с помощью вождей повстанцев, таких как Сапата и Карранса, он победил. Тут встал вопрос, кто будет править страной. Вилья все время давал понять, что не настаивает на своей кандидатуре, но, когда Карранса добился достаточной поддержки, чтобы победить, Вилья выступил против него. По всему северу страны, с востока на запад, происходили столкновения сил Каррансы и Вильи.
США сделали стратегический выбор. Президентом тогда был Вильсон; в Европе шла война, и он придерживался позиций строгой изоляции. Немцы, боясь, что со временем он присоединится к союзникам, посылали в Мексику людей и оружие. Они рассудили, что он никогда не двинется за океан, если будет опасность возникновения мексиканского фронта, а Вилья, в свою очередь, жаждал видеть Мексику мирной и без немцев. Вопрос был в том, кто из повстанцев достаточно силен, чтобы объединить страну. Каррансу поддерживали, но и Вилью тоже, и проамериканские взгляды Вильи склоняли Вильсона сделать выбор в его пользу. Но тут Вилья начал проигрывать сражения, пошли слухи, что он сторонник большого бизнеса, и, когда Карранса получил поддержку Американской федерации труда, Вильсон, которому нужно было быстро принять решение, выбрал Каррансу. Он прекратил поставки американского оружия и припасов Вилье, в то же время снабжая Каррансу щедро, как только удавалось. Конфликт разразился в Агуа-Приета, пограничном городе между Мексикой и Аризоной, где Вилья осадил размещенные в тамошних казармах войска Каррансы, а США позволили каррансистам ввозить в город подкрепление по железным дорогам, идущим через территорию Соединенных Штатов.
“Была создана обстановка для сражения, почти уникального в военной истории, — писал потом один историк. — Зрители могли наблюдать его из-за боковой линий, как футбольный матч… Подошли войска Вильи, американские траншеи заполнились людьми, американская артиллерия заняла предварительно выбранные позиции незадолго перед рассветом… Артиллерия каррансистов открыла огонь, и на протяжении всего дня шла бурная перестрелка между защитниками и атакующими.

Последняя побудка - Моррелл Дэвид => читать онлайн фантастическую книгу далее


Было бы неплохо, чтобы фантастическая книга Последняя побудка писателя-фантаста Моррелл Дэвид понравилась бы вам!
Если так получится, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Последняя побудка своим друзьям-любителям фантастики, проставив гиперссылку на эту страницу с произведением: Моррелл Дэвид - Последняя побудка.
Ключевые слова страницы: Последняя побудка; Моррелл Дэвид, скачать бесплатно книгу, читать книгу онлайн, фантастика, фэнтези, электронная