А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Ламли Брайан

Демогоргон


 

Тут находится бесплатная электронная фантастическая книга Демогоргон автора, которого зовут Ламли Брайан. В электроннной библиотеке fant-lib.ru можно скачать бесплатно книгу Демогоргон в форматах RTF, TXT и FB2 или же читать книгу Ламли Брайан - Демогоргон онлайн, причем без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Демогоргон = 242.11 KB

Демогоргон - Ламли Брайан => скачать бесплатно электронную фантастическую книгу



Вычитка — Лидия
Оригинал: Brian Lumley, “Demogorgon”
Аннотация
ДЕМОГОРГОН: таинственное инфернальное божество, ок. 4 — 500 гг. н. э. до настоящего времени. (Очевидно от греч. daimon — божество и gorgos — ужасный.)
Брайан Ламли
Демогоргон
Посвящается двум Никам —
«Молодому Нику и Старому Нику!»
— а также Гаю, исследователю
par excellence!

ДЕМОГОРГОН: таинственное инфернальное божество, ок. 4 — 500 гг. н. э. до настоящего времени. (Очевидно от греч. daimon — божество и gorgos — ужасный.)
Ошибка в древнем переводе или транскрипции. По-видимому, гностики подразумевали под этим именем создателя…

… перед ним престол возник
Владыки Хаоса; его шатер
Угрюмый над провалами глубин
Раскинут широко; второй престол
Ночь занимает, с головы до пят
Окутанная темной пеленой, —
Наидревнейшая изо всего,
Что существует; рядом с ними Орк,
Адес и Демогоргон, чье нельзя
Прозванье грозное произносить,
А там — Смятенье, Случай и Молва,
Раздор тысячеустый и Мятеж.
Мильтон «Потерянный Рай»
(здесь и далее пер. Арк. Штейнберга)
ЧАСТЬ I
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Конец августа 1936 года. Именно в этом году Чикагский Восточный институт наконец принял решение о расширении сферы деятельности и начале раскопок в Меггидо на территории (тогдашней) Палестины…
Четверо появились со стороны пустыни как раз в то время, когда вечер начал превращаться в ночь. Их вполне можно бы было принять за кочевников-арабов, случайно набредших на развалины и пытающихся подыскать местечко для ночлега.
МОЖНО БЫ БЫЛО принять за арабов. Но уж больно бесшумно они появились. Даже копыта их ослов были тщательно обмотаны тряпками, чтобы не стучали по камням.
Когда неизвестные перевалили через гряду холмов и начали спускаться к сверкающему внизу внутреннему морю, на фоне только начинавших появляться на ночном небе звезд были видны только их крадущиеся силуэты. И хотя они, сами того не сознавая, двигались тем же путем, что за девятнадцать столетий до них проделал Иисус Христос, про них даже в этом случае трудно было сказать, что они стоят на «пути Господнем». Поскольку все они никогда ничего общего с Господом не имели… в особенности один из них.
Теперь они осторожно пробирались между грудами камней высящимися на окраине того, что когда-то давным-давно было человеческим поселением.
Низкие полуразрушенные стены торчали прямо из каменистой почвы. Там, где в свое время несколько улиц пересекаясь образовывали небольшую площадь, виднелось углубление в земле на месте давно высохшего колодца, возле которого под быстро темнеющим небом виднелся выбеленный солнцем и отшлифованный песком скелет огромной, мертвой вот уже шесть сотен лет оливы.
Луна высвечивала валяющиеся повсюду камни и развалины грубых зданий, разрушенных почти до основания. Вдали начиналась серебрящаяся под звездами и подернутая легкой рябью гладь Галилейского моря.
— Это здесь, — медленно кивнув, наконец сказал один из них, по-видимому предводитель. Его голос походил на шорох сухой травы в заполненной пылью глотке. — Помогите-ка мне.
Его спутники молча спешились, затем помогли слезть и ему. Он был легок как перышко, совершенно иссхоший и древний как само это древнее место старик. Во всяком случае с виду. А еще любому стороннему наблюдателю показалось бы, что помощники обращаются с ним с величайшим почтением. На самом же деле это было вовсе не почтение, а страх — они боялись его и обращались с ним так, будто он был чем-то вроде пробирки с культурой смертносного вируса, которую ни в коем случае нельзя уронить.
Потом все четверо в накинутых на головы капюшонах плащей некоторое время постояли, оглядывая залитые лунным светом окрестности. Старик обеими руками вцепился в седло и стоял привалившись к своему ослу до тех пор пока не почувствовал, что ноги снова его слушаются. Поняв, что снова способен стоять самостоятельно, он поднял руку и откинул капюшон. Прожитые годы сделали его лицо… уродливым. Правда не только годы, но и еще кое-что: какое-то темное зло!
Джордж Гуигос, казалось, был сделан из старой потрескавшейся кожи и покрытой пятнами слоновой кости. Губы его так иссохли, что уже не смыкались, обнажая зубы, съеженные десны, и создавая впечатление, будто он постоянно улыбается какой-то страшной зловещей улыбкой. Как ни странно, но зубы у него сохранились все до единого. Чуть выше рта зияло темное отверстие запавшего носа, с почти полностью изъеденной какой-то ужасной болезнью перегородкой между ноздрями. Глазницы его тоже больше всего напоминали бы темные ямы, если бы только в их глубине не светились в темноте желтые как у кота глаза. Вот только взгляд их вовсе не казался старческим — напротив, он был удивительно проницательным и настороженным, свидетельствуя об остром уме. Старик был совершенно лыс и голова его чем-то напоминала коричневый орех торчащий на тонком стебельке шеи. Тело его было хрупким как тростинка, но в то же время этот человек явно обладал невероятным могуществом — все в нем выдавало обладателя сил зла.
— Вы уверены, мистер Гуигос? — Наконец решился спросить один из его помощников, по-видимому самый смелый из всех троих. Он тоже откинул капюшон и теперь оглядывался вокруг, как будто пытаясь найти хоть какой-то ориентир. — Эти кучи камней похожи друг на друга как две капли воды.
— Только не для меня, Ихья Хумнас, — огрызнулся Гуигос, неожиданно громким и злобным голосом. — Говорю тебе, это то самое место!
— Где зарыты сокровища? — спросил алчным свистящим шепотом другой, которого звали Якоб Мхирени.
Гуигос внимательно оглядел всех троих.
— Да, несметные сокровища! — ответил он.
— Вы вроде бы говорили о какой-то карте, — облизнув губы заметил Ихья Хумнас. — А сами как будто… ни разу никакой картой и не пользовались. — Он неловко поежился.
— Она у меня в голове, — сказал Гуигос. — Будь у тебя такая карта, ты бы небось тоже держал ее в памяти? — Сказав это, он рассмеялся было похожим на скрежет совка по холодным углям смехом, но, еще раз взглянув на помощников, резко продолжал: — Похоже пора вам напомнить: сокровища вас не касаются. Ваша задача только откопать их. Принадлежат же они исключительно мне. Или может я вам мало заплатил?
Половину причитающихся денег они получили вперед, а другую должны были получить после успешного завершения дела. И деньги были даже более чем приличные. С такими деньжищами ни одному из них больше никогда не будет нужды работать — причем не только им самим, но и их детям. Чтобы до конца жизни нежиться в роскоши достаточно будет и одних процентов. Они и так уже стали почти богачами, и после окончательного расчета должны были стать ими окончательно. Но прошлой ночью Хумнас и Мхирени кое-о-чем договорились и теперь незаметно переглянулись. Затем Хумнас ответил:
— Нет, плата более чем достаточная. Просто хотелось бы поскорее со всем этим покончить, вот и все. Ведь нам предстоит раскапывать могилу, находимся мы здесь по подложным документам и к тому же днем вынуждены работать на ведущих в Меггидо раскопки американцев, которые в любой момент могут нас разоблачить. От такого кто угодно занервничает. И чем скорее мы отсюда выберемся — тем лучше.
— Согласен, — сказал Гуигос. — Честно говоря, мне ваша компания нравится ничуть не больше, чем вам — моя. Ладно, ближе к делу! Вон тот заброшенный колодец, что находится на пересечении улиц, когда-то являлся центром поселения. По нижним веткам когда-то росших возле него олив вились виноградные лозы. А вон у того дома зеленела целая фиговая роща. Одним словом, в свое время площадь выглядела довольно симпатично, да и сам городок был не так уж плох.
— Ха! — буркнул Мхирени. — Да ведь это дерево мертво уже лет сто, не меньше! О каких же тогда временах вы говорите, мистер Гуигос?
— Об очень-очень далеких! — проскрежетал Гуигос. — А что касается оливы у колодца, так ты ошибаешься — она мертва уже более шестисот лет. Как бы то ни было, именно она и есть мой ориентир. Она, да еще Полярная звезда.
Он обратил желтые глаза к небу, отыскал взглядом Большую Медведицу, и, ориентируясь по составляющим ее звездам, повел своего осла через кучи каменных обломков. Остальные переглянулись, пожали плечами и последовали за ним.
Хумнас был фальшивомонетчиком и мошенником. Он был нанят шесть месяцев назад, после того как ему пришлось бежать из родного Ирака, власти которого решили во что бы то ни стало заполучить его голову. Мхирени также был выходцем из Ирака. Будучи убийцей и обладая невероятной физической силой, он тем не менее отличался изобретательностью и недюжинным умом, позволявшими ему избегать лап правосудия на протяжении почти всей его двадцативосьмилетней жизни. Третий из нанятых Гуигосом помощников также был преступником, но сильно отличался от остальных двоих.
Симпатичный, с типично греческими чертами лица и прекрасно сложенный,
Димитриос Каструни был самым молодым из троих. Почти все свои двадцать два года он провел в Ларнаке — рыбацком поселке на Кипре. Он был единственным сыном грека-киприота, виноторговца и два года назад его бросила любимая девушка, согласившаяся стать женой его соперника. Пробравшись на церемонию бракосочетания, он внезапно бросился к жениху и прямо на глазах оцепеневших от ужаса гостей перерезал ему глотку. Затем, преследуемый толпой разъяренных родственников убитого, он едва успел добраться до отцовской лодки и уйти в море. Ночью, оказавшись возле Хайфы, он пустил лодку ко дну, а сам вплавь добрался до берега. Назвавшись еврейским именем, он ухитрился получить место шофера и возил представителей британской администрации. Там-то с месяц назад его нашел и завербовал Гуигос.
Нервы Каструни были практически на пределе. Но, тем не менее, пока ему удавалось держать себя в руках и внешне он казался совершенно спокойным, даже невозмутимым. А внутреннее возбуждение в основном было вызвано двумя годами скитаний и жизни под чужим именем в мире где грозовые тучи политической нестабильности и угрожающее бряцание оружием народов, готовящихся к войне, позволили ему замести следы и до сих пор оставаться на свободе. Но у него были все основания сомневаться в том, что его преступление останется без последствий. Хотя он и не любил думать об этом, но чувствовал, что прошлое рано или поздно настигнет его. Скорее это было даже не чувство, а твердая уверенность, заставлявшая его всегда оставаться начеку. Но, будучи по натуре человеком честным, он остался очень доволен тем, что Гуигос уже заплатил и что обещал заплатить впоследствии, поэтому сами «сокровища» его ничуть не интересовали. Именно это и послужило причиной того, что Хумнас и Мхирени не стали посвящать его в свои планы.
И вот сейчас когда они осторожно пробирались через руины, Каструни, с его необычайно обострившимся за годы скитаний слухом вдруг уловил какой-то слабый звук, к счастью доносящийся откуда-то издалека.
— Тише! — тут же остановившись, предупредил он остальных.
— Что случилось, Димитриос Каструни? — прошипел Гуигос.
Все четверо затаили дыхание.
— Я что-то… услышал, — наконец ответил Каструни.
— Ха! — фыркнул Мхирени. — И кто же, интересно, кроме нас может оказаться здесь, в этом Богом забытом месте, где кругом только звезды, да развалины? — Мхируни, хотя сам и не был человеком верующим, происходил из семьи мусульман-шиитов. И замечание его ничего не значило: поминать Бога всуе он научился у американцев, которые делали это постоянно. Но если это ничего не значило для него, то совсем иначе дело обстояло для Гуигоса.
— ЗАТКНИСЬ! — прошипел старик, а потом вдруг скрипуче гортанно захихикал. — А оно ведь и впрямь Богом забытое! Да, насчет Хоразина иначе и не скажешь, это верно… — Затем он обратился к Каструни: — Так что же ты такое услышал, Димитриос?
Каструни хмуро взглянул на него и набросился на Мхирени.
— Идиот! — негромко сказал он. — Ты спрашиваешь кто это может быть? Так вот, это британская территория. И она постоянно патрулируется. А к северу отсюда — пограничные посты французов. К тому же вокруг Галилейского моря полно арабских селений. По ночам рыбаки ловят рыбу, а по пустыне бродят кочевники. Повсюду шастают археологи, которых больше всего интересуют именно такие «Богом забытые места» как это. Кто там может быть? Неужели ты не слышал, что сказал Хумнас? Мы грабители могил! И тот клад, который ищет Гуигос, хотя он и собирается завладеть им, принадлежит вовсе не ему. Поэтому он не кто иной как вор, а мы его сообщники. В здешних местах полно людей, которые не задумываясь убили бы за пару золотых сережек, а не то что за кучу сокровищ. И когда я что-то слышу, советую тебе верить, что именно так оно и есть! — Он говорил по-гречески, но Мхирени понимал каждое слово.
В темноте не было видно, как Мхирени побагровел от гнева, но Хумнас заметил как его рука скользнула под одежду. Иракцы задумали убить не только Гуигоса, но и Каструни — правда лишь после того как клад будет найден. Поэтому Хумнас незаметно стиснул локоть Мхирени и негромко заметил:
— А ведь грек-то прав! Наверное пусть лучше один из нас стоит на стреме и следит за окрестностями.
Гуигосу предложение явно пришлось не по душе, но в конце концов он согласился.
— Иди, Димитриос, — сказал он. — У тебя зоркие глаза и острый слух, к тому же ты, похоже, ценишь свои жизнь и свободу куда больше, чем эти двое.
Осмотри все кругом, обойди развалины вокруг, но к полуночи обязательно возвращайся сюда. Ты мне понадобишься.
— Сюда? — Каструни недоуменно огляделся. — Куда это сюда?
— Сюда, — проворчал Гуигос. — На это самое место! — Он топнул странно искривленной левой ногой и указал на три большие, расположенные треугольником камня на которых лежал четвертый. — Вот тебе ориентир.
Хумнас и Мхирени привязали своих ослов и отправились к каменной пирамидке.
Гуигос, слегка прихрамывая, медленно последовал за ними. Найдя обломок сухой ветки, он начертил на песке квадрат со стороной приблизительно в шесть футов так, охватывающий три камня, поддерживающие четвертый. Сами же стороны квадрата были проведены параллельно сторонам древней площади, образованной разрушенными стенами древних жилищ.
— Здесь был храм, — как бы про себя сказал старик и кивнул. — Проклятый храм в проклятом и обреченном городишке.
— А клад? — не удержавшись спросил Хумнас и в ожидании ответа нервно облизнул губы.
— Давайте-ка, — зловеще улыбнувшись скомандовал Гуигос, — свалите верхний камень, а потом откатите все четыре в сторону. После этого беритесь за лопаты. На глубине дюймов двенадцать-четырнадцать наткнетесь на каменную плиту под которой начинается крутая каменная лестница, вырубленная в естественной расщелине. Сокровища там, внизу — но где именно знаю только я.
Хумнас и Мхирени переглянулись и бросились к своим ослам. Гуигос усмехнулся, дохромал до развалин одной из стен и уселся на камень. Взглянув на Каструни своими горящими глазами, он сказал:
— А тебе наверное пора оглядеть окрестности. Но будь осторожен и помни — к полуночи ты должен быть здесь. Как только вернешься — спускайся вниз и присоединяйся к нам…
Каструни кивнул. Он привязал своего осла и взял из сумки немного хлеба и мяса.
— Понятно — в полночь, — снова кивнул он. — У меня есть часы. Так что не опоздаю. — Он распахнул плащ, расстегнул и вытащил из-под него пояс, снова запахнулся и подпоясался снаружи. На широком кожаном ремне висел острый кинжал в ножнах. Медленно пережевывая кусок вяленого мяса,
Каструни растворился в темноте.
А Джордж Гуигос сидел под бриллиантово сверкающими звездами и недобро посмеиваясь исподлобья наблюдал за тем, как двое нанятых им иракцев пыхтя откатывают в сторону валуны…
Каструни, преодолевая кучи развалин, в которые превратился древний город, двинулся в южном направлении, туда где круто спускалось к морю русло пересохшей реки. По дну еще струился тоненький ручеек, который футов через восемьсот с журчанием вливался в серебрящиеся под луной воды. Вообще, по-видимому во времена расцвета из Хоразина открывался превосходный вид на Галилейское море. На юго-западе виднелись яркие огни раскинувшейся милях в восьми отсюда Тиверии, а на востоке — россыпи огоньков других, расположенных на каменистом побережьи, селений.
Каструни дошел до каменистого гребня береговых утесов и свернул вдоль него на запад. Он решил, пройдя около трети мили, добраться до окраины заброшенного городка, там свернуть на север и, описав полукруг, снова оказаться у скалм. Затем опять двинуться на запад, чтобы вернуться на это же место, и сразу назад — к Гуигосу и остальным.
Он пошел вперед, стараясь держаться чуть в стороне от гребня, чтобы не выделяться на фоне ночного неба. Сейчас, оказавшись в одиночестве, он испытывал чувство облегчения. Старый Гуигос был настоящей живой горгульей, ходячей мумией, и, не будь он столь хрупок, наверное внушал бы ужас. Даже несмотря на дряхлось и внешнюю изможденность он производил совершенно кошмарное впечатление: вокруг него существовала какая-то аура зла, благодаря жизни, проведенной в разгадке каких-то мрачных тайн и в еще более мрачных деяниях.
Эта аура ощущалась буквально физически, подобно липкому туману оседая на коже. Но… он предложил хорошие деньги и Каструни мог использовать их на то, чтобы и впредь оставаться на свободе. И, возможно, в один прекрасный день под чужим именем и с изменившейся за долгие годы жизни на чужбине внешностью ему удастся вернуться на Кипр. Не в Ларнаку, конечно, нет, а в какое-нибудь другое место, где его никто не знает.
Под чужим именем…
Это-то и было самым забавным. Впрочем, может и не таким уж забавным.
Каструни нахмурился в темноте. Оказавшись в Хайфе, он назвался Давидом Каммадом. И, хотя черты его лица не слишком походили на еврейские, вымышленное имя и вера сыграли свою роль. Британская администрация предоставила ему работу и выдала удостоверение личности. Этого было вполне достаточно. Но затем настал вечер, когда его отыскал Гуигос и ему показалось, что старик видит его насквозь. Каструни отлично помнил, все сказанное тогда этим старым чертом:
— Давид Каммад? Но ведь это не настоящее твое имя, мальчик мой. Поверь, я очень стар и мудр — причем совсем не в том смысле, как ты это понимаешь — и меня ой как нелегко провести. Ты грек, а не еврей. О, вполне возможно, что ты оставил свои настоящие инициалы, но и только. Так каково же твое НАСТОЯЩЕЕ имя — то, которое ты держишь в тайне?
И Каструни все ему рассказал. Взял да и выложил. Возможно так подействовал на него едва ли не гипнотический взгляд Гуигоса. Как бы там ни было, но Каструни полностью вверил старику свою жизнь, а взамен получил эту работу. И кучу денег впридачу. Теперь, когда все это кончится, он сможет отправиться на один из греческих островов, откроет там свое маленькое дело и…
Каструни замер, мгновенно вернувшись мыслями к порученному ему делу.
Откуда-то снизу, с берега, до него снова донеслись голоса. Похоже на арабский говор, подумал он, такой гортанный и… возбужденный, что ли? Во всяком случае, там среди развалин он слышал именно его, только сейчас слова стали гораздо отчетливее. Кто-то явно разговаривал. Там внизу были люди. Но что они там делают?
Он опустился на четвереньки и подполз к самому краю гребня. Осторожно, чтобы не столкнуть вниз какого-нибудь камешка, он глянул вниз.
Над водой мелькали какие-то огни, а в их неровном свете виднелись темные силуэты чему-то смеющихся людей. Каструни сразу понял что происходит: у себя на Кипре он не раз видел то же самое. Это были рыбаки, заманивающие в свои сети рыбу при помощи фонарей. Они бродили по прибрежному мелководью, где по ночам собирались небольшие косяки. Этих людей можно было не опасаться: скорее всего они приплыли на лодках из Тиверии или еще откуда-нибудь и вскоре отправятся восвояси. Во всяком случае, он не видел никаких причин, по которым им вдруг могло бы придти в голову потащиться по крутому каменистому руслу в развалины Хоразина. А тем более ночью. Опасения Каструни полностью рассеялись, он отполз назад, поднялся, и двинулся на север, продолжая обход.
А позади, на высоком гребне круто обрывающихся к Галилейскому морю холмов, отсчитывали секунды наручные часы Каструни. Крадясь на четвереньках он, сам того не заметив, зацепился запястьем за острый камень, мягкий кожаный ремешок не выдержал и лопнул. Поскольку все внимание юноши было обращено на происходящее внизу, он не заметил потери. Стрелки на светящемся циферблате показывали четверть двенадцатого…
На уборку слоя рыхлого песка, покрывающего очерченный Гуигосом квадрат, у Хумнаса и Мхирени ушло никак не больше десяти минут. Углубившись дюймов на пятнадцать, они наконец наткнулись на камень и принялись очищать его. Вскоре стала видна прямоугольная плита шириной в два и длиной в три фута. С одной стороны в нее было вделано железное кольцо, причем настолько большое, что оба иракца смогли одновременно ухватиться за него руками. Но сколько они не тужились, плита даже не дрогнула.
Ругаясь на чем свет стоит и тщетно пытаясь приподнять плиту, они как будто совершенно забыли о Гуигосе. Сейчас их головы были целиком заняты мыслями о том, что может находиться там внизу под плитой. Но тут старик снова захихикал, будто нарочно напоминая о себе.
— Ихья Хумнас, ты был избран для этой работы потому, что ты плут, мошенник и опытный фальшивомонетчик. Конечно, не самый лучший, которого я мог бы найти за такие деньги, но ко всем прочим своим достоинствам ты еще и молод и силен.
Он не стал добавлять, что к тому же в этом мире никто и не вспомнит о Хумнасе, ни единая живая душа, но тем не менее мысль эта все же пришла ему в голову и заставила зловеще улыбнуться.
— Что же до тебя, Якоб Мхирени, — продолжал он, — то ты оказался здесь благодаря своей неимоверной силе, жестокости, изобретательности и тому, что тебе совершенно нельзя доверять. О, не беспокойся: всеми этими качествами можно только восхищаться, в противном случае, я просто не предложил бы тебе участвовать в этом деле.
Он посмотрел на обоих. Из темных глазниц его ужасного лица снова блеснули желтые глаза…
— Ну и что с того? — в конце концов пробурчал Хумнас. От напряжения его спина взмокла от пота, который теперь, остывая, заставлял его дрожать от холода. — Сидишь там как древняя мумия и оскорбляешь нас. Ты хочешь чтобы мы подняли эту плиту или нет?
— Само собой! — отозвался Гуигос. — С твоей изобретательностью и его силой это должно было оказаться простейшим из дел, но теперь мне начинает казаться, что я сделал неудачный выбор! Если у вас не хватает ума даже на такое простое дело, как же мне быть? Просить помощи у глупой скотины? — Он повернул голову и взглянул на привязанных неподалеку ослов.
Хумнас проследил за его взглядом, нахмурился и наконец решил, что понял к чему клонит старик. Мхирени лишь презрительно скривился и стоял, наблюдая как его напарник взял одну из лопат и взвесил ее на руке. Затем Хумнас положил лопату на камень и прыгнул на нее обеими ногами, отломив металлический штык. После этого вынул из переметной сумы притороченной к седлу веревку, пропустил ее через рукоятку лопаты и завязал узел, а другой конец веревки длиной примерно в пять с половиной футов привязал к железному кольцу в плите.

Демогоргон - Ламли Брайан => читать онлайн фантастическую книгу далее


Было бы неплохо, чтобы фантастическая книга Демогоргон писателя-фантаста Ламли Брайан понравилась бы вам!
Если так получится, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Демогоргон своим друзьям-любителям фантастики, проставив гиперссылку на эту страницу с произведением: Ламли Брайан - Демогоргон.
Ключевые слова страницы: Демогоргон; Ламли Брайан, скачать бесплатно книгу, читать книгу онлайн, фантастика, фэнтези, электронная