А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Вот номер его телефона.
– Слушаюсь! – официальным тоном ответил Аксёнов, почувствовав, что майор уже вышел из состояния растерянности и берет дело в свои руки до приезда сюда полковника. А что он приедет, получив подобные сведения, было несомненно.
Полковник Хромченко был начальником областного управления, старый, опытнейший работник, пользовавшийся непререкаемым авторитетом. Проработав в органах милиции тридцать пять лет, он не уходил в отставку, хотя и имел на неё полное право не только по возрасту, но и потому, что был инвалидом, потеряв несколько лет назад в автомобильной катастрофе ступню правой ноги. К протезу полковник так привык, что ходил без палки, и, не зная о его увечье, невозможно было ничего заметить.
– Помимо всего прочего, – пояснил майор, – посылая меня в Н…ск, полковник приказал позвонить ему.
Аксёнов только вздохнул, берясь за телефон. Хотя он и был весьма доволен тем, что руководство расследованием этого необычного и казавшегося вообще неразрешимым дела берут на себя старшие и более опытные товарищи, но уже сейчас испытывал озабоченность, хорошо понимая, что в Н…ск прибудут не только из области, но, пожалуй, и из Москвы.
Пока ходили за старым Кустовым, майор, не выдержав, обратился к Саше:
– Чем же, по-вашему, объясняется, что на этот раз перемещение объекта на пятнадцать километров потребовало гораздо меньшего времени, чем три часа?
– Я мог бы высказать об этом своё мнение, – сказал Саша, – но опасаюсь нового обвинения в фантазировании.
– Я не обвинял вас, – сказал майор из района, – а предостерегал. Говорите! Мне интересно узнать ваше мнение.
– Ну, ну, послушаем! – поддержал врач-эксперт.
Такое единодушное внимание к его мнению могло польстить Сашиному самолюбию, но, поглощённый своими мыслями, он даже не замечал его.
– Мы могли думать, – медленно заговорил он, – что пятнадцать километров – это расстояние, которое объекты могут преодолевать именно за три часа. Но оказалось, что при повторном перемещении быку потребовалось значительно меньшее время. Значит, первоначальная предпосылка ложна. Три часа – срок, нужный не для перемещения, а для чего-то другого. Для чего же? Я думаю, что самое логичное предположение – этот срок нужен тем, кто осуществляет все эти исчезновения и появления, на изучение объектов. Повторное перемещение быка имело другую цель – и понадобилось меньшее время. Очень просто!
Последнее вырвалось невольно.
– Чего уж проще! – улыбнулся молодому задору врач-эксперт. – Значит, если я вас правильно понял, все это дело рук представителей инопланетного разума?
– Именно так!
– Что за бред! – снова не сдержался майор из района. – Надо же мыслить реально! Где же, по-вашему, находятся эти «представители»?
– Я не знаю, – ответил Саша. – Видимо, где-то тут, близко. Иначе невозможно объяснить случай с капитаном Аксёновым и оживлением быка. «Они» могли ставить «полосу» и ловить в неё случайных людей и животных, но в этих двух случаях «они» должны были знать о том, что по их вине пострадали человек и бык. Похоже, что «они» не видят разницы между людьми и животными.
Майор безнадёжно махнул рукой.
– Хоть убедитесь сперва, что в Фокино именно тот бык, о котором вы говорите, – проворчал он.
Дальнейший спор прервало появление в кабинете старика Кустова, которого привёл Кузьминых.
– Как его имя и отчество? – шёпотом спросил у Саши майор из области.
Но старик ответил сам. Слух у него был очень хороший, несмотря на преклонный возраст.
– Садитесь, Степан Никифорович, – пригласил майор. – Скажите: вы хорошо знаете быка, который пропал у вас на ферме сегодня утром?
– Знал! – поправил Кустов. – Потому что сейчас он, однако, уже убитый.
– Ну а если бы он не был убитый, если бы вы его увидели, узнали бы? Не спутали с каким-нибудь другим быком?
– Отчего же не узнать, да только мало проку, мясо и мясо! И ничего более!
– Расскажите, как пропал этот бык.
– Да я уже рассказывал.
– Ничего, повторите ваш рассказ. Его нужно записать.
– Если записать, могу ещё раз.
Степан Никифорович снова рассказал о происшествии на дворе фермы.
– Ну, а теперь, – сказал майор, когда старик замолчал, – мы попросим вас съездить в деревню Фокино.
– Если нужно, то могу и съездить, – ответил Степан Никифорович. – Но, однако, зачем?
Майор уклонился от ответа.
– С вами поедут старший лейтенант Кузьминых и ваш внук. Надо послать вместе с ними грузовую машину, – прибавил он, обращаясь к Аксёнову.
– Я уже распорядился.
– В Фокино, а затем – в колхоз.
– Разумеется!
Вошёл сержант и доложил, что машины у подъезда.
– Поезжайте и быстрее возвращайтесь, – сказал майор. – Будем ожидать с нетерпением. Оттуда позвоните и не забудьте составить акт.
Когда садились в легковую машину, ту самую, в которой сегодня утром Саша ездил в то же Фокино, Степан Никифорович спросил, зачем они туда едут.
– Не знаю, – ответил Саша.
Он понял, почему майор не ответил на такой же вопрос. Деду не надо заранее знать, кого он увидит в Фокино. Опознание быка должно произойти по всем правилам.
Как и в первый раз, дорога заняла не более сорока минут.
Короткий зимний день подходил к концу. Солнце едва просвечивало сквозь облепившие горизонт облака. Темнело.
Когда приезжали за Анечкой, на улице почти никого не было. Теперь же у каждого дома стояли его обитатели, с любопытством наблюдая за медленно бродящим по улице, неведомо откуда взявшимся бурым быком. Никто не решался приблизиться к нему, хотя бык вёл себя совсем спокойно и не обращал никакого внимания на людей. Вид у него был усталый.
– Мать честная! – прошептал Степан Никифорович, не веря глазам и глядя на быка словно на привидение. – Внучек, а внучек! Что же это такое, однако?
– Вам известен этот бык? – официальным тоном спросил Кузьминых, когда обе машины остановились рядом с быком, который и не подумал отойти в сторону.
– Ещё бы не известен, коли родился и вырос, можно сказать, у меня на глазах. Но ведь он убитый, однако!
– Значит, не совсем убитый.
– А как он, однако, оказался здесь?
По частому повторению слова «однако» Саша видел, как сильно поражён и взволнован его дед. «Как бы старику опять не стало плохо», – подумал он с беспокойством.
– Так же, как раньше оказался в милиции Н…ска, – ответил Кузьминых. – Значит, вы подтверждаете, что это бык вашего колхоза, Степан Никифорович?
– А чей же он может быть ещё? – сердито сказал старик. – Конечно наш!
Он вышел из машины. И бык тотчас же подошёл к нему, ткнулся мордой в плечо и замычал, точно жалуясь. В этом мычании не было ничего, даже отдалённо похожего на тот могучий и яростный рёв, которым он известил о своём появлении офицеров н…ской милиции несколько часов назад.
– Эх ты! – сказал Степан Никифорович. – Досталось тебе, бедолага!
Словно понимая, бык замычал снова.
– Он, однако, голодный!
– И вид у него скучный, – заметил Кузьминых.
– Ещё бы!
«Как странно, – подумал Саша, – и дед и старший лейтенант разговаривают так спокойно, буднично, точно забыли, что перед нами величайшее чудо – воскресший бык! И что причиной этого чуда является вмешательство неведомых, но, несомненно, не земных сил! А что вид у него измученный, не удивительно. Переместиться черт его знает каким образом из родного колхоза на пятнадцать километров, оказаться в незнакомом месте, внутри незнакомого дома, быть там расстрелянным, ожить и снова перенестись на пятнадцать километров – всего этого даже для быка чересчур много!»
Вслух Саша ничего не сказал.
Тем временем вокруг машины и приезжих собралась целая толпа. Подошёл и председатель сельсовета, кивнувший Саше, как старому знакомому.
– Помогите нам погрузить быка на грузовик, – попросил Кузьминых. – А затем, с вашего позволения, мы пройдём в помещение сельсовета и составим акт о появлении у вас этого быка. Для этого понадобится несколько человек, свидетелей.
– Пожалуйста! – довольно угрюмо, не проявляя ни малейшего интереса к происходящему, сказал председатель.
У него был такой вид, словно он хотел прибавить: «И долго вы намерены продолжать все эти фокусы?»
Саша вспомнил о звуке, которым интересовался майор, и спросил о нем председателя. Тот, очевидно, хорошо помнил утренний разговор Саши с Фёдором Седых.
– Опять о звуке, – сказал он все так же угрюмо. – Никто не слышал никакого звука. И я тоже не слышал. Вы бы лучше объяснили народу, в чем тут дело.
И, не ожидая ответа, повернулся спиной к приехавшим и направился к дому, где помещался сельсовет.
– А быка надо накормить, – вслед ему сказал Степан Никифорович. – Он пришёл сюда с того света, а это далеко, однако!
Но даже эти слова не заставили председателя обернуться…
Так закончился день двенадцатого января, первый день н…ских событий.
К вечеру все, кто так или иначе приняли в них непосредственное участие, оказались живыми и здоровыми там, где им и надлежало находиться. Словно ничего не произошло в этот день.
Симментальский бык-производитель жевал сено в своём родном стойле, точно и не он побывал на том свете и благополучно вернулся оттуда.
Анечка пребывала под неусыпным надзором Полины Никитичны, боявшейся на минуту отпустить её от себя. «Пока не вернётся мать, – говорила старушка, – я ни на шаг не отойду от внучки».
Родителям Анечки уже сообщили обо всем по телефону, и их возвращения в Н…ск ожидали с минуты на минуту.
По просьбе майора из области Семён Семёнович зашёл к Болдыревым, якобы затем, чтобы ещё раз осмотреть девочку, а заодно попытался расспросить её. На его вопросы Анечка охотно ответила, что «ходила гулять далеко-далеко, куда за ней приехала бабушка». О том, где она находилась три часа до появления в Фокино и кто надел на неё чёрную плёнку, она не знала, и было ясно, что вопросов об этом девочка попросту не понимает.
Кот Белка, которого принёс в сельсовет Василий Седых во время вторичного туда визита Саши Кустова и торжественно вручил хозяину, нежился на коленях у Антонины Михайловны, обрадованной, но все же посматривающей на него с некоторой подозрительностью, – не вздумается ли коту, чего доброго, снова исчезнуть.
По всей видимости, Белка побывал там же, где и Анечка, но вернулся оттуда без чёрной плёнки и совсем так же, как Анечка, ничего не мог рассказать о том, где был и что видел.
В этом смысле между девочкой, котом и быком не было никакой принципиальной разницы.
Капитана Аксёнова попросили ещё раз посетить поликлинику и в третий раз за один день сделали рентгеновский снимок, в присутствии официальных свидетелей. Снимок снова показал, что начальник милиции совершенно здоров и что даже костной мозоли на месте переломов рёбер нет и в помине, хотя современная медицина такого не допускает.
Что-то или, как упорно утверждали сторонники взглядов Саши Кустова, кто-то, создав невидимую и неодолимую завесу, явно для того, чтобы избежать помех со стороны обслуживающего персонала поликлиники, восстановил ребра капитана и сделал их такими же, какими они были до удара дверью.
Сам он ничего не почувствовал во сне, в который опять-таки кто-то погрузил его на время этой операции.
– Для «них» она была нетрудной, – говорил врач-эксперт, неизвестно, всерьёз или в шутку, – судя по тому, что им пришлось проделать с быком, у которого также не осталось следов извлечения шести пуль.
Никаких сведений от капитана Аксёнова, естественно, нельзя было получить.
Если действительно за событиями в Н…ске стоял чей-то разум, а ничего другого предположить было как будто невозможно, то этот разум основательно позаботился о сохранении своего инкогнито!
Никто ничего не видел! Никто ничего не знал! Оставалось только строить предположения!…
Оба майора, капитан и врач-эксперт остались ночевать в Н…ске, куда утром должен был приехать полковник Хромченко.
Но мало кто смог заснуть в эту ночь. Мешали тревожные мысли. Ведь никто не знал, что принесёт с собой завтрашнее утро. Если события повторятся, то объектом неведомых «экспериментов» мог стать кто угодно. Никакие стены и запоры не служили защитой от таинственной силы. И, сознавая это, каждый невольно думал – не ему ли суждено стать очередной жертвой.

ГЛАВА 8,
о том, как первый день н…ских событий – как начался второй день н…ских событий – 13 января
В воскресенье утром Саша Кустов поднялся с постели намного раньше, чем обычно. И не потому, что почти не спал. Капитан Аксёнов просил всех офицеров отделения собраться у него в кабинете ровно в половине восьмого. В этой просьбе, равносильной приказанию, как в зеркале отразились все треволнения вчерашнего дня и томительное беспокойство начальника городской милиции за день сегодняшний. Несмотря на то, что милиция не могла нести никакой ответственности за последствия действий неведомых «разумных существ» (с лёгкой руки Саши Кустова это выражение прочно вошло во все разговоры об н…ских событиях), привычка отвечать за безопасность жителей давала себя знать.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов