А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Однако вместо этого Хончо повел речь об искусственных планетах и высказал предположение, что Трясина может оказаться одной из них. Тут-то и выяснилось, что биологические изыскания — отнюдь не главная задача работников станции. В памяти всплыли обнаруженные Капитаном руины, но Ренн промолчал, решив прежде выяснить, какую выгоду можно извлечь из этого знания.
Он с интересом выслушал рассказ Хончо о том, что большинство искусственных планет были открыты в ранние годы освоения космоса, что на них не обнаружено никаких признаков разумной жизни и что несомненное сходство между ними, независимо от того, в каких мирах они найдены, наводит на мысль об их общем происхождении. Хончо признал, что до сих пор в отношении искусственных планет у науки больше вопросов, чем ответов. Куда ушли Строители? Что с ними случилось? Может быть, война? Или бедствие космического масштаба? К несчастью, время, погодные воздействия и тектонические сдвиги лишили людей возможности получить ответы на большинство из этих вопросов.
И все же нет-нет кто-нибудь да натыкался на развалины, не слишком сильно пострадавшие под губительным воздействием времени. Открытия такого рода мгновенно становились сенсацией. Люди, сделавшие их, начинали без конца мелькать во всех выпусках имперских голоновостей, рассказывая о своей находке и не забывая упомянуть о трудностях, с которыми им пришлось столкнуться, частенько преувеличивая их. Как правило, их находки имели очень небольшую материальную ценность. В основном это были обрывки загадочных надписей на неизвестном языке, или обломки машин непонятного назначения, или что-то, напоминающее не то произведение искусства, не то бред сумасшедшего. Установить разницу между тем и другим не представлялось возможным. Ученые, конечно, встречали все эти находки с неописуемым восторгом, но простые обыватели проявляли к ним очень мало интереса и помнили о них в лучшем случае до следующей сенсации.
И все же не исключено, что кто-нибудь когда-нибудь да наткнется на нечто по-настоящему ценное. На новую технологию, драгоценные камни или просто предметы, за которые можно получить хорошие деньги. Люди помнили об этом. Вот почему каждый год множество ученых отправлялись в экспедиции, чаще всего на собственные деньги, обыскивая уже открытые и пытаясь найти новые развалины. Некоторые ученые считали, что такие частные раскопки могут нанести непоправимый вред ценным археологическим находкам, в то время как их менее принципиальные коллеги буквально соревновались между собой за право возглавить такого рода экспедицию.
Наконец Хончо закончил свою лекцию.
— И что же заставляет вас думать, что Трясина тоже искусственная планета? — спросил Ренн.
В огромных, похожих на блюдца глазах Хончо вспыхнуло выражение торжества.
— Голосъемки, сделанные с космической станции. И еще чувство, которое у меня вот здесь, — и Хончо ткнул себя когтистым пальцем в грудь.
— Он имеет в виду, — вмешалась в разговор Ванесса, — что существуют два типа доказательств, подтверждающих нашу гипотезу. Первые можно рассматривать как эмпирические. — Она поколдовала над пультом, и изображение Трясины стало расти. Вскоре на переднем плане возник большой участок экваториальной зоны. Пальцы Ванессы снова запорхали над клавишами, и большая часть изображения погасла, оставив на виду лишь три алых пятна. — Эти красные зоны представляют собой участки, потенциально многообещающие в археологическом отношении. Понадобились месяцы головоломных раздумий и тщательных наблюдений с привлечением спектрального анализа и фотографирования в инфракрасных лучах, чтобы остановить свой выбор именно на трех этих участках. Видишь? — она, как водится, обращалась исключительно к Ренну, словно Марлы тут и вовсе не было. — Все они правильной формы, примерно одинакового размера и плотности. И все же нам очень повезет, если хотя бы один из этих участков окажется той самой золотоносной жилой, которую мы ищем.
— А как насчет не эмпирических доказательств? — против воли не удержалась от вопроса Марла.
Ванесса нахмурилась, как это делают взрослые, когда в их разговор вмешивается ребенок, но не успела ничего сказать. Ее опередил Хончо.
— Я и есть то самое не эмпирическое доказательство или что-то вроде этого, — он снова похлопал себя по груди. — По какой-то причине, неясной даже нам самим, между финтианами и Строителями существует странная, необъяснимая связь. Ее воздействие распространяется и на сооружения, оставленные Строителями. Несколько лет назад один археолог-человек обратил внимание на то, что финтиане открыли больше искусственных планет, чем какая-либо другая раса. Поначалу он засомневался в справедливости собственной теории, думая, что, может быть, она является порождением профессиональной зависти или даже проявлением ксенофобии. И все же эта мысль не давала ему покоя. Он систематизировал все сделанные открытия, разнеся их по расам. Выяснилось, что две из каждых трех находок принадлежат финтианам и только третья — людям или представителям каких-либо других рас. Причем это соотношение не зависит ни от образования, ни от опыта ученых.
— Как уже сказал Хончо, — поспешила перехватить инициативу Ванесса, — никто не знает, как и почему финтиане делают это. Самая популярная теория гласит, что причина кроется в расовой памяти. В той области космоса, где господствуют финтиане, необычно много искусственных планет, и, возможно, две эти расы так или иначе связаны между собой. Однако связь эта уходит корнями в такую глубокую древность, что на сознательном уровне воспоминания о ней отсутствуют. Ну, как бы то ни было, представляется разумным не сбрасывать со счетов повышенную чувствительность финтиан. Вот почему на станции они — не только единственные представители других рас, но и возглавляют нашу команду.
— Факт, который Ванесса частенько игнорирует, — сухо заметил Хончо и посмотрел на Ренна с Марлой. — В любом случае теперь вам, наверное, ясно, почему следует держать язык за зубами. Стоит кому-нибудь прослышать о наших предположениях, и сюда отовсюду хлынут люди, не говоря уж о проблемах, которые наверняка создадут нам ваши друзья, обитающие на поверхности. В результате тут просто все разграбят, и бесценные научные знания могут оказаться утраченными.
— Или бесценная новая технология, — не без иронии заметил Ренн. — Сомневаюсь, что наше правительство финансирует этот проект исключительно по доброте сердечной.
Хончо кивнул:
— Ну конечно. Но это не снижает ценности или важности наших научных исследований.
— Учитывая потенциальную уникальность Трясины, с какой стати именно ее решили использовать как планету-тюрьму? — спросила Марла.
— Чертовски хороший вопрос, — тут же откликнулся Хончо. — К сожалению, на него нет исчерпывающего ответа. Отчеты еще первой научной экспедиции содержат достаточно фактов, которые могли бы навести на мысль, что Трясина нуждается в дальнейшем изучении. Однако этого не последовало. Охваченные желанием популяризировать идею планет-тюрем, власти закрыли глаза на все, что вызывало сомнения, не стали проводить никаких дополнительных исследований и поторопились одобрить Трясину в качестве планеты-тюрьмы. Они явно рассчитывали на то, что пройдут годы, прежде чем кто-нибудь внимательно прочтет отчеты, наткнется на сомнительные данные, вызывающие вопросы, осознает их важность и предпримет меры, чтобы в научной среде стало о них известно. А к тому времени, по расчетам правительства, заключенные уже будут вовсю осваивать планету. Переселить их станет практически невозможно. Так оно и вышло, — Хончо невесело усмехнулся. — Вот почему мы приняли решение продолжать свои исследования, несмотря на присутствие на Трясине заключенных.
— Что и привело нас к вам, — снова вмешалась Ванесса. — Благодаря вашему знанию Трясины мы получаем прекрасный шанс добраться до красных зон и исследовать их.
— Ну, у меня для вас уже сейчас есть хорошие новости, — с усмешкой сказал Ренн. — На Трясине и в самом деле есть огромные руины. Не знаю, то ли это, что вы ищете, но думаю, на них стоит взглянуть.
Некоторое время Хончо и Ванесса оторопело молчали, переваривая новую информацию, а потом повели себя так, словно слегка тронулись рассудком. Финтианин восторженно и бессвязно залопотал что-то, тараща круглые глаза, а Ванесса разразилась радостными возгласами, перегнулась через стол и обвила руками шею Ренна. Когда их губы встретились, Марла с отвращением тряхнула головой и затрусила к своей каюте. Разве она обязана присутствовать при их любовных играх? Уж лучше использовать это время, чтобы вздремнуть.
Через три дня они высадились на Трясине. Все почувствовали себя заметно лучше, когда нервный лейтенант Фитц захлопнул люк и взлетел. Дело в том, что не только сам шаттл становился уязвим, оказавшись на земле. Его прилеты и отлеты сообщали всем желающим об их появлении, как бы говоря: «Вот она, легкая добыча! Идите и возьмите ее!»
Хорошо хоть, что на этот раз шаттл приземлился и взлетел безо всяких приключений.
«Фред» ждал их там, где его оставили. Понадобилось три поездки, чтобы доставить от ЗП к руинам Капитана снаряжение и припасы. Всего в экспедиции участвовало четырнадцать человек, включая Ренна, Марлу, Ванессу, Хончо, Чина, Джумо и еще восьмерых морских пехотинцев. Пять из них были новичками, впервые покинувшими станцию, а трое — Док, Исаак и Форд — участвовали в полете первого шаттла, окончившемся столь печально. Ренн считал, что лучше бы людей было поменьше, но Хончо и Ванесса настояли на своем. Им и этого казалось мало. Они привыкли к экспедициям с участием сотен высококвалифицированных специалистов и целой армии роботов.
Но по крайней мере Джумо Ренна понимал. И очень внимательно прислушивался к его советам, ни на минуту не забывая об осторожности.
И вот «Фред», нагруженный взволнованными учеными и их помощниками, причалил к берегу в одной из мелких проток. Очень скоро выяснилось, что эти руины не только попадали в самый центр одной из красных зон, но оказались классическим примером зодчества Строителей. По крайней мере, такое складывалось впечатление на первый взгляд, хотя, конечно, его еще предстояло или подтвердить, или опровергнуть. А пока все кинулись упоенно соскребать налет веков с древних строений и голографировать все, что оказывалось в поле зрения.
Хончо, казалось, присутствовал сразу везде, сию минуту поражаясь бесподобной симметрии канала, а уже в следующую восхищаясь изумительной структурой древнего сооружения, из-за чего они едва не потеряли его. Вопреки советам Ренна и откровенному беспокойству Джумо финтианин настоял на том, что осмотрит развалины с воздуха. Все забросили свои дела, чтобы понаблюдать за интересным зрелищем. За исключением Ренна никто до сих пор не видел финтианина в полете.
Не обращая внимания на всеобщее любопытство, Хончо расправил большие, сложенные за плечами крылья и вразвалку вышел на середину тропы. Глядя на его плотную фигуру, трудно было представить, что он взлетит, и пехотинцы начали недоверчиво перешептываться. Однако спустя несколько секунд Хончо уже взмыл в воздух, причем двигался на удивление грациозно. Но вот беда — большой лифтер, который кружил чуть повыше, вскоре заметил ученого и бросился на него. По счастью, Джумо сбил монстра первым же выстрелом. Тем не менее Хончо рухнул в болото и весь перепачкался. Несколько часов он яростно чистился и отмывался, но еще долго на его перьях была заметна грязь. И все же отважный финтианин неустрашимо продолжал свои полеты.
Остальные ученые горели желанием поскорее начать более тщательные изыскания, но прежде нужно было обезопасить местность, чем и занялись Ренн, Марла и пехотинцы. Марла произвела беглый осмотр руин, который подтвердил, что они густо населены монстрами. Нужно было избавиться от них — убить или, по крайней мере, отогнать подальше. Поскольку большинство пехотинцев не имели никакого опыта в столкновениях с ними, Джумо распорядился, чтобы в охоте на монстров приняли участие Исаак, Форд и Док. Остальным пяти пехотинцам было поручено охранять ученых и лодку.
Углубившись в джунгли, Марла сделала стойку. Все ее чувства были обострены до предела, а рецепторы теперь работали просто превосходно — спасибо техникам, которые еще на станции произвели ремонт ее систем. Конечно, это не был полномасштабный ремонт, для которого потребовались бы квалифицированные кибертехники и специальная лаборатория. И все же Чин вместе с несколькими техниками сделали все, что смогли. В частности, устранили незначительные повреждения, полученные Марлой в ранний период ее пребывания на Трясине. Поэтому сейчас она чувствовала себя лучше, чем когда бы то ни было за последнее время. А приятнее всего было сознавать, что она делает нужное для всех дело, в то время как Ванесса целыми днями торчит на лодке.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов