А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Наконец поветрие достигло некоего плато стабилизации. Время от времени еще появляются вирусы ДНК, но наши тела в общем и целом выработали к ним иммунитет.
– Возможно, в человеческой ДНК способно функционировать лишь конечное число вирусов и метавирус создал их все, – говорит Нг.
– Может быть. Тем не менее шумерская культура, общество, основанное на ме , была еще одним проявлением метавируса. Только в данном случае в лингвистической, а не генетической форме.
– Прошу прощения, – говорит мистер Ли. – Вы хотите сказать, что цивилизация началась как инфекция?
– В своей примитивной форме да. Каждое ме было чем-то вроде вируса, работающего по принципу метавируса. Возьмем для примера ме выпекания хлеба. Попав в общество, ме становилось самоподдерживающейся единицей информации. Это простой естественный отбор: тот, кто знает, как выпекать хлеб, живет лучше и с большей вероятностью произведет потомство, чем тот, кто этого не знает. Естественно, знающие это распространят ме , играя роль хоста для этой самовоспроизводящейся единицы информации. Что делает ее вирусом. Шумерская культура с ее храмами, полными ме , была просто коллекцией успешных вирусов, накопившихся за тысячелетия. Это было франшизное предприятие, только вместо золотых ворот у нее были зиккураты, а вместо папок с документацией – глиняные таблицы.
В шумерском языке слово, обозначающее «разум» или «мудрость», идентично слову, обозначающему «ухо». Вот чем были все эти люди – ушами с прилагавшимися к ним телами. Пассивные получатели информации. Энки был эном, который волею случая оказался истинным мастером своего дела. Он обладал необычной способностью писать новые ме – он был хакером. Если уж на то пошло, он был первым современным человеком, полностью сознающим себя разумным существом, в точности как мы с вами.
В какой-то момент Энки сообразил, что Шумер увяз в наезженной колее. Люди все время исполняли одни и те же старые ме , не изобретая новых, не думая сами по себе. Подозреваю, ему было очень одиноко: мало радости быть одним из немногих, а вероятно, даже единственным думающим человеком во всем мире. Он понял, что в целях эволюции человечество следует избавить от гнета этой вирусной цивилизации.
Поэтому он создал нам-шуб Энки, контрвирус, который распространялся теми же путями, что и ме метавирус. Нам-шуб проникал в глубинные структуры мозга и их перепрограммировал. В результате люди переставали понимать шумерский язык или вообще какой-либо язык, основанный на глубинных структурах. Отрезанные от общих глубинных структур, мы стали развивать новые языки, не имевшие между собой ничего общего, ме перестали функционировать, сама возможность писать новые ме была утрачена. Дальнейшее распространение метавируса было блокировано.
– А почему с утратой ме для выпекания хлеба никто не умер с голоду? – поинтересовался Дядюшка Энцо.
– Кто-то, вероятно, умер. Остальным пришлось пустить в ход мозги и додуматься самим. Поэтому можно сказать, что нам-шуб Энки был исходным пунктом человеческого разума: мы тогда впервые начали думать сами. Это положило начало рациональной религии; люди впервые стали задумываться о таких абстрактных проблемах, как бог, добро и зло. От этого события происходит слово «Вавилон», которое буквально означает «Врата бога». Эти «врата» позволили богу коснуться человеческой расы. Вавилон – врата в нашем разуме, которые Энки открыл нам своим нам-шуб, избавив человечество от метавируса и дав ему способность думать, иными словами, перенес нас из материалистического мира в дуалистический, бинарный мир, имеющий и физическую, и духовную компоненты.
Вероятно, все общество тогда рухнуло. Энки или его сын Мардук попытался заново водворить порядок, заменив старую систему ме сводом законов – Кодексом Хаммурапи. Эта акция имела успех, однако лишь частичный: во многих местах еще продолжалось поклонение Ашере. Представляя собой откат к Шумеру, культ Ашеры был невероятно живучим, поскольку распространялся как вербально, так и обменом выделений тела. В местах поклонения имелись культовые проститутки, жрицы также усыновляли детей, которым передавали вирус кормлением грудью.
– Подождите-ка, – вмешивается Нг. – Теперь вы снова говорите о биологическом вирусе.
– Совершенно верно. В этом весь смысл Ашеры. Она и то и другое одновременно. В качестве примера можно привести герпес симплекс. Попав в тело человека, герпес поступает прямо в нервную систему. Ряд штаммов остается в вегетативной нервной системе, но остальные пулей несутся в центральную нервную систему и оседают там в клетках головного мозга – обвивают мозговой столб, будто змея дерево. Вирус Ашеры, возможно, родственный герпесу, проникает через стенки клеток и, осев в ядре, изменяет ДНК клетки так же, как это делают стероиды. Но Ашера куда сложнее стероида.
– А когда она изменяет ДНК, каков результат?
– Никто не изучал Ашеру, кроме разве что Л. Боба Райфа. Думаю, она намеренно выводит ближе к поверхности пра-язык, пробуждает у людей склонность говорить на иных языках и делает их более восприимчивыми к ме . Я бы предположил, что она также поощряет иррациональное поведение, возможно, ослабляет защиту индивидуума против вирусных идей, а также делает хост сексуально неразборчивым.
– И у каждой вирусной идеи есть соответствующий ей биологический вирус? – спрашивает Дядюшка Энцо.
– Нет. Насколько я знаю, только у Ашеры. Вот почему изо всех ме , всех богов и религиозных практик, господствовавших в Шумере, только Ашера сильна и по сей день. Вирусную идею можно искоренить, как это произошло с нацизмом, брюками клеш и футболками с Бартом Симпсоном, но благодаря своему биологическому компоненту Ашера может оставаться в человеческом теле в латентной форме. После Вавилона Ашера продолжала сохраняться в человеческом мозге, передаваясь от матери к младенцу и от любовника любовнице.
Мы все восприимчивы к вирусным идеям. Таков механизм массовой истерии. По тому же принципу какая-то мелодия может засесть у вас в голове, и вы будете напевать ее весь день, пока не передадите кому-то другому. Таковы анекдоты. Городские легенды. Бредовые религии. Марксизм. Какими бы умными мы ни становились, эта глубинная иррациональная составляющая всегда делает нас потенциальными хостами для самовоспроизводящейся информации. Но если вы заражены еще и биологической Ашерой, то становитесь гораздо восприимчивее. Фактор Вавилона – единственное, что не дает этим вирусам захватить весь мир: стены взаимонепонимания разделяют человеческую расу и останавливают распространение вируса.
Так называемое Вавилонское столпотворение привело к бурному росту числа языков, что, собственно, и входило в план Энки. Монокультуры, такие, как, к примеру, кукуруза, подвержены заражениям, но генетически различные культуры, как в прерии, исключительно устойчивы.
Через несколько тысяч лет после Вавилона возник новый язык, обладающий исключительной гибкостью и силой, – иврит. Второзаконники, радикальная группа монотеистов в шестом и седьмом веках до нашей эры, первыми обратили это себе на пользу. Они жили в период крайнего национализма и ксенофобии, что облегчало им блокирование идей, поступающих извне, таких как поклонение Ашере. Старые легенды своего народа они оформили в Тору, в которую вложили закон, призванный гарантировать ее распространение в последующих поколениях. По сути, закон гласит: «Сделай с меня копию и читай ее каждый день». И они поощряли некую разновидность информационной гигиены, веру в тщательное копирование и бережное обращение с информацией, которая, как они понимали, была потенциально опасна. Они превратили данные в контролируемую субстанцию.
Возможно, они пошли еще дальше. Существуют свидетельства о тщательно спланированной биологической войне против войска царя Сеннахирима, когда тот попытался завоевать Иерусалим. Поэтому, вероятно, у второзаконников имелся свой собственный эн. Или, может быть, они настолько хорошо разбирались в вирусах, что сумели воспользоваться естественно возникающими штаммами. Умения, совершенствованные второзаконниками, тайно передавались из поколения в поколение и снова вышли на свет две тысячи лет спустя, в Европе, в среде колдунов-каббалистов, ба'ал шемов, овладевших божественным именем.
Во всяком случае, это было рождение рациональной религии. Все последующие монотеистические религии, которые мусульмане так точно назвали религиями Книги, в той или иной степени впитали идеи второзаконников. К примеру, в Коране раз за разом указывается, что он есть воспроизведение, точная копия книги на Небесах. Естественно, всякий, кто в это верит, не посмеет как-либо изменить текст! Подобные идеи оказались настолько эффективны для предотвращения распространения Ашеры, что в конечном итоге каждый квадратный дюйм территории, на которой некогда процветал культ Ашеры – от Индии до Испании, – оказался под пятой ислама, христианства или иудаизма.
Но вследствие латентности – виткам вокруг мозгового столба тех, кого она заразила, а потом передавалась из поколения в поколение, – Ашера всегда находит способы выйти на поверхность. В случае иудаизма это произошло в форме фарисейства. Фарисеи навязали иудеям жесточайшую юридическую теократию. Учитывая жесткую приверженность исполнению законов, хранящихся в храме, и администрацию, состоящую из жрецов, наделенных гражданской властью, их теократия весьма напоминала старую шумерскую систему и была столь же удушающей.
Пастырство Иисуса Христа стало попыткой высвободить иудаизм из этих тисков, чем-то вроде отголоска акции Энки. Евангелие Христа было новым нам-шуб, попыткой вывести религию из храма и из-под власти жрецов и принести Царство Божие всем. Это послание четко изложено во всех проповедях Христа, оно же символически воплощено в пустой гробнице. После распятия апостолы отправились к гробнице в надежде отыскать тело, но нашли пустоту. Смысл этого эпизода был совершенно ясен: нам не следует обожествлять Христа, поскольку его идеи самоценны, а его церковь не может быть централизована вокруг одной личности, но должна быть распространена на всех.
Люди, привыкшие к жесткой теократии фарисеев, не сумели воспринять идею всенародной, неиерархической церкви. Им потребовались папы, епископы и жрецы. И потому к Евангелиям был добавлен миф о Воскресении. Само послание изменилось в сторону идолопоклонства. В этой новой версии Иисус вернулся на землю и создал церковь, которая позднее стала церковью Восточной и Западной Римской империи, еще одной жесткой и рациональной теократии.
Одновременно была основана Церковь Пятидесятницы. Ранние христиане говорили на неизвестных языках. В Библии сказано: «И изумлялись все, и говорили друг другу: что это значит?» Ну, полагаю, я знаю ответ на этот вопрос. Это была вспышка вируса. Ашера никуда не исчезла, а, напротив, таилась среди людей с самой победы второзаконников. Меры информационной гигиены, которые практиковали иудеи, успешно ее подавляли. Но в первые годы христианства хаос был неизбежен, и множество радикалов и свободных мыслителей отказались от старых традиций. Это стало откатом к прерациональной религии. Откатом к Шумеру. И вот вам, пожалуйста, все заговорили друг с другом на Райском наречии.
Ортодоксальная христианская церковь отказалась принять глоссолалию. Несколько столетий к ней относились неодобрительно, пока решением Константинопольского Собора в 381 году не подвергли порицанию и в конечном итоге чистке. Культ глоссолалии остался на периферии христианского мира.
Церковь отчасти соглашалась узаконить ксеноглосию, если та помогала обращать язычников, как это было в случае святого Луиса Бертрана, обратившего в шестнадцатом веке тысячи индейцев: скорость распространения глоссолалии по континенту тогда, вероятно, превышала скорость распространения оспы. Но как только индейцы были обращены, им предлагалось заткнуться и говорить на латыни, как и всем прочим.
Реформация открыла дверь еще шире. Но всерьез пятидесятничество стартовало только в 1900 году, когда небольшая группа студентов библейского колледжа в Канзасе начала вдруг говорить на неизвестных языках. Эту практику они распространили на Техас, где она приобрела известность как Движение Возрождения. Это движение прокатилось по Соединенным Штатам со скоростью лесного пожара, а потом перекинулось и на остальные континенты, достигнув в 1906 году Китая и Индии. Средства массовой информации двадцатого века, высокий уровень грамотности и сравнительно быстрые пассажирские перевозки служили превосходными векторами заражения. В переполненной прихожанами молельне Возрождения или в лагере беженца в стране «третьего мира» глоссолалия распространялась от человека к человеку с быстротой паники.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов