А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Если я еще раз увижу тебя в моей комнате...
— Не увидишь!
Юля хлопнула дверью, так что из комнаты послышался звон чего-то упавшего и сердитый возглас Сэма... Ничего, пусть лучше злится, чем страдает!
И она почти бегом кинулась в поселок звонить Евгению: дневник подделан! Что бы ни говорил Сэм, она знала: Тонечка не могла не написать об измененном предсказании. И не могла опуститься до непрерывного нытья и жалоб! И из общины ее никто не выгонял...
Юля была в тревоге: ведь подделка личных бумаг — штука сложная, просто так не делается! Задумано что-то на редкость мерзкое — против Сэма или даже против всего «Лотоса»...
* * *
...После звонка Юли Евгений долго не мог найти себе места. Да что же это происходит?! Конечно, зная Ананича, он ожидал обнаружить какую-нибудь пакость, но чтобы такое...
«Теперь ясно, почему он так странно держался при встрече! — подумал Евгений, вспоминая свой разговор с Ананичем. — И особенно обидно, что он провел меня как мальчишку: ему требовалось всего-то навсего формальное разрешение на посылку в „Лотос“, просьба о посещении была лишь отвлекающим маневром... И я сам, как дурак, предложил ему... То-то он сразу заторопился!..»
Евгений в подробностях представил себе — и это его немного успокоило! — что сделал бы с Ананичем, окажись тот сейчас поблизости! Хотя, чем лезть на стенку, не лучше ли попробовать разобраться во всей этой пакостной истории?
Итак: что понадобилось Ананичу в «Лотосе»? Зачем он проделал все это?
Вообще-то, похоже на какой-то эксперимент... Вот только очень уж много грязи: подделка личных бумаг, клевета, обман направо и налево! Впрочем, какой экспериментатор, такой и эксперимент, это как раз не удивительно!
Странно другое: неужели Ананич был уверен, что его не обнаружат? Вероятно, рассчитывал на скрытность общины... и ведь почти угадал, что самое досадное! Потому что если бы не Юля, Евгений ничего не узнал бы ни о перстне, ни о Тонечке, ни о поддельном дневнике. Бегал бы сейчас кругами по потолку, пытаясь окольными путями выяснить, что случилось с Сэмом, и почему тот не появляется ни в поселке, ни в больнице...
Но все равно непонятно главное — зачем? Почему Ананич не проявлял активности, пока сам был здесь куратором, а спохватился только теперь?
Евгений чувствовал, что ответить на этот вопрос не может: не хватает фактов. Ну, что же... Если фактов недостаточно, их добывают! Самое простое в сложившейся ситуации — запустить «шпиона» в институтский компьютер Ананича. Наверняка там найдется кое-что интересное... Две вещи там должны быть по крайней мере: переписка с техническим отделом по поводу подделки дневника (не частным же порядком делалась такая сложная работа!) и объяснение того, каким образом дневник и перстень оказались у Ананича (вероятно, именно он расследовал самоубийство Тонечки)...
Евгений не опасался, что Ананич удалил файлы связанные с провокацией против Сэма. Он знал (а вот Ананич — вряд ли!), что недавно стертую информацию некоторое время еще можно прочесть, а удаленное из текстовой базы сообщение электронной почты можно легко восстановить из двоичного файла...
Евгений включил компьютер и вызвал «вирус-конструктор». Не так-то просто незаметно скопировать чужие рабочие материалы! Предстояло пройти две защитные системы, углубиться «в тыл врага», а именно — в компьютер Ананича, — выкрасть оттуда все, что плохо лежит, перенести добычу на несметные диски центрального ВЦ, а потом, аккуратно заметя за собой следы, спокойно переправить ее за сотни километров в свой сент-меллонский «штаб».
Евгений старался не допустить ни одной ошибки, которая могла бы привести к обнаружению «шпиона»: девять десятых всего кода программы были направлены на маскировку, и только оставшаяся одна десятая — собственно на выполнение «боевой задачи». Алгоритм предусматривал даже случайное присутствие человека на рабочем месте — в этом случае в момент проникновения в компьютер он должен был отвлечь оператора телефонным звонком типа «ошибся номером». Конечно, сегодня суббота, и вряд ли кто-то окажется в кабинете, да при этом еще и обратит внимание на компьютер — но все-таки осторожность никогда не помешает. И хотя Евгений делал программу не с нуля, а набирал из готовых блоков, настройка все равно оказалась очень трудоемким делом — только к десяти вечера он окончательно убедился, что все сделано как надо, и никаких непредвиденных фокусов не будет.
Наконец работа была закончена — на экране осталось только небольшое и совсем непримечательное окно запуска с изображением потешно-ужасной клыкастой мордочки (очевидно имелся в виду сам вирус!) и единственной кнопкой с надписью «START». Евгений подвел курсор к кнопке, помедлил последнюю секунду и решительно щелкул мышкой.
Коротко хрюкнул винчестер, окно мигнуло на полсекунды и погасло. Евгений вздохнул. Вот и все. Минимум внешних эффектов — отличительная черта современных компьютерных баталий...
Теперь оставалось ждать. Примерно через час должен прийти сигнал о завершении первичного копирования, и если все будет хорошо, то уже к раннему утру в его распоряжении будет все содержимое компьютера Ананича — место на диске под нее давно уже расчищено...
Евгений прилег на диван и вдруг понял, что засыпает. И дело, похоже, не только в усталости. Сомнения исчезли, он был абсолютно уверен в успехе задуманного. Ну что ж, почему бы теперь и не поспать немного? Он свое дело сделал, дальше пусть техника трудится!..
...Евгений проснулся от громкого сигнала — компьютер прерывисто гудел, и это был звук победного рапорта! Он вскочил и бросился к экрану. Первым делом — объем. Ого, сто двадцать мегабайт, почти полный диск. Все в порядке!
...Однако последующие три часа Евгений не раз поминал черта и проклинал своего предшественника. Он конечно не ожидал встретить в чужой машине тот строгий порядок, который всегда царил на его собственных дисках. Но такого бардака он не мог себе представить даже в страшном сне!..
На диске оказался всего один раздел — почти все каталоги росли из его корня и были так переполнены файлами, что с трудом удавалось прочесть их оглавление. Евгений попытался хоть как-то систематизировать содержимое диска, но быстро сдался — человеку такая задача не по силам!..
Скрипнув зубами, он снова сел за программирование. Теперь ему предстояло хотя бы приблизительно рассортировать весь огромный массив информации. Евгений не спешил. Он старался выжать из машины максимум, задействовав для сортировки все мыслимые и немыслимые атрибуты и тщательно продумав новую структуру каталогов.
На «генеральную уборку» даже компьютеру потребовалось почти двадцать минут. Однако взглянув на экран, Евгений сразу понял, что игра стоила свеч. То, что он искал, нашлось почти сразу — не понадобились ни ключевые слова, ни глобальный поиск.
Ананич действительно старался не оставить следов и аккуратно удалил все «компрометирующие» файлы, да и о сообщениях внутренней электронной почты, касавшихся отношений с техотделом, тоже не забыл. Но, как и ожидал Евгений, это поспешное заметание следов было проделано весьма по-дилетантски — и теперь сам факт недавнего удаления какого-либо файла служил верным ориентиром!
Из вновь восстановленной информации Евгения заинтересовали два пункта: переписка с архивом и техотделом и рабочий план за последний год. Техотдел он отложил напоследок, вплотную занявшись планом.
И на первой же странице увидел имя Тонечки...
Собственно, он даже не очень удивился — ждал чего-то подобного. Только не думал, что все это началось так давно. Ну что ж, тем легче будет разобраться, что к чему...
* * *
Разбудила Евгения квартирная хозяйка: постучала в дверь. Но в первую минуту он никак не мог осознать, где находится, что происходит, и вообще — кто он такой и зачем.
— Войдите, госпожа Василевская, — наконец откликнулся он, — войдите... Что случилось?
— Ничего не случилось! — осуждающий взгляд Василевской говорил сам за себя, но она все-таки дополнила его упреками: — Опять вы работаете по ночам, а потом засыпаете в кресле. Как можно так относиться к своему здоровью! Честное слово, я буду рада, если вы женитесь...
Евгений слушал ее ворчание с удовольствием. Как приятно посмотреть на человека, жизнь которого обходится без тайн и загадок, а самое волнующее событие в ней — новый фильм или встреча с приятельницей... А интересно, узнай она, на ком Евгений хотел бы жениться — как бы отреагировала?
— Честное слово, господин Миллер, мне придется вернуть вам деньги за уборку! То вы заняты и вам нельзя мешать, то уже прибрались сами, то спите до обеда, как сегодня...
Евгений улыбнулся:
— Не надо возвращать. И прибираться не надо. Лучше приготовьте кофе — если вам не трудно, конечно — и составьте мне компанию за завтраком...
— За завтраком? Сейчас половина двенадцатого!
— Ну, пусть для вас это будет второй завтрак...
Разговор с Василевской восстанавливал равновесие, как шум прибоя или шелест листвы, а Евгению требовалось прийти в себя... И поразмыслить о полученной информации!
«Значит, самоубийство Тонечки расследовал именно Ананич. Ну, что же, это логично, ведь она его бывшая подопечная! — Евгений невольно усмехнулся. — „Лотос“ не сразу отпустил своего нерадивого куратора. То-то он, наверное, злился на это поручение...»
— Чему вы смеетесь, господин Миллер?
— Так, своим мыслям... Как причудливо иногда поворачивается судьба!
«Хотя, на самом деле ничего причудливого тут нет. Разве только, что появление Ананича в столице совпало с самоубийством Тонечки. Но кстати сказать, — отметил Евгений, — тогда к расследованию Ананич проявил интереса не больше, чем требовала минимальная порядочность. Написал отчет... По этому отчету выходило, что „Антонина Завилейски покончила с собой в состоянии депрессии, связанной с одиночеством. Имеется в виду, во-первых, обычное для эсперов социальное одиночество, во-вторых, проблемы одинокой женщины...“
— Госпожа Василевская, — спросил Евгений, дождавшись паузы, — а вы смогли бы покончить с собой от одиночества?
Вопреки ожиданиям, она не отшатнулась испуганно, не перекрестилась, и даже не стала выговаривать Евгению за неделикатные вопросы. Серьезно посмотрела на него и сказала:
— Не знаю... По-моему, человек никогда не бывает абсолютно одиноким. Вы не согласны?
— Согласен. Но если все-таки представить себе...
— Наверное, это очень страшно!
«Наверное... Тонечка действительно была абсолютно одинока — никто не интересовался ею, никому не было до нее дела. Только „Лотос“... Но даже они тогда почти не общались с ней. Тонечка отдалилась от своих друзей — но зачем? Опять же, если верить их словам, она собиралась вести какое-то самостоятельное исследование, и для этого ей потребовалось уединиться. Возможно? Да, конечно! Но тогда в дневнике наверняка содержится описание этого исследования, а там нет ни слова об этом — одни переживания и жалобы. Бред какой-то!»
— Господин Миллер, перестаньте разговаривать сам с собой!
— Я не разговариваю, я молюсь всевышнему, чтобы он одолжил мне немного сообразительности на ближайшие два часа...
— Как вам не стыдно так шутить! А еще были в Ватикане...
«Ну, был, подумаешь... Кто же откажется от такой поездки? И прибавку к жалованию она дает заметную! Но вот логике в Ватикане не учат, а жаль...»
— Извините, госпожа Василевская, я не имел в виду ничего дурного...
«А если предположить, что в дневнике и было описание исследования! Кто знает, что содержали вырванные страницы? Да, но причем тут тогда Сэм?»
— Вам налить еще кофе?
— Да, пожалуйста...
«Но может быть — и это вероятно! — что исследование как-то было связано с Сэмом. Ведь и он, и Тонечка — предсказатели, коллеги, так сказать. К тому же, они были очень дружны, и есть смысл в попытке узнать у Сэма что-то о Тонечке, тем более, что ее самой уже нет в живых...»
— Скажите, господин Миллер, если вы женитесь, вы по-прежнему будете снимать квартиру у меня?
— Черт возьми! — Евгений даже отвлекся от размышлений. — Я что, похож на человека, который собирается жениться?!
— Вы рассеянны, как влюбленный! Но вы не ответили...
— Не знаю! Я что, так вам симпатичен?
— Вы всегда вовремя вносите плату, — усмехнулась Василевская, — теперь это нечасто бывает...
«Это всегда бывало нечасто! Большинству привычнее ждать, пока жареный петух не клюнет. И это касается чего угодно... Ананич, например, по-другому вообще не умеет! Ведь судя по датам, он, не читая, сунул дневник в сейф с документами и вспомнил о нем лишь тогда, когда подошли сроки сдавать старые документы в архив... То есть как раз через год! В электронной почте сохранилось два напоминания из архива, причем второе отнюдь не официально-вежливое...»
— А как вы поступали с теми, кто не платил вовремя?
— Ругалась с ними, грозилась подать в суд... Вначале меня это даже развлекало, но теперь я предпочитаю покой.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов