А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Перегрин, чтобы попытаться восстановить праздничное настроение, а Адам — играть гостеприимного хозяина. На следующий день, когда Адам простился с охотниками: Перегрин и конюх уехали верхом, а Филиппа и Толбэты на «тойоте» (за рулем был Хэмфри), Адам снова зарылся в книги. Около полудня пронзительный звонок у парадной двери оторвал его от размышлений. Это был Маклеод с бутылкой «Мак-Аллана». Они открыли ее и выпили в честь праздника, сидя в эркере библиотеки с видом на припорошенную снегом лужайку.
— Хотелось бы мне прийти с какими-то новостями, — хмуро сказал Маклеод, поднимая стакан, — но наша добыча, кажется, забилась в нору, и, как я ни пытаюсь, не могу напасть на след. По вашему парню, Вемиссу, наконец, подали заявление об исчезновении, но мы пока ни черта не нашли. Довольно интересно, то немногое, что мы узнали о нем, кажется, указывает на такую же незаметную карьеру, какую мы отмечали у мрачного инспектора Нейпира.
— А что делал он? — спросил Адам. — Мне бы очень хотелось придумать что-то, чтобы арестовать его, пока мы с этим разберемся.
— И вам, и мне, — проворчал Маклеод. — Трудно даже посмотреть ему в глаза, когда мы сталкиваемся в коридоре. Но у меня на него ничего нет — недостаточно даже, чтобы натравить на него МВД.
— Очень жаль.
После краткого обсуждения теории о связи с Гитлером оба встревожились еще больше. Наконец Маклеод допил виски и встал, забрав с дивана шарф и пальто.
— Думаю, мне лучше вернуться, — сказал он хмуро. — Родные Джейн приедут сегодня на обед, и мне надо присутствовать. Вы по-прежнему собираетесь завтра ехать в Мелроуз с нами?
— Нет, я как раз собирался позвонить вам насчет этого, — сказал Адам, когда они шли к двери. — Я привезу доктора Локхарт — да, моего очаровательного доктора, которая приезжает на дом, — так что мы встретимся там. Как насчет пунша в «Отеле Берта» около шести?
— Звучит восхитительно! — согласился Маклеод. — Вы с ней составите компанию Джейн, пока будет Шествие. Перегрин едет?
— Нет. Когда я спросил его, он сказал что-то о планах с Джулией.
— Ну что ж, это правильно, — ответил Маклеод. — В конце концов он совсем не знал Рэндалла. И я рад, что он проводит время с этой своей девушкой. По-вашему, он собирается на ней жениться?
Адам пожал плечами и улыбнулся.
— Он не упоминал о долгосрочных планах. Думаю, еще слишком рано говорить. Хотя он, конечно, очень отличается от того молодого человека, каким был два месяца назад.
— Да, и вы сыграли в этом превращении весьма заметную роль, — согласился Маклеод. — Вы весьма тонко помогли ему. А та ночь… — Он улыбнулся и довольно кивнул. — Да, это действительно было нечто особенное.
— Теперь от нас требуется только суметь сохранить ему жизнь. — В голосе Адама был оттенок цинизма. — Сейчас не совсем то время, которое я бы выбрал, чтобы ввести его… но ведь нам не часто дают свободу выбора в таких делах, не так ли?
— Нет, но обычно в конце концов мы ухитряемся все уладить. — Маклеод полез было в машину, потом остановился. — Кстати, Адам, не знаю, приходило ли вам в голову, но это дело завтра в Мелроузе могло бы вдохновить противника на следующий ход. Я хочу сказать, там будет… больше сотни масонов в одном месте, многолюдное собрание, где безопасность почти невозможна.
— Это предчувствие? — спросил Адам.
— Нет, просто пришло в голову. Если бы я действительно считал, что что-то случится, то не взял бы Джейн. Но было бы неплохо держать глаза и уши открытыми.
— Я буду помнить об этом, — согласился Адам. Но до конца дня он так и не получил никаких указаний об особенной опасности. Он читал в библиотеке, пока за окном не начало темнеть, и встал, чтобы включить свет, когда по дорожке перед домом проехала «тойота», направляясь к гаражу, чтобы выгрузить замерзших и голодных зрителей. Вскоре и Перегрин с Джоном рысью проехали по дорожке под начинающимся снегопадом; за спиной Перегрина, крепко держа его за талию, сидела розовощекая, запыхавшаяся Джиллиан.
Следующий час был посвящен бурной деятельности: надо было поставить лошадей в стойла, снять грязные высокие сапоги, заманить Джиллиан наверх для весьма необходимой ванны и приготовить горячий чай для взрослых. Мисс Гилкрист приготовила обильный ужин, и они поужинали у рождественской елки, рассевшись в салоне у камина. Перегрин и Джиллиан снова и снова переживали каждую минуту охоты, увлеченно вспоминая подробности, к веселью Толбэтов и снисходительному развлечению Филиппы и Адама. Все рано разошлись по комнатам, но к тому времени Адам устал не меньше, чем если бы охотился сам, и провалился в сон без сновидений почти сразу же, как голова коснулась подушки.
Канун святого Иоанна обещал быть еще пасмурнее, чем вчерашний день, угрожая к ночи принести со стороны Глазго метель. Соответственно Адам повез Толбэтов в аэропорт загодя. Расставание со Стратмурном было и грустным, и счастливым, потому что выздоровевшая Джиллиан возвращалась домой. Перегрин пришел проститься с ней, подарив на прощание акварель, изображающую ее верхом на Поппи, и даже Филиппа была растрогана почти до слез, когда «тойота» отъехала от парадной лестницы.
В аэропорт они приехали вовремя, самолет явно вылетал по расписанию. Толбэты зарегистрировались, он простился с ними и поехал на Блакетт-плейс за Ксименой. Она надела объемный арранский свитер и желто-коричневые вельветовые брюки, крепкие сапоги и кожаную куртку цвета жженого сахара с воротником из овчины — в высшей степени подходящее дополнение к его плису и полушубку. Они обменялись скромным приветственным поцелуем, когда она встретила его у двери, потом, когда она взяла шарф, шапочку и перчатки, спустились к «тойоте».
— Ну, расскажите мне побольше о Шествии Масонов, — сказала она после обмена ожидаемыми шутками об успехах в больнице и улучшении состояния Ксимены после надлежащего сна, когда они ехали на юг по шоссе А7. Дул порывистый ветер, но снег пока только слегка присыпал те три-четыре дюйма, что уже лежали на земле: достаточно для создания атмосферы, но совершенно никакого неудобства для полноприводной «тойоты».
— Ну, раньше я там никогда не бывал, — ответил Адам, — но по рассказам, будут присутствовать масоны Лож со всего Пограничья. И конечно, сегодня будут из еще более дальних мест. Все собираются в Доме Масонов в Мелроузе, факельное шествие трижды обходит Меркат-Кросс, потом направляется к самому аббатству, где кто-нибудь выступает с патриотической речью. Потом одинокий волынщик играет «Лесные цветы» в память обо всех шотландцах, погибших, защищая Шотландию, и они идут обратно к Меркат-Кросс, где старейший Мастер Лож принимает парад. И все. Все занимает около часа.
— Звучит отлично, — ответила она. — Хотела бы я, чтобы папа мог видеть это. Последнее время пресса довольно плохо отзывалась о Вольных Каменщиках… еще до того, как убили вашего друга.
— Да, действительно. Мой товарищ из Управления полиции — довольно активный масон, и ему приходилось отвечать на множество вопросов журналистов. Сегодня вы встретитесь с ним и его женой.
— Но зачем вообще кому-то нападать на масонов? — спросила она. — Они только творят добро. И, конечно, не причиняют никакого вреда.
— Ну, с этим я бы, конечно, согласился. Один из доводов, выдвигаемых критиками, что Вольные Каменщики используют свои масонские связи на рабочих местах, отдавая масонам преимущество перед немасонами при приеме на работу, продвижении по службе и заключении контрактов. В некоторых случаях это так, поскольку такова человеческая природа, но мои знакомые масоны, те, кто действительно живет масонскими идеалами, говорят, что масонский фактор не учитывался бы, если бы все прочие качества не были бы равны. А тогда, если надо выбирать между незнакомым немасоном и масоном, который по крайней мере поклялся внешне соблюдать некий моральный кодекс добродетели… ну, я не считаю неразумным, что масон получит поддержку скорее, чем немасон.
Она фыркнула.
— Я слышала этот довод в Штатах — обычно от тех, кого не приняли. Хотя они делают очень много добра через свои благотворительные организации и тому подобное. Для некоторых это почти продолжение религии.
— Я склонен согласиться. В сущности, я бы сказал, что в некоторых отношениях Вольные Каменщики помогают заполнить дыры, оставленные организованной религией, — делая вклад в тот «зонтик» резонансов добра, если хотите, создаваемых людьми доброй воли по всей планете, который помогает не дать злу выйти из-под контроля.
— Значит, вы считаете зло материальной силой? — спросила она.
— Да, — ответил он, думая о том, что ощутил в Кэйрнгормских горах. — Хотя, вообще, мне кажется, то, что мы воспринимаем как зло — чаще равнодушие или распустившиеся предрассудки. Это не только то, что мы сделали, но и то, что мы оставили несделанным, как выражается «Символ Веры». Я склонен верить, что большинство людей хотят поступать хорошо.
Он притормозил, когда они свернули на дорогу А6091, следуя указателям на Мелроуз.
— Но сейчас едва ли подходящее время для философских дискуссий о природе зла. Надеюсь, вам понравится эта малая часть шотландского наследия, даже если привел нас сюда печальный повод. Вы уже бывали в Мелроузе?
— Нет, мне все время не хватало времени для путешествий по стране. Я приехала в июне и с тех пор в основном работала.
— Ну, вам надо приехать сюда снова, когда будет светло, — ответил Адам, проезжая мимо отеля «Уэверли-Касл» к Меркат-сквер. — Эйлдонские холмы — один из чудеснейших районов Пограничья… и, конечно, в радиусе двадцати миль отсюда есть и другие Пограничные аббатства: Драйберг, Джедберг, Келсо. Все они по-своему эффектны, но, должен признаться, я особенно люблю Мелроуз.
Меркат-сквер была скорее длинным треугольником, чем квадратом, вся мощенная, но со стоянкой в центре. Меркат-Кросс был на дальнем конце, в центре круговой развязки, но Адам остановился задолго до Кросса и осторожно втиснул «тойоту» на стоянку рядом со знакомым черным «БМВ» Маклеода перед «Отелем Берта». Ноэль и Джейн уже пили в баре нижнего этажа, и Маклеод приветственно поднял руку, когда вошли Адам и Ксимена, топая, чтобы стряхнуть снег с обуви. На Маклеоде под расстегнутым пальто были фартук и кордон Мастера Каменщика, а на Джейн — твидовое пальто.
— А, вот и вы, — сказал Маклеод, делая знак бармену. — Как раз вовремя для горячего пунша, прежде чем нам придется выйти и снова бросить вызов холоду. А вы, должно быть, бесстрашная доктор Локхарт, которая заштопала нашего своенравного друга, — добавил он, протягивая руку Ксимене.
— Ноэль и Джейн Маклеод, доктор Ксимена Локхарт, — представил Адам, обмениваясь поцелуем с Джейн. — И мы обещали не говорить сегодня на профессиональные темы. Ксимена как раз отделалась от пятидневного дежурства — все Рождество — и только-только перевела дух после того, как сегодня отоспалась.
— Боже мой! — сказала Джейн, пожимая Ксимене руку. — Вы ведете такую же ужасную жизнь, как Ноэль.
Еще минут двадцать они болтали о пустяках, только Маклеод время от времени отвлекался, приветствуя других собратьев-масонов и высказывая мнение о порядке шествия или помогая приладить регалии, между делом подсказывая трем спутникам места, откуда лучше смотреть. Но очень скоро он простился и вышел из бара вместе с прочими масонами.
Допив пунш, Адам, Ксимена и Джейн тоже вышли, натягивая шапки и перчатки и застегивая пальто, и направились к месту, дающему хороший обзор, возле Меркат-Кросс. Полицейская машина в бело-голубых цветах Полиции Лотиана и Пограничья остановилась неподалеку у обочины, чтобы обеспечить контроль за толпой. Из-за погоды участников, казалось, было больше, чем зрителей, привлеченных светом факелов перед Домом Масонов на дальнем конце площади, пока оркестр готовился.
Ровно в шесть тридцать процессия двинулась к Меркат-Кросс двумя колоннами: факелоносцы от двадцати лет до девяноста с лишним в самой разнообразной зимней одежде, большинство носили масонские регалии поверх верхней одежды. Процессию возглавлял красивый темноволосый молодой человек в цилиндре и с обнаженным мечом — Привратник, как объяснила Ксимена с видом авторитетного специалиста, — а с двух сторон шествие сопровождали маршалы с длинными белыми жезлами. Оркестр играл веселую маршевую мелодию, в которой Джейн распознала «Веселого каменщика».
Всего было шесть волынщиков и примерно столько же барабанщиков, все явно замерзшие. Марширующие масоны растянулись во всю длину площади, когда голова процессии начала поворачивать по Меркат-Кросс по часовой стрелке; над их головами торжественно горели факелы. Маклеод шел примерно в середине колонны рядом с очень задумчивым Дональдом Кохрейном. Некоторые мужчины носили килты, что, по мнению Ксимены, выглядело очень странно в сочетании с цилиндрами, а на многих были традиционные котелки, часто ассоциируемые с официальной масонской одеждой.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов