А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Единственной его мыслью было найти Вирджинию, Максон.
Обернувшиеся на шум даяки увидели белого человека, одетого в парусиновые штаны и куртку и вооруженного лишь длинным кнутом, и огласили воздух дикими криками радости, уже считая красивую голову белого своим трофеем. Номер Тринадцать не обратил бы на них никакого внимания, если бы они не полезли к нему, ибо нужна ему была только девушка, но тут его обступили пританцовывающие дикари, размахивающие грозного вида парангами и выкрикивающие оскорбления.
Размахнувшись кнутом, Номер Тринадцать обрушил на головы и спины нападавших всю свою мощь. Плетка плясала с такой быстротой, что не давала дикарям возможности пустить в ход оружие.
Один лишь взмах, и ближний к нему охотник за черепами рухнул на палубу с переломанным плечом и раскроенной до кости рукой. Снова бешено засвистел кнут, тогда как снизу из лодок послышались громкие крики Мюда Саффира и его людей, подбадривающих своих на шхуне. Оцепеневшая девушка, оказавшаяся в лодке раджи, с волнением, надеждой и восхищением глядела на человека ее расы, который, а она это чувствовала, сражается из-за нее.
В своем защитнике Вирджиния Максон мгновенно узнала того, кто уже однажды заступился за нее, спасая от омерзительной твари, сотворенной ее отцом. Прижав руки к груди, девушка в порыве волнения подалась вперед, следя за каждым движением гибкой гигантской фигуры, отчетливо выделяющейся на фоне заметавшихся охотников за черепами, корчившихся под его неистовыми ударами.
Мюда Саффир увидел, что его воины терпят поражение, и пришел в ярость. Повернувшись к одному из своих главарей, он приказал послать на «Итаку» еще две лодки. Тот помчался выполнять команду предводителя, а тем временем, на шхуне наступило затишье — оставшиеся трое дикарей, которые не упали под ударами кнута, прыгнули за борт.
Пока подкрепление карабкалось вверх по борту, Номер Тринадцать отыскал глазами девушку в лодке Мюда Саффира, чуть в стороне от «Итаки», и когда первый из вновь: прибывших перевалился на палубу, Вирджиния увидела на благородном лице человека адресованную ей ободряющую улыбку. Девушка послала ему ответную улыбку, улыбку, наполнившую сердце молодого гиганта гордостью и счастьем; улыбку, за которую отважные мужчины всегда готовы сражаться и умереть с тех самых пор, как женщины научились искусству улыбаться.
Номер Тринадцать мог бы сбросить даяков в воду прежде, чем те достигли бы палубы, но он не захотел этого делать. Его спонтанная этика не позволяла воспользоваться преимуществом перед неприятелем, а кроме того он вдруг почувствовал вкус к сражению, поэтому решил подождать, пока противники не соберутся перед ним в полном составе. Но ему так и не пришлось воспользоваться кнутом. Едва даяки перевалились через борт, как, вытаращив глаза, оцепенели от страха и с воплями ужаса кинулись обратно в море, пугая тех, кто еще карабкался на шхуну.
Поднявшись в полный рост, Мюда Саффир принялся вовсю поносить трусливых даяков. Он не знал причины паники, но вскоре увидел за спиной гиганта появившихся на палубе одиннадцать рычащих чудовищных страшилищ, грузно топавших к своему вожаку.
Смуглое лицо раджи сделалось белым как мел. Дрожащими губами он отдал команду гребцам плыть в открытое море. Девушка также увидела страшных уродов, окруживших человека на палубе. Ей показалось, что они хотят напасть на него, и она вскрикнула в знак предупреждения, но тут же поняла, что монстры с ним заодно, так как все вместе они бросились к борту и стали глядеть на барахтающихся в воде даяков.
Прямо внизу находились две лодки, в которые забирались охотники за черепами. Остальная флотилия быстро удалялась к выходу из бухты. Увидев, что девушку увозят, Номер Тринадцать прокричал команду отряду монстров и, не оглядываясь, спрыгнул в ближайшую из двух лодок.
Лодка была уже наполовину наполнена даяками, остальные лезли через планшир. Через миг в лодке возник кромешный ад. Дикари бросились к возникшему среди них гиганту. Засверкали паранги. Засвистел кнут. И тут на них сверху обрушилась лавина жутких монстров. Отряд молодого гиганта последовал за своим командиром.
Битва в лодке была короткой и яростной. В первые секунды даяки пытались сопротивляться, но, оказавшись лицом к лицу с полчищем рычащих беснующихся тварей, они пришли в ужас, и те, кто уцелел, нырнули в воду и быстро поплыли к берегу.
Вторая лодка не стала помогать первой и, не досчитавшись кое-кого из своих, поспешила догонять флотилию.
Фон Хорн был свидетелем всего, что произошло на ровной глади маленькой бухты. Он был ошеломлен, увидев, что обитатели «двора тайн» сражаются под предводительством Номера Тринадцать, и теперь с интересом ждал, чем все это закончится.
Глядя, как лодка малайского раджи увозит девушку, фон Хорн испытывал горькое сожаление и яростную злобу, однако больше всего его огорчило то, что ему придется распрощаться с мечтой об обеспеченной жизни. Он настолько был уверен в том, что заполучит состояние профессора Максона посредством добровольного, либо же насильственного брака с его дочерью, что сейчас ощущал себя так, словно у него обманом отобрали законное наследство. Сама судьба девушки мало волновала его, ибо этот человек был неспособен на глубокую любовь или настоящее благородство.
Совсем иные эмоции охватили гиганта, завладевшего боевой лодкой даяков. Все его помыслы были связаны с девушкой, увозимой в морскую даль. Он не знал, ни что ей угрожает, ни какая судьба ее ожидает. Он знал одно — ее забрали насильно, против ее воли. Он видел выражение ужаса в ее глазах и угасшую надежду, когда лодка раджи стала отходить от «Итаки». Его единственной мыслью было вырвать ее из рук похитителей и вернуть к отцу. О собственном вознаграждении или выгоде он не думал. Ему было достаточно того, что он станет сражаться за нее. Большего вознаграждения ему не требовалось.
Ни Номер Тринадцать, ни кто другой из его отряда прежде не видели лодки, и, если исключить вожака, в их черепах вместе взятых вряд ли хватило бы разума, чтобы монстры вообще смогли управлять ею. Однако молодой гигант видел, что остальные лодки движутся при помощи длинных палок, опускаемых в воду, а также видел надуваемые ветром паруса, хотя и не совсем понимал их назначение.
Понаблюдав с минуту за действиями людей в ближайшей лодке, он усадил монстров за весла и проинструктировал, как пользоваться незнакомым орудием. Целый час бился он с ними, но те так и не поняли, что от них требуется. Если они и гребли, то вразнобой, а чаще всего престо погружали весла в воду и вынимали их.
В результате утомительных маневров лодка кружила туда-сюда по бухте, пока Номер Тринадцать сам не понял, что требуется для нормального управления ею. В конце концов, скорее по недоразумению, чем намеренно, они оказались у входа в бухту, и тогда провидение помогло им совершить то, чего они сами вряд ли бы добились.
Налетевший с суши порыв переменчивого ветра внезапно надул парус, развернул лодку носом к проливу, и та выскользнула из бухты, устремляясь по танцующим волнам вслед за быстро удаляющимися лодками Мюда Саффира.
Позади на берегу с криками метались разъяренные даяки, брошенные соплеменниками. Фон Хорн из своего укрытия с изумлением провожал взглядом лодку с монстрами, а ласкар Будудрина проклинал свою судьбу, по милости которой оказался на одном острове с сорока охотниками за черепами.
Все меньше и меньше становилась удаляющаяся лодка, стрелой летящая к темневшему на горизонте Борнео.
IX
НА ПУТИ К БОРНЕО
Фон Хорн проклинал судьбу, которая увела девушку из-под самого носа, но успокаивал себя тем, что сокровище осталось на «Итаке», куда его должен был доставить Будудрин. Он хотел, чтобы даяки убрались, тогда он сможет забрать сундук со шхуны и припрятать его до лучших времен, а затем при удобном случае переправить в Сингапур.
Внизу в воде плавали мачты шхуны с привязанным к ним страшным грузом. Фон Хорн увидел труп Будудрина, чье лицо, застывшее в жутком оскале, казалось, насмехается над человеком, которого он собирался надуть. Мертвый малаец как будто знал, что белый предаст его при первой же возможности, и теперь наслаждался разочарованием, которое еще постигнет фон Хорна, когда тот обнаружит, что лишился не только девушки, но и сокровища.
Начался прилив, и вскоре «Итака» снялась с мели. Увидев это, даяки тут же бросились в воду и поплыли к шхуне. Подобно мартышкам, вскарабкались на палубу и гурьбой ринулись в трюм. Фон Хорн стал молить Бога, чтобы мародеры не обнаружили сундук.
Вскоре часть из них прыгнула в воду и поплыла к берегу, куда штормом выбросило рангоуты и оснастку. Отобрав то, что им требовалось, они вернулись на шхуну и спустя несколько минут установили временную мачту, к великой досаде фон Хорна, полагавшего, что сокровище лежит в трюме «Итаки».
Еще засветло шхуна медленно вышла из бухты, беря курс через пролив в том же направлении, что и боевые лодки. Когда стало ясно, что охотники за черепами уже не вернутся, ласкар вышел из укрытия и стал носиться вдоль берега, выкрикивая злобные угрозы вслед удаляющемуся неприятелю.
Вскоре и фон Хорн вышел на берег, и они молча проводили «Итаку» взглядами. Затем повернулись и по ручью двинулись назад в лагерь, где уже опасаться было нечего. Фон Хорн гадал, сделали ли свое дело монстры, которых он настроил против профессора Максона, или же они оказались слюнтяями, подобно Номеру Тринадцать.
Гадать ему пришлось недолго, поскольку, вернувшись в лагерь, он увидел горящий в бунгало свет, а когда поднялся на крыльцо, из входной двери вышли Синг и профессор Максон.
— Фон Хорн! — воскликнул профессор. — Так вы не погибли! А где Вирджиния? Скажите, она жива?
— Ее похитили, — ответил доктор. — Ваши собственные же создания под предводительством того, кому вы прочили Вирджинию в жены, увезли ее на Борнео вместе с шайкой пиратов, малайцев и даяков. Я был один и оказался бессилен помешать им.
— Боже! — простонал профессор. — Ну почему я не убил его, когда мог это сделать! Ведь был же он здесь, рядом со мной, прошлой ночью, а сейчас уже поздно.
— Я предупреждал вас, профессор, — холодно произнес фон Хорн.
— Я был не в себе, — пояснил тот. — Разве вы не видели, что я не в себе? О, почему вы не остановили меня? Вы-то были в здравом рассудке. Могли бы по крайней мере силой заставить меня отказаться от безумной навязчивой идеи, которой я был одержим все эти кошмарные месяцы. Теперь я нормален, но, увы, поздно, слишком поздно,
— Вы и ваша дочь усмотрели бы в любом моем действии лишь личную корысть, так как вам обоим было известно, что я хочу на ней жениться, — ответил фон Хорн. — У меня были связаны руки. Сейчас я сожалею, что ничего не предпринял, но вы же понимаете, в каком я находился положении.
— Неужели ничего нельзя сделать, чтобы вернуть ее? — вскричал отец девушки. — Ведь должен же быть какой-нибудь выход. Спасите ее, фон Хорн, и вы получите не только мою дочь, но и мое состояние. Все, чем я владею, станет вашим, если вы вызволите ее из лап этих чудовищ.
— «Итаки» мы тоже лишились, — ответил доктор. — Есть только маленькая лодка, которую я спрятал в джунглях на всякий случай. На ней мы доберемся до Борнео, но что мы сможем сделать вчетвером против пятидесяти пиратов и дюжины монстров, произведенных вами на свет? Нет, профессор Максон, боюсь, что шансов слишком мало, хотя я готов отдать жизнь за спасение Вирджинии. Вы не позабудьте своего обещания, если нам это все же удастся?
— Ну что вы, доктор, — ответил профессор. — Клянусь вам что Вирджиния станет вашей женой, и я передам вам все мое состояние, если она будет спасена.
Синг Ли слышал весь разговор от начала до конца. В его раскосых глазах появилось странное выражение, когда фон Хорн потребовал от профессора подтверждения, но о том, что происходило в его проницательном мозгу, знал лишь он один.
Пускаться в дорогу в тот же день было уже поздно, так как стало смеркаться. Профессор Максон и фон Хорн пошли на участок лаборатории, чтобы выяснить размеры причиненного ущерба.
Когда они вернулись, Синг накрывал на веранде стол к ужину. Стараясь не привлекать к себе внимания, китаец вертелся вокруг, пытаясь не упустить ни слова из того, о чем говорили белые.
— Ничего не понимаю, фон Хорн, — сказал профессор Максон. — Никаких поломок. Видимо, обе двери были намеренно открыты кем-то, кто умеет обращаться с замками и засовами. Кто бы это мог быть?
— Не забывайте про Номер Тринадцать, — молвил доктор.
— Но сундук! — воскликнул профессор. — Зачем ему понадобился этот огромный, тяжеленный сундук?
— Может, решил, что в нем хранится сокровище, — предположил фон Хорн невинным тоном.
— Ерунда, коллега, — ответил профессор Максон. — Он ничегошеньки не знает ни о деньгах, ни о сокровищах, ни о том, к чему они вообще. Говорю вам, лабораторию открыл тот, кто понимает цену деньгам и кто хотел завладеть сундуком, но зачем ему понадобилось выпустить обитателей из загона, свыше моего разумения.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов