А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Мартынов Алексей

Песнь Легиона


 

Тут находится бесплатная электронная фантастическая книга Песнь Легиона автора, которого зовут Мартынов Алексей. В электроннной библиотеке fant-lib.ru можно скачать бесплатно книгу Песнь Легиона в форматах RTF, TXT и FB2 или же читать книгу Мартынов Алексей - Песнь Легиона онлайн, причем без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Песнь Легиона = 107.39 KB

Песнь Легиона - Мартынов Алексей => скачать бесплатно электронную фантастическую книгу



Мартынов Алексей
«Песнь Легиона»


Время номер один. «Ночь»
–= Ровно полночь =-
«Все они были мертвы. Всё как в тех играх: они умерли, а я выжил. Ну, что ж, я победитель!»
Внизу столпился народ, все смотрели вверх, даже не обращая внимания на хлеставший изо всех сил дождь и мощный встречный ветер, срывающий с них головные уборы. Одна женщина тщетно пыталась удержать над головой раскрытый зонтик.
«Я хотел этого, чтоб именно так всё и получилось. Ну... не именно так, но примерно. Это странно и даже смешно в некотором роде – я вижу отсюда камеры, объективы. Они снимают меня, чтобы потом показать. Вот, мол, псих и маньяк, вот он! А потом к этому приплетут какую-то далёкую мораль, из-за которой, по их мнению, это произошло. А может и не по их мнению, а по мнению того, кто больше заплатит. Скажут, что это был протест против чего-то, что виновато общество, а то и хуже – конкретные люди.»
Народ внизу шебуршал и толпился подобно муравьям в муравейнике. Кто-то что-то носил, убегал, прибегал, щёлкали вспышки, мигали мигалки на машинах.
«А ведь не было никакой морали и скрытого смысла, даже не надо искать. Никто в этом не виноват, никто не провоцировал. Я и сам-то не особо хотел это делать. Мы тогда сидели с друзьями, пили пиво. Я не пил. Совсем. Они о чём-то болтали, смеялись, а я сидел молча. И, сам не знаю, почему, я сказал, что хочу убивать. Они не обратили на это внимание, так тихо я говорил, не заметили они также, что вскоре я покинул их. Это было больше двух дней назад, вечером, часов в девять, в десяти километрах отсюда. Меньше суток понадобились мне для сбора всего необходимого. Не могу сказать, что это было легко, пришлось применить смекалку, чтобы найти реальную замену тому, чего достать не удалось.»
Иногда казалось, что звук сирен перебивает какой-то хриплый голос, о чём-то говоря. Сложно было разобрать что-то в этом гомоне: людские голоса, сирены, крики птиц, звук дождя, в конце концов.
«Ах, да, я же должен представиться... хотя бы для истории. Пускай, что история изменчива, что она лучше видится издалека, обрастая при этом всякими буграми. Я не верующий и никогда не читал Библию, знаю лишь отдельные строки. Засим процитирую: „И спросил его: как тебе имя? И он сказал в ответ: Легион имя мне, потому что нас много.“ Можете меня так и звать, если вам удобно. Я не умру в известном смысле, а буду жить дальше. Я бессмертен до тех пор, пока в человечестве живёт алчность и корысть. Я буду здесь.»
Он держался правой рукой за поручень, вкрученный в пол тремя мощными винтами со скруглёнными шляпками, чтоб не скрутили на лом. Дождь шёл уже вторые сутки, прерываясь только на рекламу, ветер хлестал его по щекам и глазам.

–= 23:28, более суток назад =-
Он спал крепко, набираясь сил перед крестовым походом на зверей в облике людей. Сон его был спокоен, дыхание ровным и глубоким. Он спал, но не видел ни одного сна, наоборот, мозг усиленно работал над решением каких-то глобальных проблем и задач.
«Я проснулся в своей кровати, хотя толком не помнил, как добрался досюда. Голова раскалывалась, и всё тело ныло. В любом случае, у меня было в запасе минут полчаса перед началом охоты. Надо было собираться.»
Он взял уже готовый школьный ранец, в котором лежала амуниция, и поставил его у двери. Тогда, в квартире напротив, у старого друга они праздновали какой-то юбилей, правда никому до этого не было дело, лишь бы была выпивка. Они часто собирались вместе, даже иногда без повода, просто встречались, болтали о всякой насущной ерунде, делились проблемами и в шутку строили планы на будущее. Витёк, самый старший из их дружеской четвёрки, был совладельцем какого-то магазинчика, торгующего детскими игрушками, посему он и обеспечивал спиртное и закуски. Несмотря на то, что он мог себе это позволить, на встречи он всегда приходил, закутанным в старый плащ.
– Это так модно, – любил говорить он. С ним не спорили.
«Сколько себя помню, он всегда появлялся в этом плаще.»
Сейчас это было как-то далеко, туманно. Он пытался что-то вспомнить, но не смог. Тогда он попытался вспомнить лица своих друзей, а конкретно Витька, который имел обыкновение произносить длинные тосты, не вгоняя при этом в скуку, но и тут его постигла неудача. То ли он не мог вспомнить, то ли не хотел, и не понимал этого.
Радио на кухне тихо играло лирическую музыку. Дикторы «Маяка» иногда прерывали её, чтобы сказать что-то своё, отдалённое от реальности, а потом, после паузы, она продолжалась. Им это было можно – делать большие паузы, а остальных бы, на коммерческих станциях, уже давно уволили бы за это.
На кухонном столе стояла лапша быстрого приготовления, банка тушёнки и пол буханки хлеба. На секунду его посетила мысль и отдалённое чувство голода: а не поесть ли? Нет! Может стошнить с непривычки, а тогда будет потеряно время. К тому же так он будет злее.
– Я ненавижу его. Ненавижу всем сердцем и даже сильнее. Ненавижу то, что поклоняются не ему, а деревянному тотему. Слышишь, ты! – он смотрел куда-то вдаль. – Все боги были бессмертными. Если ты есть, то останови меня! Ибо скоро твои любимые дети начнут умирать.

–= 00:00, сутки назад =-
– Галлюцинация? – вопрошал он сам себя.
На мгновение, когда он только выходил из дверей, ему почудился силуэт мужчины на лестничной клетке, но, быстро присмотревшись, он не заметил ничего.
«Я позвонил в дверь рядом. Такая толстая деревянная дверь, обитая снаружи чем-то вроде войлока. За ней жил мой сосед – человек преклонных лет со своей женой. Он и открыл мне. Я что-то начал быстро ему говорить, сам не понимаю, что это было. Он повернулся и пошёл внутрь. У меня было несколько секунд.»
Он снял с пояса обрез трубы и завёл руку с ним за спину. Как только пенсионер вышел из внутренностей квартиры, последовал удар. Раздался хруст. Труп молча осел на пол, крови почти не было, хотя череп был проломлен. Номер раз.
Он перешагнул через вытянутые ноги и вошёл внутрь. Жена соседа, не менее старая, к тому же глухая, она смотрела телевизор, сидя спиной к коридору. Удар той же силы пришёлся ей по затылку, содрав немного кожу. Номер два.
«Вот так я и стал убийцей. Не могу сказать, что мне было противно. Пути назад уже не было и быть не могло.»
Через сколько их найдут? Сутки? Двое? Скорее, неделя пройдёт, прежде чем кто-то наткнётся на их останки. Главное – это закрыть дверь. И нельзя оставлять свидетелей, иначе не останется времени. Прикрываем дверь поплотнее. Надо тряпочкой здесь припереть, чтоб лучше держалась.
Пятью этажами ниже на лестничной клетке спал местный пьянчуга. Лет сорока от роду с небритой рожей и постоянно красным носом. Нож мягко вошёл в его горло, почти без упора. Небольшое нажатие, пробиваем трахею. Он дёрнулся, открыл глаза и задёргал руками. Нож прошёл внутрь до рукояти, а дальше пошёл вправо, приятно причмокивая и похлюпывая. Раздался тихий свист, и руки алкаша безвольно повисли. Номер три.
«Ничего не ест, а тяжёлый! Ну, ладно, всё в сад.»
Он положил труп рядом с уже имеющимися, там, прямо в проходе, и обтёр запачканный кровью нож о его же рубашку. Нельзя было пользоваться лифтом; он почему-то испугался мирно спящих жильцов, что они его могут услышать.
Ночь была несравненно красивая, была в ней какая-то прелесть. Даже Луна окрашивалась в слегка красноватый цвет, хоть и светила тускло. Несколько часов назад начался тихий дождь, который в середине дня обещали синоптики.
На нём был тёмный непромокаемый плащ с множественными внутренними карманами. Под него он надел ранец, благо, что тот был довольно лёгким и тонким. У плаща также был капюшон, хотя это сейчас было без надобности – Легион предусмотрительно надел на голову водонепроницаемую шапочку, но всё же набросил и капюшон.
«Темно, хорошо. Дождь. Даже птиц нету.»
Перед ним у дороги стояла низенькая мадам в комбинезоне и кепке.
– Не ниже ста семидесяти, волосы светлые, длинные. Беру на всю оставшуюся ночь.
– Секундочку!
Ему вывели на выбор трёх очаровательных жриц уличной любви.
Он стоял и смотрел на них, отчётливо понимая, что они его не могут видеть в лицо. Он стоял в затемнённой части, с лицом, накрытым капюшоном; свет от фонаря ударял им в лицо, ослепляя. Он молча указал на правую крайнюю и повёл её к себе.
Убить всех.
При входе в подъезд она взглянула ему в лицо, он улыбнулся.
– Я – Маша, – пискнула она. Он не ответил.
Лифт, чуть поскрипывая, открыл свои двери. Можно входить. Женщина, не доходя сантиметров до лифта, вдруг спешно сунула руку в карман, достала оттуда платок и открыла рот, вдыхая воздух перед чихом. Рывком он буквально вдолбил свой кулак ей в глотку и резко вынул наружу. На тонких кожаных перчатках осталась её чуть розоватая слюна.
Она осела на пол, выблёвывая из себя что-то несуразное, оказавшись передней частью в лифте. Он молниеносно нагнулся, схватил её за лоб и, почти не сопротивлявшуюся, с размаху ударил затылком об угол стены. Она продолжала блевать ещё секунд десять, пока он вталкивал её ногой в лифт. Кнопка была нажата, и труп женщины поехал вверх, на чердак. Там она простоит до утра... Завтра ведь выходной, так что может и дольше. Номер четыре.
На руках у него были тонкие электронные часы, водонепроницаемые и противоударные. На них время было чуть больше половины первого.
«Плохо! Нужно быстрее!»
Выходил он тем же путём, мимо той же самой мадам. Он шёл спокойно и размеренно, как ходят люди с работы домой. Она не заметила его, глядя вдаль. Где-то рядом под навесом стояли её подопечные, ожидая вызова. Их стало на одну меньше. Ничего, зато будет меньше конкуренция.
Здесь было темно – фонари повыбивала шпана, и больше их не чинили. Но это было не нужно, ибо здесь обычно было тихо, народ был небогат, а посему не было поводов грабить.
Он вошёл в подворотню в поисках жертв. Как и ожидалось, тут тусовалась обколотая донельзя молодёжь. Они часто прятались на первом этаже, где давным-давно хотели расположить магазин, но затея провалилась. Их было трое. И все не в себе.
Первый даже не вздрогнул, когда ему под ребро вошёл широкий кухонный нож. Сердце просто остановилось. Номер пять. Второй умер тем же путём. Номер шесть. Третий, мало разбирая, что он делает, схватил с пола пакет с ватой и бросился на него. Нож воткнулся ему чуть пониже рёбер, вышел и снова воткнулся, но уже сбоку и повыше. Наркоман дёрнулся, подпрыгнул и упал замертво. Нож переломился надвое. Номер семь.
«Вскрытие покажет, кто был прав.»
Здесь у них было уютно. Диван, три кресла. Правда, вся эта утварь была старая и драная, но на ней было удобно сидеть. Он позволил устроить себе маленький перекур, минут на десять, не больше.
Перед глазами у него почему-то плыли облака, реки и их берега, а на берегах деревушки. И всё тихо, спокойно. Иногда только птичка чирикнет.
Вскоре он заметил за складом старых коробок дверь. Дверь на поверку оказалась открытой, а находящаяся за ней лестница привела его в чью-то квартиру. Там, прямо и направо по коридору за тонкой стеклянной дверкой спали мужчина и женщина. Обоим лет по сорок. У мужчины из открытого рта стекала по подушке капелька пузырчатой слюны.
Он спустился вниз, на место бойни, взял оттуда двухметровый кусок толстой армированной бетонной трубы. Стоя перед кроватью, он поднял трубу к самому потолку и резко опустил её на головы спящим. Послышался глухой удар, смешанный со скрипом пружин и мокрым хрустом. Они даже не успели пикнуть, эти номера восемь и девять. Оставалось только смыть с себя остатки их крови.
«Хех. Смешно. И жили они долго и счастливо и умерли в один день. Прямо как в сказке.»

–= 01:00, 23 часа назад =-
– Красиво, – говорил он, осматривая их квартиру. Квартира действительно была неплоха, но явно недоставало мебели. То тут, то там мелькали не выцветшие обои, как островок в море блеклости. Часы недавно отпикнули час ночи; нужно было двигаться дальше.
На кухне он прихватил с собой старого вида тесак с длинной рукояткой.
«Понесу в руках.»
Занятно, в одном из ящиков у них лежал заряженный пистолет. Переделанная под огнестрел пневматика.
Он вышел через парадную дверь. На улице ему повстречался бегущий мимо худой человек в очках и с портфелем. Он хотел нанести человеку удар в челюсть, но человек, будто предугадав его действия, засветил ему в душу. Удар был сильный и направленный.
«Я упал. Дыхание сдавило, в боку что-то закололо. Этот очкарик склонился надо мной, хотел плюнуть.»
Шило вошло человеку точно в солнечное сплетение, он взвыл, отступил назад и схватился за торчащую из груди рукоять. Кровь текла по ней, заставляя руки скользить. Он упёрся спиной в стенку под тусклым фонарём и схватился правой рукой за рукоять. Рука скользнула вверх, и он непроизвольно крутанул шило внутри себя. Его лицо озарила страшная ухмылка, и он молча повалился на землю. Номер десять.
Легион молчал, глядя на этот спектакль. Человек по своей натуре слаб и смертен, это только нужно ему постоянно напоминать.
Он поднялся и отряхнулся.
– Драка под дождём так романтична! – мечтательно произнёс он хрипло. – Выпьем!
Впереди блестел своей чернотой переход. У него в кармане лежал заряженный пистолет, который он собирался использовать, использовать скоро. Из перехода доносились слабые далёкие голоса, им было весело. Понадобилось всего минута, и на улицу вышел отлить один из весельчаков.
То был худощавый юноша в кожаной куртке и с ирокезом на голове. Легион достал из кармана гитарную струну. На голую шею спокойно опорожняющего мочевой пузырь юноши была резко накинута стальная проволока. Быстрым движением он ударил его по ногам, тот упал, и затянул удавку у него на шее. Парень полулежал, хватался руками за шею и за воздух вокруг, но сделать ничего не мог. Номер одиннадцать.
Двенадцатый номер вышел ещё через пару минут, но получил из-за угла трубой по голове, от чего и скончался.
Юбилейный тринадцатый номер стоял в переходе у наспех сделанного костра и пил пиво. Внезапно он ощутил давление в спине, плавно переходящее в резкую боль. Одновременно справа появилась тёмная фигура. Второй удар пришёлся тупой стороной тесака по горлу. Он упал, истекая кровью, но не умер. Он видел, как фигура бьёт его сапогами по голове, после чего наступила тьма.
Минут пять Легион рылся в их вещах.
«В большинстве своём мусор, однако ж, имелся шестизарядный пистолет и три пули к нему. Плюс ещё что-то, похожее на самодельную взрывчатку и коктейль Молотова. Я взял небольшую спортивную сумку и сложил всё это туда. Сверху прикрыл курткой того, что лежал внизу на ступеньках.»
Он перешёл дорогу, выходя из спальных районов. Охладевшее тело у перехода омывалось слабым ночным дождём.
«В сущности, мне не нравится убивать. Мне не нравится кровь, не нравится мясо, не нравятся их смерти...»
За высоким забором стоял большой склад. Он никогда там не бывал, но видел, как туда заезжают машины. Туда было всего два въезд; днём они закрывались на шлагбаумы, а ночью просто закрывали ворота. У каждого въезда дежурили охранники.
– Простите, я заблудился и хочу есть, не...
– Иди отсюда!
– Ну, пожалуйста...
– Отстань! И не приставай, у меня ничего нет, – охранник отвернулся.
Шею его обхватила удавка с такой силой, что что-то хрустнуло. Он мгновенно обмяк и повис на руках. Номер четырнадцать.
Второй охранник услышал странный крик с первого поста и поспешил на помощь. Каково же было его удивление, когда он нашёл там труп своего товарища. Когда он склонился пощупать пульс, дверь кабинки отворилась, и тут же ему в глаза воткнулись три гвоздя. Глазные яблоки лопнули с приятным хлопком. Он упал, пытаясь руками вытащить гвозди, но вместо этого выколупывал остатки глаз.
– Играем в прятки! – громко прошипел у него над ухом голос. Железная труба медленно под давлением пробуравила шею охранника и упёрлась в тёмный асфальт.
«Незадолго до самого начала я вывел лично для себя правило: нельзя вступать в драку, нельзя обмениваться ударами, нужно мочить с одного удара. И без вопросов. Ни мне, ни им.» Номер пятнадцать. «И бить в голову.»
У второго охранника в карманах были ключи от ворот. Легион взял его дубинку с собой. Ворота на удивление оказались открытыми. Внутри на мешках с цементом спал человек кавказской национальности. Рот открыт, нос заложен. За одну секунду он получил сразу три удара ножом по области почек. Рефлекторно он проснулся и заорал, размахивая руками. Правая кисть была схвачена и отрезана. Он заорал ещё сильнее; тогда нож вошёл ему снизу вверх в рот. Глаза закатились. Номер шестнадцать.
Легион вынул нож и сделал надрез ему на макушке, после чего потянул за кожу и снял с него лицо. Окровавленный череп с глазами молча смотрел на него. В руках висела красивая кожаная маска с небольшим количеством волос. Глазницы вырезались плохо – какая-то рвань, края неровные и мятые. Губы тоже отошли не очень хорошо, они просто оторвались, такая тонкая нежная кожица, так разительно выделяющаяся своей красноватостью на фоне быстро побелевшей маски.
Вдруг за ящиками кто-то двинулся. Пневматика, модифицированная под огнестрел, бьёт недалеко, но не менее убойно. Земляк кавказца ударился о стену, зажимая рану в животе. Он даже не вскрикнул, просто молча осел и стал истекать кровью. Через две минуты он умер. Просто закрыл глаза и уснул. Номер семнадцать.
«Десять к одному, иначе не успею. Сам придумал.»
После перехода через ещё одну дорогу в выемке подъезда два молодых человека бандитской наружности грязно приставали к девушке. Место для этого было выбрано не удачно – обломки коробок, какие-то железные штыри по полтора метра.
Убить всех.
– Ы-ы-ы! Давай, мать твою, наклоняй уже!
– Чпок! – в проёме появилась тёмная фигура.
– Что за?!
– Я твоя мама! – пуля опередила слова на долю секунды лёгким хлопком расплескав мозги девушки по стене. Следующим движением крайне правый юнец получил прикладом по виску, падая без сознания. Второй в панике бросился наутёк, но словил удар по ногам и повалился на землю. На его шею налепилась удавка, попадая в пазы, проваливаясь всё глубже в мякоть шеи. – Освобождайся! – Легион неистово рычал ему в ухо. Натяжение удавки ослабло, человек вздохнул. Через секунду его голову обхватили мощные руки. Рывок, быстрый хруст. Номера восемнадцать и девятнадцать.
«Как всё же они все похожи. Люди. Каждый считает, что именно его преступление останется безнаказанным. Да, это иногда случается, но не часто. В данном случае это не случилось.»
Юноша, доселе лежавший без сознания, начал подавать признаки пробуждения. Он стонал. В уголке его рта лежал небольшой мягкий розоватый кусочек отдалённо похожий на медузу или другое морское существо. Ему хотелось пить. Почуяв влагу на губах, он слизнул лежащий на губах кусочек. Мягко он скользнул вниз по горлу, освежая. Нож вошёл точно между позвонками, разрезая пространство между ними. Номер двадцать.
– Мама-а-а!.. – раздался возглас ужаса позади.
В проёме стоял ещё один юноша, видимо, их сообщник. Он вдруг понял свою оплошность, он побежал прочь. Он чувствовал позади себя быструю поступь, он чувствовал, как бьётся его собственное сердце, он чувствовал жар, разливающийся по всему телу. У него закололо сердце, он понял вдруг, что не может больше бежать. Он развернулся, приготовившись к атаке. Его тучное, заплывшее салом тело вращалось с большой инерцией.
Стоп! Разворот! Удар!
«Я не люблю людей. Ни одного. Даже себя.»
Последовал размен ударами. Ни тот, ни другой не могли нанести прицельный и сильный удар, они устали от беготни. Вдруг у юноши сильно кольнуло в груди. Он почувствовал, как перестаёт течь кровь по артериям, пропадает сердцебиение. Всё вокруг помутнело. Он упал. Номер двадцать один.
Рядом, буквально в двух шагах, был канализационный колодец. Он был закрыт, но не до конца – люк просто лежал, будучи задвинутым не до конца. Видимо, те, кто работал здесь, собирались вскоре вернуться сюда и продолжить работу. Время будет. Он отодвинул люк в сторону, бросил туда тело. Раздались звуки ударов, потом последовал всплеск, а за ним звук задвигающегося люка. Лязг. Люк полностью встал на место.

–= 02:00, 22 часа назад =-
В нескольких сот метрах отсюда на пустыре сонный человек в пижаме выгуливал свою собаку. Чау-чау, так они, кажется, называются. Толстый пушистик с синим языком. Незаметно подбрасываем снятую ранее маску из кожи человека и ждём.
Пёс затейливо принялся обнюхивать находку, трогая её лапой. Хлопок, и пуля пробуравила его голову насквозь. В следующую секунду, пока хозяин соображал, что произошло, на него набросилась тёмная фигура и воткнула ему нож в ногу.
– Квартира! Номер! – рычала тень.
В забытьи человек сообщил цифру тридцать пять. Он хватался за раненую ногу и бормотал что-то про скорую помощь. Ему было больно. Чтобы он не хватался за ногу, у него были отрезаны обе руки от плеч, а в рот засунута лапа собаки. Номер двадцать два. Умрёт через пару минут от потери крови.
Тридцать пятая квартира, если он не соврал и не перепутал. При условии, что на этаже по четыре квартиры, это будет восьмой этаж третья квартира слева. В подъезде пахло мочой.
«Мрут как мухи – быстро и непринуждённо.»
Он открыл ключом дверь, стараясь делать всё тихо и без резких движений. В двуспальной кровати лежала молодая жена. Волосы у неё были красивого золотистого цвета. Она крепко спала. Легион подошёл к ней вплотную, занёс левую ногу над кроватью, и сел на спящую. Она тихо промычала что-то во сне. Он наклонился и обнял её за шею. Большими пальцами обеих рук как капканом он сдавил её дыхалку.
Тихо! Спи! Номер двадцать три.
«Для грамотного удушения необходимо обхватить горло руками таким образом, чтобы большие пальцы образовывали перекрестие на трахее, а остальными пальцами нужно крепко удерживать шею. Большие пальцы смыкаются на трахее, перекрывая кислород.»
Под одеялом она спала голой, лобок гладко выбрит, бёдра округлые, живот худой. Неплохо. Люблю хороший труп на ночь.
За пять минут обыска он нашёл в тумбочке небольшую связку ключей, которых не было в той, которую он снял с трупа на улице. Здесь было два тонких ключа, видимо, запиравших какие-то висячие замки, и ещё два ключа с номерами четыре и три.
Скорее повинуясь чистому любопытству, чем логике, он попробовал открыть этими ключами двери напротив.
«Врата рая открываются, но не для вас, грешники! Не я это сказал, а он. Умрите, грешники! Можете открывать консервы!»
В квартире пахло сырой рыбой и копчёной колбасой. Он встал в дверях, прислушиваясь и вглядываясь в темноту. На небольшом отдалении за дверью прямо и направо кто-то шевелился, шевелился часто и постанывал. Их было двое.
«Как прекрасно наблюдать за парой, которая на короткое время становится единым целым. Нет, я не говорю о пошлом понимании этого процесса, но о красоте тел, красоте движений. Натуральный процесс, ничего странного и незаконного – это заложено у почти всех от рождения.»
Аминь!
Они не замечали ничего вокруг, в темноте, да с закрытыми глазами, полностью поглотившись друг другом. Они были молоды. Были. Теперь в них не течёт кровь, не бьётся сердце. Они соединились вместе одним штырём.

Песнь Легиона - Мартынов Алексей => читать онлайн фантастическую книгу далее


Было бы неплохо, чтобы фантастическая книга Песнь Легиона писателя-фантаста Мартынов Алексей понравилась бы вам!
Если так получится, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Песнь Легиона своим друзьям-любителям фантастики, проставив гиперссылку на эту страницу с произведением: Мартынов Алексей - Песнь Легиона.
Ключевые слова страницы: Песнь Легиона; Мартынов Алексей, скачать бесплатно книгу, читать книгу онлайн, фантастика, фэнтези, электронная