А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Ну а ты — ведь то же самое я могу спросить и у тебя! С какой стати ты сюда вернулась? Я уж думала, ты давным-давно отряхнула здешний прах со своих ног!
Я начала рассказывать, но в этот момент Дэйви с сумкой на плече вышел во двор и направился к фургону. Он кивнул Гарри и бросил на меня нерешительный взгляд.
— Он отвезет меня обратно, — сказала я Присси. — Это Дэйви Паскоу, помнишь Дэйви?
— Конечно, помню. Я приезжала сюда во вторник и видела и его, и мистера Паскоу. Привет, Дэйви, как дела продвигаются?
— Медленно. Гостиницу вроде бы хотят открыть к Рождеству. Бог знает, получится ли, но это уже не наша проблема, мы свою работу сделаем как надо. Рад тебя снова видеть, Прис. Ну что, Кэйти, поедешь сейчас или хочешь остаться, чтобы потом тебя Присси привезла?
— Ох, я не могу, — сказал та. — Кэйти, прости, но мне надо к ним в гольф-клуб, а потом мы поедем пропустить рюмочку к знакомым Хеслопов, и мне надо вернуться, чтобы переодеться. Послушай, мы должны увидеться, сесть и обо всем поговорить. Письма ты вообще не пишешь, да и я тоже. Где ты остановилась и надолго ли?
— Я в Розовом коттедже, но пробуду там еще день или два, выходные.
— Я могу заехать туда. Полагаю, телефона туда не провели? Нет? Ну ладно, тогда надо договориться прямо сейчас. Как насчет завтра?
— Я думал, ты снова приедешь кататься, — вступил в разговор Гарри.
— Спасибо, но я не могу. Я буду должна за два дня. Благодарю, это было чудесно.
— Почему бы вам обеим не прийти? — настаивал Гарри. — Послезавтра, в субботу? Мы могли бы отправиться за Лоу Бек, проехались бы галопом…
— Но я не умею ездить верхом, — сказала я. Знакомая чарующая улыбка. Он и в самом деле был очень привлекателен:
— Я мог бы тебя научить. Посадил бы на Моди, она очень спокойная, и никакого галопа. Тебе бы понравилось.
И он тихо, но отчетливо добавил:
— Мне бы тоже.
— Я уверена, что так. Но я не могу, хотя все равно спасибо.
Я повернулась к Присси, повысив голос, потому что Дэйви неожиданно с грохотом швырнул сумку с инструментами в фургон и с лязгом захлопнул дверь:
— У нас с тобой, боюсь, тоже не получится, Присси. Я просто собираю вещи для бабушки. Она теперь живет в Стратбеге, знаешь? И решила там остаться. Я приехала в Тодхолл только затем, чтобы приготовить все к переезду. Дядя Джим договорился о перевозке и сказал про субботу, но я точно не знаю. Завтра я буду собираться. Как насчет понедельника? Если оттуда все увезут, мебели нам не хватит, но останутся стол, стулья и на чем готовить, а что еще надо?
— Извини, не могу, — отвечала Присси. — Мы в субботу уезжаем. Вот что я тебе скажу: я приеду завтра, помогу тебе, и мы пойдем куда-нибудь съесть что-нибудь вкусненькое…
— К примеру? — рассмеялась я. — Сэндвичи с консервированным колбасным фаршем от «Быка»? Ты совсем забыла, да? Но ничего, приходи к ланчу, поедим у меня, если только я не забуду оставить вилки и ножи. Будет чудесно, если ты придешь, и не волнуйся из-за моих сборов. Дэйви обещал помочь.
— Хорошо. Как скажешь. Я приеду.
Гарри начал что-то говорить, но тут рядом с нами Дэйви с шумом запустил мотор своего фургончика, заглушив слова.
— Мне надо ехать, — сказала я. — Рада была увидеться, Гарри, и надеюсь, все будет хорошо. У тебя здесь замечательно. Тогда до завтра, Прис, приезжай, когда захочешь, это будет чудесно. Извини, Дэйви, что заставила тебя ждать.
Я залезла в фургон, и мы тронулись.
— Ты знал, что у Присси Локвуд приятели в Бишоп-Окленд? — спросила я у Дэйви.
— Да. Ее муж и майор Хеслоп служили вместе в войну. В Бирме, что ли. Они туда иногда приезжают, но, насколько я знаю, на этой неделе она первый раз объявилась в Жаб-Холле.
Его косой взгляд вернул меня прямиком во времена начальной школы:
— Что, встреча друзей детства? Думаешь, она приехала сюда из-за Гарри? Она всегда была немножко в него влюблена.
— Дэйви, ну не веди себя как ребенок! Это было сто лет назад, и, как бы то ни было, это все детская чушь.
— Для тебя тоже?
— Да я же была девчонкой, такой же бестолковой, как все подростки! — Я повернулась к нему. — Если уж на то пошло, как насчет тебя и Пегги Тернер? Ты таскался за ней как щенок, что ты только в ней нашел!..
— Хорошо, хорошо, лады!
Вместо «мир» местная детвора говорила «лады», и я не слышала этого слова уже больше десяти лет. Я засмеялась, но мне внезапно и без причины захотелось плакать. Я поспешно отвернулась и посмотрела в окно. Вокруг простирались угодья Холла — летнее пастбище с редкими большими деревьями, нижние ветви которых, догола общипанные, тянулись строго параллельно земле. Каждое дерево создавало свой островок тени, где сгрудились овцы и другая скотина. Здесь все, как раньше, без перемен. То же самое вчера и сегодня. А завтра?
Дэйви молчал, пока мы ехали через главные ворота парка и с грохотом мчались милю до Лэйн-Эндс, северной границы деревни. Здесь никого не было. Местечко дремало в солнечном свете. Гуси исчезли, а Плюшка снова сидела у пруда. Причина и следствие, несомненно.
— На сколько ты уговорилась с викарием? — спросил Дэйви.
— На полчетвертого, в церкви.
— Сейчас около трех. Если хочешь, можешь обождать у нас.
— Нет-нет. Если ты высадишь меня у лавки, я присмотрю что-нибудь для завтрашнего ланча с Присси, а потом подожду викария, греясь на солнышке.
— Ладно. Выйдешь здесь?
— Да, спасибо. Спасибо еще раз, Дэйви, мне было очень приятно.
— Не стоит благодарности. Мне прийти завтра помочь тебе со сборами?
— Да, конечно, если у тебя найдется время.
— Время найдется. А если ты зайдешь в мастерскую после разговора с викарием, я провожу тебя домой.
— Спасибо, но…
— Тогда до встречи, — сказал он и уехал.
Я несколько мгновений смотрела ему вслед, потом сказала что-то вежливое Плюшке и пошла в лавку — поискать, чем бы назавтра накормить Присси.
Глава 18
Было уже почти без четверти четыре, когда викарий наконец торопливо пересек лужайку и направился к церковному двору, где я ожидала его, восседая на теплом камне ограды.
— Мне в самом деле очень неловко, миссис Херрик, но мы ездили на ланч в Седжфилд, жене понадобилась машина, и мне пришлось добираться домой автобусом, который, в свою очередь, опоздал, а дома меня тоже караулили, так что я никак не мог вырваться. Вы давно меня ждете?
— Не очень, и, в любом случае, кто откажется подождать в такой денек? Я с удовольствием посидела на солнышке. Чудесный день, не правда ли?
Но судя по выражению его лица, вряд ли викарий что-то замечал. Он уже надел сутану, а через руку перекинул чистый стихарь:
— Пойдемте внутрь. Бумаги в ризнице.
Я соскользнула со своего насеста и последовала за ним. В ризнице было прохладно и сумеречно. Он аккуратно повесил чистый стихарь на спинку стула, вынул из кармана ключ и отпер стоявший в углу старомодный сейф, немногим отличавшийся от металлического шкафчика с висячим замком. Я заметила внутри сейфа стопы книг, видимо метрических, кассу и еще что-то, завернутое в зеленое сукно: возможно — серебряную утварь для причастия. Он повернулся ко мне с длинным коричневым конвертом в руке.
— Копии тех записей, что есть у нас, — сказал он. — Может быть и что-то еще, но я смотрел по тем датам, которые вы указали, и сделал их копии.
— Это замечательно, — я взяла конверт. — Спасибо вам огромное.
— Рад, что смог оказаться вам полезным. Кстати, я говорил с Бобом Кроли, и он передал мне рассказ сестер Поуп о появлении в прошлые выходные чужака в Розовом коттедже, но потом он обошел там все кругом и не увидел никаких следов взлома.
— Я уже знаю об этом. Мисс Милдред говорила мне, что ей почудилось, будто бы она что-то там видела, и все. Не думаю, что это повод для беспокойства.
— Рад слышать, — пытливый взгляд поверх полукруглых стекол очков. — Не появилось ли у вас каких-либо догадок по поводу того, что могло произойти с пропавшими вещами?
— Никаких. Я расспрашивала соседей, но никто ничего не знает, и я уверена, что вор — не из местных. Даже если бы кто-то проник в дом и похитил монеты, медали и тому подобное, вряд ли бы они взяли бумаги, убедившись, что в конвертах нет банкнот. Еще раз спасибо вам. Может… Я хочу сказать, что, наверное, мне надо заплатить что-то за поиски?
— В самом деле… Я должен вытребовать с вас чрезвычайное вознаграждение за мое в высшей степени драгоценное время, — викарий улыбнулся. — Шесть шиллингов восемь пенсов, пожалуйста, если вы можете себе это позволить, — обычный гонорар нотариуса, — и не будете ли вы так добры опустить их в кружку для бедных, которая возле южной двери?
— Конечно. Но, если можно… есть еще одно дело, которое хорошо бы уладить до моего отъезда…
— Да? — Он уже отвернулся за стихарем. Сквозь приоткрытую дверь, ведущую к алтарю, до меня доносились голоса пришедших в церковь людей. Надо полагать, они явились на крестины. Я быстро ответила:
— Могильный камень моего деда. Там похоронена сестра моей бабушки, но надписи так и не сделали. Это странно, ведь, кажется, камень забрали довольно давно. Интересно, это бабушка позабыла отдать распоряжения или у задержки иная причина? Я так понимаю, что надпись должна быть одобрена вами?
Викарий замер, продевая голову в горловину стихаря. С торчащими из рукавов в стороны руками он походил на человека с колодкой на шее. Очки соскользнули почти на самый кончик его носа, и поверх очков его затуманенные глаза казались удивленными и, что было для него нехарактерно, рассеянными.
— Не припомню никакого письма от миссис Велланд, но я могу ошибаться. Со времени смерти мисс Кэмпбелл прошло сколько-то времени, и я бы счел… О Господи, совершенно непростительно, что я не занялся этим раньше.
Рывок, и стихарь наконец надет. Викарий водрузил на место убежавшие очки и выпрямился со всем достоинством, которое придавали ему одеяния.
— Кажется, уже пришли крестить ребенка, и я должен идти. Но если хотите, то зайдите ко мне и попросите Лил дать вам адрес Патерсона — он за телефоном в холле, — и вы узнаете, были или не были отданы распоряжения. Я и в самом деле припоминаю, как Лил говорила, будто не так давно кто-то заходил расспрашивать, так что может выясниться, что ваша бабушка сама связалась с Патерсоном. Или мистер Паскоу может оказаться в курсе дела. Патерсон — это каменщик, и, боюсь, он имеет привычку быть… несколько медлительным. Если хотите, звоните от нас — я знаю, что у вас в Розовом коттедже телефона нет.
Я начала отнекиваться и говорить, что дело несрочное и что мистер Паскоу спрашивал меня об этом, но викарий уже собирал свои вещи, не сводя глаз с двери в ризницу: мысли его были обращены к ожидающим у купели прихожанам, откуда доносился громогласный плач звезды предстоящего спектакля.
— О господи, — сказал он, — еще один такой. Вы извините меня, миссис Херрик?..
— Конечно. Спасибо вам еще раз. Вы очень добры. Я не забуду про кружку для бедных. До свидания.
Я вышла наружу и с изумлением обнаружила, что машинально сошла с гравиевой дорожки на поросшую травой кочковатую тропу, которая вела, извиваясь между старинными могильными плитами, вокруг церкви. Еще один проблеск воспоминаний, перемотавший назад кинопленку времени. Возвращаясь из воскресной школы, перед долгой дорогой домой — тогда приходилось бежать почти весь путь, — мы, дети, обычно сворачивали сюда. Церковь всегда обходили по часовой стрелке, никогда против. И никогда не наступали на стыки плит мостовой. И никогда не забывали скрестить пальцы, когда врали. И крикнуть «лады», чтобы тебя перестали дразнить или задирать…
Встреча старых друзей.
Кружка для бедных у южного крыльца. Я сложила бумажку в десять шиллингов и протолкнула ее в прорезь. Девочка, что бежала всю дорогу до Розового коттеджа, в жизни не видывала таких денег. И что же? То было давно. Сейчас все иначе. Я рывком вернула себя в настоящее и направилась к дому викария.
Я подумала, не стоит говорить викарию, что телефон каменщика стоял в заголовке письма, которое передал мне мистер Паскоу. Но мне хотелось увидеть Лил, причем желательно тогда, когда можно не опасаться встречи с миссис Винтон Смит.
Лил кормила кур на заднем дворе. Она весело поздоровалась, и я рассказала ей, за чем меня прислал викарий.
— Патерсон? — повторила она удивленно. — Могила вашей тетушки Энни? Да, телефон есть. Принести вам?
— Не стоит беспокойства, Лил, спасибо. Дело совсем не спешное, но викарий сказал мне одну вещь, о которой я бы хотела вас спросить.
Она стояла, освещенная солнцем, прижав к груди миску с зерном для кур:
— Меня спросить?
— Да. Он сказал, что совсем недавно кто-то разузнавал про могильную плиту. Вы помните?
— Да, помню. Я просто подумала — очень забавно, что вы спрашивали про нее: ведь вашу тетушку похоронили так давно — то бишь, она умерла незадолго до того, как я стала здесь работать, сразу после окончания школы, — а только в прошлое воскресенье о том же спрашивал какой-то человек.
Очень глупо, но несмотря на солнечное тепло, я почувствовала, что по моей коже бегут мурашки:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов