А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Дурак!
- На себя не похож! - голосит Дунька-шалая.
И заводит Иван-дурак чужими словами да не свои речи:
- Канальские острова - это вам не Крыжополь, Атлантида - не
Мотовиловка, непочатый мериканский континент - не кукурузный початок. Есть
стратегический план... Ходи, Дунь, отсель стелить постель, не твоего ума
это дело... План, говорю, такой: прорваться с боем на Канальские острова,
напомнить Василисе Васильевне об ее коренном этрусском происхождении и
подписать договор о дружбе и сотрудничестве на вечные времена с последующим
продлением. Одним таковым государственным актом сразу решаем кучу проблем,
а именно: создаем военно-морскую геополитическую ось "Этруссия - Эсэсэсэр -
Атлантида", устанавливаем контроль над проливами, а в перспективе над
Суэцким и Панамским каналами, и, вообще, двигаем этрусскую экспансию на
Запад, в культурные страны - Рим там, Франция, вид на Мадрид, - а не в
сторону вероломного Востока, как это политически безграмотно начнет
происходить в Московии при царе Иоанне Грозном. Зачем нам остров Сахалин на
Востоке, когда открыть его можно с Запада?
Сомневаются богатыри:
- Ты ли это, Иван?
- Я.
- Откуда ты такой умный?
- От верблюда.
- Да есть ли во всем этом резон?
- Есть. Земля-то круглая.
Все-то он знает, Иван-дурак. Да и не дурак он уже, а полномочный
благодетель Кагэбэ в Этруссии, заместо ушедшего на покой Всеволода
Чердакова, который только фольклор записывал, снабжал их спиртом, шифером и
сарафанами, девок не замечал - тихий был человек, светлое ему будущее!
Выражаем ему в летописи свою благодарность.
- Воевать-перемать пора! - опять надрывается Себастьян-боцман. -
Обставим самого адмирала! Подплывет Христофор Колумб к своей Вест-Индии, а
я уже там, в белом костюме, и знать ничего не знаю: нету такой на карте!
Плыви, адмирал, мать твою драл, обратно! Возвращается он в Гишпанию, а я
уже там, в белом костюме, спасаю гишпанский семенной фонд. Да его на месте
Кондрашка хватит! Где Кондратий?
- Кондратий в хате. Его хата с краю.
- Ну? - торопит Иван-дурак.
- Гну, - отвечают богатыри.
Боязно богатырям. Девиц вызволять - святое дело; а проливы, ось,
экспансия на Запад - это уже политика, но другими средствами. И хочется, и
колется, и мамка не велит. Воевать - не мать-перемать, как думает боцман.
Подумать надо... Глянет на них Василиса Васильевна пламенным взглядом,
вспомнит как склоняли ее к половому акту с циклопом... Страшно подумать!
Как вытащит из крутого декольте волшебное зеркальце, как поймает солнечного
зайчика...
Будет им Цусима, погибель эскадры и оптимистическая трагедия вместе
взятые.
- Значит не желаем помогать грядущим поколениям? - прокурорским тоном
спрашивает Иван-дурак и вытаскивает из рюкзака автомат Калашникова. - Это
как получается? Получается, ОНИ, ваши потомки, от себя последнее отрывают,
ВАС, пращуров своих, одевают-обувают, поят-кормят, лечат-строят, а ВЫ,
значит, собрались жить долго и счастливо за ИХНИЙ счет? Когда будем
правнукам долги отдавать?
Такая постановка вопроса. Если так - то, конечно. Иван теперь не
дурак, а Иван-атаман. Приказ есть приказ. Совесть надо иметь. Грядущим
поколениям, внучатам нашим, долги отдавать надо.
Под матом боцмана и дулом автомата перебрали судовые машины,
проконопатили, перекрасили, сдали пивные бутылки, переспал Иван с
Дунькой-шалой, и, с богом отдали концы.
8
Плывут.
Плавно плывут себе вниз по Славутичу из варяг в греки, а у
Днепропетровских порогов опять призадумались... С Богом ли плывут? Ох,
осерчает матушка Василиса Васильевна, ох, осерчает! Как нахмурит брови
черные, как вытащит из французского бюстгальтера колдовское зеркальце... И
никого на развод не оставит. Гишпанцев, конечно, жаль, а себя еще жальчее.
Переволокли корабли за пороги да так и плывут - с Богом ли, без Бога,
- плывут и не знают, что не успеют выплыть в Эвксинский Понт, как капитан
Богдыхан сладкими речами соблазнит команду и темной ночью уведет
"Новикова-Прибоя" в Колхиду за золотым руном. Руна они там не найдут
(сказки все это про золотых баранов), зато Никодим-рвань, Трофим-пьянь и
Максим Хрен С Ним уважительно переименуются в Никодим-хана, Трофим-хана и
Максима Хусима, перемногоженятся, разведут виноград "Изабелла", будут пить
долго и счастливо и поплатятся за этакое вероломство собственными потомками
лишь в бериевские времена, до которых еще дожить надо.
Так оно и случилось, по вышенаписанному: ночь прошла, а
"Новикова-Прибоя" и след на воде простыл.
Пуще прежнего закручинились мореплаватели. Опять за свое:
- Ох, осерчает матушка Василиса Васильевна!
Но Иван-дурак снял автомат с предохранителя:
- Не трусь, этруссичи! Вперед, на Царь-Град! Даю три дня на
экспроприацию города!
Делать нечего, пошли на Царь-Град.
А что делать?
Взяли по привычке Константинополь - византийцы сами открыли ворота,
чтобы не лезли через забор; три дня грабили награбленное - хозяева радушно
выставили залежалый товар лицом, а все ценное надежно попрятали;
снасильничали всей флотилией трех гетер - те сами подставились с превеликим
удовольствием; прибили на вратах еще один щит и уснули богатырским сном; а
капитану Абраму только того и надобно - он мудрыми словами убедил команду,
переименовал "Александра Корнейчука" в "Шолом Алейхема" и увел его к пляжам
Тель-Авива, где запросил политического убежища. Команда с воем и плачем
дала исполнить над собой обряд обрезания, переженилась на дщерях
израилевых, занялась коммерцией, жила ничего себе и дала начало мировому
космополитству, чтоб ему пусто было.
Остался один "Всеволод Вишневский".
На палубе - оставшийся цвет нации, полный корабль дураков; а на
капитанском мостике - контр-адмирал - Иван-дурак. Стоит, в трубу глядит,
командует:
- Лево руля, право руля! Держи права, болван!
А сам крупными буквами в неведомом алфавитном порядке, старательно
огибая национальный вопрос, записывает в судовой журнал всех случайно
оставшихся - для представления к высокой правительственной награде, не
иначе.
Откроем судовой журнал "Всеволода Вишневского"...
9

СПИСОК НАЛИЧЕСТВУЮЩЕГО СОСТАВА

1. Иван-атаман
2. Адам-первач
3. Андриян-партач
4. Абдурахман-стукач
5. Аверьян-оберпалач
6. Боян-стихоплет
7. Богдан-сексот
8. Вагран-банкомет
9. Варлаам - нисколько не пьет
10. Севастьян-лоцман
11. Себастьян-боцман
12. Степан-колодник
13. Демьян-подводник
14. Душан-сводник
15. Джан - блядский угодник
16. Емельян-балбес
17. Епифан - с дуба слез
18. Фарман-летчик
19. Гурам-наводчик
20. Герман-графоман
21. Григорьян-молдаван
22. Гурьян-цыган
23. Гасан-наркоман
24. Гаолян-китаец
25. Гуан-засранец
26. Христиан - крещеный маланец
27. Аврам-хитрован
28. Адриан-болван
29. Абрахам-хам
30. Аллан-грубиян
31. Арам - Хачатурян
32. д"Артаньян-донжуан
33. Агдам - в рог дам
34. Бертран-тапер
35. Бенциан-старпер
36. Баклан-масон
37. Буридан-осел
38. Валаам-баран
39. Вардан-профан
40. Вильям-шарлатан
41. Ван - пьян в драбадан
42. Валерьян - в ж... пьян
43. Джонатан-шарманщик
44. Еруслан-карманщик
45. Жак-Жан-обманщик
46. Зурман-банщик
47. Иоанн - отставной козы барабанщик
48. Исфахан-обормот
49. Иоган-живоглот
50. Исраэлян - Пол Пот
51. Индиан - за падло сойдет
52. Калям - корабельный кот
53. Кирьян-мурло
54. Киприан-фуфло
55. Касьян-смутьян
56. Кирсан-хулиган
57. Кристиан-корефан
58. Ксан-братан
59. Кориолан-истукан
60. Конан-куклуксклан
61. Куросава-сан - японский пахан
62. Колян-жлоб
63. Корвалан-русофоб
64. Куприан-толоконный лоб
65. Курбан-чурка
66. Лукьян-урка
67. Лукодьян-вахлак
68. Максимильян-вурдалак
69. по Мартьяну плачет ГУЛАГ
70. Марьян-трус
71. Мари-Хуан - гишпанский хранцуз
72. Митрофан-баптист
73. Нурсултан-сатанист
74. Натан-троцкист
75. Октавиан-морфинист
76. Онан-онанист
77. Оман-коллаборационист
78. Осман-турок
79. Прохан-придурок
80. Пехлеван-грек
81. Полуян-абрек
82. Приян-говновоз
83. Полкан - корабельный пес
84. Роман-буян
85. Рахман-душман
86. Руслан-мент
87. Рустам - тайный агент
88. Ромэн-нацмен
89. Роллан-супермен
90. Салам-бревно
91. Саливан-дерьмо
92. Селифан - болотное чмо
93. Салтан-дуэлянт
94. Султан-пасквилянт
95. Стефан-дровосек
96. Северьян-генсек
97. Саддам-гомосек
98. Темиркан-шайтан
99. Толян-магадан
100. Тристан - влюбленный болван
101. Тигран - Петросян
102. Тельман - Гдлян
103. Ульян-жиган
104. Феофан - держи карман
105. Фатьян-пьянь
106. Фанфан-рвань
107. Фернан-дрянь
108. Харлам-кулак
109. Хуан-батрак
110. Хасан-ишак
111. Шалам - половой маньяк
112. Штефан-дебил
113. Юлиан-некрофил
114. Юстиниан-славянофил
115. Юран-мудозвон
116. Ян - сам не знает кто он.
117. Да еще Ерема - не все дома. Этот в
трюме кочегаром, тихий человек; он не в
счет.
118. Да еще Кондратий - остался в хате.
Его хата с краю; не забыть подпалить,
хорошо сгорить.
Подпись:
Батька их морской - Иван-атаман.
10
Иван список пишет, а богатыри на Ивана волками смотрят - того и гляди,
набросятся! Ворчат:
- Куда ни кинь - всюду клин. Налево пойдем - направо придем. Земля,
вишь, круглая... Выходит - порочный круг. Прямо пойдем - костей не соберем.
А наверху - Иван-дурак с автоматом. Богдыхан - удрал, Абрам - слинял, а мы,
дураки, не успели - Царь-Град грабили!..
- Но вы же коренные этруссичи! - взывает к патриотизму Иван-дурак. - А
те кто? Иноверцы, инородцы и проходимцы. Иноходцы, от! Вы должны правильно
понимать всемирногишторический момент. Дыра во времени дается нам в
непосредственных ощущениях с вероятностью один раз в десять миллиардов лет.
Прикиньте сами, болваны: вселенные рождаются, живут и коллапсируют, а такой
пространственно-временной дырищи, как наша, никто никогда не видывал.
Значит что?
- Ну, что? Не знаем.
- Значит, нужно в полной мере использовать эту дыру в интересах
Мировой Революции Всех Времен и Народов от неандертальцев до наших дней!
- Да на кой ляд тебе, Ванятка, всемирно-гишторическая революция? -
урезонивают его. - Поплыли лучше домой, мы тебе гарну дивку знайдем, с
похмелюги девка хорошо помогает. Чем Дунька-шалая тебе плоха?
- А девиц-дочерей ваших кто вызволять будет? - играет Иван на
отцовских чувствах.
- Наших-то? Наши дуньки в молоке не утонут, киселем не подавятся,
нигде не пропадут, сами домой придут!
- А Василису Прекрасную вам не жаль? - давит на жалость Иван.
- Ну, это еще глянуть надо, какая она такая распрекрасная. Пять лет -
не ближний свет. Жаль-то ее, может и жаль, да всех баб не пережалишь, а эту
голыми руками не возьмешь. У нее ж волшебное зеркальце, забыл? Ни
меч-кладенец, ни пуля-дура, ни штык-молодец...
- Заладили - пули-фули, штык-огурец... - играет автоматом Иван-дурак.
- Сильно умные! Всех умников первыми запущу к Василисе в койку, а потомков
ваших до сорокового колена сотру в порошок! У меня в Кагэбэ на всех
потомков досье заведены.
- Много досьев-то?
- Кругом-бегом, ровным счетом - тридцать миллионов папок с тесемками
на всех Демьяновых, Емельяновых, Романовых, Ульяновых и Бронштейнов во всех
веках и поколениях, не считая близких и дальних родственников - на тех
отдельно.
- Ого-го!
- То-то! Гляди у меня! Полный вперед, болваны!
11
Из тридцати миллионов папок с тесемками откроем одну - досье на самого
Ивана-дурака.
С фотографии глядит субъект с оселедцем на бритой голове, с завитой в
колечки бородой и с прижмуренными от фотовспышки глазами.
Узнаем, что рост Ивана Ивановича Иванова - 2 м 11 см, размер лаптей -
49-й. Особые приметы: "глаза сине-синие, косая сажень в плечах, а
специфическая мужская деталь в состоянии эрекции - длиной, примерно, по
собственный локоть". (Воспроизведен стиль кагэбистского документа.)
Задержан сотрудниками милиции на Киевском вокзале г. Москвы "в разорванной
телогрейке, в лаптях и в крайне возбужденном состоянии от игры в наперстки.
Двумя пальцами подцепил за шиворот трех шулеров, вытряхивал из них свои
карбованцы и угрожал нанизать всю троицу, как баранов, на свой возбужденный
вертел." (Воспроизведен стиль милицейского документа.)
После длительных уговоров препровожден в привокзальное отделение
милиции, где сходу потребовал встречи с представителем КГБ. На ответ, что
сие племя недавно прекратило существование, с досады разломил головой
казенный письменный стол (акт о списании прилагается).
Освидетельствован дежурным врачом и направлен в "психоневрологический
диспансер". Введена лошадиная доза транквилизаторов, давшая обратный
результат: гонялся за санитарами, кулаком выбил железобетонную панель в
основании диспансера и, как был босиком и в больничном халате, ушел на
Лубянскую площадь и с постамента бывшего памятника Дзержинскому потребовал
приема в КГБ по личным вопросам.
Кричал: "Я люблю ее!"
Собрал вокруг постамента развеселую толпу. По оселедцю и бороде был
опознан из окна здания на Лубянке старшим оперуполномоченным Всеволодом
Чердаковым, сдававшим в тот день бывшие "дела" свои.
И далее: Иван Иванович Иванов насчет "любви" вполне успокоен. "Прошел
усиленные сокращенные курсы бывшей спецшколы КГБ, истории и бывшего СССР и
так называемого "марксизма - ленинизма". Обучен грамоте. В совершенстве
владеет кулачными боями и четырьмя арифметическими действиями."
Усидчив (если не в возбужденном состоянии). Неубежденный атеист: гром
не грянет - не перекрестится.
Принял присягу на верность: (чему? кому? - прочерк).
Присвоено внеочередное звание старшего лейтенанта бывшего КГБ.
Заблаговременно награжден орденом бывшей "Дружбы народов".
Оперативные позывные (агентурная кличка): "ВАНЕК".
Задание: заброшен в Древневековье "с целью подготовки благоприятных
исторических факторов для дальнейшего полноценного развития нашего
Отечества." (Весьма туманно. Читай: проливы, каналы, вид на Мадрид и,
главное, геополитическая ось "Этруссия - СССР - Атлантида" - без оси ни
одна телега не сдвинется.)
Закроем папку с тесемками.
12
Что еще происходило в то раннее Древневековое утро - доподлинно
известно.
"Всеволод Вишневский" пробирался к Геркулесовым Столпам по мелкой луже
тогдашнего Средиземного моря, пугая экономическое сообщество древних
греков, персов, римляней, египтян, ассирийцев, финикийцев, мидян,
андромедян, иудеев, гипербореев, ганнибалов, каннибалов, шумеров, шмумеров,
алеутов и обериутов - появление этого чудища было последним
предзнаменованием давно обещанного всемирного наводнения; все обитатели
Древневековья готовились к встрече: укрепляли берега, запасались водой и
продовольствием, угоняли в горы скотину, рабов и женщин; одни лишь
этрусские богатыри, будто проклятые всеми богами, уныло шли под дулом
автомата навстречу потопу, твердо веруя лишь в свою оптимистическую
коммунальную утопию - ту самую, при которой все как один утопают и, с
песнями, скопом идут ко дну.
Весело помирать за компанию!..
Весело, хотя и ничего смешного: народу вокруг полно, а не у кого даже
спросить дорогу - все рыла воротят.
Тем лучше. Обойдется Иван-дурак своим умом.
А Ванек уже предчувствовал себя полным адмиралом флота, почетным
членом Академии Наук и дважды Героем (Труда и Союза) с вручением ему
бронзового бюста на родине героя в поселке городского типа Ивано-дурацке.
Вокруг "Всеволода Вишневского" резвилось последнее стадо вымирающих
плезиозавров, на Италийском сапоге торжественно дымил Везувий, готовый
разразиться от переполнявших его чувств перед библейским наводнением;
солнышко было еще молодое, девственное, незапятнанное; оно подрумянивало
снизу сдобные облака, а те с ветром исполняли для Ивана-дурака в
синих-синих, как глаза Василисы, древневековых небесах произвольную
программу фигурного катания - то пухлую Дуньку-шалую изобразят в
откровенной позиции, то скачущий силуэт папиросного джигита
Казбека-чебурека, а то и грандиозные, на все небо, атлантские замки,
похожие на московские высотки или на башни Кремля, но с вопросительными
знаками на шпилях заместо пятиконечных звезд - кто успел те звезды увидеть,
тот помнит.
Будто спрашивали облака:
- Куда плывем, Иван?
Будто предупреждали облака:
- Возвращайся к Дуньке, Иван! Тикай отсюдова! Не ходи туда - не знаю
куда, а то угодишь в гишторию!
Но Иван не внимал вышним предупреждениям. Обойдется Иван-дурак без
ценных вказивок.
А кто из нас внял бы - на месте Ивана? Кто из нас не захотел бы
угодить в Гишторию? Какой патриот - а мы ли не патриоты? - не заложил бы в
Кагэбэ последнюю душу, чтобы, как Иван-дурак, с высоты капитанского мостика
нашего светлого будущего поучить уму-разуму своих неразумных прапращуров?
Взять и бросить им вниз на палубу:
- Все у вас, прадеды, через задний проход! ТО - НЕ ТО, а ЭТО - НЕ ТАК!
- А как? - спросили бы прадеды, задрав головы и приставив ладони к
ухам. - Просвети нас, темных, Ванек! Тебе сверху видней. Куда ж нам плыть?
Отвечай уверенно:
- Туда рули! - и, как Ленин с балкона Кшесинской, указывает рукой
направление. - А делать надо вот как: вот ТАК. Понятно? Слушай сюда,
объясняю сначала: ТАК, ТАК и ТАК. Ясно?.. Экие вы дурные!.. Сначала делаем
ТАК-ТО, потом ЭДАК-ТО и в результате получаем ТО-ТО. Ну?.. Ну, народ! Беда
мне с таким народом. Объясняю на примерах. Например: князю Игорю на
половцев запретить ходить, а Баяну - песни петь, и слова не давать! Киев
перенести в Москву еще до Батыева нашествия. Купим у деловаров-ирокезов
Манхэттен и назовем его не Нью-Йорком, а Ново-Городом. Совершим первое
кругосветное мореплавание, бесовскую энергию Ионы Грозного используем в
мирных целях на строительстве Ленинграда, Петровский флот откроет у нас
Австралию, а самолет Можайского взлетит еще до рождения братьев Райт.
Усекли? Изменим детерминизм Гиштории! В результате, кругом на земле будет
процветать Государственная Безопасность, и нынешнее поколение наконец-то
будет жить в светлом будущем. Чего молчите?
Любой патриот заложил бы душу за такой монолог, но взойти на
капитанский мостик Гиштории сподобился только Иван-дурак. Дуракам везет -
ушел и вошел в Гишторию. Вот это уход - всем уходам УХОД, затмивший даже
уход самого Великого Старца, дошедшего аж до Астапово - а до этой станции,
между прочим, путь не близкий. Пусть патриоты помирают от зависти к
Ваньке-дураку, последнему представителю племени Кагэбэ - великому племени,
не уступавшему когда-то по численности и занимаемой территории тем же
ирокезам-деловарам, орде Чингизхана и наполеоновской Франции вместе взятым,
а по численности и могуществу военно-промышленного комплекса - никакого
сравнения ни в какие ворота.
Но что же Ванек услышал ответ?
Безмолвствуют богатыри.
"Не хотим Киева в Москве, - думают про себя. - Не хотим менять
детерминизм Гиштории, зачем нам это? Нам бы только горько пить, да сладко
есть, да громко петь, да тихо срать, да мягко спать. И достаточно."
Ну, народ!
А что с них возьмешь, если даже отпетые корсиканские пираты, не
убоявшиеся дымящего чудища и решившие взять юдище абордажем, поспешно
ретировались в ближайшую гавань, разглядев на капитанском мостике
"Всеволода Вишневского" косую сажень Ивана-дурака с орденом "Дружба
народов". Появление этого дурака, этой дружбы народов и этого "Всеволода
Вишневского" народы Древневековья предчувствовали и опасались еще тогда...
Тогда еще!
Неглупые были люди - кому во Вселенной охота связываться с племенем
Кагэбэ?
1 2 3