А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


— Ясно…
— Под покровом ночи он проник в библиотечный компьютер и снял на эти микрочипы всю информацию по гуманитарным наукам, содержавшуюся в его памяти. В каждом чипе два миллиона ячеек, то есть всего их шесть.
— Ничего себе!
— Вот именно. Большая часть произведений всемирной литературы, множество работ по философии и истории, а также многое другое — и все это в крошечных кладовых размером с почтовую марку! Добро и зло оптом! Короче: если та или иная книга имелась в Библиотеке Конгресса, Шрдлу ее не пропустил.
— И он готов продать все это за парочку фальшивых дипломов?
— Нет, он хочет настоящие. Причем не только дипломы, но и рукописи «своих» научных работ.
— И тебе удастся это устроить? Он только засмеялся.
— Несколько лет назад один молодой доктор наук, тоже из «Айви Лиг», предложил мне свои степени и дипломы. Я послал его в прошлое — пообщаться с самим собой в молодости. И посоветовал ему вернуться назад уже под другим именем.
— Каким?
— Я сказал, что это мы сообщим ему особо. Теперь ему как раз пора возвращаться. Вот мы и скажем ему, что теперь его имя будет Шрдлу. И никаких проблем.
— А что он хотел получить за свои степени?
— Некую статистическую аномалию — то есть, попросту говоря, удачу. И чтобы ему никогда больше не нужно было работать. Ведь тогда ему не были бы нужны никакие степени. Дело в том, что, по его признанию, преподавать ему не очень-то нравилось.
— И ты сумел ему все устроить?
— Конечно. Здесь все условия для работы с Невероятным. Он теперь проводит половину времени в круизах, играя в покер, а в остальное время играет на тотализаторе, делая безопасные для себя ставки и радуясь выигрышам. Кстати, никогда не садись играть в карты с человеком, который настаивает, чтобы его ни в коем случае не называли «доктором»!
— И весь этот связанный с желаниями бизнес…
— Нам же нужно что-нибудь в этом роде, чтобы завлекать посетителей, правда? Мы ведь не можем просто дать объявление! А если дадим, нас буквально завалят всякого рода непристойными просьбами. Нет, мы хотим, чтобы наши посетители были исключительно серьезными людьми.
— Понятно, котеночек. Но как же все это работает? Как ты воплощаешь эти их желания в жизнь? Ты обещал рассказать.
— Все дело в силе собственного желания человека. И в его воле. Обычно наши потенциальные клиенты узнают о нас от кого-то из тех, кто уже успешно посетил нашу лавку. Человек начинает как бы прикидывать: «А хорошо, если б в действительности существовало такое место, где я…» Ну а дальше ему остается лишь пожелать заключить с нами определенного рода сделку — она должна послужить основанием как для исполнения желания клиента, так и для выработки у него тяги к такой вещи, как собственная сингулярность, уникальность. Все остальное — вульгарная постэйнштейнова физика. А потом стоит только пожелать — и ты дома. И то же самое наоборот — если снова захочешь к нам.
— Так… Скажи, а почему так много клиентов из отдаленного прошлого или не менее отдаленного будущего? Почему они не попадают в твою лавку… в свое собственное время?
— Но это же все равно что в карточном фокусе! Загадайте любое число и так далее… Для меня самое главное то, что именно интересует клиента и что в нем может заинтересовать меня. А прошлое и будущее постоянно меняются местами, как, кстати, и настоящее. Отчасти за счет наших же собственных поступков. А порой бывает и так: кто-то начинает желать и вдруг передумывает
— и в итоге падает замертво. Дело в том, что видимое нашими клиентами и нами — это всего лишь конечный результат: вот они пожелали здесь оказаться и оказались! И мы должны их обслужить. Быстро. Эффективно.
Глория зашипела и сунула мне в руку бутылочку.
— Слушай, а как же те записки в миниатюрной бутылочке? — опомнился я.
— Они же не могли сами «пожелать» быть доставленными к тебе?
— Безусловно. Их должны были доставить чисто физическим способом. Их передал кто-то разумный и способный чувствовать. Однако — и, похоже, во имя занимательности сюжета — автор записок хотел бы, чтобы мы поверили, будто в данном случае главным действующим лицом была некая мышь в драгоценной тиаре. Но не верьте! Мышка — это для отвода глаз. Автор с той же легкостью мог бы пожелать попасть сюда, сидя в железной клетке, как и будучи на свободе. Как известно, «железные решетки — мне не клетка и каменные стены — не тюрьма» note 15. Меня хоть в ореховую скорлупу засунь, я и там себя королем бесконечного пространства сумею почувствовать!..
— Черт знает что! — пробормотал я. — Но что, если эта мышь действительно послужила почтальоном?
— Возможно. И в таком случае она была бы не первым зверьком, пожелавшим попасть сюда. Итак, 1943/44 годы. Лондон в период массированных бомбардировок. Интересно, почему об этом в записке ни слова?.. Франция оккупирована нацистами. Как же этой бутылочке удалось попасть в «Олд Бонд лтд.»? И еще этот бунт машин? Какой великолепный абсурд!
— Тогда, может, это розыгрыш?
— Даже если это и так, нам все равно необходимо встретиться с автором столь экстравагантной выдумки. В общем, вы с Няней отправляетесь искать автора записки. Он скорее всего находится в 1944 году и…
— Но почему, мой дорогой наставник, ты посылаешь меня?
— Потому что самому мне некогда: мне предстоит длительная беседа с доктором Шрдлу. Не имею возможности даже приблизительно сказать, когда мы закончим.
— Как это? Обычно не успел ты влететь в Дыру, как уже вылетаешь обратно!
— Мэри Шелли' и ее потомки виноваты.
— А они-то какое имеют к этому отношение?
— Она породила Виктора Франкенштейна, который воплотил ты сам знаешь что, в результате чего возникло бог знает сколько разнообразных подражаний. Прямо-таки не к чему подключить замечательного еврейского Иддроида из Бронкса. В общем, мне нужно время, чтобы все необходимое идентифицировать и ненужное отсеять.
— Ты прав, черт побери! Нельзя допустить, чтобы всякие глупости болтались под руками при создании его гениального мозга. Слушай, а ты не боишься, что он будет похож на голливудский вариант «чудовища Франкенштейна»?
— Черт меня задери, если я знаю, что было у графа на уме! А вообще-то, конечно, — Иддроид в итоге может выглядеть как угодно. Быть как точной копией Фрейда, так и любой разлюли-ма-линой.
— Ну уж нет! — рассмеялся я. — Только не психомалиной!
— Серьезнее, Альф! Вот, смотри: в этом кошельке несколько сотен английских фунтов. Это вам на мелкие расходы, но постарайтесь сперва удостовериться, что попали в нужное время, то есть в начало 1944 года. И не забывайте о бомбежках! Особенно будьте осторожны при возвращении назад — никаких шуточек, никакого бахвальства! А ты, няня, при малейшей опасности тащи его оттуда хоть за уши! К чертовой матери! Ни одна, даже самая лучшая, шутка ваших двух жизней не стоит!
Это была довольно-таки скучная охота за человеком. И лишь благодаря присутствию очаровательной Глории она превратилась в весьма удачную охоту за сокровищами. Я буду краток.
Лондон, Пикадилли-Серкус. Июнь 1944 года. На заднем плане спешащие по своим делам местные жители. Вдали и даже поблизости в небо поднимаются столбы дыма. Над головой слышится вой пикирующих бомбардировщиков. Никто не обращает на это особого внимания, пока не наступает внезапная тишина — это значит, что бомба уже падает. Тогда практически все останавливаются и ждут, пока взрыв не прогремит где-нибудь в другом месте и ввысь не взовьется очередной столб дыма. Затем возобновляется деловая активность, сопровождаемая почти непрерывным воем сирен.
Риджентс-парк: сейчас здесь сплошные зенитные батареи и зенитчики. Здания зоосада используются как казармы. Никаких признаков людей, посаженных в клетки машинами. Очень странно!
Компания «Олд Бонд лтд.» уничтожена бомбой.
Поиски в Государственном архиве имени и адреса владельца компании.
Хаф-мун-стрит: здесь находится дом владельца компании, но его самого сейчас нет. Он в плену, в Германии. Служанка, присматривающая за домом, ничего не знает ни о делах компании, ни о бутылочке из-под шампанского. Она даже спрашивает, не шпионы ли мы. Мы говорим: да, шпионы!
Отель «Кадоген» на Слоан-стрит: приходится снять номер люкс, чтобы переночевать. Номер шикарный, но нам его сдают под мое честное слово (я сказал, что наш дом разбомбили и мы выскочили, в чем были, ничего не успев взять с собой). Мы регистрируемся как мистер и миссис А. Нуар. Десять фунтов.
Древний коридорный ведет нас наверх (лифты, разумеется, не работают) и с гордостью сообщает, что мы сняли тот самый номер, в котором в 1894 году был арестован Оскар Уайльд. Лжец! Уайльда доставили в суд «Олд Бейли» в 1895 году.
Слоан-сквер: мы заходим в Мидлэнд-банк, чтобы разменять золотые, которые весят черт знает сколько, на бумажные деньги. Затем направляемся в универмаг «Питер Джоунз» — нам нужно кое-что купить: макияж для Глории и свитер для меня. Июнь выдался на редкость холодный. Слышу исполненные неискреннего негодования замечания в свой адрес по поводу того, что я не в армии и даже не в военной форме. Глории удается сразу охладить пыл недоброжелателей — она заговорщицким тоном сообщает им: «Он из Эм-Ай-5» (т.е. из контрразведки).
Итон-террас: некогда постоянное место встреч богатых коллекционеров редких машин. Теперь же от былого великолепия остался только роскошный, похожий на корабль двухместный «Роллс-Ройс», припаркованный перед домом. Милая старая дама в частном баре сообщает нам, что этим автомобилем пользовался Лоуренс Аравийский note 16note 17во время одного из своих визитов в Лондон. Охотно ей верю.
* * *
Несколько порций бренди оживили грустный обед. Глория нарочно поставила маленькую бутылочку на стойку бара, когда мы пили аперитив, — она вытаскивала ее повсюду, но пока что безрезультатно. Однако на сей раз нам повезло.
Молодой и весьма привлекательный майор Королевских военно-воздушных сил подошел, сел рядом с Глорией, улыбнулся и сказал: «Ну-ну. Как я вижу, еще один сувенир от мадам Туссен? А я и не знал, что у нее все еще открыто!»
Глория тут же повернулась к нему и с улыбкой попросила: «Прошу вас, майор, помогите нам! Наш отец — знакомьтесь, это мой брат — подарил мне на счастье эту бутылочку, уезжая в армию Монти note 18. Но я так и не успела спросить у него, что это за бутылочка и откуда она взялась».
Господи! Какой там брат! Однако, уверен, подобная находчивость — существенная часть очарования нашей прелестной Глории!
Мы с очаровашкой майором вежливо поклонились друг другу, и он с улыбкой пояснил: «Похоже на экспонат выставки миниатюр мадам Туссен в здании вокзала „Виктория-стейшн“. Но мне почему-то казалось, что они закрыты. Впрочем, возможно, так и есть, и она распродает все поштучно. Жаль. У нее весьма забавное шоу, разок посмотреть вполне стоит. И выставка тоже познавательная.
— Он взял крошечную бутылочку, покрутил ее в руках и поставил на прежнее место перед Глорией. — Спорить готов, ваш отец купил ее именно там».
Он помолчал, поднял глаза и уставился в бездонный омут прекрасных очей Глории.
«Могу ли я надеяться, что сегодня вечером — попозже — вы согласитесь составить мне компанию?»— спросил он.
Она покачала головой:
«К сожалению, я занята. У меня вечером деловая встреча».
«Дело в том, что сегодня мой Последний вечер. Завтра мы грузимся на корабль и выходим в море. Вряд ли у меня в ближайшем будущем представится возможность провести вечер в обществе очаровательной дамы».
«Вечер еще только начался, — возразила она, вставая. — От всей души желаю вам удачи. И спасибо большое!»
«А вы постарайтесь все же посмотреть шоу мадам Туссен и развлечься».
* * *
После обеда мы поспешили вернуться на Слоан-стрит, чтобы успеть попасть в гостиницу до начала затемнения. Прохожие на улицах тоже торопились, часто поглядывая на небо. В спину дул влажный ветер, точно намекая, что скоро начнется дождь.
Поднимаясь по лестнице, мы держались за руки, а у дверей номера я скользнул по губам Глории легким поцелуем, и мне показалось, что в ответ губ моих быстро коснулся тут же исчезнувший раздвоенный змеиный язычок.
Мы заперли дверь, и она, вытащив из своего ридикюля бутылку коньяка, протянула ее мне и сказала:
«Вот. Можешь напоить меня до бесчувствия. Или, если хочешь, выпей все сам. Но лучше напьемся вместе!»
Я, разумеется, подчинился, совершенно очарованный нашей Медузой. Мы с удовольствием выпили несколько бокалов коньяка, поздравляя друг друга с удачной охотой и чувствуя, как отпускает напряжение. Потом еще выпили. В номере было полутемно, лишь неярко светил маленький ночник в углу. Уже началось затемнение, и нам не хотелось зажигать верхний свет, хотя занавеси на окнах были вроде бы достаточно плотными. В общем, лучшей обстановки и желать было нельзя.
Мы лениво валялись поперек кровати. Розоватые блестки на новой коже Глории сверкнули, когда она неторопливо потянулась и принялась развязывать мой галстук, расстегивать рубашку и вообще — раздевать меня.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов